Выживут только мечтатели

— Вот вы как значит встречаете своего старого друга? — послышалась усмешка, спустившегося вниз парня.       Из рук Миши мгновенно выпала сковорода и парень бросился к давнему другу, напрыгивая на него с объятиями, из-за чего тот, пошатнувшись, поставил огромный пакет на пол. — Ты чего сковороду схватил? Думал мне блинов напечь? — рассмеялся парень, удержавшись на ногах и обняв Цыркунова в ответ. — Первое, что под руку попалось схватил, — усмехнулся Миша, даже не собираясь слезать с парня.       Корнилов двинулся в сторону Цыркунова, обхватившего незнакомца руками и ногами, но его остановила Лиза, поставив перед грудью Дани свою руку. — Это Дима Малинов. Он был парнем старшей сестры Миши — Дианы. Тебе ревновать не к чему. Он самый натуральный из всех натуралов, — объяснила произошедшее Лиза, в то время как Кашин направился к парням, чтобы нормально поприветствовать старого друга. — Ага, я вижу. Миша рад его видеть… — вздохнул Корнилов, успокоившись, на что скорее повлияли недавно сказанные слова Миши, чем Лизино объяснение. — Они не видели друг друга восемь лет. Поверь, они действительно рады, — улыбнулась Неред, похлопав Даню по плечу.       Цыркунов резко вспомнил о парне и, отлипнув от Димы, подбежал к нему, схватив за руку. —Пойдём! Я вас познакомлю! — Миша был невероятно воодушевлён и безумно рад происходящему. — Дима! Это Даниил Корнилов — мой парень. — Всё-таки по мальчишкам, да? Ну, это было сразу понятно, — мягко улыбнулся Малинов и накинул руку на плечо Дани. — Обидишь его — бошку откручу, — шепнул парню на ухо Дима и тут же потёр друг о друга ладони, улыбаясь. — Итак! Давайте отпразднуем то, что мы все снова вместе! Кто хочет оторваться? — в зале поднялся шум.       Разумеется, никто из присутствующих не мог отказаться от подобного предложения, а потому Малинов схватил свой пакет и поставил его на стул, начиная выставлять на стол бутылки. Там было всё: начиная от шампанского, заканчивая мартини, коньяком и водкой. Дима разлил шампанское по бокалам и поднял свой вверх. — За тех, кто сейчас здесь и за тех, кого с нами нет! — выкрикнул тост Малинов и все осушили бокалы.       Так, тост за тостом скончалась бутылка шампанского и настало время переходить к мартини. С каждым выпитым стаканом стулья становились всё неудобнее, а потому, вскоре вся компания переместилась на пол. — Есть предложение! — воскликнул Дима, хлопнув в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. — Ещё по одной? — усмехнулся Кашин, но в ответ получил отрицательный кивок головой. — Давайте сыграем в бутылочку. На желание. Что скажите? — после слов Димы все начали переглядываться. — В бутылочку? Это как? — Корнилов шёпотом спросил правила у Миши, но как только тот набрал в лёгкие воздух, чтобы ответить, его перебил Дима. — Мы все садимся в круг. Если горлышко бутылки указывает на тебя, тот, на кого указывает донышко, загадывает тебе желание, которые ты обязан выполнить, иначе вылетаешь из игры, — объяснил всё Дима. — Звучит угрожающе… — пробубнил Корнилов, задумавшись. — Ну давай! Будет весело! Ну пожалуйста, Даня, — начал канючить Цыркунов, взяв парня за руку. — Ладно, я с вами, — обречённо вздохнул Даня, усаживаясь рядом с Мишей. — Я играю, — улыбнулся Кашин, опрокидывая очередной стакан. — Я тоже в игре, — Лиза сделала последний глоток мартини и налила себе в стакан немного коньяка. — Что ж, я кручу, — объявил Дима и раскрутил бутылку из-под шампанского на полу, посредине круга из присутствующих. — Итак, Я загадываю нашему новенькому, — усмехнулся парень, раздумывая над заданием. — Ты должен выпить то, что я сейчас смешаю и не упасть, —заявил Малинов, вставая на ноги. — Дань, у тебя же были рюмки, так? — Да, на верхней полке шкафа, — Кашин лёг на пол, указывая на кухонный гарнитур.       