«Почему ты поменял имидж, Кроули?»

— Я буду уничтожен, и вам ничего с этим уже не сделать, — едкая ухмылка демона неприятно расплылась по его лицу, и Азирафаэль, голубые глаза которого уже заполняла солёная жидкость, отскочил от него и воскликнул: — Но ты не можешь, не можешь, Кроули!

Семью часами ранее.

— Доктор, что вы делаете?! Это же может быть ловушка! — слова Азирафаэля прозвучали уже после содеянного Доктором. После того, как рука Доктора вдавила кнопку в железную стену, участок пола под ними со скрипом и хрипом (видимо, ему крайне редко предоставлялась возможность размять свои молекулы) медленно поехал вниз. Доктор абсолютно не был удивлён этому, как будто знал, что произойдёт после нажатия кнопки, но Азирафаэль запугался ещё больше и предпринял попытку выпрыгнуть наверх, пока платформа не уехала настолько далеко, что с неё перебраться обратно представляло бы невозможную дилемму, однако Доктор коротким рывком оторвал его руки от железного выступа, но ничего не сказал. Он был сосредоточен на приключении и не планировал пускаться с его сопутником в спор, будучи уверенным в правильности своих действий — однако ж, всегда прокатывало, когда он нажимал такие красивые кнопки в надежде спасти мир, а мир Азирафаэля, как он уже понял, заключался в одном лишь Кроули. Должно быть, они спустились метров на двадцать вниз — немало — отдаляющаяся поначалу музыка вдруг снова начала приближаться, и это немного успокоило Азирафаэля. В один момент между платформой и одной из окружавших Доктора и Азирафаэля стен начала появляться светлая щель; сначала совсем тоненькая, затем толще, толще, и в итоге они оказались в очень светлой комнате, откуда и была слышна та самая музыка. Из-за того, что они больше часа уже провели в кромешной темноте, им нужно было время, чтобы привыкнуть, но это время у них бесцеремонно отняли ударом разбившейся бутылки из-под вина о стену прямо рядом с ними; перед взором Азирафаэля предстал пьяный в стельку его любимый демон, закинувший ноги на столик перед диваном и надевший солнцезащитные очки наоборот. — Кроули! — Радостно воскликнул Азирафаэль и подбежал, чтобы обнять друга. — Азирафаэль! Какими судьбами? Заехали к нам на чай? — Под чаем подразумевалось вино, конечно, из-за которого, собственно, Кроули говорил протяжно и как будто немного пренебрежительно. — Кроули, ты ужасно пьян! Тебе срочно надо протрезветь, — эмоции на лице ангела менялись слишком быстро, и теперь его нахмурившиеся брови будто хотели наговорить кучу таких слов относительно поведения Кроули, которые я упоминать лучше не стану. — Не могу, я пытался. Мои силы почему-то не действуют. Кстати, мне тут втирал какую-то дичь робот, но я ничего не понял, поэтому не мо-о… — он быстро скинул ноги со стола и попятился назад, залезая на спинку дивана, не отводя глаз от Доктора, присутствие которого он только что заметил. Затем он потрогал свой лоб и сказал, улыбнувшись: — Кажется, нужно отучаться так много пить. Доктор не слушал и таращился на Кроули с таким же удивлением, подняв обе брови и немного выдвинув вперёд нижнюю губу, затем подошёл к демону, схватил его за голову и проговорил: — Волосы… Они… рыжие? — А что тут такого? — Спросил его недоумевающий Азирафаэль, стоящий рядом. Он окончательно смутился. Неудивительно — нельзя не смутиться, находясь в комнате с двумя шизофрениками. Доктор засмеялся в припадке истерики. Кроули наклонился к Азирафаэлю и прошептал ему на ушко: — Ангел, скажи мне, быть может, я сплю? — Мне вот кажется, что сплю тут Я. Доктор успокоился, встал, поправил галстук и важно рассказал пьяному Кроули, что тут вообще происходит и кто он такой. Кроули внимательно на него смотрел, пытался мыслить здраво (не вышло) и в итоге сдался: — Ничего не понятно, но очень интересно, — и он сделал ещё пять больших глотков вина. Доктор только к этому моменту увидел странный браслет на руке своего двойника и схватил его за запястье. — Это отсчёт времени… Тебе осталось жить 21 час. — Спасибо, что напомнил, — саркастично ответил Кроули. Доктор быстрыми шагами заходил по комнате, заложив руки за спину: думал. В логической цепочке не хватало звена… — Откуда здесь вино и музыка? Ты не мог их сотворить. Тогда откуда они? — Тут какая-то система, которая воспроизводит всё, что мне захочется. Всё, кроме живых существ. Только вещи. — Что ж, давайте проверим… Эй, система! Хочу свою Тардис в уменьшенном виде. В воздухе перед Доктором повис светящийся сгусток энергии, и оттуда вывалилась крошечная Тардис, покатившаяся по полу к его ногам. Он бережно поднял её и спрятал за пазуху. Азирафаэль посмотрел на него, как на чокнутого (хотя, почему как?): — Доктор, зачем тебе маленькая Тардис? — От большой её всё равно сейчас не будет толку. Она не будет здесь работать, а так я хотя бы заберу её с собой. — Но куда? Как мы вообще попадём обратно в наши миры? — Спросил Азирафаэль. — Не знаю. Кроули, ты не пробовал отсюда выбраться? Кроули вопросительно посмотрел на Доктора. — Выбраться? А зачем, если тут есть вино? Доктор закатил глаза и сказал: — Система! Доставь мне сюда любого из ваших рабочих. К Доктору тотчас же подлетел робот: — Что вам угодно, сэр? — Выведи нас отсюда. Вот я тут, вот я, его двойник, — он указал пальцем на Кроули. — Мы можем благополучно расходиться по нашим мирам. — К сожалению, на данный момент это невозможно. Я сообщу данные в центр управления, и они обязательно рассмотрят ваш запрос после прохождения всех, кто стоит в очереди перед вами. — А сколько всего живых существ в этой очереди? Робот сверился с данными и сказал: — Три тысячи пятьсот восемьдесят четыре представителя различных рас и Галактик. Робот исчез, и разъярённый Доктор прокричал: — Система! Дай мне дверь, которая бы привела меня прямо к этому грёбаному центру управления! Перед ним повилась дверь, и он обратился к Кроули: — Не умри, пока ждёшь, — такую фразу вполне можно сказать любому из стоящих в магазинных очередях человеку, однако в данном случае она являлась далеко не красочной метафорой. Доктор шагнул за дверь, и она исчезла.