Green Life или Зеленый Титаник

В холле у каюты караулил красноволосый Вэй. - Мы заждались, - сказал он, пропуская нас вперёд и пристраиваясь сзади. Я не боялся мнения Кэпа – максимум, что он сделает, это укоризненно посмотрит на меня. Я не боялся нравоучений Старка – я бы сказал ему «Заткнись!». Я не боялся Майка – у него нет иного средства борьбы со мной, кроме кулаков, а при родителях он меня бить не будет. А если будет – я ему дам сдачи. В этот раз уж точно дам! Я посмотрел на Фрэнка. Он, похоже, моего запала не разделял. «Что же ты? – мысленно обращался я к нему. – Ты мне подарил уверенность, а сам?.. Надеюсь, это просто стеснение». Когда мы вошли в комнату, все взгляды устремились на нас. Здесь были Майк, отцы, шедший за нами Вэй, человек в форме и какой-то стюард. - Случилось кое-что неприятное, - глубоко вдохнув, начал я. - Да, случилось, - перебил меня Майк. Он скрестил руки за спиной и выпрямился по струнке. – Две дорогие мне вещи исчезли этим вечером. Теперь одна вернулась… И у меня есть очень милая идея, где мне искать вторую. Обыскать! - рявкнул он, мотнув головой в сторону Фрэнка. Со словами: «Снимай пиджак, парень» человек в форме и стюард набросились на него, сами стащили с него пиджак и принялись шарить по его карманам. - Эй! Что за дела? – возмутился Фрэнк, при этом не проявляя никакого сопротивления. Наоборот, на лице его была даже не надменная, а насмешливая ухмылка. - Майк! Ты не мог бы быть посерьёзнее?! – я негодовал. – У нас тут реальная проблема, а ты… - Это оно? Я обернулся на голос стюарда. В одной руке он держал пиджак Фрэнка, а в другой, за подвеску… «Сердце оазиса». Меня как будто громом поразило. - Оно. Я взглянул на Фрэнка. Лицо его переменилось и теперь выражало удивление с долей… ужаса? - Я не брал! Это подстава! Щёлкнули наручники, а я тупо хлопал глазами. Это невозможно… Что за бред? Они ведь не подставили… Нет… - Не верь в это, Билли Джо! Не верь! Я и не верю. Это ошибка. - Он не мог этого сделать, - едва соображая, выговариваю я. - Конечно, мог, - улыбнулся Майк, кладя руку мне на плечо. – Достаточно легко для профессионала. Он запомнил шифр, когда ты открывал сейф. Я вспоминал, прокручивал в голове моменты вечера, и каждый момент был компрометирующим для Фрэнка: он видел, как я открываю сейф, видел камень, деньги, видел меня голым… - Но я был с ним всё время. - Может, - тихо сказал Майк, - он сделал это, пока ты одевался. - Я… «…одевался при нём» - хотел возразить я, но Вэй сбил мою хрупкую фразу: - Это даже не его пиджак. Тут написано: «Имущество Кайла Брофловски». Я взглянул на него. Он держал пиджак, показывая человеку в форме внутреннюю сторону воротника, где был ярлык с именем владельца. - О его краже сегодня заявляли, - ответил тот. - Чёрт! Я хотел его вернуть, но замотался… Билли Джо… Он посмотрел на меня умоляюще, а я… А что я? Я был убит, уничтожен собственной беспомощностью, чувством обмана. Я слова не мог вымолвить. - Нет, Билли Джо, не слушай их! – он кричал мне, пока его уводили, вытаскивая из комнаты. – Ты знаешь, я этого не делал! Ты знаешь! Ну да, я знал. Поэтому немедленно начал возражать. Я кричал, что Фрэнк не виновен, даже обозвал Майка. Как же я его ненавижу! Я знал, что Фрэнк не такой. Знал, что он не может меня обмануть. Знал, что он любит меня. А ещё я знал, что лучший друг, единственный - свет моего детства, возможно, в сговоре с моими родителями, обманул меня, унизил, опозорил, выставил полным идиотом и опорочил человека, которого я люблю. А мои родители, люди, которым я верил и на которых надеялся всю свою жизнь, даже после этой глупой помолвки, просто стояли и смотрели, как этот ублюдок издевается надо