Дима достал около десяти рюмок, выставляя их в ряд на кухонном столе. Парень взял в руки бутылку водки и заполнил в девяти рюмках половину, а десятую налил по края. Затем Малинов открыл бутылку с коньяком и заполнил оставшиеся девять рюмок. Корнилов напряжённо взглянул на предстоящее. — Миша такое за 30 секунд выпивает, — усмехнулся Кашин, вспоминая недавнее. — Послушай, у тебя ограничения во времени нет. Не торопись. Если станет плохо, останавливайся, — Миша приобнял парня, слегка разминая его плечи. — Хорошо, начинаешь на счёт три. Готов? — Дима знал, что парня раздраконят слова Кашина и тот постарается выпить всё быстрее Миши. Увидев уверенный кивок, Малинов начал отсчёт. — Один… два… три!       Корнилов опрокинул первую рюмку, скривив лицо и прорычав что-то невнятное, но останавливаться парень не собирался, а потому через пару секунд опрокинул и вторую, а за ней третью. Дело шло хорошо до восьмой рюмки. Ноги Дани начали подкашиваться ещё на седьмой, а стоило осушить восьмую, как перед глазами известная ранее комната превратилась в палитру с множеством пересекающихся цветов. Звуки смешивались в один сплошной шум. Но один голос всё-таки был слышен более отчётливо. — Даня! — это был голос Миши. — Всё, хватит, тебе нужно отдышаться, присядь. — Но тогда он не выполнит задание. Выходит, он проиграет! — воскликнул Дима. Цыркунов прищурил глаза и за раз опрокинул обе оставшиеся рюмки, слегка зажмурившись. Парень вернул Даню в круг и сам сел рядом, положив руку ему на колено. Все остальные поменялись местами, чтобы сменить вероятности. — Тебе лучше? — прошептал Цыркунов, пока бутылка вращалась. — Да. Я в норме, — ответил Корнилов. — Горлышко на тебе.       Миша взглянул на бутылку. Всё верно. Горлышко указывало на Цыркунова, а донышко вновь смотрело на Малинова. — Что ж… мне сегодня везёт, — усмехнулся Дима, осматривая всех присутствующих. — Придумал! Ты должен возбудить Корнилова. Вы же встречаетесь, труда тебе не составит, верно? — Но он ведь пьян, — Цыркунов попытался отказаться, но по взгляду Малинова было видно, что ему всё равно. — Ладно, окей, — Миша опрокинул свой стакан с мартини залпом и выдохнул.       Цыркунов одним движение уселся к Корнилову на колени, обнимая того за плечи. Миша поправил свою чёлку и слегка смущённым взглядом посмотрел в глаза Дани. Тот подался вперёд, вовлекая Мишу в поцелуй и обхватывая его руками. — Этого достаточно? — усмехнулся Дима, бегло взглянув между ног Корнилова. — Пф, слабак. — Чувствительность вообще-то может быть присуща мужчинам. Это ничего не значит, Дим, — подметил Цыркунов, заступившись за Даню. — Шучу я, шучу. Не злись, пирожок, — усмехнулся Малинов, вращая бутылку снова, когда все пересели.       Горлышко указывало на Кашина, а донышко вновь остановилось на Диме. Миша, прищурившись, глянул на старого друга, что-то подозревая. — Итак, а теперь сектор «игра» на барабане, — воскликнул Дима, поднимаясь на ноги. — Сегодня в честной борьбе сойдутся Данила Кашин и Михаил Цыркунов! Игра под названием «Бурый медведь пришёл!». Для не знающих правила, Корнилов, поясняю: в тару наливается шампанское, у каждого участника есть свой стакан. Стаканом участник черпает шампанское, выпивает его, а затем наливает в тару стакан коньяка, пока цвет не сменится. При смене цвета я говорю: «бурый медведь пришёл!». А затем всё наоборот. Мало кто доходил до ухода бурого медведя. Играем пока один из парней не сдастся или не упадёт, — разъяснил Малинов, наливая шампанское в достаточно крупную салатницу. — Что ж, думаешь, сможешь меня перепить? — усмехнулся Кашин, смотря Мише в глаза. — Не недооценивай меня. То, что я мельче ещё ничего не значит, — ухмыльнулся Цыркунов. — Итак, начинаем! Белый медведь пришёл! — воскликнул Дима, раздав парням кружки.       Миша черпнул первый и быстро осушил кружку, а затем налил в неё коньяк и вылил в салатницу. Кашин не стал отставать и сделал то же самое. Все собрались у стола и смотрели за ходом игры, воодушевлённо подбадривая участников. Цвет постепенно менялся на более бурый с каждым кругом. Парней уже начинало развозить. Кашин слегка пошатнулся назад, но устоял, черпнув очередную кружку. — Бурый медведь пришёл, дамы и господа! — казалось, Дима был единственным, кто оставался фактически трезвым.       