Reborn: Into the Wild Westeros

            Винтерфелл, Северное Королевство       Септон Бернард был встревожен. Он был посреди этой земли, полной язычников, всего с шестью людьми. А Уайтхиллов нигде не было видно, хотя они должны были прибыть самое позднее вчера. Он знал, что что-то не так.       Внезапно в городе произошел переполох, и новость распространилась повсюду, скоро она облетит Север и все королевство. Дом Уайтхилл был почти уничтожен ревностным септоном и несколькими сыновьями Воина, но Леди Винтерфелла отомстила за них.       Когда Бернард услышал это, он понял, что ему нужно бежать, и именно это он и сделал десять дней спустя вместе со своими людьми. Он без особых проблем покинул город и скакал пару часов, прежде чем был остановлен группой из сотни вооруженных людей, размахивающих знаменами дома Старк из Винтерфелла.       Возглавлял этот отряд неуклюжий высокий мужчина ростом почти в 7 футов, который играл со своим огромным боевым молотком, как будто это была игрушка.       Один из его людей сказал ему: - Страж, вот они.       Трое воинов септона как раз собирались обнажить свои мечи, когда две стрелы поразили их каждого в сердце и в череп.       Как раз в тот момент, когда Бернард и трое воинов подумали, что для них это будет конец, он увидел, что лучники не наложили ни одной стрелы, а некоторые из них даже сидели на земле и выглядели так, словно собирались посмотреть представление.       Септон уже собирался вздохнуть с облегчением, думая, что он все еще может выжить и бежать в Старомест, пока не увидел огромного человека, которого они называли "Стражем", марширующего на них без сопровождения кого-либо из его людей.       Он встал в нескольких метрах от них и сказал: - Ну что ж, подходите.       Один из воинов фыркнул и сказал: - Какой в этом смысл? Даже если мы убьем тебя, другие язычники убьют нас.       Страж улыбнулся: - Не волнуйся, если ты убьешь меня, они позволят тебе пройти, даю тебе слово.       Септон закричал: - Слово варвара-язычника!!       Страж, Сигеррик, пожал плечами: - По-моему, это лучшее, что у вас есть.       Один из сыновей Воина не выдержал снисходительного тона и бросился в атаку в одиночку.       Это было ошибкой.       Сигеррик взмахнул своим молотом и разнес все на своем пути: лезвие, кисть, предплечье и плечо. Он качнулся вниз и раздробил противнику обе ноги. Воин взвыл от боли и рухнул на землю.       Два оставшихся Сына Воина решили атаковать вместе, но даже это не помогло, их противник был просто монстром. Он замахнулся кулаком на одного из них, чуть не сломав ему ребра. Затем он уклонился от меча другого бойца, прежде чем нанести удар своим молотом вверх по челюсти противника и обезглавить его с чистой силой. Он приступил к уничтожению последнего воина.       Септон Бернард стоял на коленях с ввалившимися глазами.       Сигеррик подошел к первому упавшему воину, у которого была только одна рука и переломанные ноги.       Он возвышался над ним и слушал его последние слова. - Я не хочу умирать, не выполнив волю Семи.       - Единственное, что менее полезно, чем болтовня слабаков, - это болтовня мертвецов. - Затем Сигеррик превратил его голову в кашу своим молотом.       Затем он повернулся к септону, чтобы задержать его, прежде чем услышал стук копыт. Он и его люди посмотрели в сторону шума и увидели знамена дома Дастин, приближающиеся к Винтерфеллу.       Две группы поприветствовали друг друга, прежде чем Барбри Дастин вышла из своего экипажа и спросила Стража: - Это он? - На что Сайгеррик кивнул.       Затем она подошла к Септону Бернарду и улыбнулась: - Я слышала, что лорд Старк лично прибудет в Винтерфелл, чтобы казнить тебя, и он подарит тебе Кровавого Орла.       