мной, если они сами не приложили к этому руки. Я всё это знал и хотел переубивать их нахрен. Но руки мои и голова моя обессилили от обиды и разочарования. Я впал в отчаяние, в ступор, когда Фрэнка увели, и очнулся только тогда, когда Майк отвесил мне пощёчину, в которую вложил всю свою злость. Я едва не перевалился назад, но боли совсем не почувствовал. - Потаскуха! - А мне норм. - Не шути со мной так! - он схватил меня за ворот и одним рывком прижал к стене. – Думаешь, это игра? Думаешь, у нас тут средняя школа?! Я стиснул зубы, забил ногами, схватил его за запястья. Я барахтался в его тисках как рыба на суше. Сила моя куда-то улетучилась, но решимость, хоть пошатнувшаяся и контуженная, всё ещё была в полной боевой готовности. Я набрал побольше слюны и смачно плюнул ему в морду. Харча попала прямо под левый глаз. Он скривился, зажмурился, отшатнулся, отпуская меня. Пока он тёр свою щёку, я отступил от стены на несколько шагов и сжал кулаки, готовясь отбить следующую атаку. Я осмотрелся: в комнате мы были одни. Должно быть, я даже не заметил, как родители вышли вслед за Вэем. Майк, подняв глаза, одарил меня таким злобным взглядом, что во мне самом проснулась жажда убийства. Вдруг я услышал звук открываемой двери и в это же мгновение незнакомый мужской голос: - Джентльмены, прошу одеться потеплее, надеть спасательные жилеты и выйти на палубу! - Не сейчас, мы заняты! – рявкнул Майк, не сводя с меня глаз. - Приказ капитана, сэр, - говорил стюард, вынося из шкафчика спасательные жилеты. – Пожалуйста, оденьтесь потеплее и выходите. - Что за вздор? – с этими словами он отвернулся. Мы оделись, взяли спасательные жилеты и вышли в фойе. Там уже собралась огромная толпа пассажиров первого класса, в том числе отцы, дядя Элайджа. Мы встали рядом с ними прямо у большой лестницы. Я надел свой обычный повседневный костюм: чёрные брюки, чёрный пиджак, который не любил застёгивать и никогда не застёгивал, серая рубашка и чёрный галстук-бабочка, висевший подобно небольшому тряпку. Я сунул руки в карманы, опёрся о перила, скрестил ноги и уставился в пол. Остальные разговаривали, а на меня, как обычно, никто не обращал внимания. Впервые меня это обрадовало. - Эти чопорные идиоты меня доведут! Надо же, посреди ночи, ради каких-то глупых правил выгнать людей на холод! - Да будет тебе. Ты перегибаешь палку. - А ты, как всегда, слишком беспечен! - Джентльмены, думаю, пара рюмок бренди вас успокоит и согреет. Не хотите после всей этой суматохи сходить в салон? - О, пожалуй… Мне надо вытаскивать Фрэнка. Как? Рядом ненавистный жандарм Майк и мои родители, конечно – «независимые наблюдатели». Проскользнуть без шума не получиться. Надо их всех вырубить. Или отвлечь хотя бы на пять секунд. Только очень быстро, в один удар. Главное – избавиться от Майка. Остальные либо кинуться его поднимать, либо ступят. Ну, Старк с Кэпом быстро сообразят и присоединяться. Если они за мной ринутся, да ещё и Майк их догонит, то точно где-нибудь затор устроят или потеряют меня в суматохе. А если им хватит ума разделиться? Я поднял голову и оглядел их лица. Все о чём-то болтали друг с другом, глазели куда-то, даже не смотря в мою сторону, только Майк стоял напротив в двух шагах и выжидающе сверлил меня взглядом. Кажется, он хочет поговорить. «Нет уж! Никаких нотаций больше! – зло подумал я. – Мордой в пол и нахер!» Я сделал шаг к нему навстречу. - Билли Джо… - и успел только он сказать. Я резко схватил его за плечо и потянул вправо и вниз, одновременно продавливая его ноги подножкой в другую сторону. Он рухнул как книжный шкаф, тяжело грохнувшись об пол. Я не уверен, потому что в следующий момент перескакивал через