Бесконечное лето

— Хорошо, с синяком разобрались. А с одеждой твоей что? — Ну, это уже наша вина. — перебил, собиравшегося ответить Чимина, Тэхён и принялся за новый круговорот событий.

***

Чон не понимал ничего и никак не мог предположить, что дальше сделает этот парень. Но то, что он выдал дальше, заставило почувствовать страх и ещё что-то. — Чонгук, ты меня любишь? Парень конкретно так выпал в осадок. Не, ну вот как вам объяснить. Вы когда-нибудь запускали навороченную игрушку на своём старом пришибленном ПК, который и деда вашего пережил? Ну, вот примерно, как старый процессор чуда технологий, так и мозг Чонгука имеют свойства глючить и отключаться в особо загруженный период времени. Только комп с нескольких попыток и ударов по корпусу включить можно, а вот Гук так и сломаться может. Что вообще этот хён несёт? Младший уже, конечно, привык к тому, что из этого рта вечно вылетает что-то несуразное и неподдающееся логике. Но вот сейчас он превзошёл себя, а так же сделал то, что не удавалось ни одному самому хардкорному ужастику — напугал Чон Чонгука. Что б вы понимали, Чон никогда в своей жизни ничего не боялся. Ему казалось, что такую вещь как страх придумали лишь для того, чтобы развивать индустрию кино в сфере "ужасы". Ну, а что? Младший действительно считал это крупным маркетинговым ходом. И вообще, люди боятся не темноты, а то, что в ней скрыто. А Чонгук всегда считал, что если он не знает, что там, то значит там ничего нет. Ладно, вернёмся к сложившейся ситуации. Ладони вдруг резко начали потеть, сердце колотиться о рёбра, а в горле застрял шершавый ком. А всё из-за странно-серьёзного взгляда старшего. Ну привык Гук за эти два дня, что у старшего эмоции сменяются каждую минуту, а тут на тебе, абсолютно сосредоточенный взгляд, даже какой-то выжидающий. Слова застряли в горле, но парень понимал, что старший ждёт чёткого ответа… Наверное. — Хён, я… — Стой, слышишь? — уже было открывшего рот Чонгука, прервал старший, который уставился куда-то тому за спину. От серьёзного взгляда на лице не осталось и следа, а сам он сменился на вселенского масштаба заинтересованность. Ещё секунда и старший сломя голову несётся мимо Чонгука в ту самую сторону, которую до этого прожигал взглядом, сопровождая это всё писком. Гук ещё не до конца осознал, что произошло, но он прекрасно понимал, что может теперь вздохнуть с облегчением. Ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу. Приведя в порядок нервную систему и сбившееся к чёрту сердцебиение, Чон всё же решил повернуться и узнать, в чём же причина такого радостного писка старшего. Но лучше бы он этого не делал ибо то, что он увидел заставило подзависнуть ещё на какое-то время.

***

— Вот так мы нашли нашего первенца — Чон Ёнтана. Не в капусте конечно, а в кустах. — с неким материнским трепетом подытожил Тэхён, нежно гладя животное на своих руках, что уснуло уже. — Разве Ёнтан — не твой первенец? — словив на себе недоумевающие взгляды окружающих, Чимин продолжил. — Ёнтан — шпиц, его собака. — Так то Ким Ёнтан и он только мой малыш. — А разница? — вступил в бессмысленный диалог Юнги. — То Ким Ёнтан — мой сын. А это Чон Ёнтан — наш сын. — поясняет Тэхён так, будто говорит очевидные вещи. — Почему «Чон»? — вступается Хосок. — И почему «наш»? — поддерживает Юнги. — Потому, что я отец. — в чат вошёл Чон Чонгук. — А не рано тебе, мелочь? — Юнги на это лишь посмеялся, но получив убивающий взгляд от Гука и небольшое пояснение от Чимина в виде «У него не было выбора», Мин лишь пожал плечами. — Так, это всё очень интересно. Мы потом как-нибудь поздравим вас с образованием новой ячейки общества и пополнением в семье, но лучше ответьте на первоначальный вопрос. — Так вы же перебиваете…

