Вот оно какое, наше лето.

- Я ОТКАЗЫВАЮСЬ!!! – крик был громким настолько, что машина, движущаяся по полупустой дороге, едва ли не подпрыгнула. – Я не хочу! Какого хуя меня туда везут?! – женщина, ведущая машину, тихонько вздохнула и скосила глаза в сторону, на молодого человека, что сидел рядом с ней и вопил. - Сынок, понимаешь, я работаю, а… - уже в который раз за этот день залепетала она, но парень рядом с ней и не думал слушать. - Я бы мог посидеть и дома! Хуя ли ты тащишь меня в эту сраную деревню?! – в этом, в общем, и заключалась проблема. Огромная, кстати, проблема для Вадима Клокова – того самого парня, который так жаждал никуда не ехать. Особенно в деревню. Еще вчера ничто не предвещало для него беды: молчаливая мать на кухне, компьютер, куча друзей и столь желанные летние каникулы. Только-только закончился десятый класс, только-только наступила долгожданная свобода, только-только можно было начать осуществление целой кучи грандиозных планов, и тут!.. Леночка, какая-то мамина подруга, сообщает, что всего лишь за тысячу двести километров от его родного города есть деревня, в которой живет ее племянник! «А ты-то только и рада от меня избавиться», - с ненавистью подумал парень, кидая ледяной взгляд в сторону матери и все же затыкая уши наушниками, лишь бы не слышать, как она оправдывается. Пожалуй, сам Вадим тоже был виноват в том, что мать категорически не желала оставлять сына в городе на лето, практически предоставляя его самому себе. Клоков был… весьма сложным парнем. В этом можно было убедиться, просто взглянув на него – черные, явно крашеные волосы, ледяные колючие светло-синие глаза, острый подбородок и резкие черты лица. Проколотые множество раз уши, которые постоянно были заткнуты наушниками, кожаный ошейник с шипами и такие же браслеты на запястьях рук. Неизменная черная футболка и рваные джинсы, даже несмотря на то, что на улице жара. Только берцы, к счастью, сменились кроссовками. С характером все еще хуже. Клоков был самой настоящей безотцовщиной: никого со стороны папаши никогда не видел, рос со своей матерью, а та даже и противостоять уходящему в отрыв сыну не могла, только беспомощно следила, как он курит, таскает к себе девушек и парней, устраивает незнамо что в квартире. Когда он стал вокалистом в рок-группе – стерпела. Когда объявил, что его собираются выгонять из школы за прогулы – стерпела. Вообще всегда все терпела, но сейчас… Женщине хотелось хоть чуточку спокойствия. И вот – прекрасный шанс отправить сыночка хоть на три месяца, но в самую настоящую деревню, находящуюся от города за несколько сотен километров. От ближайшего города, разумеется. От их родного – больше, чем в тысяче, но это и хорошо. Иначе - женщина не сомневалась – у Вадима хватило бы ума попросту сбежать. - Вадим, ну там ты со Стасом познакомишься, он всего лишь на год младше тебя, - произнесла она, сворачивая с главной дороги, и сын лениво вытащил из уха один наушник, делая одолжение матери и слушая ее. – Лена говорит, что он веселый, так что вы точно найдете общий язык, - она робко улыбнулась, смотря в зеркало заднего вида, а сын лишь громко фыркнул. - Инет в этой глухомани есть? – он скептически смотрел на кладбище, которое они проезжали, и почему-то очень сомневался в наличии положительного ответа на свой вопрос. - Ну… - женщина замялась, боясь разозлить своего сына, но тот лишь скривил губы, и так все поняв. Порадовался только, что взял свою гитару и ноутбук, иначе застрелился бы со скуки. – Но тут есть речка, а еще пруды, и рыбку вы можете со Стасом половить… Лена говорит, что земляники и грибов в лесу много, вот я и подумала, что… - Заткнись, блять, - зло выдохнул парень, которого совершенно не радовало то, что он должен будет таскаться с каким-то Стасом, которого вообще впервые увидит. – Даже не сомневаюсь, что этот твой Стас – полный долбоеб, - парень фыркнул и отвернулся к окну, заодно отстегивая ремень безопасности и глядя на деревянные домики – они уже въехали в деревню, и сейчас женщина медленно ехала по главной деревенской улице, внимательно что-то высматривая. Мимо проплыла невысокая церквушка, рядом с которой стоял магазинчик с гордой надписью «ПРОДУКТЫ», выполненной на простых листах бумаги кислотно-зеленой краской; потянулось васильковое поле, где-то блеснула речка – в деревне было действительно очень красиво, но Вадим, погруженный в свои мысли, этого не замечал. Машина приостановилась, постояла немного, пропуская ленивого важного петуха, и поехала дальше, но медленно, потому что теперь рядом бежали мальчишки. Улюлюкали, стучались в стекло Вадиму, чем жутко его бесили. - Да затрахали уже! – наконец, рявкнул он, резко открывая дверь и заезжая