Моя тэньё или Отражение истлевшей ненависти

Едва Нуйнокате стоило взглянуть в глаза Тахомару, женщина поняла, что она потеряла обоих сыновей в этот страшный день, который она никогда не забудет. Тот, кто стоял перед ней на поле боя – не ее сын, а жестокий и беспощадный демон, который поглотил тело Тахомару. Да она сама не лучше, когда скрепя сердцем выпустила зачарованную против демонов стрелу в сердце Хяккимару. Нуйноката чувствовала себя жалкой и беспомощной. Еще пару часов назад она с благовеенной радостью рассказывала Дороро о том какие чувства испытывала, когда родился Хяккимару – ее первенец. А теперь, она позволила своим сыновьям до смерти сражаться и увидела, как младший сын превратился в монстра и не смогла ничего сделать. Когда взгляды пересеклись, сердце женщины нервно еркнуло и замерло. Из груди вырвался прирывистый вздох. Она поняла, что приняла неверное решение. Ей следовало остановить это безумие, став матерью обоих сыновей, а не женой правителя. Ошибкой было то, что она позволила забрать у нее Хяккимару. Но прошлого уже не вернуть.... Больше не выдержав и минуты прямого взгляда Тахомару, Нуиноката отвела взгляд и выронила из рук лук. Она словно не слышала ничего и не видела никого, кроме лежащего на земле бездыханного тела Хяккимару. И командный голос "Возвращаемся!" не стал для нее более каким-либо припятствием. Женщина бросилась к телу старшего сына, которого убила своими же руками, чтобы спасти хотя бы его душу, но её путь перегородили двое мужчин. - Вам туда нельзя, Госпожа, извольте вернуться в поместье, - спокойным голосом произнёс один из них. - Немедленно пропустите меня - сурово взглянула на них Нуиноката. - Это приказ юного лорда, - проговорил второй. - Нам не велено вас пускать к демону даже на пушечный выстрел. В противном случае, нам велено увести вас силой! В иной ситуации Нуи не осталось бы ничего иного, как подчиниться, но сейчас она не владела собственным телом. Ей не хотелось слушать каких либо указаний проклятого клана. - Прочь с дороги!! - гаркнула Госпожа так, что мужчин передернуло от неожиданной резкой смены настроения женщины, которая не могла и слова сказать поперёк мужу. – Иначе…. – в руке мелькнуло острие кинжала. – Я с огромной радостью вырежу ваши сердца, разорву вас на части, скормив демонам, чтобы вернуть Хяккимару! Своего сына!! Самураи нервно вздрогнули, переглянувшись. От их госпожи исходила такая мощная негативная аура, что мужчины послушно раступились, дав обречённой матери пройти к своему первенцу. На ватных ногах женщина подошла и рухнула на колени рядом с изувеченным и изуродованным телом юноши. Трясущими руками она крепко обняла Хяккимару, что-то приговаривала и гладила его по спутавшимся волосам. -Прости... Прости меня, сынок... У меня не было выхода.... Кроме как...убить тебя своими руками.... - шептала женщина.- Если вдруг встанешь демоном, и захочешь отомстить, ты должен мстить мне, а не Тахомару....ибо это я та, кто убила тебя во второй раз... Прошу, прости меня... - она нежно целует Хяккимару в макушку, продолжая крепко обнимать его, словно старалась согреть холодное тело сына. Стоящих рядом двух воинов внезапно прошиб холодный пот. Окутавший их страх ледяными щупальцами проник под одежду и оковами ужаса сковал их погрязшую в грехах душу. Госпожа Кагемицу, казалось сошла с ума. Она начала тихо петь колыбельные, укачивая мертвого "демона" словно детя. - Это не конец этого мира, но... Спи, мой любимый. Твоя жизнь прошла. Ты был рождён и ты жил. Неужель не споёшь ты мне песню надежды? Навсегда... Прими эти слёзы, Как слова новой любви. Спасибо тебе за счастливые дни в моих мечтах. Я благодарна за то, что мы встретились здесь. Навсегда... * Ее голос звучал тихо и слабо. Хрупкие плечи начали дрожать, из горла вырвался измученный стон, переходящий в истерический смех в перемешку с рыданием. - Хякки…мару, сынок.. услышь мою просьбу! Возродись…. И уничтожь эту проклятую землю!! Ты обязан вернуть то, что по праву пренадлежит тебе!! – смех плавно перешел в зловещий шепот. - Я проклянаю клан Кагемицу, который отобрал у меня все. Я проклянаю Дайго Кагемицу за то что обрек моего сына, Хяккимару на вечное страдания. Я проклянаю своего младшего сына, Тахомару, за то что выбрал неверное решение. О,демоны, что сполна насладились представлением, ответьте мне: вы довольны? На что еще вы способны, чтобы погубить как можно больше невинных душ? Хотите еще раз заключить сделку? Забирайте эти земли, этих лживых людей, этот проклятый клан! Мое тело и мою душу! Взамен, верните! Отдайте матери это несчастное детя!!! Он нуждается во мне!! Потому что я его мать!! Мужчины вновь озадаченно переглянулись и решили, что им следует оттащить от трупа женщину, сошедшую с ума. Но стоило одному протянуть руку, как молния ударила около Нуи, ослепив самураев на несколько минут, а когда они смогли видеть, то госпожа лежала на земле без сознания.

