Министерские шалости

Кожу на шее, прямо там, где билась сонная артерия, все еще жгло. Будто кто-то раскаленной кочергой, как издеваясь, давил на метку в форме буквы «D», заставляя Гермиону с ужасом вспоминать, что это означало. «Я связана со своим соулмейтом» И казалось бы, да радуйся себе на здоровье, беги с ним навстречу любви и счастья, родственная душа как-никак! Но нет же, коварная судьба-злодейка всем угодить не может, и именно это произошло с мисс Грейнджер. «Драко Малфой — мой чертов соулмейт» Утром после беспокойного сна, зайдя в ванную и увидев на шее — на шее! Не на спине где-нибудь или животе, а на самом видном месте! — выведенную будто чернилами букву «D», Гермиона сначала впала в ступор, тупо пялясь на изящную метку, а потом… ее накрыла истерика. В голове, словно на повторе, крутился момент вчерашнего поцелуя с Малфоем, а Гермиона не могла поверить, что все это происходило именно с ней. Мерлин, чем она все это заслужила?! Перед ее глазами всегда было множество показательных примеров — Гарри и Джинни, Молли и Артур Уизли, а также Билл и Флер, и все эти пары и правда были созданы друг для друга. Гермиона смотрела на них и восхищалась тому, как правильно судьба связала их, не оставляя выбора. Но сейчас, когда гребаная метка жгла ее шею с каждой секундой все сильнее и сильнее, Гермиона поняла, что судьба не всегда оказывается так добра и благосклонна к волшебникам. «Что же теперь делать?» На вопрос был один правильный ответ. Для начала найти Драко, потому что сил терпеть жгучую боль от метки больше не было, а по рассказам Джинни станет легче, даже если они окажутся в одной комнате. А потом… надо будет им поговорить и все обсудить. Насколько Гермиона знала, если они будут противиться связи, то она их убьет, а умирать совсем не хотелось, а значит, следовало научиться быть вместе или хотя бы просто сосуществовать рядом. Гермиона именно с такими мыслями вышла из пункта трансгрессии, стараясь не акцентировать внимания на своей шее. Сейчас хотелось как никогда поблагодарить Джиневру за блузку с высоким воротом, который прикрывал метку. И все бы ничего, если бы ее спина не была полностью оголенной, но все же лучше так, чем всех оповещать о ее неожиданных изменениях в личной жизни. Оказавшись на своем этаже, Гермиона выслушала весь список дел от Аманды, дала новые указания и, сообщив, что ей нужно обсудить с мистером Малфоем поручение министра, скрылась за дверьми лифта. Внутри все сжималось от переживаний. Грейнджер понимала, что Малфой вряд ли будет таким спокойным и благожелательным, каким был с ней до этого, а потому готовилась к самой настоящей буре, которую ей, как бы она ни хотела, придется пережить. Метка на коже адски горела и ныла, наверняка воспалившись, а потому, не обращая внимания на боль от натиравших ступни туфель, Гермиона почти что выбежала на нужном этаже. В отделе международного магического сотрудничества мисс Грейнджер приходилось бывать буквально раза два, ведь их работа почти не пересекалась, а потому она обрадовалась, что план расположения кабинетов на всех этажах был схож. Найти кабинет Малфоя было несложно, ведь только у его двери был стол, за которым сидела секретарша. — Мисс Грейнджер, — тут же поздоровалась рыжеволосая девушка, ослепительно улыбаясь, — вы к мистеру Малфою? — Да, — Гермиона краем глаза взглянула на табличку на столе, — Мэделин, а он уже… Дверь резко распахнулась, давая разглядеть Малфоя на пороге кабинета. Сердце тут же встрепенулось и забилось так сильно, что в ушах были слышны неровные удары, а метка на шее перестала пульсировать и ныть. Показалось, что на воспаленную кожу подул легкий ветерок, который на время смог заглушить эту сумасшедшую боль. — Мисс Грейнджер, — сухо произнес он, — проходите. Мэделин, проследи, чтобы нас никто не беспокоил. — Конечно-конечно, мистер Малфой, — кокетливо протянула она, явно не замечая, что ее босс сегодня не в духе. — Вам принести кофе, чаю или… — Нет, — оборвал на полуслове Драко и раздраженно посмотрел на Гермиону. — Мисс Грейнджер, проходите. Гермиона улыбнулась секретарше, надеясь, что ее оскал не выглядит слишком пугающе, и зашла в кабинет Драко, быстро прошмыгнув мимо его фигуры на пороге. Дверь за ней тут же закрылась, и в полнейшей тишине щелкнул замок, давая понять, что теперь им точно никто не помешает. Они в комнате один на один. — Я наложу заглушающие чары, если ты не против, — подал голос Драко, уже взмахивая палочкой и явно произнося все только ради приличия. Гермиона пожала плечами, стараясь не смотреть