его тело и мчался прочь, но, кажется, он действительно сильно стукнулся головой. За мной понеслись вскрики и возгласы, я услышал голос отца. Только забежав в длинный коридор, я обернулся на секунду, и в поле моего зрения попала пара бегущих за мной людей, похоже, чьи-нибудь слуги. Кажется, они были далеко. Я свернул за следующий угол и, (Господи, спасибо!) увидев открытую дверь, тут же юркнул в неё, сбив прямо у неё стюарда с тележкой. Он стал собирать посуду как раз посреди прохода в моё убежище, задерживая преследователей. Я подождал с полминуты, прислушался. Ни одного знакомого голоса, никто не бежит. Только люди негромко ходят и говорят в коридоре, стюард брякает посудой, да моё сердце колотиться часто-часто. Я вышел и пошёл быстро, но осторожно: выглядывал из-за каждого угла, постоянно осматривался, прислушивался. Я зашёл в фойе, откуда начал побег. Признаю, это было глупостью, но мне повезло - мои преследователи оказались ещё глупее и не оставили там никого. Я юркнул в другой коридор напротив того, откуда прибежал и полетел в противоположную сторону от моей жандармерии как можно быстрее. Я соображал: «Хорошо, если они разделятся. По одиночке я смогу уложить большинство из них. Кроме Кэпа. И Старка. И Майка, наверное, не смогу… Чёрт! Я дебил!» Я не знал, куда бежать, поэтому, поплутав немного в коридорах, перешёл на шаг. Как Фрэнка-то найти?.. Я стал спрашивать дорогу у каждого встречного стюарда: - Простите, вы не знаете, где начальник охраны мог поместить арестованного? - Сэр, простите, вы должны надеть спасательный жилет и выйти на палубу. - Понятно… Скажите, пожалуйста, где начальник охраны мог поместить… - Сэр, вы должны надеть спасательный жилет и… - Я знаю! Где начальник… - Сэр, наденьте… - Да пошёл ты! Я проходил так минут пять, пока чудо снова не снизошло на меня. Чудо это явилось в лице мистера Уорснопа. Излишне говорить, с кем под ручку он шатался от стенки к стенке. - Мистер Уорсноп! – я буквально накинулся на него. – Где начальник охраны мог поместить арестованного? - Кыш! Кыш! – зашикал на меня невменяемый капитан. Я оттолкнул его, и он, проехав по стене, сначала сел, а потом развалился на полу. - Что?.. – Уорсноп даже не заметил, что его дружок плюхнулся в спячку. - Ну там этого… того… спуститесь на лифте вниз, самый… поверните налево… или направо… куда-то, короче, и идите по служб… служеб… служебн… - Служебному? - Да! Служеб… вот этому самому коридору! Потом направо… и налево у трапа… и дааа… в общем, всё… - Спасибо! – я уже хотел бежать к Фрэнку, но вовремя вспомнил. – Мистер Уорсноп, сколько корабль продержится? - Корабль?.. А, это… Буль-буль-буль, карасики… Часа два… Нет, час… Вот! «Отлично! – думал я, уже несясь дальше по коридору. – Времени навалом». Я залетел в лифт и сходу затолкал туда машиниста, стоявшего рядом. - Вниз! – бросил я, закрывая решётки. - Сэр, лифт закрыт… - Живее! Машинист дёрнул за рычаг, и мы поехали. Эта минута, что лифт опускался, показалась мне нестерпимо долгой. Вдруг ледяная вода залила мне ноги, мы с машинистом вскрикнули от неожиданности почти одновременно. Я рывком открыл дверь и выбрался из лифта. Вода была чуть выше колена. Я пробежал немного налево и обнаружил служебный коридор, стал двигаться по нему. Я свернул налево, потом направо у трапа. Там я начал кричать: - Фрээээнк!!! Фрэнк, ты где?! Отзовись! Несколько долгих секунд я ничего не слышал, кроме шума воды, потом крикнул снова, и мне ответили: - Билли Джо! Я здесь! Слышишь меня, Билли Джо?! Сюда!!! Голос был позади меня. Фрэнк не прекращал орать, и я быстро нашёл нужную дверь. Он был в небольшой комнате, прикован наручниками к четырёхдюймовой