Acts & Results

Солнце почти спряталось за горизонтом, отбрасывая последние прозрачно-персиковые блики на город. Сакура устало откинулась на спинку плетёного кресла и размяла затёкшую шею. Бросила беглый взгляд на холст напротив,— работы ещё предстояло много, но привычного удовольствия от живописи она, увы, не получала. После того, как Мадара, буквально содрогаясь от злости, ушёл, Сакура почувствовала невероятное облегчение. Его присутствие давило на неё, словно гидравлический пресс. Благо, в универе они больше не пересекались. Как она и думала, новость о том, что они с Мадарой в ссоре облетела университет за считанные часы. К третьей паре у Сакуры началась мигрень от противного гула вокруг. Их отношения разве что глухой не обсуждал, но приходилось терпеть. В конце концов, она знала, на что шла. Это было не большой платой за избавление от Мадары. К концу дня у Сакуры появилось ощущение, что она варится в адском котле,— настолько невыносимыми стали сплетни вокруг. Не выдержав, она ушла с последней пары и поехала в мастерскую, надеясь расслабиться за работой. Попыталась начать новую картину, но, просидев целый час перед девственно чистым холстом, осознала, что это бесполезно и достала один из незаконченных набросков. Накладывая кистью один мазок за другим, в мыслях Сакура все равно возвращалась к Мадаре и их импровизированной потасовке в коридоре. Хотелось выть и биться головой об стенку,— идиотка, о чем ты вообще думала, когда затеяла этот цирк? Стоило признать, Мадара оказался не самым лучшим кандидатом на роль подставного парня. Сакура надеялась, что их соглашение решит хотя бы часть ее проблем, но в итоге все стало только хуже. Сама виновата. Ты осознавала, с кем связываешься,— одернула себя Сакура. Помогало слабо. Она достаточно хорошо изучила Мадару за прошедшую неделю и понимала,— он это так просто не оставит. Наверное, его фамильное самолюбие задето настолько, что он будет мстить ей самыми изощрёнными способами. Но что-то подсказывало ей, что дело не только в эгоцентризме Мадары. В коктейль их и так не слишком-то приятных обоюдных эмоций было подмешано что-то, чему Сакура пока не могла дать названия, а тем более,— адекватного объяснения. Мадара мог бегать за ней сколько угодно, пытаясь вывести на разговор,— у него все равно ничего не получится. И дело было даже не в Саске, который каким-то святым хером умудрился добраться до ее фоток в белье, отправленных Мадаре,— в самом деле, во всей этой абсурдной ситуации она придавала этому меньше всего значения. Просто сейчас к серьезному разговору она не была готова точно, потому что не знала, что чувствует к Мадаре на самом деле. В застывшей тишине мастерской прогремел низкий звук вибрации телефона. Сакура, вздрогнув, вынырнула из собственных мыслей, подскочила и принялась отыскивать телефон среди вороха набросков на столе. Ино, привыкшая к тому, что Сакура никогда не отвечает на звонки после первого гудка, терпеливо ожидала на другом конце провода. Откопав наконец телефон, попутно разворошив весь стол, Сакура с разочарованием взглянула на имя абонента. «А ты кого ждала? Мадару? Определись уже чего ты хочешь, девочка. Чтобы он отпустил тебя или чтобы вернул?» Отмахнувшись от внутреннего голоса, Сакура наконец взяла трубку. — Да, Свинина, слушаю. — Ты просто не представляешь, что произошло сегодня на игре. По тону Ино она поняла,— точно ничего хорошего. — Боюсь даже предположить. — Сакура, прижав телефон ухом к плечу, снова села за мольберт и взяла в руки кисть. — Твой Мадара подрался с Саске. Сакура на секунду замерла. Хотела окунуть кисточку в воду, но промахнулась и попала в чашку давно остывшего кофе. Выругалась сквозь зубы, откинула кисть в сторону. — Эй, что у тебя там происходит? — Ино нарушила затянувшееся молчание. — Только не говори мне, что это из-за тебя. Сакура судорожно наворачивала круги по мастерской в попытке успокоиться. Как много узнал Мадара? — Не скажу. — Сакура устало потёрла лоб. Чем дальше, тем хуже,— Надеюсь, никто серьезно не пострадал? — Конечно, нет. Саске, скорее всего, даже сообразить ничего не успел,— отмахнулась Ино, — До игры оставались считанные секунды, наверное, только из-за этого Мадару и не удалили с поля. Сакура почувствовала, как хватка, сжавшая все ее внутренности, наконец ослабла. За кого ты переживаешь, за себя или за него? — Кстати, зря ты все-таки не пошла на игру. У твоего мужика на трибунах целая группа поддержки собралась. — Ино