Лиза не отставала от парней, постоянно подливая в свой стакан новые напитки. Неред не любила оставаться трезвой, когда все вокруг уже еле стояли на ногах. Корнилов же с интересом наблюдал за процессом опьянения Миши, удобно устроившись на одном из стульев. Рассудок Дани был помутнён алкоголем, возможно из-за этого Цыркунов казался ему ещё более желанным, чем в обычные дни. Парень начал замечать незначительные в обыденности детали: отчётливо выделенные скулы, нездорово-бледный цвет кожи, идеально сочетающийся с тёмно-шоколадными волосами, непослушно выбивающимися из-за ушей. Губы, смоченные алкоголем будто наливались алой краской, появлялся пьяный румянец. Корнилов не мог оторвать взгляда от своего парня, продолжая любоваться. — Не хочешь сдаться? Уже еле стоишь, — промямлил Кашин, который сам чуть было не рухнул на пол пару секунд назад, но ухватился за ножку стола, фиксируя своё положение. — Кажется, единственный, кто тут еле стоит — это ты, — усмехнулся Миша. Его опорно-двигательная система работала почти безотказно даже когда парень напивался, чего не скажешь о речевом аппарате: парень еле мог связать все сказанные слова воедино, что весьма смешило его помутнённый рассудок.       Цыркунов выпил очередную кружку и слегка шатнулся назад, крепко зажмурившись. Кашин набрал в кружку уже коньяк, разбавленный шампанским и начал пить, запрокинув голову. Глотки давались парню трудно и на последнем он не устоял и рухнул на пол, опрокидывая один из стульев. — И побеждает Миша! — объявил Дима, поднимая обе руки парня вверх.       Корнилов усмехнулся и расплылся в неуклюжей улыбке. Ребята вернулись к кругу и перемешались между собой, меняясь местами. Малинов вновь раскрутил бутылку и та опять легла так, как ему было нужно. Горлышко указывало на Мишу, а донышко на него самого. — Что ж… Предпочтения Корнилова ты знаешь, ведь вы вместе. Но что если я заставлю тебя возбудить, например… Кашина! — парень указал на Данилу, сидевшего сбоку от него.       Корнилов, севший сбоку от Миши схватил его за запястье, нервно посмотрев на него. Цыркунов же встал на ноги и положил ладонь на руку Дани. — Это просто игра. Всё в норме. Мы же говорили об этом, — мягко улыбнулся парень, поцеловав Корнилова в макушку. — Ты серьёзно? — Кашин, пошатнувшись обратился к Диме. — Ага. Я веселюсь, так что, будь любезен, получай наслаждение, — улыбнулся Малинов, подмигнув Даниле. Парень будто знал о чувствах Кашина. — Что ж… Попробуем, — Миша сел рядом с Данилой и взял его руку, наигранно смутившись.       Все были конкретно пьяны, а потому чувства выступали на первый план, а здравый смысл погиб ещё с уходом белого медведя. Цыркунов сбросил свою чёлку, закрывая половину лица и исподлобья жалобно взглянул на Кашина. — Братик, — настолько возбуждающе, насколько мог, Миша сломал свой голос, заставляя лёгкий румянец выступить на щеках Кашина. — Ты можешь принять ванну вместе со мной? В ней так страшно одному…       Данила, не выдержав, притянул к себе парня и вовлёк его в поцелуй, заставляя Малинова усмехнуться. Кашин резко остановился и взглянул на Корнилова, смотрящего в их с Мишей сторону. Парень отстранился от Цыркунова и объявил о выполненном задании. Обстановка стала более расслабленной после этого желания и игра продолжилась до самого утра, пока последний из присутствующих не рухнул без чувств на пол, засыпая. Следующее утро очевидно будет тяжёлым для любителей азарта, но этот день дал всем многое понять и обдумать, насколько это было возможно. Цыркунов еле открыл глаза, поняв насколько неудобно он спит, и приподнялся, осматриваясь. Рядом лежал Даня, слегка сжимая его руку, на диване спал Малинов, Лиза заснула за кухонным столом, а Кашин же и вовсе лежал на нём, что-то бормоча сквозь сон. Миша слегка толкнул Корнилова, заставляя того нехотя открыть глаза. — Нужно спать в кровати. Я хочу, чтобы ты меня обнял. Коснись меня сегодня, — неосознанно проговорил Миша.       Парни направились в комнату и оба, как один рухнули на кровать, накрываясь одеялом. Цыркунов уткнулся носом в грудь Дани и пробормотал что-то невнятное, издалека похожее на «люблю». Корнилов усмехнулся и обхватил парня руками. Он был менее пьян, чем Миша. — Я ничего не сделаю, пока ты сам меня не попросишь. Тебе не о чем волноваться…