Министерские шалости

Гермиона, аккуратно переставляя ноги на тонких шпильках, вышла из пункта трансгрессии прямо в Атриум. В Министерстве всегда было многолюдно. Каждую минуту работники появлялись в зеленом пламени камина, уже уткнувшись в свои многочисленные записи. Посетители, вошедшие через главный вход, спешили быстрее завершить свои дела и выйти из этой адской канители вечно летающих бумажных самолетиков и снующих повсюду деловых волшебников и волшебниц. И в этот самый миг Гермиона Грейнджер, глава отдела регулирования магических популяций и контроля над ними, неслась сквозь эту гудящую толпу к лифтам, радуясь, что все слишком заняты своими делами, чтобы обращать на нее внимание. Она сама не могла понять, почему так спешила: потому что через пять минут начнется еженедельное собрание с заместителем Министра Магии или потому что сегодня ее внешний вид был просто возмутительным. Естественно, только для самой Гермионы он таковым и являлся. Грейнджер, как и всегда, была одета официально, лишь с той разницей, что обычно прямая, несуразная юбка оказалась заменена плотной обтягивающей тканью длиной до колена. Строгую рубашку с безвкусными воротниками сменила элегантная белая блузка с открытым декольте и роскошными широкими рукавами, а взамен удобным лодочкам пришли потрясающие туфли на высокой шпильке. Гермионе было неудобно, а комфорт в одежде всегда стоял превыше всего для деловой волшебницы. Но вот незадача: надо же было мисс Грейнджер проиграть спор Джинни Поттер, жене небезызвестного друга бывшей гриффиндорки, а по совместительству ее лучшей подруге, и оказаться в таком крайне неловком положении. А ведь Гермиона была уверена, что Рональд не решится пригласить на свидание сногсшибательную ведьму из отдела магического транспорта, но мало того, что он собрался с духом и подошел к волшебнице, чем, естественно, подвел свою лучшую подругу, так эта девица ко всему прочему еще и приняла его приглашение. Именно поэтому проигравшая спор Гермиона вбежала в битком набитый лифт в своем новом облачении. В этом «обмундировании девочки по вызову» — как про себя называла его Грейнджер — она должна была ходить месяц на радость ее подруги. Ох, как Джинни оторвалась на выходных, подбирая Гермионе целый гардероб неудобно обтягивающих юбок, слишком открытых блузок и чересчур высоких туфель, а потом миссис Поттер не забыла вывалить на голову бедной Грейнджер указания по прическе и макияжу, которые подруга просто была обязана соблюсти, как потерпевшая поражение в споре. В лифте, на радость мисс Грейнджер, никто не обратил на нее внимания, даже не оторвавшись от своих бумаг, поздоровались лишь некоторые знакомые из других отделов. Гермиона поправила распущенные волосы, что сменили тугой пучок и стараниями Джинни сейчас лежали мягкой волной, доходя до середины спины. Грейнджер, в тревоге задержав дыхание, вышла на своем этаже, готовясь к волне удивления от сотрудников своего отдела. Первой Гермиону как всегда встречала ее помощница, Аманда, с чашкой кофе и свежей почтой. — Собрание через три минуты, мисс Грейнджер, а также заходил мистер… — Аманда оторвалась от своих бумаг, только когда Гермиона остановилась около ее стола, и остолбенела, видимо даже потеряв дар речи. Грейнджер сделала самый суровый вид, передавая свою деловую сумку девушке и рассматривая с излишней серьезностью конверты с письмами, и специально проигнорировала заминку Аманды. — Кто заходил? — подтолкнула Гермиона к дальнейшему рассказу свою помощницу. — Мисс Грейнджер, вы… вау! Вам так идет новый образ! — Спасибо, Аманда, — слегка улыбнулась Гермиона, чувствуя себя неудобно под таким пристальным вниманием. — Ладно, я на собрание, позже все расскажешь. — Да-да, конечно, — засуетилась девушка, отрывая восторженный взгляд от начальницы, — вот нужные документы. Гермиона приняла бумаги, отложила почту и, отхлебнув из чашки кофе, поторопилась обратно к лифту, все еще чувствуя завороженный взгляд своей подчиненной. Аманда была ответственной и очень собранной девушкой, а потому, несмотря на излишнюю эмоциональность, очень нравилась Гермионе. В кабинет для еженедельных собраний мисс Грейнджер залетела минута в минуту, чем, естественно, удивила всех присутствующих, ведь Гермиона всегда оказывалась на подобных встречах раньше всех, уже полностью готовая к работе. Но первая волна шока быстро сменилась второй, более мощной. Образ главы отдела регулирования магических популяций не мог остаться незамеченным ни для кого в этом