***

Со дня смертельной схватки прошло несколько дней. Нынешний повелитель Дайго Кагемицу исчез. В последний раз солдаты видели его, когда тот хромая направлялся к сторону одинокого храма на склоне и больше его никто не видел. Узнав то что земли остались из покровителя, клан Асакура решил воспользоваться этим и напал на замок Дайго в надежде уничтожить ослабленные войска. Но.... Тахомару не собирался преклонять колени перед Такакагэ* и его приспешников, поэтому парень вместо отца встретил "незваных" гостей у границ имения. Приближенные юному лорду видели, как парень сильно изменился. Демоническая аура окутывала с ног, заставляя воздух вокруг дрожать. Его враги не могли пошевелиться, увидев эту мощь и в панике начали побег. Но все пути отступления были перекрыты, а сзади их настигал демон, жаждущий крови. Клинок наследника Кагемитцу врезалась в плоть противника словно нож в масло, разрывая изнутри органы и разрезая тело на половину. Темно-красная кровь, почти черная, лилась рекой. Руки, лицо и даже одежда была испачкана чужой кровью. Он нагонял ужас не только на врагов, но и на своих людей. Тело двигалось отдельно от разума. Его ярость и гнев, подпитываемые злостью и обидой. Злость на то, что он, Тахомару, сам себя загнал в ловушку из которой ему не выбраться самому. Он не чувствовал никакой радости со своей победы. После очередной битвы его демонические глаза закрылись. Глаза его брата, чудовища, которого воскресила жажда мщения. Тела Хего и Муцу были сожжены, а их прах погребен под стенами дворца, а матушка до сих пор не пришла в себя. С ним рядом не осталось никого, с кем можно было поговорить о своих достижениях. Достижения? С каких пор убийство брата считается достижением? В чем? Ради чего или кого? То что он пошел на поводу отца, поддался собственным эгоистичным желаниям, надеться на искреннюю улыбку матери. Ради этого он потенциально был готов пожертвовать собственной жизнью и жизнью своих друзей - в итоге он разрушил то, к чему стремился. Тахомару стоял посреди расчлененных трупов вражеского клана. Длинная челка, которая до сей поры аккуратно была зачесана назад, упала на лоб, закрыв серо-голубые глаза в которых застыла пустота. Юноша не шевелился, пока один из подчиненных, пришедший в конце боя с новостями из поместия, не осмелился его позвать. - Юный лорд, ваша матушка.... - Что?... - парень слегка повернул голову в сторону говорившего. - Госпожа пришла в себя и... - солдат запнулся. - И? - Господин Дайго был найден мертвым в с горевшем храме Ада. Мускул на щеке парня дернулся, и уголок рта потянулся в верх, искажая лицо в кровожадном оскале. Из горла вырвался истерический смешок, разразившийся в дикий хохот безумца. Окровавленный меч выпал из рук. Тахомару схватился за правую сторону лица, где горели шрамы, оставленные Хяккимару, словно память о нем. - ЧЕРТОВ ПАПАША!!! ДОИГРАЛСЯ!!! ХАХАХАХАХА!!!!! Его смех прекратился так же неожиданно как и начался. Горделиво выпрямив спину, парень развернулся. Вскочив на лошадь, будущий глава, рванул в сторону своего поместья.