продолжала тарахтеть, уже не заботясь о том, что Сакура почти не отвечает на ее реплики. Она и в самом деле пыталась затащить ее на игру, аргументируя это тем, что там будет Мадара. Затем развела целую демагогию о том, какая паршивая Сакура подруга, что игры, на которых она была с целью полюбоваться как Ино сверкает своей задницей в группе поддержки можно пересчитать по пальцам. На Сакуру подобные методы принуждения уже давно не действовали, и Ино надулась, получив очередное категоричное «нет». Впрочем, обижаться долго она не умела и через пятнадцать минут снова вернулась к обсуждению их с Мадарой отношений. — Сакура, ты вообще меня слушаешь? — Ино, продолжавшая до этого момента болтать о всякой чепухе, наконец осознала, что их с Сакурой беседа превратилась в ее персональный монолог. — Слушаю, свинина. Так как в итоге сыграли? — Сакура перевела тему, припоминая, что Ино так и не сказала, чем закончилась игра. — Конечно, мы выиграли. — в голосе Ино звучала такая гордость, будто она лично забросила в корзину противника каждый из мячей, не иначе. — Очень за вас рада. — Сакура присела на край стола, перекладывая телефон в другую руку,— Слушай, у меня ещё куча работы. Завтра расскажешь мне все подробнее. Ино на другом конце провода раздраженно засопела. — Ну уж нет, лобастая. Сегодня я хочу провести вечер с тобой. Сто лет никуда не выбирались, сколько можно зависать в своей мастерской? — грозно начала она,— Сегодня мы тусим. Тем более, у нас обеих есть повод. У меня,— победа команды, у тебя,— расставание с твоим патлатым недоразумением. Насчёт расставания Ино конечно погорячилась,— у них с Мадарой отношений-то толком не было. Сакура с тоской взглянула на в который раз брошенный набросок. На самом деле, идея повеселиться не была такой уж плохой. Вряд ли она сегодня сможет сделать что-то полезное,— голова забита совершенно другим. К тому же, Сакура и правда не могла вспомнить, когда они с Ино в последний раз куда-то ходили. Можно наконец устроить себе выходной. — Знаешь, а почему бы и нет. Скинь сообщением адрес, подъеду через час-полтора. Нужно заехать домой, переодеться. — Сакура с сомнением взглянула на испачканные акварелью запястья. — Окей, до встречи. — Ино скинула звонок. Все оказалось даже проще, чем она думала. Она-то приготовилась к масштабному противостоянию и поклялась себе, что затащит Харуно сегодня в клуб во что бы то ни стало. За спиной раздался громкий гогот, и Ино обернулась. Парни, похоже, тоже решили отпраздновать победу, судя по тому, что расходиться по домам никто не собирался. Фигура Мадары возвышалась в центре. Он расслабленной походкой направлялся к собственной машине но, заметив задумчиво провожающую его взглядом Ино, вдруг сменил траекторию. — Где Харуно? — Мадара опустил приветствие, переходя сразу к делу. Ино в ответ изумленно вскинула бровь,— он что, серьёзно? — Понятия не имею. — соврала она, нагло улыбаясь. Ино совершенно точно была уверена, что Сакура не слишком-то горит желанием общаться с этим самовлюбленным мудилой. — Неправильный ответ. — Мадара улыбнулся так приторно, что ей захотелось выблевать весь свой обед ему под ноги. — Давай попробуем ещё раз. Где Харуно. — Не слишком-то вежливо с твоей стороны,— заметила Ино,— особенно если учесть то, что это тебе от меня что-то нужно, а не наоборот. Повторяю ещё раз персонально для его патлатого величества,— я понятия не имею, где Сакура. Мадара задумчиво обвёл взглядом ее фигуру. Что-то у них с Харуно было общее, он бы даже мог подумать, что они сестры, не будь он уже знаком с семьёй Сакуры. — Тебя подвезти? — Мадара дернул подбородком, указывая на внушительную спортивную сумку на ее плече, сменив гнев на милость. — Спасибо за заботу, я как-нибудь сама. — Ино в ответ покачала головой. Мадара, кивнув, развернулся, чтобы уйти. Ничего интересного девчонка явно ему не скажет, а возле машины его уже ждали Нагато и Кисаме. — Я не знаю, что у вас там произошло такого, что она даже мне рассказывать не хочет, но дам тебе совет. — тихий голос заставил Мадару остановиться, но не обернуться. — Не пытайся заставить ее делать то, чего она не хочет. Дай ей немного времени разобраться во всем самой. Мадара ушёл, оставив реплику без ответа. Столкнулся с напряжённым взглядом Нагато, кивнул в ответ на очередной вопрос о том, все ли с ним в порядке. Но каждый, кто хотя бы относительно хорошо был знаком с Мадарой знал правильный ответ. Ничего больше не было в порядке.