на хозяина кабинета, и аккуратно присела на край дивана, который стоял у стены. «Значит, он ее ждал?» — пронеслась в голове почему-то приятная мысль, пока Гермиона пыталась придумать, как начать столь важный, но в то же время неловкий разговор. Кожа привыкла к менее сильному воздействию магии соулмейтов, но все равно боль до конца так и не прошла. «Все так, как говорила Джинни. Стало легче, но не до конца. Значит, все-таки надо коснуться его, чтобы боль совсем прекратилась». Она лишь подумала об этом, а в голове всплыл фрагмент вчерашнего вечера, когда она схватилась за его предплечье, стараясь устоять на ногах. Видимо, градус адской боли спал, но зато чувства и эмоции обострились до предела. До этого Гермиона рассуждала об их ситуации и не задумывалась о своих ощущениях, зато сейчас смогла их прочувствовать по полной. Волнение и замешательство такой силы поднялись в ней, что Гермиона порадовалась, что она сидела, иначе бы они точно сбили ее с ног. — Хорошо мы с тобой взялись за выполнение поручения министра, не правда ли, Грейнджер? Гермиона тут же подняла глаза вверх, туда, где посреди кабинета застыл Малфой. Сердце сделало очередной кульбит и будто потянулось к нему, заставляя задержать дыхание, чтобы справиться с этой потребностью. Но раздражение на его слова все же взвилось в ней, заставляя сразу поставить его на место. — Ты вчера сам озвучил свое желание. Если бы не ты, мы бы не оказались в такой ситуации, — произнесла Гермиона. — Если бы ты не согласилась на задание министра, этого и подавно не было бы, — почти прорычал Драко. — Это тут ни при чем. Просто надо было держать свои желания при себе. — Что? — взвился Малфой, делая несколько шагов ближе к девушке, и по коже опять прошел приятный холодок. — Ты думаешь, я мечтал о поцелуе с тобой? — Какая теперь разница, — устало выдохнула Гермиона, — дело сделано. Судьба пометила нас, и как бы ты тут ни исходился на яд, мы — соулмейты. Ее слова — словно гром среди ясного неба — заставили обоих поморщиться, осознавая в очередной раз, в какой они заднице. Да они даже спокойно друг с другом поговорить не могут! Какие из них соулмейты? — У меня в мэноре одна из самых больших магических библиотек в Англии, наверняка там что-то есть об этом, и мы сможем… Гермиона сразу поняла, куда клонит Малфой. Попытаться разрушить связь? Найти лазейки и обмануть судьбу? Как бы не так. Гарри и Джинни, когда только обнаружили, что их связала судьба, были, конечно, рады, но… через несколько месяцев началась война, и им надо было расставаться, но связь не позволяла больше, чем пары дней вдали друг от друга, а потому Гарри попросил Гермиону помочь, перерыть кучу книг, чтобы найти выход из их ситуации. Он даже был согласен разрушить связь, лишь бы спасти Джинни и не подвергнуть ее опасности, но они так ничего и не узнали. Лишь только то, что даже смерть не отменит связь между двумя родственными душами. — Поверь, мы не сможем ничего сделать с этим. Я уже пыталась найти ответ, как оборвать связь, для… друга, и ничего не нашла, поэтому нам надо просто… — Только вот не надо говорить, что мы должны смириться и пытаться идти на поводу у этого смешного стечения обстоятельств, — фыркнул Драко. — Это судьба, Малфой, и против нее не попрешь, ты сам должен знать, — попыталась образумить его Гермиона. — Это все херня. Все эти россказни о соулмейтах! — Да что ты говоришь? — протянула Гермиона раздраженно. — Ты, хочешь сказать, не мучился от боли до моего прихода? — Тоже мне боль, — хмыкнул Малфой. — Это так, знаешь, небольшие неудобства. Можно и потерпеть. Грейнджер удивленно распахнула глаза, глядя в его надменное лицо. Пытаясь понять, он правда не ощущал такую же боль, как и она, или это все лишь его пустые слова в попытке показаться самоуверенным и непоколебимым. Но… она не собиралась сидеть здесь и слушать его бессмысленный лепет, состоящий из злостных слов и упреков ненавистной судьбы. Когда перебесится, сам прибежит, понимая, что только присутствие Гермионы спасет его от ужасной, сжимающей боли, а если нет… Ну что же, они прожили короткую, но полную эмоций жизнь. Одной ей нет смысла трепыхаться и пытаться что-то изменить в их отношениях. — Когда поймешь, что больше не можешь терпеть, ты знаешь, где меня найти. Может, тогда у нас и выйдет разговор, если из-за твоего невыносимого упрямства мы не помрем раньше. Взмахнув палочкой, Гермиона открыла дверь и вылетела из кабинета, чувствуя, как взгляд Драко прожигает ее обнаженную спину, а метка опять начинает гореть неконтролируемым огнем.

