***
- Почему ты здесь, в городе, отец? - спросил он. - Разве тебе не следует отправиться сражаться с лордом Станнисом, или Хэрролдом Арреном, или еще с кем-нибудь? - Пока лорд Редвин не подтянет свой флот, у нас не хватит кораблей, чтобы атаковать Драконий Камень. Это не имеет значения. Солнце Станниса Баратеона село над Черноводной. Что касается Аррена, мальчик все еще на западе, но большие силы под командованием Люсеона Херси и Саймонда Темплтона спускаются к Сумеречному Долу. Я послал лорда Тарли встретить их, в то время как сир Григор едет по королевской дороге, чтобы отрезать им путь к отступлению. Херси и Темплтон окажутся зажатыми между ними, имея треть сил Аррена. - Даскендейл? Там нет ничего, что стоило бы такого риска. Неужели Молодой Сокол в конце концов допустил ошибку? - Тебе не о чем беспокоиться. Твое лицо бледно как смерть, и сквозь повязки просачивается кровь. Скажи, чего ты хочешь, и возвращайся в постель. - То, чего я хочу... Под сказал мне, что Мизинец стал лордом Харренхолла. - Пустой титул, пока Лин Корбрей владеет замком для Хэрролда Аррена, но лорд Бейлиш жаждал этой чести. Он сослужил нам хорошую службу в деле о браке с Тиреллами. Ланнистер платит свои долги. На самом деле брак с Тиреллами был идеей Тириона, но было бы невежливо пытаться утверждать это сейчас. - Этот титул, возможно, не такой уж пустой, как ты думаешь, - предупредил он. - Мизинец ничего не делает без веской причины. Но как бы то ни было. Кажется, ты что-то говорил об уплате долгов? - И ты хочешь получить свою собственную награду, не так ли? Очень хорошо. Чего бы ты хотел от меня? Земли, замок, какой-нибудь титул? - Немного чертовой благодарности было бы неплохим началом. Лорд Тайвин уставился на него, не мигая. - Ряженые и обезьяны требуют аплодисментов. Как и Эйрис, если уж на то пошло. Ты сделал то, что тебе было поручено, и я уверен, что это было в меру твоих возможностей. Никто не отрицает той роли, которую ты сыграл. - Ту роль, которую я сыграл? Те ноздри, что остались у Тириона, наверняка раздулись. - Мне кажется, я спас чертов город. - Большинство людей, похоже, считают, что именно моя атака во фланг лорда Станниса переломила ход битвы. Лорды Тирелл, Роуэн, Редвин и Тарли тоже сражались благородно, и мне сказали, что именно твоя сестра Серсея заставила пиромантов разжечь дикий огонь, уничтоживший флот Баратеонов. - В то время как все, что я сделал, это бил баклуши, не так ли? - Тирион не смог скрыть горечь в своем голосе. - Твоя цепь была умным ходом, и она имела решающее значение для нашей победы. Это то, что ты хотел услышать? Мне сказали, что мы также должны поблагодарить тебя за союз с Дорном. Возможно, тебе будет приятно узнать, что Мирцелла благополучно прибыла в Солнечное Копье. Сир Эрис Окхарт пишет, что ей очень понравилась принцесса Арианна и что принц Тристан очарован ею. Мне не нравится отдавать дому Мартелл заложника, но, полагаю, с этим ничего нельзя поделать. - У нас будет свой собственный заложник, - сказал Тирион. - Место в совете также было частью сделки. Если принц Доран не приведет с собой армию, когда заявит о своих правах, он отдаст себя в нашу власть. - Мартелл претендует не только на место в совете, - сказал лорд Тайвин. - Ты также пообещал ему месть. - Я обещал ему правосудие. - Называй это как хочешь. Все равно все сводится к крови. - Надеюсь, это не тот товар, который в дефиците? Я расплескал его целыми озерами во время битвы. - Тирион не видел причин не