кабинете. Особенно если взять во внимание тот факт, что все присутствующие были мужчинами. Начальники всех отделов во главе с министром с широко раскрытыми глазами наблюдали за быстро вошедшей в кабинет Грейнджер. Ее щеки уже окрасились в легкий алый оттенок от излишнего внимания, и Гермиона просто молила Мерлина, чтобы он не дал ей споткнуться на глазах у всех и показаться полнейшей коровой на льду. Первым, конечно, отреагировал Гарри, который закашлялся кофе, что перед этим глотнул. — Доброе утро, мисс Грейнджер, — поздоровался министр магии под звуки аккомпанемента из надрывного кашля мистера Поттера и стука каблуков Гермионы. — Вы сегодня еще красивее, чем прежде! Кингсли лучился широкой белозубой улыбкой, что всегда присутствовала на его лице при виде Золотого трио. Гермиона удивленно вскинула голову, подходя к своему месту за длинным прямоугольным столом. Кингсли Бруствер стоял во главе стола вместо Перси Уизли, который занимал пост первого заместителя Министра Магии. Темнокожий волшебник в темно-фиолетовой мантии выглядел как всегда колоритно на фоне всех служащих Министерства, которые предпочитали офисные черно-белые тона. — Кингс… Министр Бруствер, спасибо, — поправившись в начале, воскликнула Гермиона, приветливо улыбаясь старому другу. — Рада вас видеть! А где же мистер Уизли? Гарри все еще надрывно кашлял, словно собираясь выхаркать легкие вместе с кофе. Гермиона, удержавшись от закатывания глаз, несколько раз ударила его по спине и опустилась на свое место рядом с другом, который занимал пост главы отдела обеспечения магического правопорядка. Грейнджер глядела строго вперед, на Кингсли, не желая смотреть на своих коллег и видеть их пристальные взоры. «Ну сменила имидж. Подумаешь! Так пялятся, будто Селестина Уорлок залетела в кабинет на метле, распевая свои дурацкие песни». — Мистер Уизли умудрился подхватить грипп в своей недавней командировке, поэтому ему пришлось уйти на больничный, а мне на сегодня занять его место за этим столом. Жаль, конечно, Уизли, но я рад присутствовать сейчас здесь, быть, так сказать, в курсе всех событий. Глаза Кингсли блестели неприкрытым удовольствием. Естественно, провести час с главами всех отделов, обмениваясь последними новостями из мира Магии и выслушивая выполненные дела работников Министерства, лучше, чем заниматься своими непосредственными обязанностями, которые включали скучные переговоры с министрами других стран и чтение сухих отчетов. — Мерлин, Гермиона! — наконец-то пришел в себя Гарри. — Ты сегодня… Вау, у меня нет слов! Его яркие зеленые глаза, так напоминающие изумруды, осматривали подругу с ног до головы, заставляя опять краснеть и чувствовать стеснение в груди. Однако мисс Грейнджер постаралась придать себе самый серьезный вид, поджимая губы. — Гарри, скажешь тоже… — Нет-нет, мисс Грейнджер! — перебил Гермиону Кингсли. — Не смейте отрицать вашу ярчайшую привлекательность! К тому же вы единственная девушка среди нас, хоть раз за день мы можем насладиться чем-то поистине прекрасным! Министр был как всегда красноречив. Даже слишком. Гермиона мысленно застонала и вперилась взглядом в Гарри, надеясь, что он поймет ее знак и отвлечет внимание всех лиц мужского пола, что были в кабинете, на более насущные дела, но помощь пришла, откуда Гермиона ее и не ждала. — Министр, мы безусловно рады видеть столь привлекательную мисс Грейнджер, но на повестке дня еще много дел и хотелось бы поскорее закончить собрание и приступить к ним. Драко Малфой, который занимал пост главы отдела международного магического сотрудничества, лениво развалившись на стуле, крутил в руках волшебную палочку. Обычно он вообще предпочитал не замечать присутствия никого, кроме Перси, в кабинете собраний. Быстро отчитавшись о делах своего отдела, Драко уходил восвояси, не удостоив никого лишним вниманием. Конечно, работая в Министерстве, Малфою пришлось выйти на путь нейтральных отношений с золотой троицей. Теперь он сдержанно здоровался с Гарри и Роном, пожимая им руки, и вежливо улыбался Гермионе, иногда формально интересуясь о делах ее отдела. Сейчас услышать от Драко реплику, да еще и значительный комплимент в сторону Грейнджер, казалось чем-то поистине удивительным. — Да-да, конечно, мистер Малфой, вы абсолютно правы. Улыбка растаяла на лице Кингсли, и он сел за стол, раскрывая поданные ему на рассмотрение бумаги. Гермиона повернула голову и посмотрела через стол на Драко, робко улыбнувшись ему. Как ни странно, он кивнул, мазнув