Беда не приходит одна

Девушки вернулись домой позже полуночи. Аллан подвез их до дома и поехал забирать жену, а дочери весело ввалились в дом. Зажегся свет. — Пока он доедет до заправки, поймет, что меня нет, и вернется обратно, пройдет не меньше получаса, и у меня будет время поговорить наедине, — Калерия стояла у выключателя и сурово смотрела на Риму в упор. — Для начала, хочу тебе сообщить, что тебе пора собирать чемоданы. Завтра вечером приедет грузовик. Кристиан медленно выдохнула и постаралась собраться, чтобы не разозлиться еще больше. — Она никуда не поедет. — Еще как поедет, — Калерия сделала шаг вперед. — А ты иди в свою комнату и не высовывайся оттуда, пока я не закончу говорить. Потому что тебя, мелкая хулиганка, это не касается. — Я не уйду, — Картер сжала кулаки. — Не смей к ней подходить. Ты уже достаточно искалечила ей жизнь. Рима, пиши папе, что она дома. Пусть разворачивается. Но прежде чем кто-то из них что-то понял, Калерия быстро подскочила к Крис и с размаху ударила ее в бок. Девушка сдавленно закричала, напряглась, а потом мешком упала на пол. Рима испуганно подбежала к ней, но мать угрожающе щелкнула перед ней током. — Тоже хочешь получить разряд? Я тебе это устрою, если не будешь слушаться. А ну, немедленно иди сюда! — она схватила дочь за руку и рывком вывела ее от двери на середину кухни. Девушка не сводила глаз с сестры, ощущая дрожь во всем теле от страха, злости и бессилия. — Итак, моя дорогая. Развлечения кончились. Когда же ты поймешь, что мне виднее, что для тебя лучше? Ты еще ничерта не понимаешь в жизни, а такие, как она, только портят тебя! — Кристиан нормальная, — срывающимся голосом ответила Рима, делая шаг назад. — Зачем ты с ней так? Какой мощности был разряд? — Тебе не о чем беспокоиться. Проваляется полчаса без сознания и придет в себя. Ты к тому моменту будешь заперта в комнате, а завтра тебя здесь уже не будет. Поверь мне. — Нет, я не поеду с тобой! — Со мной не поедешь, — согласно кивнула мать. — Хочу тебе сообщить, что я приняла решение отправить тебя в закрытую школу-интернат. Там тебя научат хорошим манерам, если с этим не справляется родная мама. — Какой мощности был разряд? — крикнула Рима, чуть не плача. — Ты могла убить ее! — Электрошокер на такое обычно не рассчитан, — хмыкнула женщина, снова щелкая разрядом в пустоту. — К тому же, сколько раз мне вызывали скорую из-за этой бестолковой дряни? Может, пора и ей примерять мою шкуру? — Ты с ума сошла… — девушка трясущимися руками выхватила телефон. — Не подходи ко мне… — Вот как ты теперь? Откуда в тебе берется вся эта агрессия? Раньше ты такой не была. Это все она, — Калерия быстрым шагом направилась к дочери. — И ее отвратительное грязное мясо. Я уж молчу о том, что она грязная… Она осеклась. Ее глаза начали наливаться кровью. — Ты ей что-нибудь позволяла? Рима нажала на вызов. В тишине раздались гудки, а затем голос отца. «Алло?» Калерия в бешенстве выхватила у нее телефон и швырнула в стену. Техника разлетелась на куски. — Ты что-нибудь ей позволяла?! Ты ведь не вела себя как мерзкая развратная проститутка?! У девушки по щекам покатились слезы. — Я никуда с тобой не поеду, — еле сдерживаясь, прошептала она. — Ты сумасшедшая. — Значит, позволяла. Вот, значит, как я тебя воспитала? Я защищала тебя всю жизнь, а теперь ты словно испорченная пленка. Тебе никогда не отмыться от этого позора. Но больше я не повторю своих ошибок. Я думала, тебе можно доверять. Думала, что хорошо тебя воспитала. Но ты, — глаза у женщины горели ненавистью. Она сделала шаг вперед, схватила дочь за волосы и приставила к шее шокер. — Ты уже достаточно наигралась. Иди в комнату, маленькая дрянь. Я повторять не буду. Риму трясло всем телом. Она боялась дышать. Страшно было даже от