Септон Бернард задрожал: - Я... Мы всего лишь хотели привести Веру в Семи сюда и попросить их принести процветание этим землям.       Барбри фыркнула: - Не издевайся надо мной. Вы хотели, чтобы история запомнила ваши имена. Ты не заботился ни о нас, ни о каких-либо приличиях.       Бернард хотел возразить, но Барбри перебил его: - Не болтай больше ничего о лжесвященнике из Земель перебежчиков. Молча прими тот факт, что ваши имена, имена вашей веры и ваших богов будут вписаны в историю как имена побежденных.       Королевская Гавань       Плохие новости продолжали поступать в Малый Совет: их поражение от Станниса, смерть Тайгетта, нападение Железнорожденных, и теперь Эдмур Талли разгуливает по Западу.       - Нам нужно уничтожить одного из наших врагов, и очень скоро. - сказал Тирион Брону.       Бронн ответил: - Насколько я понимаю, вы выигрываете.       - Это не так, чем дольше длится война, тем слабее мы кажемся и тем слабее будет наша власть, даже если мы победим. - ответил Тирион, потягивая вино. - И наша надежда уморить наших врагов голодом исчезла просто так, - он щелкнул пальцем.       - Старк действительно подловил тебя на этом. У тебя был контракт с "Тиреллами". Покупая еду за полцены и продавая ее Баратеонам, Арренам и Талли втрое дороже, чем они бы ее купили от других поставщиков, - ответил Бронн.       - Да, и мы не можем расторгнуть контракт. Тиреллы на это не пойдут, они боятся, что Винтерфелл больше никогда не купит у них припасы. И еще нам нужны деньги из-за долга, который оставил нам Роберт. - Тирион начал массировать лоб, думая о потере денег в Речных Землях за последние несколько лет и о истощившихся шахтах Утеса Кастерли.       - Не могу представить, чтобы король и твоя сестра были счастливы по этому поводу.       Тирион издал легкий смешок: - Они оба хотели, чтобы наши армии двинулись маршем на Винтерфелл. Враждовать сейчас с Северным королевством - чистейшая глупость. Несмотря на то, что мы должны быть осторожны, мне не нравится сложившаяся ситуация.       Бронн попросил его объяснить, и Бес продолжил: - Все королевства находятся в состоянии войны, но не поджигатели войны с Севера и не дорнийцы, которые мечтают отомстить за свою принцессу.       - Ты думаешь, Солнечное Копье и Винтерфелл что-то замышляют?       Тирион кивнул: - Да, они замышляют заговор, это несомненно. Но также несомненно, что они не замышляют что-то вместе. Несмотря на то, что они никогда не виделись, Доран Мартелл и Ариан Старк презирают друг друга.       Бронн посмеялся.       Юнкай, Эссос       Благодаря Вторым Сыновьям во главе с Даарио Нахарисом Дейенерис смогла без особых усилий заставить Добрых Хозяев Юнкая сдаться за два дня.       Утром третьего дня городские ворота распахнулись, и из них начала выходить вереница рабов. Дени оседлала своего серебряного коня, чтобы поприветствовать их. Когда они проходили мимо, Миссандея сказала им, что своей свободой они обязаны Дейенерис Бурерожденной, Неопалимой, королеве Семи королевств Вестероса и Матери Драконов.       - Миса! - крикнул ей мужчина с коричневой кожей. У него на плече сидел ребенок, маленькая девочка, и она выкрикивала то же самое слово своим тоненьким голоском. - Миса! Миса!       Дени посмотрела на Миссандею. - Что они кричат?       - Это по гискарски, древний язык. Это означает "Мать".       Дени почувствовала легкость в груди. "Я никогда не рожу ребенка", - вспомнила она. Ее рука дрожала, когда она подняла ее. Возможно, она улыбнулась. Должно быть, так оно и было, потому что мужчина ухмыльнулся и снова закричал, и другие подхватили его крик. - Миса! - позвали они. - Миса! МИСА! - Они все улыбались ей, тянулись к ней, опускались перед ней на колени. Некоторые называли ее "Миса", в то время как другие кричали "Аэлалла", или "Катэй", или "Тато", но на каком бы языке это ни звучало, все это означало одно и то же. Мать. Они называют её матерью.       