Исповедь

Каникулы проходили не лучшим образом. Чувство вины не покидало меня, как и мысли о женщине, которая, кажется, снова врывалась в мою жизнь подобно урагану. Сильному, который губит все на своем пути, несет за собой плачевные последствия. Дни тянулись мучительно долго. Да еще и ненужные размышления не давали мне покоя. Они сводились к моему напряженному общению с бывшими подругами. Иногда бывает такое, что события, которые раньше заставляли чувствовать нестерпимую боль, просто забываются, и жизнь возвращается в привычное русло. Ты радуешься, уже не плачешь по ночам и считаешь, что вполне себе отпустил ситуацию и даже обиду. Но в какой-то момент это все начинает рушиться. Поток мыслей и обиды вспыхивают вновь, причем с силой, гораздо большей, нежели когда-то. Ты начинаешь винить всех окружающих в том, что они когда-то заставили тебя страдать, а самое ужасное - начинаешь себя жалеть. Жалость к себе - отвратительное чувство, которое губит личность, уничтожает лучшее в ней. Непроизвольно становишься жертвой, считаешь себя ей, а все разом становятся врагами народа. Я понимала, что мне нужно с кем-то поговорить. Но быть полностью искренней с кем-то себе не позволяла, потому что мои переживания, так или иначе, касались даже человека, которому я доверяю. Я боялась быть осужденной, не понятой, а это только усложняло ситуацию. И мне казалось, что я была на грани, чтобы просто не вылить всю свою историю на первого встречного. Приходилось молчать. Просто держать это все в себе, как раньше. Я осознавала, что мои проблемы - не катастрофа. У многих людей случаются вещи в жизни гораздо страшнее и тяжелее тех, что происходили в моей. Но я слышала, что нельзя сравнивать. У каждого свой лимит терпения, и каждый по-разному справляется со стрессовыми ситуациями. Кто-то просто более закален для них, более стрессоустойчив. И я хотела иметь в себе этот стержень, умение абстрагироваться от того, что приносит мне дискомфорт. Но в глубине души я понимала, что все-таки еще ребенок. Я не научилась быть сильной, когда ситуация этого требовала. Я могла сдержать слезы в какой-то момент, знала, что позже они обязательно выльются в долгую истерику или, хуже того, в состояние апатии, подобной той, в которой я нахожусь сейчас. Начинала задумываться, что, может, правда стоит когда-нибудь посетить психолога. Все-таки это специалист, который, действительно, может помочь мне разобраться с моими накопившимися переживаниями. Первые дни каникул я писала несколько раз Ольге под предлогом подготовки к экзаменам. Находила глупые темы - лишь бы немного пообщаться с ней. Казалось, все вокруг перестало для меня существовать, а жизнь приобретала краски только во время этого, пускай, и глупого, но общения. С Пашей мы виделись почти каждый день у меня в квартире, а новогодний инцидент каждый раз повторялся. Стыд пропал, но чувство вины осталось. Не из-за того, что я позволяю представлять себе ее, а потому что мне это нравится. Мне нравится думать, что я занимаюсь сексом не с Пашей, моим парнем, который хоть и допускал бессчетное число ошибок, который неоднократно заставлял меня плакать и переживать, но все-таки моим. Осязаемым. Я могу потрогать его, могу поцеловать, когда захочу, и даже больше. Мне нравилось, что в своих мыслях я могу перейти черту, которая негласно стояла в нашем общении с Ольгой. Все больше я срывалась на Пашу из-за того, что он - не она. Будто он мешает мне быть с ней, а не рамки, установленные как обществом и природой, так этой женщиной. Он не понимал, почему я злюсь. Да я и сама, честно сказать, не понимала. Не понимала, в какой