мысли, что нужно пошевелиться. Но затем она вспомнила про Кристиан. Слезы все еще катились из глаз, но необходимость защитить сестру жгла острее любого страха. Девушка сжалась в комок, фокусируясь на сильной боли от натянутых волос, и медленно выдохнула. — Ну?! — нетерпеливо переспросила мать. И тут Рима ударила. Выставив ладони перед собой, она, что есть силы, заехала неадекватной женщине по подбородку и вывела ее из равновесия. Калерии почти не было больно, но шок от произошедшего ударил по ней лучше, чем разряд тока. Девушка вывернулась из рук матери и побежала к дивану. Та, едва опомнившись, кинулась за ней. Рима оббежала диван, отрываясь от Калерии и побежала в коридор к Кристиан, однако та уже возникла в проеме, с искривленным лицом держась за бок. — Я разберусь с этой сукой, — процедила она сквозь зубы, ловя сестру в руки и отталкивая себе за спину. — Постарайся не лезть сюда. Девушка не успела сказать и слова, как стремительно начала разворачиваться битва. Кристиан выхватила длинный зонт из подставки и выставила его острым концом перед собой, и Калерия едва затормозила, чтобы не налететь на него. — Ты никогда ее не заберешь, — сказала неформалка, силой воли выпрямляясь и расправляя плечи. — Ты подготовилась, знала, что я не отступлю. Только ты не учитываешь одного: нами движет разное чувство. И поверь, любовь способна на большее, нежели невроз ебанутой матери. — Любовь? — рассмеялась Калерия, пытаясь обойти зонт кругом, но Крис сделала выпад вперед, и женщина отскочила. — Какая любовь? Ты даже ее не знаешь. Она жалкая и бесхарактерная серая мышь, которая не может даже целомудрие свое уберечь в присутствии таких как ты. А если ты надеешься, что она сможет когда-нибудь полюбить тебя — забудь, ведь она… На этих словах Картер быстро сократила между ними расстояние и с размаху ударила по ней зонтом. Калерия взвизгнула и бросилась бежать обратно к дивану. Кристиан побежала за ней, но завернула на кухню. Увидев, что дочь осталась без прикрытия, женщина хотела было вернуться к Риме, но тут в нее полетел стакан. Она уклонилась в последний миг, и стеклянный сосуд разбился о стенку. — Иди сюда, мразь!!! — закричала Кристиан, швыряя в нее тарелки, одну за другой. Она не стала кидать их в саму женщину, а целилась ей прямо под ноги. — Давай поговорим, как взрослые люди, подстерегающие других взрослых людей за углом с электрошокером!!! Тарелки продолжали разлетаться на куски у ног Калерии, и та с каждым разом отскакивала все дальше. — Ты чокнутая стерва!!! — орала Крис, переходя на стеклянные миски. — Ты обдолбанная психичка!!! Вот ты кто!!! Калерия увидела недалеко открытую дверь в ванную, и заскочила туда, закрывая за собой дверь на щеколду. Кристиан заревела, словно медведь, и, хрустя стеклом под ногами, двинулась к шкафу. Свалить его оказалось непросто, но она с силой налегла, и мебель с грохотом обрушилась на пол. Рима стояла в коридоре и боялась пошевелиться. — Ты никогда оттуда не выйдешь!!! — ревела Крис, толкая шкаф, перевернутый набок к двери. — Ты останешься там навсегда!!! — Не трогай меня! — визжала из ванной Калерия. — О боже, помогите! Девушка придвинула шкаф к двери, а затем схватила с пола упавшую со шкафа железную статуэтку, подобралась к ручке двери и начала сбивать ее с панели. — Кристиан, — слабо позвала Рима, едва держась на ногах после происходящего. Девушка со злобным рёвом сбила ручку и задвинула шкаф до конца. — Попробуй вылези, сука!!! — крикнула она, и на последнем слове стало ясно, что она почти сорвала голос. Придерживая бок, Крис дошла до лестницы и прислонилась к стенке. — Кристиан, — сестра подошла к ней, осторожно ступая по осколкам, и придержала ее руку. — Все хорошо, малышка… Пойдем наверх, мне нужно кое-что забрать из их спальни.