***

Чьей идиотской затеей было поехать праздновать в клуб Мадара уже не помнил. От алкоголя его воротило, громкая музыка била по барабанным перепонкам, но он упорно делал вид, что ему весело, прохладно улыбаясь пытающимся флиртовать с ним девчонкам. То, что произошло на игре, при нем не обсуждалось, но он знал, что за спиной вся команда (пожалуй, за исключением Нагато и Кисаме) уже перемыла им с Саске все кости и отполировала их доблеска. Хидан, присоединившийся к ним только в клубе, пытался выяснить, какого черта вообще произошло, но был довольно резко осажен Мадарой. Все знали, что Саске давно напрашивался на разбитое ебало, но Мадара до этого момента демонстрировал просто ангельскую выдержку и безграничное терпение, которое лопнуло совершенно внезапно. Рядом за барную стойку подсела очередная девчонка, заинтересованно сверкая глазами. Мадара, фыркнув, повернулся к ней спиной, давая бармену знак повторить ему стакан минералки. Дожили, блять. Мадара сидит второй час в клубе и пьёт минералку. Просто уморительно. Взгляд снова зацепился за сидящую рядом девчонку, явно однозначно закинувшую нога на ногу так, что короткая юбка, едва прикрывающая бёдра, грозила лопнуть по швам. Отметил про себя,— Харуно такие не носит. Почти рыча схватил стакан поставленной перед ним минералки,— да какого черта опять в его голове делает Харуно? Убирайся. Заметил возле перил Хидана, задумчиво потягивающего виски со льдом и решил присоединиться. Все остальные тряслись на танцполе на первом этаже,— Мадара же предпочитал более уединенную атмосферу вип-зала на втором. — Выискиваешь новую жертву? — Мадара кивком указал на трясущихся словно в припадке людей внизу. — Что-то вроде того. — Хидан коротко кивнул в ответ. — Эй, посмотри-ка, это случаем не твоя подружка там сидит? Мадара проследил за указывающим направление пальцем Хидана. И кто бы мог подумать, какое невероятное совпадение. Харуно Сакура сидела за барной стойкой на первом этаже и довольно миленько болтала с долговязым и худощавым типом, уже тянущим к ней свои мерзкие клешни. Мадара мог поклясться, что в его голове раздался оглушительный щелчок. Все вокруг замедлилось как в гребаном слоумо. Мадара впихнул мешающийся стакан что-то недовольно проворчавшему в ответ Хидану и вихрем спустился с лестницы, расталкивая недовольных людей. Его взгляд сфокусировался на одной точке и взял ее под прицел. Харуно Сакура улыбалась собеседнику, и Мадара был готов порвать его на лоскуты хотя бы из-за этого. В неоновом освещении клуба ее волосы приобрели кислотно-розовый оттенок, а в глазах плескалось море из ядовитой зелени. Мадара сжимал и разжимал кулаки, пытаясь успокоиться, но кровь уже ударила в голову и пульсировала в такт музыке. Сакура заметила его слишком поздно и раскрыла рот в немом удивлении. Судорожно глотала воздух, словно выброшенная на берег рыба и оглянулась в поисках поддержки в виде смывшейся так не вовремя Ино. Светловолосая макушка подруги мелькнула где-то далеко и совсем исчезла, оставляя Сакуру в одиночестве. Ну, почти в одиночестве. Каменное лицо Мадары не выражало ни единой эмоции, но Сакура научилась читать его по глазам. В его зрачках отражался калейдоскоп из неоновых отблесков ламп, гипнотизирующий и заставляющий ее испуганно замереть как в дурацкой детской игре. Море волнуется раз. Мадара обжег ее раскалённым взглядом и сконцентрировал все своё внимание на недоразумении рядом. Бедняга совсем не подозревал, что его ждёт в ближайшем будущем. Море волнуется два. То, что произошло дальше, заставило Мадару яростно сжать челюсти так, что заскрипели зубы. Харуно Сакура, смотря прямо ему в глаза, нежно улыбнулась и положила собственную ладонь поверх руки удивлённо замершего паренька. Ох, принцесса, ты только что бросила ягнёнка в клетку к тигру. Море волнуется три. Прошло всего пара мгновений, а Мадара уже отбросил собеседника куда-то за спину, схватив Сакуру за предплечье так сильно, что на ее лице проступила гримаса боли. Мадара не помнил, как тащил ее, в ушах стоял дикий звон и все, чего ему сейчас хотелось,— это убраться из этого места как можно дальше и прихватить с собой Харуно Сакуру. — Мадара, какого черта? Сейчас же отпусти меня. — длинные пальцы яростно сжимали тонкое предплечье. Рука почти онемела, а взгляд размыло слезами,— то ли от боли, то ли от шока. Мадара резко остановился, и Сакура