момент это стало меня так волновать. Я просто надеялась, что это пройдет само - так же, как тогда. Было ведь время, когда я, действительно, перестала к ней что-то чувствовать и обрела свободу. Хотя свобода ли это? За время нашего «необщения» я постоянно ощущала нехватку чего-то важного мне, как воздух. И даже сейчас. Два года я жила с чувством неполноценности, как будто у меня отняли часть меня. Но когда я с ней говорю, то чувствую себя дома, кажется, что в эти моменты я обретаю прежнюю целостность. С утра решаю приготовить пп оладушки с бананом и овсянкой. Никогда не любила готовить. Не подумав, скидываю ей фотографии. М: «Я сегодня тоже кулинар. Что большая редкость». Недавно, во время одного из наших непродолжительных разговоров, она сказала, что готовит шурпу. Да и в принципе, ей, как единственной женщине в их семье, приходится готовить много. От слова «семья» морщусь. Наличие у нее семьи - очевидный факт, но действует, как отрезвляющий удар по лицу, словно напоминание, что я поступаю неправильно. Ответ не заставляет себя долго ждать - уже через минуту вижу сообщение. О: «Молодец! Привет!» М: «Доброе утро) Вы во сколько проснулись?» Я понимаю, что это идиотский разговор, но желание занять ее время собой берет верх над логикой и здравым смыслом. Ответа не следует, хотя сообщение висит прочитанным. По правде говоря, я бы и сама не отвечала на такую ерунду, особенно, если учесть, что это пишет моя ученица, намеки которой прозрачны. Но я не уступаю. Спустя тридцать минут набираю новое сообщение. М: «Вот я к вам вроде не пристаю, а вы мне все равно не отвечаете)» О: «Как всегда, занята)» М: «И правда, как всегда) Занятая женщина» Она ничего больше пишет. Вечером, когда неприятные мысли снова начинают одолевать, я пытаюсь найти помощь в ней. Так уж сложилось, что по первому образованию она - психолог. После нашего с ней знакомства я серьезно задумалась над тем, чтобы сменить свои планы на будущее и вместо филолога идти на психологию. Эта профессия казалась мне увлекательной. Но, увидев, что в числе экзаменов стоит биология, я оставила эту идею. М: «Я могу к вам иногда обращаться, как к психологу? - понимаю, что вопрос может повлечь за собой встречный по типу «У тебя что-то происходит?» и навести ненужные мысли, поэтому разбавляю эту обстановку, - Если мне уж очень захочется пооткровенничать» О: «Ой, Маша, мне порой самой психолог нужен) Можешь, иногда, чем смогу, помогу» М: «Или как к другу. Когда-то мы ими были, - осознаю, что сморозила глупость. Глупо упрекать ее в произошедшем, когда прошу помощь, - Спасибо, Ольга Дмитриевна. Спокойной ночи» О: «Спокойной ночи, Маша. Голова болит, сил нет… Мы сегодня на Т-34 ходили» М: «У меня тоже болит - давление. И как вам?» О: «Понравился, раньше был черно-белый фильм с таким же сюжетом» М: «Хорошо, посмотрю обязательно. Идите отдыхать, сладких снов» О: «И тебе» Забегая вперед, могу вам сказать, что этот фильм я так и не посмотрела. Сначала это было из-за нехватки времени, а потом - из-за навеянных воспоминаний. **** Мы с Полиной решили посидеть у нее с бутылочкой шампанского и пива (знаю, убийственная смесь), приготовить пиццу, а заодно отметить ее восемнадцатилетие. Она отмечала со своим парнем, и мы договорились просто потом как-нибудь выпить. Я не знаю, когда я успела достаточно опьянеть. Видимо, это произошло в тот момент, когда я отправила этой женщине фотографию нашего скромного стола. М: «Здравствуйте» О: «Привет, ты чего это пьянствуешь?» М: Отмечаем получение паспорта подруги. Теперь у меня есть спонсор запрещенки» О: «Не рано ли подруге?» - Ты с ней