по ней взглядом, и сделал в мгновение незаинтересованный вид. У Гермионы с Драко всегда были напряженные и странные отношения. Слово «грязнокровка» вылетело из лексикона Малфоя еще на седьмом курсе, который прошли большинство школьников после войны. Было странно смотреть на притихшего слизеринца в стенах Хогвартса. Он не пытался оскорбить или унизить кого-то, ходил по школьным коридорам в окружении своей свиты, которая тоже замолчала и приняла крайне аристократический вид. Гарри с Роном еще тогда порывались провести расследование, потому что они не верили в неожиданную покладистость слизеринцев. Однако им не удалось что-то разузнать, и гриффиндорцам пришлось смириться с тем, что их враги просто-напросто повзрослели. Гермиона лишь закатывала глаза на действия мальчишек. Она была оптимистом, а потому считала, что каждый может измениться. К тому же, столкнувшись несколько раз в коридорах Хогвартса с Драко, она получала лишь сдержанный кивок головы и ни одного ехидного слова. Позже Гермиона увидела Малфоя через несколько лет в Министерстве. Он, заведуя семейным бизнесом, умудрился заключить сделку с парижским предприятием, чем подвел Францию к заключению договора с Великобританией. Так что, недолго думая, Кингсли радушно пригласил Малфоя занять пост заместителя главы отдела международного магического сотрудничества. Драко принял предложение, не забывая и про свой семейный бизнес. После заключения договора с австрийским Министерством магии Малфоя повысили до главы отдела, а Гермиона, будучи к тому времени главой отдела регулирования магических популяций, оказалась в тесном взаимодействии с бывшим слизеринцем. Малфой всегда был спокоен и собран, чем импонировал Грейнджер, чего нельзя было сказать о Гарри и Роне, которые служили в аврорате. Парни постоянно называли его скользким типом и сквозь зубы здоровались с Малфоем на глазах общественности. Но Гермиона, несмотря на скованность в присутствии Малфоя, не чувствовала к нему негатива. Она верила, что он изменился и стал лучшей версией себя, а потому, приветствуя, часто награждала его широкой улыбкой и вежливым комплиментом. Все это уже было в порядке вещей. Однако сегодняшняя фраза Драко засела у Гермионы на подкорке. «Он тоже считает меня привлекательной?» Грейнджер ожидала таких слов от кого угодно, но никак не от него. Это заставило Гермиону приосаниться и воспрять духом. В голову неожиданно пришла мысль, что не так-то и плохо иногда выглядеть лучше обычного, и даже новые туфли перестали так сильно натирать. Собрание прошло спокойно. Все нужные бумаги Кингсли подписал, выслушал сводку новостей каждого отдела и передал указания для исполнения. Гарри все собрание не мог усидеть на месте и восхищался замечательно проделанной работой своей жены, постоянно говоря о том, что, может, наконец-то появится еще один человек в их компании, только теперь со стороны Гермионы. Конечно, мистер Поттер имел в виду бойфренда подруги, которого у нее уже как год не было. Грейнджер лишь оставалось закатывать глаза и шикать на друга. Все же дела были важнее, нежели праздные разговоры. Гермиона все еще старалась ввести указ о свободе домовых эльфов, постепенно ослабляя ранее введенные законы, да и стоило поскорее составить новые правила по регулированию отношений между волшебниками и кентаврами. — Ну что же, я думаю, мы обсудили все, что было нужно. Если мистер Уизли не выздоровеет, увидимся на следующей неделе, — объявил Кингсли. Гарри опять завел свою шарманку, желая собраться в их любимом пабе, «чтобы найти наконец-то кого-нибудь Гермионе», совершенно не обращая внимания, что его не слушали, а Грейнджер, думая о своем, стала собирать документы в папку. — Мисс Грейнджер, мистер Малфой, задержитесь, — произнес Кингсли. Гермиона, нахмурившись, попросила Гарри зайти к ней сегодня во время обеда для продолжения разговора и направилась во главу стола к министру. Зачем они с Малфоем понадобились Брустверу, было непонятно, но очень интересно. Грейнджер встала рядом с Драко, в метре от Кингсли, и закусила нижнюю губу, нервно теребя папку с документами. Предвкушение неизвестного очень напрягало, а потому Гермиона постаралась представить, что Брустверу нужно от глав двух разных отделов. Может, они где-то в отчетах накосячили? Нет, быть такого не могло. Гермиона сама все перепроверила несколько раз перед сдачей, поэтому ее отдел не мог в этом отличиться. А может, наоборот, их хотят похвалить за отлично выполненные планы? Да и тут вряд ли. В