***

Знали бы вы, как Чон умолял старшего оставить это существо там, где тот его нашёл, ибо… Та блять, это медведь. Это, мать его, самый настоящий детёныш гималайского медведя. И каким бы смелым не был Чонгук, но встречаться с его мамой ему точно не хотелось. Да вот только умоляющий взгляд старшего, что сейчас был милее всех самых плюшевых медвежат во всём мире вместе взятых. В общем, Гук понял, что нужно будет учиться отказывать темноволосому… Но это как-нибудь потом. А сейчас они дружно шагают из леса в сторону лагеря, дабы накормить новообретённого малыша и уложить его баиньки. Короче, хрен его знает, что творится в этой темноволосой головушке старшего. Гук пытался разгадать тайну бытия Ким Тэхёна — ничего не получилось, миссия провалена. Младший устал и тоже хочет кушать, поэтому просто молча следует за хёном, соглашаясь со всем тем бредом, что тот планирует для их совместного «ребёнка». Путь не занял так много времени, сколько они бродили по самому лесу, поэтому вскоре уже мордашка младшего парня встретилась с любимой подушкой, точнее должна была с ней встретиться, но этому кто-то нагло помешал. Повернув голову вбок, Гук наткнулся на несчастного воришку. Ким Тэхён быстренько прикарманил подушку своего тонсена и разместился с ней на полу, после укладывая туда тушку медвежёнка. И вот Чон хотел бы что-то сказать, да не может. Голод перекрывает все мыслительные процессы. — Хён, я кушать хочу. — простонал Гук настолько детским и жалостливым голосочком, что Джин бы на месте Тэхёна уже сорвался с места и выполнил бы любой каприз этого младенца-переростка. Но, видимо, Тэ сейчас не в состоянии видеть что-то кроме своего новоиспечённого «сына». — Сходи принеси еды. — не отрываясь от поглаживания медведя, отозвался парень. — И себе чего-нибудь захвати. Так, ясно. У старшего новая игрушка, а о новом любимом тонсене можно и забыть на часик другой. Не сказать бы, что Гук обиделся или ревнует… Но да, чёрт возьми, он обиделся и ревнует своего хёна к этому животному, которое ничего не сделало, а отняло всё внимание старшего. Чон бы даже губку выкатил и захныкал от несправедливости, но он вспоминает, что ему уже давно не пять, а желудок всё ещё требует еды. Так парень и отправляется на поиски пропитания. Что сказать, добытчик он теперь в своей семье. А Тэхён даже и не заметил, что за младшим уже дверь закрылась и он остался наедине со своим новым малышом. Тому так нравилось смотреть, как это милейшее существо сопит в подушку, свернувшись калачиком. Чем-то напоминает Тэхёну его любимейшего Ёнтана, который остался на длительное время один в Сеуле. Ну, не совсем один. С родителями Тэ, но без своего папы. А у темноволосого сердце разрывается от тоски по любимому Тани. И даже этот мишка не сможет полностью заполнить собой образовавшуюся пустоту. Но Тэхёну вряд ли дадут сегодня посидеть одному со своей меланхолией, ибо в следующую секунду дверь в домик выбивает горячо-любимый Пак Чимин, который зло захлопывает её и падает на кровать Кима, истошно выстанывая всю свою злость и обиду. А Тэ и не спешит, знает ведь, что Чим через минуту всё выкричит в подушку и просвятит друга во все беды. Так и происходит. — Заебали. — подытожил Чимин, лёжа лицом в подушку. — А конкретней. — Заебали все. — Спасибо за уточнение. — Ну, ну действительно. Почему все мужики такие козлы? — Чимин-и, не хочу расстраивать, но ты тоже как бы мужик. — Хорошо, почему конкретные мужики козлы? — Не знаю, это от разных факторов зависит. — Мда, помог так помог, дружище. — Обращайся, плюшечка. — Конечно. — подымаясь со своего временного пристанища, Чим немного выпал из реальности. — Это медведь? — Да. — спокойно отвечал Ким. — Живой? — Да. — И ты его от куда-то стащил? — Не совсем. — Отнесёшь обратно? — Нет. — Ясно. Понятно. Ок. На самом деле, будь они знакомы немного меньше, то Чимин бы обязательно засыпал того морей вопросов и заставил бы отнести животное на то место, где его отыскало это инопланетное тело. Но Пак понимает, что Ким упрямый до ужаса и, если тому что-то стукнуло в голову, то лучше промолчать. Ничего, наиграется и бросит каку. — И что ты с ним делать собираешься? — поинтересовался Пак, вымученно вздыхая. — Растить. — спокойно отвечает Ким и берёт спящее животное на руки. — А, ну да. Как же я сразу не понял. — сарказм так и лился из Чимина, хотя тот, кому он был направлен так и не заметил странного тона своего лучшего друга. — Хочешь подержать? — вдруг резко сменил тему младший и уже приближался к Чимину, у которого сердце в пятки ушло. Но не успел блондин слова сказать, как к нему на колени положили это пушистое существо. Страшно до ужаса, но то, что это животное спало, дало хоть немного успокоиться и дрожащим голосом обратиться к другу. — Тэхён, убери его, будь так добр. — стараясь даже не прикасаться к животине руками, Чимин отогнулся назад. — Ну чего ты, он же такой милашка. На Тани похож. — Я всё понимаю, но убери его. — Та не дёргайся так, ты его разбудишь. — Тэхён, забери. — Чимин, он проснулся. — Ким Тэхён! — Так, спокойно!

***

— В общем, малыш проснулся без настроения и присутствие чужого человека его немного напугало. — преспокойно гласил Тэхён, стараясь не обращать внимание на убийственный взгляд своего друга. — Так, ясно. Прости Тэ, но мы завтра же относим его обратно в лес. И как можно раньше, пока Тэён не увидела непрошенного жителя в лагере. — Джин старался сохранять спокойствие. Ведь Тэён-нуна приезжает уже завтра, а у них тут настоящий дурдом творится. — А щука от куда? — Стащил у поставщика продуктов, это была единственная свежая рыба у него в грузовике. — невинно так пролепетал Чонгук. — Ладно. — уже совсем обессилено согласился Джин. — А с Хосоком что? — Я полянку с цветочками нашёл, хотел сделать веночек, но подумал, что это банально и сплёл бороду. — огладив эту самую бороду, старший Чон сделал предельно серьёзный вид. — Ебать, лагерю пиздец до конца смены. — подытожил Джин.