переписываешься? - спрашивает Полина, заметившая довольную улыбку у меня на лице. - Угу, - слабо киваю. Девушка подходит и вглядывается в текст сообщения. - Ты больная? Мне что, 14 по-твоему? - смеется. - Не поняла. - Ну, паспорт дают с 14 лет. Да, подруга, кажется, тебе уже хватит на сегодня, - она кинула взгляд в сторону бутылки и снова рассмеялась. М: «Ой. Короче 18- летие. Я запуталась». О: «Для 18-летия скромно как-то, а для паспорта ей рановато)))» М: «Так мы же вдвоем. Почти свидание» - Как думаешь, почему она тебя еще не послала? То, что она отвечает на твои сообщения - уже странно. О чем ты вообще думала, когда скидывала ей фотографию? Она же все-таки учитель. - Не знаю… Просто во время даже такого общения мне становится как-то легко. Подруга ничего не ответила, лишь отвела взгляд, но минут через десять нашего молчания заговорила. - Я не буду тебе ничего говорить насчет этого. Думаю, ты сама все прекрасно понимаешь. - Да. Что там с нашей пиццей? - пытаюсь разрядить обстановку и направляюсь в сторону духовки. Полина, словно уловив мой позитив, тоже смягчилась, и, достав блюдо, мы стали его уплетать. Сфотографировали, конечно, заранее. Когда девушка выходит из комнаты, отправляю фотографию своей собеседнице. О: «Ну, хоть закусываете)» М: «Мы мастерицы на все руки) не только алкаши М: «Я соскучилась. Глупо, наверное. А это что-то, похожее на заботу?)» О: «Это было утверждение» М: «Пф, пусть так. Блин, Ольга Дмитриевна» О: «?» М: «А вы не заняты? Ну не в смысле. В нормальном смысле» Закрываю ладонями лицо. Я уже минут пятнадцать как вышла из дома Полины, и просто стояла на улице. Нужно было проветриться. Вообще мы с подругой живем в соседних домах, расположенных перпендикулярно, и поэтому, выйди я на балкон, вполне себе могла бы наблюдать ее, также вышедшую на свой балкон. Когда я только переехала в квартиру - около года назад - мы часто махали так друг другу. О: «Спать собираемся» М: «Сильно спать хотите? А то я все надеюсь, что у вас появится желание со мной говорить» О: «Сильно, рано встала сегодня» М: «То есть, я не зря надеюсь?) Когда-нибудь О: «Когда-нибудь…» М: «) Сладких снов, Ольга Дмитриевна» О: «Спокойной ночи» Я посмотрела на снег под ногами, а затем вдаль. Писав то сообщение, я вкладывала больший смысл в это «когда-нибудь», нежели обычный разговор. Мысль о том, что бы эта фраза значила для нее, не желала выходить из головы. На этой ноте я зашла в свой подъезд, и, зайдя домой, единственное, на что хватило сил - это лечь спать. Да, алкоголь сказывается на мне не лучшим образом. ***** О последствиях употребления алкоголя пишут уже долгое время, говорят по телевизору, но это не является удерживающим фактором для доброй половины населения нашей планеты. Но измените ли вы свое мнение, взглянув на меня в данный момент? Просыпаюсь с чувством стыда, охватившего меня полностью. Я понимаю, что позволила вчера себе лишнего. А она ведь даже не пресекла, не остановила. Твою же мать… На часах - 12 дня. Да, неплохо я проспала. Сегодня 6 января - сочельник. Включаю мобильный интернет и вижу новое сообщение от Нее - поздравление. М: «С наступающим рождеством!» Необходимость узнать ее отношение к произошедшему вчера пересилила здравый смысл. « Всего лишь маленькая ложь во благо», - проносится в голове, а пальцы уже набирают новое сообщение. М: «Что я вчера писала? Я просто удалила все» О: «Нормально все ты писала, как обычно, когда выпьешь)))» М: «Ой. Я вам пьяная не так часто пишу. Я не приставала хоть?» О: «Ну, как сказать…)))» М: «Пипец. Ну ладно, я это и трезвая делаю» О: «)))» М: «Что я говорила?) Я