* * *

Аллан доехал до дома и увидел, что света на кухне не было. Звонок дочери сильно его обеспокоил. Но после этого обе не отвечали на звонки. Как и жена. Решив, что Калерия может обойтись и такси, если что, он развернулся и поехал домой, опасаясь, что произошло что-то серьезное. Он уже поворачивал ручку двери, когда вдалеке послышался вой сирен. Подъезжали полицейские машины. — Что случилось? — крикнул Аллан, когда патрульные подбежали к нему. — Из дома поступил вызов от Калерии Гроссман, что падчерица пыталась ее убить. — Что?! — отец быстро повернул ключ и забежал в дом. — Калерия! Кристиан! Он включил свет и остолбенел. — Твою-то мать… Патрульный замер рядом с ним, в шоке осматривая кухню, совмещенную с гостиной. Из ванной послышался сдавленный вой. — Помогите, — звал оттуда женский голос. Полицейский бросился туда, чтобы отодвинуть шкаф, однако быстро стало понятно, что дверь придется сносить. Замок был смят, а ручка и вовсе валялась под ногами. — Кто в здравом уме мог такое сделать? — взмахнул руками патрульный. Аллан сразу побежал наверх. Но обе комнаты дочерей были пусты. Окно в комнате Кристиан было распахнуто. Тогда мужчина бросился в спальню. Он, конечно, запирал мотоцикл в платном гараже, но это была скорее условность. Его дочь прекрасно знала, где в случае крайней необходимости взять ключи. И она их взяла. Отец повернулся и увидел на своей половине кровати короткую записку, написанную размашистым поспешным почерком Кристиан. «Это было необходимо. Если для тебя это важно, на кухне, кажется, все еще висит моя камера. Люблю тебя. Вернемся не раньше 15 декабря». Аллан все понял. Он забрал записку, сложил ее и убрал в карман. Затем достал запасные ключи от гаража и повесил на пустой крючок в шкафчике. Затем зашел в комнату дочери и закрыл окно. Осмотрелся. И вернулся вниз. Калерию как раз только-только выпустили из туалета, и она, все еще сжимая в руках шокер, медленно вышла, оглядываясь по сторонам. — Эта ненормальная еще здесь? — Нет, похоже, что она сбежала, — ответил Аллан, останавливаясь у перевернутого стола. — А Мириам?! — Ее дома тоже нет, — честно сказал отец. — Откуда у тебя электрошокер? — Я купила его для самозащиты, на улицах неспокойно, — всхлипывая, пробормотала Калерия. — И если бы не он, она бы меня… Она бы убила меня-я-я… Женщина заревела и упала в объятия полицейского. Аллан осмотрел потолок и наткнулся взглядом на камеру. Она висела довольно удобно, чтобы было видно все поле действий. — Девочки сбежали? Значит, пишем заявление о пропаже? — Кристиан совершеннолетняя. Нет причин насильно искать ее, — покачал головой отец. — А вот Мириам нет! — вскрикнула Калерия. — Ей нет 18! Найдите ее немедленно! Ей завтра нужно ехать в интернат! Аллан хотел съязвить, но не стал. Подозрения в первую очередь упали бы на него, поэтому он благоразумно промолчал, прикрыв глаза рукой. — Что нам теперь делать? — совершенно искренне спросил он с горечью в голосе. — С таким я еще не сталкивался. — Мы разберемся, — заверил его патрульный. — Для начала напишем заявление. Чем быстрее мы начнем искать, тем лучше.