Песнопение росло, ширилось, разрасталось. Он заухал так громко, что напугал ее лошадь, и кобыла попятилась, замотала головой и хлестнула серебристо-серым хвостом. Он разрастался до тех пор, пока, казалось, не сотряс желтые стены Юнкая. С каждым мгновением из ворот выходило все больше рабов, и когда они подходили, то откликались на зов. Теперь они бежали к ней, толкаясь, спотыкаясь, желая дотронуться до ее руки, погладить гриву ее лошади, поцеловать ее ноги. Ее бедные кровные всадники не могли отогнать их всех, и даже Сильный Бельвас в смятении кряхтел и рычал, в то время как Арстан и сир Джареми собирались обнажить свое оружие.       Сир Рейфорд уговаривал ее уйти, но Дени вспомнила сон, который приснился ей в Доме Бессмертных. - Они не причинят мне вреда, - сказала она ему. - Они мои дети, Рейфорд. Она рассмеялась, пришпорила лошадь и поскакала к ним, колокольчики в ее волосах звенели сладким победным звоном. Она побежала рысью, затем легким галопом, затем сорвалась в галоп, ее коса развевалась сзади. Освобожденные рабы расступились перед ней. - Мать, - кричали они сотней глоток, тысячей, десятью тысячами. - Мать, - пели они, их пальцы касались ее ног, когда она пролетала мимо. - Мать, мать, мать!       Она продолжала гулять по городу в течение нескольких часов. Но внезапно она увидела барда, который собирался петь, пока не увидел ее и свиту, к которой он обратился на общем языке: - Кхалиси, у меня есть новая песня, пришедшая из Спорных земель. Хотите её услышать?       Дейенерис улыбнулась и кивнула, но только услышав песню, она сжала кулаки, а ее свита почти не обнажила свои мечи.       Когда наступит зима для войны,       Вы не услышите львиного рыка.       Когда зима вынудит тебя уступить,       Олень не должен пастись на поле.       Когда зима подкрадывается из теней,       Ни одна роза не расцветет на лугах.       Когда зима сеет хаос на земле,       Вы можете поспорить, что в песке не будет змей.       Когда зима оживляет все, что кажется ей мрачным,       Кракены замерзнут в морях.       Когда наступает зима и земля начинает дрожать,       Семеро начнут гнить и увядать.       Когда зима будет сражаться до последнего,       Форели больше не будут плавать в реке.       Когда наступает зима и все впадают в отчаяние,       Ни один сокол не должен летать высоко в небе.       Когда зима покажет вам, что происходит, когда выпадает снег,       Даже дыхание дракона не согреет вас в ваших чертогах.       Когда зима приходит во всю свою мощь,       Только волки будут выть по ночам!       - Что все это значит?! - прогремел Арстан, но он только увидел, как бард покинул сцену и исчез в толпе.       - Оставь его. - сказала Дейенерис. - Нет смысла убивать посланника.       - То, чего я боялся, произошло раньше, чем я думал... Компания Роз правит Спорной землей во всем, кроме названия. Это было сообщение из Винтерфелла. Мы должны быть осторожны, ваша светлость.       - Если тебе нужно, чтобы кто-нибудь разобрался с Розой, позволь мне это сделать. Мне нужно свести счеты с этим болваном Морином. - Сказал Даарио.       - Нет. Наша цель - Бухта Работорговцев. Скоро мы встретимся в Миэрине. - сказала Дейенерис перед уходом с Серым Червем и дюжиной Безупречных.       Воронодрев, Северное Королевство       Ариан и его свита из пятнадцати человек возвращались на Ярмарочное поле после того, как увидели прогресс как в Сигарде, так и в Ворондреве, и он был доволен своими успехами.       