Выживут только мечтатели

      Всю ночь Миша не мог заснуть. Он всё взвешивал слова Корнилова о возможных чувствах Данилы к нему. Цыркунов даже допускал возможность, что специально закрывал на это глаза, чтобы не думать о подобном. Именно сейчас в голове всплывают тысячи моментов, в которых Кашин буквально кричит Мише: «Я люблю тебя!». Цыркунов, погружённый в раздумья, не заметил как время уже подходило к шести утра. Голова становилась тяжелее, будто огромная свинцовая туча нависала над ней, глаза слипались. Наплевав на всё, Миша зарылся в объятия к Корнилову и, закрыв глаза, буквально мгновенно погрузился в сон. Ведь уже через несколько часов ему предстояла «вылазка» на поверхность.

***

*Одиннадцать утра*

      Корнилов, проснувшись, аккуратно вылез из объятий Миши, прижавшегося к нему прохладным утром, и направился к холодильнику, чтобы приготовить что-то на завтрак. Голова парня ужасно болела, что было весьма неудивительно, первое похмелье уже дало свои плоды: парень слегка покачивался, а его ноги заплетались и путались между собой. Корнилов открыл холодильник, пробурчав что-то невнятное. За парнем вдруг возник Кашин, открывая холодильник шире. Данила достал из дверцы две баночки пива и приложил одну из них ко лбу Корнилова, заставляя того невольно простонать. Кашин тихо усмехнулся и направился к одному из диванов, падая на него и тяжело вздыхая. — Первый раз напился? — начал разговор Данила. — Тебе какое дело? — Даня был явно не настроен на дружелюбный разговор, он чувствовал, что в этом парне живёт дух соперничества, что если Корнилов даст слабину… Миша может оказаться уже не с ним. — Я понимаю, что ты ревнуешь, только не стоит думать, что ты здесь что-то значишь для кого-то, кроме Миши, — Кашин всегда знал, что ответить, он не мешкал и секунды, в то время как его ответ загнал Даню в тупик. — Отлично, посидим в тишине, — добавил Данила, открывая банку.       Всё время, что Даня готовил завтрак, кухню наполняла давящая на мозг тишина. Обоих парней это начинало напрягать, но никто из них не собирался сдавать позиции, пока в зале не появилась Лиза. — Доброе утро, — зевнула девушка, поправляя растрёпанные волосы. — Доброе, — в голос ответили парни, недовольно переглянувшись. — А Миша ещё спит? Вчера была весёлая ночка, да? — усмехнулась девушка, добираясь до стола с готовой яичницей. — Нет. Я вчера рано уснул… — Даня перевёл взгляд на Кашина, недовольно щурясь. — Миша скорее всего как всегда задумался о чём-то. Он часто так делает с тех самых пор, как с Никитой повёлся… — объяснил всё Данила, опустив взгляд. — Что за Никита? — Корнилов вопросительно вскинул бровь, бегая взглядом с Данилы на Лизу и назад. — Миша тебе не говорил? Никита — тот мужчина, оставивший засос на его шее. Тот, с которым он спал за еду. Ну, разумеется, с начала их отношения казались Мише нормальными, пока Никита не начал шантажировать его. Миша мало чего говорит на этот счёт, но мне кажется, что изначально у него были чувства к нему. Когда они переспали впервые, Миша был напуган, но считал, что так всё и должно быть, ведь в разрешённых книгах не пишут о том, как должно, а в запрешённых, лишь о том, как не должно. В общем, этот Никита — первый парень Миши, который разбил ему сердце. С тех пор, до тебя у него отношений не было, — Лиза всё разъяснила. — Раз Миша не говорил, то и тебе варежку открывать не стоило. Не язык, а помело, — возмутился Кашин, допивая пиво из банки. — Ты уже тяпнул с утра пораньше?! Тебе сегодня с Мишей идти! — вдруг завелась Неред, накалывая на вилку кусок яичницы. — Знаю. Я совершеннолетний, мне можно употреблять алкоголь, не придерутся. А если и придерутся, то у тебя же гениальный план по перевоплощению Миши, не так ли? — Кашин сразу перевёл стрелки, с ответом, как всегда, он не медлил. — К слову об этом… Даня, иди разбуди Мишу, нам скоро уже нужно будет приступить, чтобы успеть к часу тридцати выйти, — Лиза, доедая свой кусок завтрака, обратилась к Корнилову.       Даня неуверенно вздохнул и, убрав две тарелки, направился к комнате. На кровати лежал Миша, укутавшийся в тёплое одеяло, словно в кокон. Парень тихо сопел, изредка мямля что-то себе под нос. Корнилов мягко улыбнулся увиденному и прилёг рядом с парнем, лицом к лицу. Даня нежно провёл ладонью по щеке парня, тихо шепча: — Пора вставать…       Миша нехотя открыл глаза, фыркнув что-то неразборчивое. Парень зевнул и уткнулся носом в грудь Дани. — Давай, тебе нужно собираться, — Корнилов поцеловал парня в лоб и встал с кровати. — Чёрт… — пробурчал Цыркунов, поднимаясь на локтях. — Сколько сейчас времени? — Без двадцати двенадцать. Лиза хочет как-то преобразить тебя, — Даня неуверенно взглянул на девушку сидящую за столом и оживлённо обсуждающую что-то с Кашиным. — Звучит как угроза, — Усмехнулся Миша и нехотя поднялся на ноги. — Доброе утро, — прошептал он, поцеловав Даню. — Доброе, — в ответ парень нежно улыбнулся. — Доброе утро, Миша, — воодушевлённо начала утро Лиза. — Доброе, — зевнул Цыркунов, усаживаясь за стол, напротив своей тарелки с завтраком. — Надо же… Сегодня не пицца? — усмехнулся парень, взяв вилку в руку. — Когда доешь, дуй в мою комнату. Сделаю так, чтобы тебя никто не узнал, — Неред быстрым шагом удалилась в свою комнату, тихо хихикая. — Чего это она с самого утра мне угрожает? Что вы удумали? — Миша взглянул на Кашина, но когда их взгляды сошлись, он, покраснев, отвёл глаза в сторону. — Чёрт её знает. Видимо, мы с Даниилом — последние, кто узнает о её затее. Так что, ты уж постарайся не испортить сюрприз раньше времени, — Кашин сделал вид, что не заметил реакции парня, потому ответил в привычном для себя жанре.       Позавтракав, Миша направился в Лизину комнату и до назначенного времени не высовывал от туда и носа. Изредка были слышны крики возмущения, но после получасовой лекции, всё стихло. Дверь открылась и в зал вышел Миша. Увидев парня, Кашин выронил чашку с кофе и застыл на месте. Корнилов, выглянувший из комнаты, еле закрыл отвисшую на пару мгновений челюсть…