споткнулась, еле успевая удержать равновесие на каблуках. — Лучше, блять, просто молчи. — он, наконец сфокусировал взгляд на ее лице. Замри. Сакура смотрела на него стеклянным взглядом с застывшим в глубине страхом. Мадара уже успел притащить ее на парковку и теперь лихорадочно пытался набрать в легкие как можно больше морозного воздуха. Ослабил стальную хватку, но не отпустил. Заметил, что ее начало трясти от холода и наконец обратил внимание на голые плечи и посиневшие губы. Выругался сквозь зубы, перехватил Сакуру поудобнее,— за запястье и снова потащил за собой, теперь уже к своей машине, а она покорно поплелась за ним, словно ишак на привязи. Разблокировал машину и запихнул ее на переднее пассажирское сиденье. Собирался сесть за руль, но не успел,— девчонка тут же попыталась выскользнуть. Из груди Мадары вырвались мало похожие на человеческие звуки,— внутри него все бурлило и клокотало. — Сядь, нахрен, в машину. — Мадара преградил ей путь. — Мои вещи остались там. Уйди с дороги, Мадара, последний, кого я сейчас хочу видеть,— это ты. — голос Харуно едва уловимо дрожал, и несколько прядей волос прилипли к мокрым щекам. Она что, плакала? — Попробуй только сдвинуться с места,— прибью нахрен. — прошипел Мадара, снова запихнув ее в машину, и стремительными шагами направился в сторону здания. Сакура откинулась на спинку кожаного кресла и попыталась успокоиться, массируя круговыми движениями пальцев виски. Ее все ещё потряхивало от шока,— доигралась, идиотка? Острых ощущений захотелось? Дверь распахнулась через несколько минут, и Мадара швырнул ей на колени миниатюрный клатч и куртку. Сел за руль, кинул на неё взгляд через салонное зеркало заднего вида,— Сакура в ответ смотрела волком. Резко нажал на педаль газа так, что засвистели пробуксовывающие покрышки. Сакура отвернулась, сконцентрировав внимание на проносящихся мимо огнях ночного города. Мадара угрюмо молчал, изредка бросая на неё настороженные взгляды. Наверное, думал, что она способна выпрыгнуть из машины на ходу. До ее дома они доехали в абсолютной тишине. Как только машина остановилась, Сакура тут же вынырнула из нее, позволяя морозному воздуху обнять себя за голые плечи. В голове образовался давящий на черепную коробку изнутри вакуум. Наверное, если постучать по макушке, можно даже услышать эхо,— настолько опустошённой она себя чувствовала. Мадара за ней не последовал. Замер напряженной фигурой в машине, наблюдая, как ее силуэт медленно исчезает в золотистом свете фар. Он не знал, как долго просидел так, прежде чем из его горла вырвался утробный рык. Двинул кулаком по передней панели,— содрал с костяшек кожу. Это зашло слишком далеко. Мадара ещё ни разу не терял контроля настолько, что не мог остановиться, не мог взять себя в руки, не мог... Он, нахрен, ничего не мог. Мадара чувствовал себя так, словно был оголенным проводом высокого напряжения. Перед ней он становился абсолютно беззащитным, неспособным удержать заполняющие его до краев эмоции. Все, что было в нем до встречи с ней теперь потеряло всякую ценность. Мадара наблюдал, как рушится привычный ему мир вокруг, осыпается прахом и исчезает, словно не было жизни до. И самое главное,— он готов был проходить через это раз за разом, зная, что в конце его не ждёт ничего кроме ярости и сожаления в глазах цвета свежескошенной травы. Но это лучше, чем безразличие, неправда ли? В реальность его вернул затрезвонивший телефон с высветившимся на дисплее именем Хидана. Мадара молча поднял трубку. — Друг, ты как? — голос Хидана был едва заметно взволнован. Мадара прикрыл веки,— глазные яблоки зудели так, будто кто-то плеснул в них кислотой. Паршиво,— хотелось ответить ему, но вместо этого он бросил привычное: — Я в порядке. И отключился. Не помнил, как добрался до дома,— мозг, казалось, превратился в расплавленное желе. Не включая свет, небрежно разулся и завалился в постель прямо в одежде,— ни на что больше не оставалось сил. Лунный свет просачивался в комнату сквозь полупрозрачные шторы, заливая серебром комнату. Мадара медленно проваливался в сон, видя смутные силуэты, мелькающие перед глазами, словно картинки из старого пленочного фильма. Последним, что он запомнил, была нежная улыбка Харуно Сакуры, а после его накрыло лавиной спасительной темноты. Учиха Мадара спал крепким сном до самого утра и больше ничто не могло потревожить его хрупкий покой.