этом месяце Гермиона выдвинула на пересмотр лишь один указ о домовых эльфах и заключила временное перемирие с кентаврами до завершения расследования, основанием для открытия которого было обнаружение мертвого получеловека-полуконя на одной из улиц Лондона. А это точно не перевыполнение плана, а скорее наоборот — недостаток сделанной работы. Грейнджер покосилась на Малфоя, который спокойно стоял рядом с ней, проявляя лишь слабые признаки недовольства. Он поглядывал на часы и поджимал губы, явно не рассчитывая так задерживаться в кабинете еженедельных собраний. Кингсли же, лишь разобравшись со своими бумагами, наконец соизволил взглянуть на них и прекратить поток догадок в голове Гермионы. — Ах, да! Мисс Грейнджер, мистер Малфой, у меня к вам небольшая… просьба, — Бруствер обворожительно улыбнулся и хитро прищурился, явно намекая, что от этого предложения министра так просто не отделаешься. — Я очень доволен выполнением ваших обязанностей на управляющих постах. Ваши отделы одни из самых дисциплинированных и успешных в Министерстве Магии на сегодняшний день, ну если не брать в расчет аврорат, конечно. Так что я уверен, что именно вы справитесь с годовым отчетом Министерства для всех граждан магического мира. Обычно этим занимается мистер Уизли и его подчиненные, но мой заместитель сейчас, увы, не располагает здоровьем, а его люди вместо него отправились в командировку, поэтому не могли бы вы все подготовить к следующей среде? Конечно, если Перси выздоровеет, то все обязанности перейдут к нему, но сейчас… — Конечно-конечно, министр! — разулыбалась Гермиона. — Мы с мистером Малфоем сделаем все в лучшем виде, ведь так? — Грейнджер обернулась к Драко, вопросительно изгибая бровь и давая понять, что она ожидает от него только положительный ответ. Малфой сдержанно улыбнулся, и Гермионе показалось, что он еле сдерживается, чтобы не закатить глаза. — Естественно, министр, мы всегда готовы трудиться на благо Министерства! — сарказма слышно не было, но Гермиона могла видеть, как он льется прямо изнутри Малфоя. — Но вы же понимаете, что это придется делать не в рабочее время? Ваши должностные обязанности никто не отменял, — лукаво ухмыльнулся Бруствер. — Да-да, мы все понимаем, — закивала Гермиона. — Вот и замечательно! — Кингсли широко улыбнулся, в который раз ослепляя белизной своих зубов, и встал со стула. — Тогда этот кабинет в вашем распоряжении. Все нужные документы мои подчиненные доставят сюда через несколько часов, поэтому… сегодня вечером можете приступать. — Отлично, — ответила Гермиона, а Драко лишь кивнул, явно не собираясь выплясывать перед начальством. — Тогда вы свободны. До скорой встречи! Гермиона вылетела из кабинета собраний настолько счастливой, что не заметила одной очень странной детали. Малфой открыл для нее дверь и пропустил вперед, не обмолвившись и словом. Однако Грейнджер была слишком окрылена предоставленными возможностями, чтобы хоть на что-то обратить внимание. Лишь зайдя в пустой лифт, Драко решил вывести ее из омута фантазий. — Прекрати так светиться, Грейнджер, а то решу, что со школьных времен ты совсем не изменилась и все еще радуешься бессмысленным заданиям старших, — протянул Малфой, облокачиваясь о стену кабины. Находиться наедине с Драко в пустом лифте было крайне неуютно. Он выглядел спокойно и уверенно, но его глаза как два прожектора следили за Гермионой, не отрываясь. Если бы это был обыкновенный парень из бара, то Грейнджер могла бы предположить, что он раздевает ее взглядом, но это был Малфой, а потому речь могла идти только о желании смутить ее и вывести из себя. Гермиона расправила плечи, стараясь не дать слабину, и подавила желание одернуть юбку и поправить прическу. Пусть не думает, что она его стесняется или боится. Она взрослая девушка, и одним только взглядом ее с толку не собьешь. — У всех разные цели в жизни, Малфой. Я вот, например, к тридцати годам хочу быть на посту министра магии, а потому любая возможность засветиться в прессе и показать себя с лучшей стороны — а мы наверняка будем представлять этот отчет вместе с министром — даст толчок в будущем, — уверенно ответила Гермиона, зная, что Драко ее сейчас не только не поймет, но и обольет ядом, спрятанным за показной вежливостью. — Главное, чтобы этот толчок не был пинком под зад, но, конечно, для подруги Избранного все двери всегда открыты. Поэтому можешь не лезть из кожи вон ради поста министра. Кингсли будет только рад поставить на свое место золотую