трубе. - Фрэнк, прости меня! Я такой дурак! – с этими словами я бросился к нему на шею, сжал в объятьях. - Знаю, Билли Джо, знаю! Ты ещё тот… Но давай оставим сопли на потом. - Точно, - я отстранился от него. – Есть ключ? - Посмотри там, - он кивнул на застеклённый стенд на стене. – Это маленький латунный ключ. Я кинулся к стенду, свет мигал. - Тут только одни медные! - Посмотри там! Я обернулся: Фрэнк кивал на письменный стол. Я бросился к нему и принялся выворачивать ящики один за другим. - Чёрт! Ничего! – я психовал уже на третьем из восьми. – Чёрт! Чёрт! Чёрт! Дойдя до шестого, я плюнул на эту дохлую затею, огляделся вокруг и заметил железный позолоченный светильник, держатель которого выполнен одной жердью с заострениями на концах, похожих на пику: - Точно! – вырвалось у меня. - Я сейчас вернусь. В коридоре должен быть пожарный стенд, а в нём должен быть топор. Я выбежал, посмотрел направо, потом налево, но ничего красного не заметил, поэтому побежал в ту сторону, где было меньше воды. Я добежал до угла, ещё раз огляделся: слева был коридор, где снова не виднелось ни одного красного пятна, а справа – лестница. Я повернул направо. Только я поднялся по лестнице и вбежал в ещё свободный от воды коридор, как погас свет. Я замер, меня окутала непроницаемая тьма. «Боже», - прошептал я, делая робкий шаг вперёд. Сердце принялось отсчитывать невероятно долгие и страшные секунды мрака. Страшные потому, что свет вообще мог не включиться. Тогда… Нет, он сейчас вернётся! Шаг, ещё шаг… Я повторял: «Давай же! Давай!..» и, чем больше делал шагов во тьме, тем больше холодел от ужаса. Свет моргнул, и все светильники вдоль стен загорелись ярко и ровно. Я облегчённо вздохнул и побежал, прикладывая в два раза больше усилий, чем раньше. Я торопился, мне казалось, что вот ещё чуть-чуть, и свет снова погаснет, теперь уже навсегда. Поворот – ничего, ещё один поворот – ничего, развилка – ни там, ни там ничего. Я клял, крыл грязным матом этот чёртов корабль, придурка Уорснопа, чёртовы бесконечные белые коридоры. Но удача, как обычно, была на моей стороне. На следующем перекрёстке я столкнулся с каким-то стюардом и едва не сшиб его. Он ошарашено посмотрел на меня, схватил за руку и потащил в третью сторону, говоря: - Сэр, не волнуйтесь, я выведу вас. - Стой! Подожди! Мне нужен пожарный стенд! Там… - Без паники, сэр! Просто пойдёмте со мной. - Нет! Отпусти меня! Ты!.. Но он не собирался ни слушать меня, ни отпускать мою руку. Я резко дёрнул его за рукав, развернув, и врезал в морду. Он отшатнулся, держась за разбитый кровоточащий нос, и плюхнулся на пол. - Сукин сын, где грёбанный пожарный стенд?! - Пошёл ты! – прошипел он, вскочил и побежал дальше. Я, пыхтя от ярости, развернулся, чтобы идти назад, и увидел висевший на стене красный ящик, под стеклом которого был топор. - Чудесно! – я разбил локтем стекло, схватил топор и побежал искать обратный путь. Искал я недолго, но когда увидел лестницу, замер на секунду. У меня захватило дух. Половина лестницы была затоплена. Я погрузился в воду, которая доходила мне до груди, поднял топор над головой и поплыл по коридору, свободной рукой доставая до труб на потолке. Ледяная вода, точно как описывал Фрэнк, пронзала меня тысячей холодных лезвий. В каюте, в которую я направлялся, уровень был немного ниже и доставал мне до пояса. Убегая от воды, Райт забрался на стол. Когда он увидел меня, брови его вместе с веками поползли вверх, а челюсть слегка отвисла. Он нервно забормотал: - Ты раньше когда-нибудь… - Нет! - Чёрт, Билли Джо, подожди! – закричал он, когда я уже замахнулся. – Разведи немного локти. И возьмись левой рукой чуть повыше. Вот так. Бей со всей