* * *

Кристиан была в ярости. Боль и ненависть клокотали внутри. Бок болел от удара током. Мало того, что там только-только заживала рана, теперь там был след и от шокера. А сейчас приходилось бежать через дворы, чтобы не светиться на дороге. Рима послушно делала все, что она велела, и это было уже неплохо. Еще одной проблемы только ей и не хватало. — Жди здесь, — тихо сказала девушка, когда они добрались до гаражей. Рима осталась за зеленой изгородью, а Крис подошла к проходному пункту. — Доброй ночи. Мне нужно забрать свой мотоцикл. Мой номер 59-АА-72. Мужчина вяло сверил номер, считал штрихкод с брелка на ключах и пропустил ее. Через пару минут неформалка выехала на дорогу и завернула к проезду, где недалеко пряталась Рима. — Иди ко мне, — махнула она ей рукой. Девушка подбежала к ней, прикрепила массивный рюкзак к сидению и сама села сестре за спину. Рима боялась произнести хоть слово. Она чувствовала, что Кристиан мелко дрожит от злости и адреналина. Мотоцикл резко сорвался с места и поехал в ночь, оставляя за собой след пыли. Картер старалась не думать о Калерии. О боли в боку. О том, как ей быть дальше. Все самое плохое поднимало в ней голову. Ярость, которую она долгое время подавляла в себе, вырвалась наружу и теперь сносила все стены. Хотелось крушить, рвать и метать. Девушка сжимала руль до белеющих костяшек при одной мысли о том, что могло произойти, если бы она не поднялась. Она слышала половину того, о чем они разговаривали. И она гордилась Римой так, как не гордилась еще никем и никогда. Замелькал редкий лес. Они ехали по шоссе, которое вело к бару. Рима крепко держала сестру за талию, прижимаясь носом к ее шее. Паника все еще билась внутри, но уже не так сильно. В момент, когда Кристиан забрала ключи, вернулась, накинула на плечи рюкзак и сказала «мы уходим», девушка хотела отказаться, сказать, что не готова ломать ей жизнь из-за всего этого, но Крис была непоколебима. Она готова была идти до конца, и Рима не смогла поступить иначе. Сейчас, когда холодный воздух бил в лицо, она не жалела о своем выборе. Она чувствовала себя за Кристиан, как за каменной стеной. Они почти доехали, но Картер остановилась, не доезжая до бара, и слезла с мотоцикла. — Дай мне минутку, — сипло попросила она и скрылась в темноте. Несколько приглушенных металлических скрипов, и Крис быстро вернулась, меняя сзади номера. — Это необходимо? — спросила на всякий случай Рима. — Да, — коротко ответила неформалка, возвращаясь на сидение. — Пригнись, там будут ветки. Они проехали через свалку и припарковались у бара с другой стороны. — Ого, какие люди, — усмехнулся высокий бородатый мужчина, куривший у входа в помещения для персонала. — Выглядите так, будто что-то случилось. — Мартин обещал помочь, если будет нужно. Так вот, уже нужно, — серьезно сказала Кристиан, и улыбка сошла с его лица. — Заходите, — он открыл им дверь. Они зашли в подсобное помещение и завернули в раздевалку, где тускло мерцала лампа. — Телефон нужен? — спросил мужчина. — Да. Крис набрала номер и напряженно ждала ответа. На второй раз абонент наконец проснулся. — Кто это? — Это Кристиан. Помнишь такую? — Боже, это ты? Ты с незнакомого номера! Что случилось? — Джейден, ты поможешь? Мы, кажется, в бегах.