девочку, — съязвил Драко. В лифт на втором уровне зашли четверо авроров, и Малфою пришлось подойти ближе к Грейнджер, чтобы другие волшебники не слышали их разговор. Все внимание Гермионы было сосредоточено на перемещениях Драко, а потому она даже не заметила, как авроры завороженно разглядывали ее в новом амплуа. Чуть позже Гермиона, наверняка бы, отметила, что это было ей на руку, иначе бы она покраснела, а Малфой воспринял бы все на свой счет. — Я хочу заслужить этот пост, а не получить его лишь потому что знакома с нужными волшебниками, — прошипела Гермиона, когда Драко оказался рядом. — Я так почему-то и подумал, — Малфой закатил глаза. — Но зачем ты меня в это втягиваешь? Мне, думаешь, заняться больше нечем, кроме как сидеть над бумажками в конце рабочего дня да еще и в твоей скучной компании. — Мог и отказаться, — фыркнула Гермиона. — Увы, я чувствую себя должным министру за назначение на высокий пост, — пожал плечами Драко. — Ничего себе! Драко Малфой чувствует себя кому-то должным! — с сарказмом протянула Гермиона. — И такое бывает, — ответил Малфой слишком мягко для своей повседневной манеры. Неожиданно Гермиона поймала себя на мысли, что этот разговор с Драко ее затягивал. В основном Грейнджер общалась со своими подчиненными или друзьями, что редко вызывало в ее душе какой-то азартный интерес. А вот вести диалог с Малфоем оказалось довольно интересно. Ощущение было такое, словно она летела на метле, окруженная плотным туманом, и пыталась ни во что не врезаться. Довольно увлекательно и самую малость опасно для жизни. «Мне нравится общаться с Малфоем? Ужас какой!» Благо лифт остановился на третьем уровне, а значит, на следующем этаже выходила и Гермиона. — Сегодня после работы в кабинете собраний, — произнесла Гермиона. — Ага, ты, главное, рассказывая эту новость своим друзьям, не умри от счастья, а то не доживешь до вечера, — кинул на прощание Драко. — А ты не поскользнись в луже своего яда и недовольства, а то я прям вижу, как из тебя подтекает раздражение, — парировала Гермиона и быстро вышла из кабины лифта на четвертом уровне, радуясь, что последнее слово осталось все-таки за ней. Рабочий день состоял из кучи событий, чего с Гермионой не было со дня ее назначения на пост главы отдела, и будто предзнаменовал нечто, сбивающее с ног. Только оказавшись в своем отделе, она словно ступила на подиум. Все работники повылезали из кабинетов и вылупились на свою начальницу, словно видели ее впервые. Видимо, Аманда подошла к распространению новостей так же хорошо, как и к выполнению своих обязанностей. Чувствуя себя неуютно под пристальными взглядами окружающих, Гермиона старалась выходить из кабинета только по важным делам, но даже несмотря на это успела пообщаться с кучей волшебников. Будто она решила никого не видеть, но зато все остальные жутко захотели попасть к ней на прием. И из управления по связям с кентаврами пришли, и из бюро регистрации оборотней, да даже из подразделения духов заглянули — подозрительное привидение летает по небольшой деревушке за Лондоном, пугая людей, а такого давно не было! Поэтому за весь день Гермиона так вымоталась, что даже на обеде лишь успела сказать Гарри, что она задержится в Министерстве по просьбе Кингсли, и даже не объяснила почему. В общем, входя в кабинет собраний, Грейнджер уже не была так воодушевлена предстоящим заданием, зато Малфой… — Ну наконец-то! А я уж думал, наша отличница решила скинуть всю работу на меня. …видимо был. Бумаги аккуратными стопками лежали на длинном столе, а сам Драко с головой погряз в работе. — Были такие мысли, — пробормотала Гермиона, садясь за стол напротив Малфоя. Ноги болели от туфель, юбка слишком сильно стягивала тело, а глубокий вырез уже бесил до трясучки. Волосы лезли в лицо, не настраивая на рабочий лад, а предчувствие комментариев от Драко совсем не радовало. — Что, проблемы в зверином раю? — пропел Малфой, откидываясь на спинку стула и сцепляя в замок пальцы. Гермиона наконец-то обратила на Драко внимание, поднимая на него глаза. — Главное, чтобы у нас международные отношения со всеми странами были крепче дьявольских силков, иначе тебя выпрут из Министерства без раздумий, — съязвила Гермиона. — Да что ты говоришь! — Драко начал лениво расслаблять галстук на шее, явно не собираясь прекращать разговор. — А почему я тогда здесь с тобой сижу? Думаешь, Кингсли нас с тобой одинаково не любит? Гермиона закатила глаза и поджала губы, не имея никакого желания разговаривать с Драко. Она