Он ехал верхом, когда один из его людей, варг, предупредил его, что группа, столь же многочисленная, как и его, осторожно приближается к дому Блэквуда. Он решил перехватить их, велел половине своих людей взять луки или арбалеты и спрятаться.       Он подъехал к ним, и все спешились.       - Что вы, люди Баратеонов, здесь делаете?       СЛОЖИТЕ ОРУЖИЕ! ВО ИМЯ ЕДИНСТВЕННОГО ИСТИННОГО КОРОЛЯ, СЛОЖИТЕ ОРУЖИЕ! - крикнул Горди Фарринг.       Ариан вздрогнул, повернулся к Десмонду и спросил его: - Мы в десяти метрах друг от друга, почему этот полукровка кричит? - Затем он спросил людей Баратеона: - Станнис не настолько глуп, чтобы делать что-то подобное и посылать таких идиотов. Должно быть, это сделала его сумасшедшая жена.       - Вы не должны проявлять неуважение к леди Селисе! - Все люди Баратеона обнажили свои мечи, люди Старков собирались ответить тем же, но Ариан остановил их.       - Леди? У нее на лице больше волос, чем у обеих моих жен, вместе взятых, между ног. - Ариан ответил, пока Баратеоны кипели от злости.       Он подошел к Годри Фаррингу, заложив руку за спину.       - Хорошо, что ты сдался. - Сказал рыцарь.       - Сдался? Ты довольно забавный. - улыбнулся Ариан.       - Так почему же ты идешь ко мне безоружный и в одиночку? Ты умрешь, язычник. - рявкнул Годри       Ариан рассмеялся и пожал плечами: - В конце концов, чего мне бояться... Ты слаб. - Его люди взорвались смехом.       - Милостью Р'глора король Станнис считает, что от тебя больше пользы живым, чем мертвым, - сказал он. - А теперь отдай свой меч. Валирийскую сталь должен использовать воин, достойный ее, такой как я, а не какой-нибудь лорд, который использует ее только для того, чтобы почесать свою задницу.       - Хочешь Лёд? - Ариан улыбнулся, вспомнив, как его мать рассказывала ему свою любимую историю о своем брате. - Тогда ты получишь это.       - Приятного аппетита, Римус. - А затем 10-футовый лютоволк атаковал их своими когтями и зубами и быстро расправился с десятью людьми Баратеона, еще четверо были сражены стрелами, и последнее, что увидел Годри Фарринг, был нелепо быстрый взмах, а затем мир потух.       Ярмарочное поле, Северное королевство       Ариан вернулся, когда получил два сообщения. Первое письмо от его жены, которая велела ему вернуться в Винтерфелл на казнь септона Бернарда.       Второе от его шпионов, заметивших какой-то заговор между Тайвином, Бейлишем, Корбреем и лордами на Западе. Ариан велел им выяснить, не идет ли речь о его доме.       Он созвал своих лордов и сказал им, что уходит: - Постарайтесь ни с кем понапрасну не враждовать, пока меня не будет. Но если это необходимо... Что ж, вы уже знаете, что делать. - Он улыбнулся им.       - Мы вас не подведём.       Ариан улыбнулся и ответил, не моргнув глазом: - Никто из моих людей никогда не подводил меня или мой дом.       Никто из них не мог (или не пытался) удержаться от того, чтобы гордо выпрямиться при этом.       Он посмотрел на Робба: - Ты будешь за главного до тех пор, пока тебе не придется вернуться в Ров на свою свадьбу с Уиллой.       Было решено, что Робб женится на Уилле вместо Винафрид. Робб и Уилла были ближе друг к другу, Винафрид хотела Белую Гавань, а лорд Виман был счастлив, что может продолжить обучение наследника своего первого сына.       - Наша кампания еще не закончена, верно? - спросил Робб.       Ариан ухмыльнулся: - Мы побывали в каждой крепости к северу от Перешейка, поднялись из склепов Винтерфелла, прошли через курганы Первых людей, вышли из Волчьего леса, отплыли из Белой гавани и Мыса Морского дракона, с Медвежих островов и людоедов, завыли у Последнего очага, парящий над стеной и далеко за ее пределами в ожидании пищи. А волки не возвращаются домой голодными.