* * *

Следующие несколько часов Кристиан раздраженно ходила туда-сюда, пока Рима сидела в самом углу раздевалки и смотрела на нее. Иногда неформалка падала на пол и начинала отжиматься, но затем снова ходила из одного угла в другой. Наконец, к ним зашла девушка с зелеными волосами и сообщила, что за ними машина. — Вас там ждет какая-то женщина, — сказала она, зачесывая волосы набок. — У вас какие-то проблемы? — Ага, временные трудности, — со вздохом бросила Крис. — Ты присмотришь за мотоциклом? — Не вопрос, — ответила девушка, с интересом глядя на нее. — Ты еще вернешься в город? — Конечно, через месяц-другой, — Кристиан перевела взгляд на сестру. — Пойдем, нас ждут. — Берегите себя, — сказала бармен, помогая Картер надеть тяжелый рюкзак. — Обязательно. Спасибо, что прикрыли. Они вышли на улицу, щурясь от восходящего солнца. У обочины стояла машина. Женщина в серой ветровке докуривала сигарету, прислонившись спиной к машине. — Меня зовут Сара, я коллега Джейдена. Он спрашивал меня еще на той неделе, смогу ли я вам помочь, если что. Я согласилась. И вот, я здесь. — Вы сорвались посреди ночи? — спросила Рима, ежась от холода. — Да, взяла отгул, — пожала она плечами. — Он сказал, вы ему, как дети. Я не могла игнорировать такую просьбу. Как вы? — Не спали всю ночь, — ответила Кристиан. — Спасибо, что приехали. Это очень ценно для нас. — Забирайтесь в машину. Я купила вам завтрак в ближайшей закусочной. Сейчас перекусите по дороге, а потом немного поспите. Девушки залезли в машину и сразу набросились на еду. Пока они ехали по самым малоизвестным дорогам городка, сестры успели доесть свой завтрак. Вскоре впереди замаячил пост полиции, который проверял все машины, выезжающие из города. Сара заранее предупредила девушек, что под ногами лежит покрывало, которое повторяло рельеф заднего сидения, и они быстро накинули его на себя, замаскировавшись под обивку. Машину сильно осматривать не стали. Пустые задние сидения не вызвали подозрений, и Сара поехала дальше. Кристиан скинула с них покрывало и откинулась на сидение. — Спасибо за помощь, — повторила она, зевая и жмурясь из-за солнечного света. — Поспите, — с улыбкой ответила женщина. — Ехать еще пару часов. Рима придвинулась ближе к Крис, и та крепко обняла ее, уложив себе на плечо. — Спи, — прошептала она ей, сама закрывая глаза. — Скоро мы будем в безопасности. Девушка засыпала под шум мотора и свист ветра за окном. От Кристиан исходило тепло, успокаивающее и родное. Рима расслаблялась, слушая стук ее сердца. Дорога в неизвестность больше не пугала. Рядом был человек, способный ее защитить. Способный перевернуть ради нее мир.

* * *

— Уважаемый, — Калерия всю ночь терзала полицейских, и наутро патрульный всем сердцем мечтал наконец от нее избавиться. — Что там с поисками? — Пока тщетно, мэм, но мы обязательно свяжемся с вами сразу же, как только станет что-то известно. На всех выездах из города расставлены патрули, разосланы ориентировки по городу и ближайшим поселениям, в том числе, и в Нью-Йорке, где у них могут быть знакомые. Всех близких друзей семьи проверят уже в течение этого дня. Сегодня к пяти приезжайте в участок, а пока поспите. Вам надо отдохнуть. Женщину все еще потряхивало после произошедшего. И хотя алкоголь ее порядком успокоил, тот факт, что Рима сбежала, выводил ее из себя. Она вышла на задний двор и раздраженно прищурилась на солнце. Куда она могла деться в таком маленьком городке? Тут в ярких утренних лучах под крышей что-то сверкнуло. Она присмотрелась и обнаружила в висевшей сверкающей безделушке свой новый, недавно купленный браслет. Он зацепился за