говорила с кем сижу?» О: «С подругой, паспорт ее обмываете на 18-летие))» М: «Я помню, она мне говорит типа какой паспорт, мне не 14» О: «И у вообще у тебя с ней свидание было)» М: «Жаль, что не с вами», - пишу раньше, чем включаю мозг. О: «Так… я больше ничего не говорю» М: «Ну ладно, не пристаю. Только говорите» О: «Историю учи иди, вы ее 31 мая пишете» М: « Так рано…» О: «ФИПИ решает. Так что, Маша, меньше слов, больше дела!» М: «Не, я все успеваю. И учиться, и флиртовать» О: «И бухать))» М: «Не нужно так утрировать. Я немного выпила» О: «Нужно… даже не помнишь, что писала, это первый признак алкоголизма))) и стыдно тебе… Ой, короче алкашка ты!))) М: «А какова вероятность, что вы согласитесь как-нибудь выпить со мной при условии, что я не буду приставать?» О: «Я пью только с коллегами чуть-чуть или дома с близкими, и тоже чуть-чуть…» М: «А исключение?)» О: «Без исключений» М: «Ну посмотрим) Это чо, мне надо стать учителем, чтобы вы со мной выпили?» О: «Ну, не знаю…» М: «Или выйти замуж за Диму, чтобы стать семьей» О: «))))))» М: «Я бы еще сказала, но не буду. Я сегодня без флирта» О: «Маша, бисексуальность в нашей стране - это не только не модно, но и опасно, так что ты уже определись как-нибудь))))» Ее слова цепляют. Это уже второй раз, когда она указывает мне на мою ориентацию. Тогда было обиднее и больнее. Но и в этот раз неприятно, поэтому, чуть помедлив, отвечаю колко. М: «Вас так волнует моя ориентация, Ольга Дмитриевна?» О: «Не… Я за Пашу беспокоюсь)», - мне кажется или это ревность? М: «А за себя?)» О: «И не думала… у меня четкая ориентация и она единственная)» М: «Да-да, вы уже много раз говорили))» О: «Все, пошла я делами заниматься…» М: «Окей)» Почему-то кажется, что она всячески хотела смутить меня, но, видимо, получилось наоборот. По крайней мере, мне так показалось. Раньше я была не такой смелой… Стоило сделать кому-то намек на мою ориентацию, меня сразу поглощало чувство вины, что ли… Казалось, что это какой-то изъян, что-то категорически неправильное, как и я сама. Я начала замечать в себе изменения в восьмом классе. Тогда мне понравилась наша завуч - Татьяна Анатольевна. Ранее, еще перед первым классов, она должна была взять нас, но почему-то вовсе ушла из школы. А в начале моего восьмого она вернулась, только уже в роли завуча. Не знаю, в какой момент я поняла, что чувствую к ней что-то. Всегда я заворожено смотрела за ее грациозной походкой по школьным коридорам, ее безупречному внешнему виду, за шикарным загаром, за тем, как она мне улыбается. Тогда я специально вызвалась помогать ей делать какой-то отчет, лишь бы проводить с ней больше времени. Заходя в кабинет, я улавливала такой глубокий, приятный запах, в котором чувствовалась нотка сандала. Казалось, я от него задыхалась. В ее кабинете всегда чувствовала себя и комфортно, и напряженно одновременно. Хотелось вырваться и сбежать, но и остаться я желала не меньше. Тогда, только начав читать фанфики по теме у/у, я цеплялась за каждую мелочь и пыталась найти ее в нашем общении. Мы с ней очень много разговаривали. Ради нее я участвовала в конкурсах чтецов - так хотелось снова увидеть ее эту загадочную улыбку. Несмотря на свою строгость для всей школы, со мной она была нежна и ласкова. Помню, как в начале девятого класса, в день ее рождения, 5 сентября, я подговорила своих (уже бывших подруг) помочь мне в ее поздравлении. Они контролировали, чтобы она не приблизилась к кабинету, а я оставляла на ее столе подарок. Месяц делала своими руками букет. Никогда не любила делать поделки и что-то в этом духе, но желание порадовать эту женщину