***

Смерть братца сильно подломило и Дороро. Девочке казалось, что ее мир рухнул и она не понимала сколько времени стоит, прикованная веревками к столбу, как побитая собака. Она не помнила как ее притащили в деревню и привязали с столбу и начали ее избивать, со словами : "Еще одним демоном станет меньше, если "он" умрет от голода". Вдоволь насладившись избиением, самураи с диким хохотом оставили Дороро в покое, оставив ее в полуобморочном состоянии. Она ничего не чувствовала, не боли, не голода, не холода. Ее голова была абсолютно пуста, без единой мысли, словно кто-то начисто вырезал ее воспоминания о том, что когда-то она могла дать отпор зазнавшиеся самураям. - Эй, Дороро! - знакомый голос проник в остатки сознания девочки. Подняв голову она пыталась разглядеть в темноте худощавую фигуру. И признала в нем Сукэроку - мальчику, которому они помогли когда-то пересечь Банмон. - Ч...что ты здесь делаешь? - ее голос был тих и слабым. - Тебя спасаю, - бодро сообщил паренек, разглядывая друга с ног до головы. - Э, как тебя потрепали, братец Дороро. Не думал, что ты к ним попадешься! Ну погоди, сейчас освобожу. Вытащив из-за пазухи кимоно самодельный нож, мальчишка без труда разрезал толстые веревки. Когда руки были освобождены, девочка ослаблено осела на землю, поджав к своей груди разбитые колени, обняв их израненными руками. - Зачем? Я хочу умереть.... - шептала она потрескавшими сухими губами. - Меня ждет братец Хяккимару... Я должен идти к нему... Если я не приду, то он уйдет без меня.... Я... я не хочу, чтобы он меня бросал... Мы обещали , что всегда будем вместе... и мы никогда не расстанемся... Сукэроку не понимающим взглядом взглянул на убитого горем. Он конечно понимал причины ее состояния. Ведь он слышал, что произошло с братом Дороро. Схватив девочку за шкирятник, он резко и грубо встряхнул ее как щенка, гневно зыркнув ему в глаза. - Разве твой брат был бы счастлив, если услышал такие слова?! Разве мы живем не для того, чтобы чтить память тех кого любим?! Наши близкие живы, пока бьются наши сердца!! Ты обязан жить ради него!! Тебе понятно?! Если не перестанешь твердить, что хочешь сдохнуть, то я ударю тебя!!! - паренек занес кулак над "другом". Слегка удивленная его действиями Дороро лишь кивнула в знак согласия, поджав губы. Незаметно миновав через охранные постройки, они побежали в сторону леса, чтобы добраться до поселения парнишки начала рассвета. Рука мальчишки была такой же маленькой как и ее, но в пальцах которые крепко сжимали худую ладошку уже чувствовалась мужская сила. Дороро крепко сжала ладонь Сукэроку, насколько хватало сил. Спустя какое-то время они остановились в хижине, которая некогда служила пристанищем для людей Асакуры. Сейчас она пустовала, так как солдаты покинули это место. Паренек помог девчушке сесть и найдя пыльное покрывало и, встряхнув его укутал дрожавшие хрупкие плечи. Вытащив из-за сумки пайек с несколькими рисовыми шариками, Сукэроку протянул его Дороро. Девочка, учуяв сладковатый запах, выхватила еду из рук мальчика, и впилась в нее зубами как голодная волчица. После того как она "заморила червячка" Дороро с головой укуталась в покрывало, спиной облокотившись от холодные бревна. Если они смогут добраться до деревни живыми, она, Дороро постарается жить, ради того как отомстить Тахомару за смерть Хяккимару.