силы, только не резко. Он спрятал руки за трубой и зажмурился, а я, не успев даже попросить ни у кого благословления, опустил топор. Кланг! Цепь разорвалась под лезвием. Мы оба взорвались от радости, закричали, кинулись друг друга обнимать. И, только коснувшись губами, мы рванули к выходу едва не наперегонки. Коридор, через который я шёл, был затоплен до самого потолка, оставалась ещё та лестница, по которой я поднимался, бегая за топором. Поднявшись по ней и преодолев несколько коридоров, мы оказались в коридорах третьего класса. Там нам не повстречался ни один стюард, зато всюду сновали и копошились пассажиры с детьми, сумками, чемоданами; воздух разрывался от обилия разнородной речи. Все люди стекались к огромным решётчатым воротам, которые с той стороны караулили стюарды и никого не пропускали. Толпа собралась такая огромная, что плотно забила весь проход. - Они никого не пропускают! – громко сообщил рабочего вида мужик, оказавшийся рядом. - Ублюдки! - Чёрт! Тут был ещё один выход, - сказал мне негромко Фрэнк и повёл меня дальше по коридорам. Ещё один выход действительно был, он был значительно ниже и уже первого, и толпа у него собралась тоже значительно меньшая; только вот замок и стюарды на той стороне сохранились. И там тоже никого не пропускали. - Пустите нас, чтоб вас всех! – кричал кто-то. - Нет, ваша очередь ещё не пришла! Я пробился, отталкивая людей, и, долбанув по решётке, заорал: - Какая очередь? Ты что несёшь, уёбок?! - Открывай немедленно! – рявкнул Фрэнк. - Пожалуйста, наберитесь терпения… - Да, сука, открой, мать твою!!! – в ярости я схватился за решётку, и она затряслась от моих толчков словно в эпилептическом припадке. Ещё раз пнув по ней, я пробрался обратно через толпу вместе с Фрэнком. - Вы нас тут заперли, как скотину! – бросил кто-то и его тут же поддержали громкими возгласами. - Вам надо набраться терпения и подождать! - Знаете, что? – с этими словами я обратился к толпе. – Они и не собираются нас пропускать! Они посадят в шлюпки чистоплюев из первого класса, а нас оставят тут умирать! Люди взорвались от возмущения, забили решётку, заорали в одном бешеном порыве. Я поманил Фрэнка, указывая ему на скамейку, стоявшую у стены и привинченную к полу. Мы подключили ещё двух мужиков и принялись её выворачивать. Кто-то закричал: «Расступитесь!», и люди расползлись по стенкам, поддерживая нас криками. К нам присоединилось ещё двое, вшестером мы подняли скамейку и с разбегу долбанули ею о решётку. Она пошатнулась, но устояла; зато стюарды на той стороне забеспокоились, отшатнулись и готовы были спасаться бегством. Со второго раза наш таран сработал и вылетел по другую сторону коридора, створки слетели с петель, распахнулись. Мы шестеро первые, перескочив через скамейку, бросились к выходу, остальные, перекидывая свои чемоданы, полезли за нами. На палубе было настоящее столпотворение. В шлюпки пускали только женщин и детей, но люди лезли, старались спастись кто как мог, кто на что был горазд: перепрыгивали с прогулочных палуб, спускались по канатам, давили всей толпой на офицеров. Это была паника. Животная паника, поэтому самая страшная. Большинство уже не соображало, просто старалось выжить. Как и те люди внизу, в третьем классе, что столпились у железной решётки. Я кинул взгляд на нос и мысленно ужаснулся: он ушёл под воду вместе с перилами. На секунду мне самому захотелось впасть в безумие и начать крушить всё на своём пути, лишь бы добраться до чёртовых шлюпок, таким плачевным было наше положение. Я схватил ладонь Фрэнка и сжал её так, будто хотел раздавить. Он лишь бросил на меня секундный взгляд, но я заметил: он улыбается! Мне стало легче на душе.