осмотрела количество стопок бумаг на столе и, несмотря на утреннее вдохновение, никакой радости не испытала. Однако некоторое удовлетворение она все же получила, с радостью думая о том, что ее попросили работать именно с Малфоем, а не с Гарри, например. Поттер и пальцем бы не пошевелил до прихода Гермионы, а потому ответственность и дисциплинированность Драко были как нельзя кстати в этом деле. Малфой неожиданно стянул галстук через голову и кинул его на соседний стул, чем внезапно обратил на себя внимание Гермионы. Грейнджер всегда слышала от сотрудниц различных отделов о Малфое. Они им восхищались, облизывали взглядами, желая провести с ним ночь, а еще лучше стать его девушкой, и Гермиона никогда этого не понимала. Это же Драко Малфой. Да, богатый и привлекательный, интеллигентный и очень красноречивый, но… Как они все не видели, насколько он скользкий и самовлюблённый тип? В общем, Гермиона никогда не считала себя восприимчивой к чарам Малфоя, потому что училась с ним в школе и знала как облупленного, но сейчас… Сейчас она почувствовала себя, как те самые дурочки, которые не могли оторвать от Драко взгляда. Он сидел прямо перед ней в расстегнутой на две верхние пуговицы рубашке и закатывал рукава, обнажая по локоть жилистые руки и давая разглядеть тугие мышцы и вены, что виднелись под кожей. Его обычно уложенная прическа под конец дня представляла из себя творческий беспорядок из платиновых волос, а глаза — эти туманно-серые радужки — не отрываясь, наблюдали за ней. — Что-то интересное увидела? — произнес Малфой, слегка изгибая губы в улыбке. «Я что, правда пялюсь на Драко Малфоя?» Гермиона быстро заморгала и опустила глаза, заставляя себя стереть из головы образ привлекательного и почему-то сексуального Малфоя. Но отвечать ей, слава Мерлину, не пришлось. В кабинет собраний влетела Аманда, как всегда принося в помещение гул девичьего смеха и аромата дорогих духов. — Мисс Грейнджер, бюро по розыску и контролю драконов просило вас срочно просмотреть и подписать бумаги. Они выловили сегодня гибридского черного в Эппинг-форест! Представляете! Его чуть целая группа маглов не заметила и… — Аманда остановилась перевести дух и только тогда увидела еще одного волшебника в помещении. — О, мистер Малфой, здравствуйте! — пропела девушка, хлопая ресницами и тут же забывая про все дела. — Аманда, здравствуй-здравствуй! — Малфой растянул губы в плутоватой улыбке. — Прекрасно выглядишь! — О, вы меня помните! — тут же затрещала Аманда, и Гермиона могла прямо-таки увидеть, как она растекается лужицей в ногах у Драко. — Конечно, как же мне забыть такую… — Так, Аманда, с мистером Малфоем вы можете поговорить и после работы, а сейчас давай сюда бумаги, а потом иди домой. Твой рабочий день уже полчаса как закончился. — Ой, да. Простите, мисс Грейнджер. Аманда, ничуть не расстраиваясь, положила перед своей начальницей документы, тут же приходя в рабочее состояние. Гермиона хотела поскорее закончить на сегодня с работой, а потому по диагонали прочитала отчет команды из бюро драконов и подписала, тем самым разрешая перевезти дракона в ближайший заповедник. — Ну все тогда, мисс Грейнджер, я отнесу документы к «драконщикам» и пойду домой. Вам что-то надо? — Нет, Аманда, спасибо. Но завтра на вечер не строй никаких планов, ты можешь понадобиться нам с мистером Малфоем в этом кабинете, — сухо ответила Гермиона и слегка улыбнулась девушке. — Поняла. До свидания, мисс Грейнджер! До свидания, мистер Малфой! И спасибо за комплимент, но сегодня своей красотой всех сражает лишь мисс Грейнджер! И Аманда скрылась за дверью, уменьшая концентрацию своих духов и полных обожания взглядов в сторону Малфоя в помещении. — Вот это, я понимаю, рекламная кампания! — рассмеялся Драко. — Специально так разоделась и заставляешь подчиненных говорить о своей исключительной красоте? — не упустив возможности поддеть, произнес он. — Ой, работай уже, Малфой! Гермиона показательно нахмурилась и зарылась в бумагах, скрывая вмиг поалевшие щеки. Болтливая Аманда и здесь умудрилась заставить Грейнджер залиться краской. Надо с ней поговорить, чтобы свои восторженные отзывы о ее новом наряде оставляла при себе. Но работа тем временем требовала внимания. Драко, как ни странно, не стал продолжать их взаимный обмен любезностями и по-деловому начал вводить Гермиону в курс дела и объяснять, по каким критериям он разложил документы по стопкам. На сегодня они решили лишь ознакомиться с информацией в документах, чтобы