какую-то веревку под крышей. — Чертова девчонка, — прошипела Калерия, хватая украшение. Оно не поддавалось. Тогда женщина потянула его сильнее, и оно вместе с веревкой медленно опустилось вниз. На крыше что-то зловеще зашуршало. — Аллан, там снова еноты! — злым капризным голосом позвала его Калерия. — Там… ААА!!! Шум осыпающегося мусора с крыши обратил внимание и Аллана, и полицейского, который уже собирался уходить. Когда мужчины выбежали на задний двор, Калерия отчаянно барахталась в куче дохлых птиц, а вокруг россыпью сидели перепачканные испуганные еноты. — Что за херня?! — попятился патрульный, делая шаг назад. — О, у нас это нормальное явление, — вздохнул Аллан. — Понимаете, моя дочь решила приманить на крышу птиц, когда затеяла розыгрыш на Хэллоуин, чтобы напугать священика, который приехал, чтобы очистить дом от Сатаны, которого вроде как не существует, но… — Меня кто-нибудь вытащит?! — отчаянно крикнула женщина, расшвыривая вокруг пернатую падаль. — Помогите мне! — Не буду мешать вам исполнять долг, — махнул рукой отец, скрываясь в доме. — Мне нужна подмога, — пробормотал полицейский в рацию. — Здесь женщина в куче мертвых птиц. Откуда я знаю?! Им около двух дней, не меньше! Да. Спасибо, я жду. — Просто дайте руку! — разозлилась Калерия. Еноты подбирались все ближе, и она начинала изрядно нервничать. — Мне всего лишь надо вылезти! — Ребята сейчас принесут веревку с краном, и мы достанем вас, — заверил парень, почесывая макушку. — Потому что прикасаться к этому кошмару голыми руками, мне кажется, как минимум небезопасно. А у меня с собой, как назло, даже перчаток нет… Рация зашипела. — Мы на крыше, тут просто кошмар! Вонь, енотье дерьмо и остатки птиц! Боже, какое чудовище сотворило такое?! Твою мать… С какой стороны закинуть веревку? — На задний двор! — крикнул патрульный. На крыше послышался металлический лязг, затем смачное ругательство, а после с крыши посыпались новые птицы, поток которых завершал металлический крюк. — Попали? — послышалось из рации. Калерия отчаянно барахталась, пытаясь поймать крюк, но тот, ловко уворачиваясь от ее рук, дал ей по голове. — Попали, — мрачно ответил полицейский. Аллан стоял в комнате Кристиан и курил, в окно наблюдая, как его жену вытаскивают из кучи птичьих трупов. Зазвонил телефон. — В общем, девочки выехали из города. Сара увезет их на время. Так что не волнуйся. Как ты? — Спасибо, Джей. Надеюсь, они в порядке. Мне надо выпить и вечером отвезти запись с камеры на кухне в полицию. Калерия утверждает, что Кристиан похитила Риму. Но запись докажет, что это ложь, — Аллан затянулся дымом и выпустил его из носа. — Джей. — Что? — Хочешь знать, что я сейчас делаю? На том конце трубки послышалось молчание. Мужчина продолжил. — Наблюдаю в окно, как мою жену железным крюком вытаскивают из огромной вонючей кучи дохлых птиц, которых поедают еноты. Они милые, кстати, я бы завел одного. — Ты же их ненавидишь? — Теперь люблю, — задумчиво пробормотал Аллан, глядя, как Калерия срывается с крюка на высоте второго этажа и летит обратно. — Моя дочь просто гений. Ты знал это? Джейден засмеялся. — Иди поспи. Тебе не помешает. — Ты выпьешь со мной? — Может быть, — уклончиво ответил друг. — Джей… Просто выпей со мной. Мне очень хреново. — Ладно. Если обещаешь потом как-нибудь приехать ко мне на выходных. — Что? Зовешь меня на ночевку? — удивился Аллан. — Да. И знаешь, в чем мое преимущество перед Калерией? Я вкусно готовлю мясо и не воняю. Мужчина расхохотался. Когда его жена сорвалась с крюка во второй раз, он согнулся пополам и закашлялся от смеха. — Договорились. Как все уляжется, я заеду. Обещаю.