ею какому-то пареньку по лицу. Тот рухнул на землю, прижал ладонь к носу. В голубых глазах блеснули слезы – пареньку было-то лет восемь, и он явно не привык, когда дверью машины его бьют по лицу. - Ста-а-ас! – заголосил какой-то другой мальчишка, и из недалеко стоящего одноэтажного дома, огражденного невысоким голубым заборчиком, выскочил взрослый парень, при виде которого мать Вадима вскрикнула и улыбнулась, указывая сыну на него. - Блин, Валер, ну не приставал бы, - Стас поднял мальчишку с земли, отряхнул его, заставил отнять руки от лица, ощупал нос и улыбнулся. – Иди к бабушке, она тебе ватку даст, заткнешь нос, - мальчишка ускакал, вслед за ним потянулись и остальные, а парень, наконец, повернулся в сторону машины. Он был не очень высокий, даже низковатый, но зато до милого смешной: со светлыми чуть вьющимися волосами, имеющими почти белый оттенок из-за того, что парень постоянно был на солнце, с курносым носом и кучей веснушек, которые выделялись даже на его загорелом лице. Одет он был в легкую белую футболку и джинсовые шорты, которые на нем чуть болтались и выглядели довольно старыми – такое ощущение, что их покупали очень давно, на вырост. - Теть Люд, мы вас ждали, конечно, но не так же! – парень взмахнул руками, и женщина виновато вздохнула, глядя на него. С сыном она ничего поделать не могла. Тот, кстати, весьма недовольно осмотрел стоящего перед ним Стаса, с которым теперь должен был провести три месяца, и не проявлял особого дружелюбия. Женщина, впрочем, и не сомневалась, что так все и будет. Она даже не стала заезжать во дворик у дома – ей не хотелось оставаться вместе с Вадимом, поэтому она просто помогла Стасу перетаскать вещи сына (тот в этот момент лениво курил, глядя, как остальные работают), быстро поздоровалась с бабушкой блондина, прощебетала что-то и напоследок подошла к сыну. - Вадим, ты веди себя хорошо, ладно? – ласково попросила она, делая шаг вперед, чтобы обнять парня, но тот хмуро отстранился. - Пошла нахуй, - холодно произнес он, все еще злясь, что его оставляют в таком вот месте, и женщина вспыхнула, быстро оглянулась на стоящего рядом Стаса, который сделал вид, что ничего не слышит, и заскочила в машину. Развернулась, крикнула что-то на прощание… И вот в этот самый момент Вадим понял, что выхода больше нет. Целых три месяца деревня будет его домом. «Отврат», - подумалось парню, к которому подошел очередной важный петух, покосился на него и ушел. Вслед за петухом подошел и Стас, протягивая брюнету руку. - Привет, - он улыбался, довольно радостно, кстати, но Вадим смерил его руку презрительным взглядом и только затушил сигарету о край забора, тут же бросая ее в траву рядом. – Эй, ну мусорить-то зачем? – Стас нагнулся сразу же, поднимая окурок, а когда выпрямился, встретился глазами с Вадимом. Тот был на голову выше, смотрел свысока, поэтому чувство презрения усиливалось, наверное, раза в три. - Делаю то, что хочу, - емко было высказано удивленному Стасу. - Нет, я не против, конечно, ты можешь курить, - начал было он, все еще не понимающий такого отношения, но Вадим, скривившись, просто прошел мимо него, словно нарочно задевая плечом, и вошел в дом. Остановился на пороге, огляделся и нашел это место… просто невероятно убогим. Прямо у порога была небольшая комнатушка без двери, которая являлась одновременно и кухней, и своеобразной столовой. Дальше в конце широкого, но небольшого коридора стояли вешалки для одежды, сейчас пустующие. В коридор выходила ещё одна дверь. Вадим открыл её – за ней располагалась довольно просторная комната, где за занавеской стояла кровать, на которой явно спала бабушка Стаса – по крайней мере, спинка кровати и стулья вокруг нее полностью были завешаны старушечьими халатами, лифчиками и прочими радостями жизни бабушек. Рядом с кроватью находилась обыкновенная печка. Остальную часть комнаты занимал довольно длинный стол, рассчитанный, наверное, человек на семь, и диван, рядом с которым стояла тумбочка. Бабушка в данный момент сидела на своей кровати, рядом с ней толпились те самые мальчишки, которые недавно доставали Вадима – старушка что-то им рассказывала. - Отвра-ат, - протянул брюнет брезгливо, выходя из комнаты и буквально натыкаясь на стоящего позади Стаса. - Ты даже не поздороваешься? – он явно не понимал, почему у Вадима такое «отвра-атное» настроение, и сейчас был слегка насторожен. – Баб Катя так ждала тебя, а ты… - Пшел нахуй, - посоветовал осекшемуся Стасу Вадим, приоткрывая другую дверь, которая вела во внутренний двор, и осматривая его. И ужасаясь - прямо напротив двери располагался курятник, по крохотному внутреннему дворику ходили куры и петухи, а по траве двора проходили две досочки – судя по всему, они служили лишь для того, чтобы дойти до курятника и туалета, который больше напоминал большую деревянную коробку с окошком-сердечком (Вадим закатил глаза, завидев такой милый элемент декора). И все. Больше на участке ничего не было, кроме огорода, располагавшегося за домом и занимавшего довольно большое пространство. Правда, внимательней оглядев прихожую, Вадим заметил ответвление и приставную деревянную лестницу, ведущую на чердак. - Что там? – лениво поинтересовался он у Стаса, который в данный момент выпроваживал галдящих мальчишек, и блондин улыбнулся, радуясь тому, что такой странный городской с ним все же заговорил. - Чердак. Я там живу, но там есть вторая кровать, так что я буду рад, если ты не будешь выгонять баб Катю из её комнаты и поживешь со мной, - сообщил он, весело улыбаясь, а Вадим тяжело вздохнул. Ему совершенно не хотелось вообще тут находиться, но он решил, что чердак всяк лучше, да и мать потом не заебет тем, что он чуть потеснил какую-то там «баб Катю». - Ладно, тогда я пойду, - буркнул он, но тут из комнаты, прихрамывая, вышла та самая бабушка Катя – довольно крепенькая и бодренькая старушка, выглядящая лет на восемьдесят, вся в морщинах, но с короткими русыми волосами, седина в которых вообще не прослеживалась. - Вадим? – она чуть щурилась, но всё же была без очков, и улыбалась точно так же, как и Стас – сразу было видно, что они родственники. – Леночка сказала, что ты хороший парень, и теперь на огороде будете со Стасом мне помогать, да? – она дошла до кухни, махнула парням рукой: - Вы идите пока, пообщайтесь, а я приготовлю борща холодного, да и… - тут бабушка скрылась на кухне, так что слышно ее больше не было. Вадима это огорчило мало – он подхватил свою сумку и гитару в чехле, потом подумал и сумку сплавил Стасу. - Там ноут. Он стоит дороже тебя, так что разобьешь – пизды словишь, понял? – хмуро предупредил он парня, доходя до лестницы и начиная медленно подниматься наверх, потому что сделать это с гитарой на плече было довольно тяжело. Да и лестница, казалось, вот-вот развалится. А потом еще и дверцу на чердак пришлось открывать и забираться туда чуть ли не на карачках. А Стас, кстати, вскарабкался быстренько, и сумку парню отдал невредимую. Вадим повертел головой, чуть морща нос от пыли, витавшей в воздухе. Сделал пару шагов по чердаку, осматривая место, где должен будет провести три месяца своих каникул. Ничего необычного: чердак больше напоминал комнатку с треугольной крышей, разве что тут было куда больше всяких ненужных вещей, а воздух был сухим, ощутимо горячим и пыльным. Рядом с окном у стен напротив друг друга стояли две кровати – одна из них была разложена и завалена книгами, а вторая – аккуратно заправлена. Именно на нее Вадим и уселся, а Стас принялся разгребать книги со своей кровати. Первым делом брюнет достал из сумки ноутбук, поставил его себе на колени и открыл. Кинул привычный взгляд на значок подключения интернета, но, как и ожидал, увидел там лишь то, что ничего не подключено. - Надо было модем купить, - буркнул он довольно холодно, ни к кому конкретно не обращаясь, но Стас, открывавший окно, обернулся, а затем и вовсе уселся на подоконник, болтая ногами. - Да зачем? – улыбнулся он. – Тут есть и куча занятий помимо интернета, так что тебе не будет скучно, - он наткнулся на ледяной взгляд и умолк, немного обиженно глядя на парня перед собой. – Почему ты такой мрачный всегда? - По кочану, блять, - отозвался весьма «дружелюбно» Клоков, отворачиваясь от парня и роясь в своей сумке, ища беспроводную мышку. - Ты вообще из своего города там выбирался? – Стас не отставал, продолжал допытываться, и Вадим раздраженно закатил глаза. Повернулся, кривя губы. - Слушай, иди нахуй, парень. Реально, - посоветовал он, смеряя блондина таким взглядом, словно советовал ему идти и убиться. Щеки у Стаса покраснели от обиды, он соскочил с подоконника. - Блин, теть Люда говорила, что ты проблемный, но чтоб настолько, - пробормотал он себе под нос, быстро проходя мимо парня и открывая дверцу. Вадим даже внимания не обратил, а ведь это могло бы и плохо обернуться – у Стаса на пару секунд мелькнула мысль просто убрать лестницу, чтобы новый сосед по чердаку так и просидел там весь день, но парень быстро себя успокоил. Он, в самом-то деле, не желал уподобляться Вадиму. Тому, однако, было глубоко на все плевать – он, даже не переодеваясь, завалился на кровать, вытаскивая вслед за ноутбуком и мышкой еще и большие удобные наушники. Надел их, покопался в папках с музыкой и, включив что погромче, закрыл глаза, собираясь вздремнуть. Летние каникулы обещали стать худшими каникулами в жизни Вадима. По крайней мере, он так считал.