завтра уже начать формировать краткую сводку по выполненной работе каждого отдела. Мозг после загруженного рабочего дня отказался работать уже через два часа, и Грейнджер, откинувшись на спинку стула, запрокинула голову и потерла уставшие глаза, заставляя белые круги мерцать под закрытыми веками. Хотелось скинуть одежду и оказаться в приятной мягкости кровати, укрыться одеялом, взять в одну руку кружку горячего шоколада, в другую книгу, и наслаждаться одиночеством. Гермиона шумно выдохнула. Не скоро ей еще предстоит сменить фантазии реальностью. Резко убрав от лица руки, Грейнджер вернулась в свое предыдущее положение на стуле и неожиданно столкнулась взглядом с туманно-серыми радужками, которые, не отрываясь, сверлили ее будто насквозь. — Что-то интересное увидел? — не упустила Гермиона шанс ответить ему его же фразой. Малфой лишь изогнул бровь, не переставая бесстыдно разглядывать девушку перед собой. — Ты бы вырез блузки поправила. Может, я чего и не увидел. Гермиона быстро взглянула вниз, замечая, как край ее кружевного лифа соблазнительно торчит из глубокого выреза. Она чертыхнулась и поправила блузку, чувствуя, как щеки в очередной раз за вечер начинали адски гореть. «Почему рядом с Малфоем я постоянно краснею, как школьница?» — А смотреть надо не на меня, а в бумаги, — кинула в ответ Гермиона, начиная читать очередной документ. Драко нисколько это не смутило. Он все так же продолжал разглядывать Гермиону, будто ожидая, когда она взорвется. — Ну что еще? — не выдержала Грейнджер, откладывая бумаги в сторону. — Да вот думаю. — О, так ты на это способен? — Я думал, подобные колкие фразочки перестали быть актуальными, когда мы окончили школу, — серьезным тоном ответил Малфой. Гермиона смутилась, понимая, что и правда вела себя слишком по-детски, словно их непосредственное взаимодействие с Драко возвращало ее на несколько лет назад, в школьные годы. Она решила не отвечать Малфою и не показывать свое поражение так явно, лишь безэмоционально пожала плечами, опять принимаясь за изучение новых документов. Малфой же то ли передумал продолжать дальнейший разговор, то ли уловил нежелание Гермионы вести с ним беседы, и тоже принялся читать свою стопку бумаг. Таким образом прошел еще час, за который Грейнджер уже не знала, как ей усесться, чтобы не затекала спина и не давила слишком обтягивающая юбка. Она в очередной раз недовольно вздохнула и поерзала на жестком стуле, жалея, что не села на мягкое кресло во главе стола. Все равно они с Малфоем здесь вдвоем, а оно стояло без дела. — Чего ты все вертишься, Грейнджер? Гриффиндорское шило в заднице заиграло? — поддел Малфой. Сам он выглядел не менее уставшим, хотя голос был как всегда бодр. — Попробовал бы ты усесться на этом жестком стуле в такой узкой юбке, я бы на тебя посмотрела, — огрызнулась Гермиона, понимая, что лучше сама скажет, что с ней, чем Малфой продолжит выдвигать свои глупые теории. — Ох, Мерлин упаси! — Драко откинулся на спинку стула, в очередной раз проводя ладонью по платиновым волосам. — Но это меня возвращает к разговору, который ты так невежливо оборвала. С чего это Гермиона Грейнджер, мисс Постоянство и Чопорность, поменяла свои пристрастия в одежде лишь за одни выходные? Гермиона зажмурила глаза и потерла большим и указательным пальцем переносицу. Вот же любопытный какой! — Не отстанешь, если я не отвечу? — Ну, работать нам с тобой больше недели, так что у меня много времени, чтобы довести тебя до ручки, — пожал плечами Драко. — Я почему-то так и подумала, — закатила глаза Гермиона. — Это все Джинни. — Уизли? — Уже Поттер, — поправила Гермиона. — Ах, да. Как же я мог такое забыть, это же было самое знаменательное событие прошлого года, — с сарказмом ответил Драко. — Так при чем тут женушка Поттера? Гермиона потеребила край пергамента, который читала минутой ранее. Было так странно обсуждать нечто повседневное с Малфоем, с которым она день назад больше пары слов за несколько лет не перекинулась. Да и как-то рассказывать ему такие подробности своей жизни было некомфортно, но… Лучше так, чем он будет доставать ее целую неделю. — Я проиграла спор. Видимо, Драко не ожидал, что Гермиона так просто расскажет, или был удивлен причиной таких перемен в стиле ее одежды, но через несколько секунд он засмеялся. Раскатисто и звонко. Его смех был на удивление приятным, ласкающим слух, что ввело Гермиону в крайнюю степень удивления. — Вау, мисс Чопорность умеет рисковать? — Заткнись, Малфой, — буркнула