переходить к сути дела. - Или ты так привязался к Григору Клигану, что не можешь с ним расстаться? - От сира Григора есть польза, как и от его брата. Каждому лорду время от времени нужен беспощадный зверь... Или мне напомнить, что Старк сделал с Железнорожденными, Сестрами, Майр, Близнецами и в Бхораше? - В лесах полно зверей, - напомнил он отцу. - И в городах тоже. - Верно. Возможно, другие хищники тоже стали бы охотиться. Я подумаю над этим. Если больше нет... - Вообще-то есть. - Тирион поднялся на нетвердых ногах, на мгновение закрыл глаза, когда на него накатила волна головокружения, и сделал неуверенный шаг к двери. Позже он подумает, что ему следовало бы сделать второй, а затем и третий. Вместо этого он повернулся. - Чего я хочу, спрашиваешь ты? Я скажу тебе, чего я хочу. Я хочу то, что принадлежит мне по праву. Я хочу Утёс Кастерли. Губы его отца окаменели. - Право твоего брата по рождению? - Рыцарям Королевской Гвардии запрещено жениться, иметь детей и владеть землей, ты знаешь это так же хорошо, как и я. В тот день, когда Джейме надел этот белый плащ, он отказался от своих притязаний на Утес Кастерли, но ты ни разу этого не признал. Время прошло. Я хочу, чтобы ты предстал перед королевством и провозгласил, что я твой сын и законный наследник. Глаза лорда Тайвина были бледно-зелеными с золотыми крапинками, столь же сияющими, сколь и безжалостными. - Утес Кастерли, - объявил он ровным, холодным, безжизненным тоном. А потом: - Никогда. Слово повисло между ними, огромное, острое, отравленное. "Я знал ответ еще до того, как спросил", - подумал Тирион. "Восемнадцать лет прошло с тех пор, как Джейме вступил в Королевскую Гвардию, а я ни разу не поднимал этот вопрос. Я должен был знать. Я, должно быть, всегда это знал". - Почему? - он заставил себя спросить, хотя и знал, что пожалеет об этом вопросе. - Ты спрашиваешь об этом? Ты, который убил свою мать, чтобы появиться на свет? Ты дурно сложенное, коварное, непослушное, злобное маленькое существо, полное зависти, похоти и низкого коварства. Людские законы дают тебе право носить мое имя и демонстрировать мои цвета, поскольку я не могу доказать, что ты не мой. Чтобы научить меня смирению, боги приговорили меня смотреть, как ты расхаживаешь вразвалку, нося гордого льва, который был символом моего отца и его отца до него. Но ни боги, ни люди никогда не заставят меня позволить тебе превратить Утёс Кастерли в свой публичный дом. - Мой публичный дом? - Тирион сразу понял, откуда взялась эта желчь. Он стиснул зубы и сказал: - Серсея рассказала тебе об Алаяйе. - Её так зовут? Признаюсь, я не могу вспомнить имена всех твоих шлюх. Как звали ту на которой ты женился в детстве? - Тиша. - Он с вызовом выплюнул ответ. - А та из лагеря на Зелёной-Вилке? - Какое тебе дело? - спросил он, не желая даже произносить имя Шаи в его присутствии. - Чтобы спасти добродетель шлюхи, ты угрожал своему собственному дому, своей собственной родне? Так вот в чем дело? - Ты был тем, кто научил меня, что хорошая угроза часто более красноречива, чем само насилие. Не то чтобы Джоффри не соблазнял меня несколько сотен раз. Если тебе так не терпится выпороть кого-либо, начни с него. Но Томмен... Зачем мне причинять вред Томмену? Он хороший мальчик, и в нем течет моя кровь. - Как и в твоей матери. - Лорд Тайвин резко поднялся, возвышаясь над своим сыном-карликом. - Возвращайся в постель, Тирион, и не говори мне больше о своих правах на Утес Кастерли. Ты получишь свою награду, но она должна быть такой, какую я сочту соответствующей твоей службе и положению. И не заблуждайся - это был последний раз, когда я позволяю тебе навлечь позор на дом Ланнистеров. Ты заканчиваешь со шлюхами. Следующую я просто повешу.***