взяло верх. Я кропотливо работала над созданием роскошного букета. Обычные цветы вянут, а это более или менее годится для нужной мне «вечности», которая напоминала бы ей обо мне. В букет я вложила записку следующего содержания: «Примите от меня этот прекрасный букет. PS: но он не такой прекрасный, как вы» и вроде бы шоколадку. Ой, как тогда все было невинно… Я только-только начала приспосабливаться к своей ориентации, пускай, до конца и не понимала ее. Одно я осознавала точно - меня влечет к девушкам. Люди, которые знали об этом, к моему удивлению, и вопреки всем ожиданиям, проявили снисходительность и даже поддержку. Но все перечеркнул тот разговор с Ольгой. Когда она, словно выплюнула это: «я не имею бисексуальных наклонностей». Я, просто ошарашенная этими словами, сначала не знала, как мне отреагировать. Не знаю, чем я была шокирована больше: ее прямолинейностью или упреком. Стало обидно. Обидно, что она осудила меня. Я помню ее взгляд в тот момент, мол: «Я раскусила тебя, и я презираю»и чем-то еще, не понятным мне. Собравшись тогда, я ответила что-то в роде: «Да я и не планировала» и сбежала. Мне было страшно и больно. И именно тот день стал для меня переломным. Я поняла, что один человек может заставить тебя стыдиться себя, упрекать за то, что ты такой. Сейчас были смешанные чувства. Прошло уже почти два года с того разговора, но осадок и обида остались. А эта женщина, как мы уже поняли, только довольствуется своими напоминаниями о моей ориентации. М: «Устала. Голова болит» О: «А у меня сейчас муж с работы придет», - одно упоминание о муже вызывает у меня неприятные эмоции. М: «Тогда идите ко мне)» О: «Нет, кормить буду семью, сегодня сочельник» М: «А, то есть не сегодня, но придете?)» О: «Отстань… мне же может и надоесть это все…» Мне неприятно от ее слов, но я задумываюсь, и нотка страха проносится в голове. М: «И мы повторим увлекательную историю, как в 9 классе, после которой два года, как кошка с собакой жили? Не буду я к вам лезть. И не планировала» О: «Я с тобой два года жила абсолютно нормально, это твои тараканы что-то себе напридумывали)» М: «Пусть так». Я зла. Откидываю телефон в сторону и пытаюсь выровнять дыхание. Нихрена я не придумала, просто кто-то боится признать тот факт, что мои выходки его задевали. Я видела этот огонь в ее глазах, говорящий о том, что войны нам обеим не избежать. Я знаю, когда она злится, знаю, когда в обычном состоянии, поэтому в этом плане ей меня было не обмануть. И сейчас меня просто выводит из себя, что у нее не хватает смелости признаться в этом хотя бы самой себе. Она выставляет это так, словно я - маленький ребенок, который обиделся на несуществующую проблему, а два года ходил и дулся. О: *скидывает фотографию испеченного торта-мишку* «Это мы сегодня Валеру испекли)» М: «Красиво) почему Валера?)» О: «Тима смотрит видео в интернете про желейного Валеру» М: «Ахахах, я не настолько продвинутая - не видела ни разу. Как у него дела, кстати?» О: «У Артема или Валеры?)» М: «Ну уж точно не у медведя» О: «Нормально все» М: «Ну и хорошо. Блин, что за дом то - ни ношпы, нихрена нет. Только умирать ложиться» О: «Лучше пенталгин выпей» М: «Вообще ничего нет» О: «Капустный лист на голову. Может, андипал или еще что-нибудь от давления есть» М: «Какое давление? У меня живот болит. Сейчас умру» О: «Ты просто про голову говорила» М: «Она уже прошла» О: «Приложи что-нибудь теплое», - пишет, а я непроизвольно вспоминаю, что ее руки постоянно теплые, даже горячие. От этой мысли жаром обдает все тело, а я, не найдя лучшего решения, ложусь спать, хотя уснуть сейчас будет трудно.