Гермиона. Утыкаться в бумаги уже не было желания, так же как слушать насмешки Малфоя. — Ну и как? Гермиона поджала губы и устало вздохнула. — Что как? — Как тебе твое преображение? Грейнджер пожала плечами и в который раз отложила документы. Видимо, ей не избежать разговора с Малфоем, который не слишком-то и желал дальше работать, раз предпочитал болтать ни о чем с Гермионой. — Крайне неудобно. Вообще не понимаю, зачем девушки по собственному желанию выбирают такую одежду, — позволила себе немного пожаловаться Гермиона. — Нет, конечно, понятно, чтобы похвастаться друг перед другом, но плюсов в ношении этого наряда я не нашла. Малфой ничего не ответил, лишь продолжал буравить ее взглядом. Гермиона опять посмотрела на стопки бумаг и поняла, что на сегодня с нее достаточно. — Предлагаю закончить на сегодня. Лучше завтра все доделаем, чтобы не упустить ничего важного. — Согласен. Гермиона встала со стула и аккуратно поправила стопки бумаг. Неужели скоро она очутится в своей уютной кроватке? — И у тебя правда нет никаких предположений? — неожиданно спросил Драко, вставая из-за стола. — В смысле? — переспросила Гермиона, не отрываясь от ковыряния в своей сумочке. — Ты не знаешь ни одного плюса в такой одежде для девушки? — объяснил Драко. — Ни одного. — Спорим, я смогу тебя удивить ответом? — сказал Малфой, медленно проходя вдоль стола. — Не верю, что это возможно, — бескомпромиссно заявила Гермиона, краем глаза замечая, что Драко обогнул стол и теперь направлялся прямо к ней. — Я все-таки хочу попробовать, — упрямо ответил Малфой, подходя все ближе и ближе к Грейнджер. — Так спорим? Гермиона достала из сумочки волшебную палочку, которую искала, и обернулась, вставая лицом к Малфою. В его глазах горел огонь уверенности, упрямства и некой безумной идеи. — На что? — Победитель сам и придумает свой приз. Гермиона нахмурилась, обдумывая идею. Недавно жизнь показала, что Грейнджер не всегда будет выходить победителем из споров, но в то же время она была уверена, что Малфой ее ничем не удивит. Какие плюсы он сможет ей показать? Вот именно, что никакие. Так что вероятность иметь Драко в должниках была очень заманчива. — Ладно, — кивнула Гермиона, — и чем ты хочешь меня удивить? Какой же плюс в этой неудобной одежде? Малфой остановился перед Гермионой, без стеснения ворвавшись в ее личное пространство. Его запах — настоящий, мужской донесся до ее ноздрей, заставляя Грейнджер глубоко вдохнуть, чтобы понять, чем он так вкусно пах. — Знаешь. Этот плюс большой, — хитро улыбаясь, ответил Драко. — Так и что это? — спросила Гермиона, пытаясь устоять на месте и не отшатнуться от Малфоя, который возвышался над ней на целую голову, закрывая своим телом все пространство. Гермиона не успела понять как, но теплые мужские ладони бесстыдно легли ей на талию, а твердое тело одним резким движением впечаталось в ее. — Малфой, что ты… — попыталась запротестовать Гермиона, желая отшатнуться от него. — Я просто даю прочувствовать тебе тот плюс, ради которого все девушки надевают эти обтягивающие юбки и блузки с глубоким вырезом, — ответил Драко. Его голос звучал чересчур интимно? Гермиона не могла разобрать, как именно, но зато она почувствовала, что имел в виду Драко. Нечто твердое и длинное упиралось ей прямо в живот. «Мерлинова борода! Драко Малфой прижимается ко мне стояком?» Сердце сбилось с ритма, а щеки вспыхнули алым румянцем. Странная дрожь пробрала все тело, а внутренности скрутились в узел. — Это… — Это самый лучший комплимент от мужчины для любой женщины, — продолжил за Гермиону Драко. Он медленно отстранился, не спуская с нее взгляда, и засунул руки в карманы брюк. Серые радужки будто въедались в девушку напротив, стараясь уловить весь спектр ее противоречивых эмоций. — Так что я победил, — заключил Драко. Уголки его губ поползли вверх, образуя хитрую ухмылку. — Надеюсь, рамки твоего спора таковы, что я и завтра увижу тебя в такой одежде. До завтра, Грейнджер. Смотри не споткнись по дороге к пункту трансгрессии. Дверь за Малфоем тихо закрылась, а его запах — до странного приятный и притягательный — остался в кабинете, будто напоминание. У него встал от вида Гермионы, и он прижался к ней всем телом, показывая это. Драко Малфой испытывал сексуальное влечение к своему бывшему врагу? Это сон или плохой розыгрыш — Грейнджер ещё не разобралась, но не менее важным было то, что Гермиона теперь была ему должна. Да где же она так успела провиниться, что судьба не давала ей и шанса на победу?