Ярмарочное Поле, Северное Королевство Робин Флинт вошёл в зал, чтобы предупредить своего лорда о прибытии посланника из Волантиса. Ариан трапезничал с Роббом, Большим Джоном, Торрхеном Карстарком, Родриком Форрестером, Уильямом Дастином, Бринденом Блэквудом, Дэрином Хорнвудом и Русом Рисвеллом. Охваченный любопытством, он приказал впустить посланника и его спутников. - Достопочтенный Кова Мейгир, посланник Первой дочери Валирии, Старого Волантиса! - Лорд Старк, я послан сюда по приказу Малаку Мейгира, триарха Волантиса, чтобы обсудить потенциальный союз между Лисом и Волантисом. - мужчина заговорил вежливо, но твердо. Ариан поднял брови: - Малаку Мейгир? Разве он не погиб пару лет назад? Кова улыбнулся: - Вы ошибаетесь, его кузен погиб, а его великолепие Малаку Мейгир надежно охранялся во время выборов. Ариан внутренне посмеивался, думая, что убил не того человека, но он считал, что жертва не имеет значения: - Ну, о каком союзе вы говорите и почему говорите об этом со мной, а не с моим тестем? - Что ж, мы хотим объединить наши родословные, а именно вашего кузена со старшей дочерью триарха Талисой. - Ты так и не ответил на вопрос, валириец. Почему ты разговариваешь с нашим Лордом? - Спросил Дэрин Хорнвуд. Кова нахмурился и ответил: - Ну, леди Талиса в Вестеросе. Она служит целительницей на поле боя в Речных землях. Мы просим вашей помощи, чтобы вернуть ее домой. Где она была бы в безопасности. Ариан подумал об этом и пожал плечами, прежде чем кивнуть. Но Кова продолжил: - Мы хотели бы, чтобы десять тысяч молодых людей из Спорных земель прибыли в Волантис. Ариан посмотрел на него и ответил: - Ну это вряд ли. Кова нахмурился: - Могу я напомнить вам о флоте из трех тысяч кораблей, которые принадлежат Волантису и которые могли бы окружить все ваше побережье? Было бы неразумно вызывать наше неудовольствие. - Сам Кова знал, что угрозы не имели под собой никакого основания, и если бы у Волантиса не было Черной Стены, он никогда бы не произнес этих слов. Северяне нахмурились из-за угроз, но Ариан остановил их, подняв руку. Он посмотрел на него со скукой и сказал: - Прошу прощения. Кова улыбнулся и сказал: - Мы готовы продлить крайний срок до трех лун. Ариан продолжил: - Нет.., - Старк встал и повернулся лицом к посланнику: - Я имею в виду, мне жаль, что вы неправильно поняли, с кем разговариваете. Вы имеете дело не с Лизандро Рогаром и не со Слоном. Вы обращаетесь к Винтерфеллу. И все подданные под защитой его лорда. Он стоял перед Ковой и его спутниками, в то время как северяне свирепо смотрели на них. Он посмотрел волансийцу в глаза: - Итак, у вас есть выбор. Вы можете либо преклонить колени, обращаясь к Магнару Первых Людей. Или можете отказаться и вернуться в Волантис, и при следующей нашей встрече вы увидите Кровавого Волка и Победоносную Северную армию в их естественной стихии. Кова нервно усмехнулся и огляделся в поисках поддержки, но северяне даже не моргнули и не пошевелились, в то время как волансийцы потели и дрожали. Он опустился на колени, и его товарищи последовали за ним. Ариан кивнул и сказал: - Мудрый выбор. А теперь можно и перекусить. - Он вернулся к столу и сказал своим лордам: - Зачем множить врагов, когда они могут быть друзьями?