***

Малфой со злости пнул один из стульев, стоящих у его рабочего стола, заставляя его упасть на спинку и отлететь к шкафу с книгами. «Драккл подери эту Грейнджер!» — Мистер Малфой, — тут же послышался невнятный лепет Мэделин из приоткрытой Гермионой двери. — Оставь меня в покое и всем, кому я сегодня понадоблюсь, передай, что я очень занят и свяжусь с ними завтра, — Драко грозно дал указание своей секретарше и все-таки поднял стул с пола. — У вас все в порядке? Может, я могу чем-то помочь? — тут же кокетливо начала девушка, у которой, видимо, отсутствовал инстинкт самосохранения. Драко от ее заискивающего тона аж передернуло. Как он раньше мог чувствовать себя так самодовольно после общения с ней? Сейчас от ее блестящего желанием взгляда и протяжного голоса хотелось избавиться как можно быстрее. И Малфой оказался бы лгуном, если бы сказал, что не знал, почему так себя чувствовал. «Долбаные проделки судьбы!» — Мэделин, закройте дверь с другой стороны. Я уже дал вам свои указания. Извольте выполнять без лишних вопросов, иначе вылетите из Министерства, как пикси из клетки. Рыжеволосая девушка тут же стушевалась, явно удивленная таким отношением начальника, и, больше не сказав ни слова, удалилась. Драко знал, что она раструбит о таком поведении начальника по всему отделу, но может, тогда меньше народу захочет сегодня заявиться к нему в кабинет. Малфой завалился на диван, потирая метку на груди, спрятанную за белоснежной тканью рубашки. Это он рядом с Грейнджер мог строить из себя независимого от связи волшебника, а на самом деле до ее прихода был готов содрать с кожи эту ненавистную букву. С самого утра это место горело так, что казалось, будто он горит заживо, а как только в поле его зрения показалась эта невыносимая особа в еще более сексуальном внешнем виде, чем вчера, Малфой почувствовал, как боль начала медленно отступать, а все эмоции, которые он сдерживал, хлынули наружу. Раздражение и злость, влечение и необъяснимое желание. Эта гребаная блузка с высоким воротом встала ему поперек горла, заставляя не отрывать от нее взгляд, а ее покорный вид наоборот жутко бесил. Он ожидал, что сейчас в кабинет залетит фурия, готовая сожрать его живьем, ведь они теперь связаны и в большей степени по его вине, но — НО — она вела себя вполне адекватно и смиренно, и именно поэтому Малфой, вместо нормального разговора, решил вывести ее из себя, что вылилось в совершенно непредсказуемый поворот событий. Она ушла, заявляя, что если он сам не придет к ней, то они погибнут. Ну просто замечательно! А почему он не знал о таком? То есть связь может их убить? А почему же в книгах об этом не упоминалось? Драко раздраженно вздохнул. Пока что он был явно не в настроении идти за ней, а тем более разговаривать или, ещё чего хуже, узнавать все новые подробности о всей этой соулмейтской чепухе, которая, как оказалось, таковой и не являлась. В аристократическом обществе почти не было пар соулмейтов, а потому Малфоя в такое и не посвящали. Отец всегда кривил губы, когда Драко задавал вопросы, и говорил, что все это чушь и вздор волшебников, которые просто хвалятся своей глупой любовью. И Малфой всегда так и считал, пока Тео Нотт и Дафна Гринграсс после одной школьной вечеринки не проснулись с первыми буквами их имен на теле. Вот тогда-то мировозрение Драко и пошатнулось, но все же он смог сам себя убедить, что все это насмешки судьбы, и ему такое не грозит, пока не случилось то, что случилось. Малфой прошипел сквозь сжатые зубы и опять потер метку на груди ладонью. Казалось, что огонь вспыхнул с новой силой, желая, чтобы у Драко из глаз искры посыпались. В голове все крутились последние слова Грейнджер, а непутевое сердце подталкивало Малфоя именно к ней, к его, как оказалось, родственной душе, но Драко не привык руководствоваться лишь чувствами, а потому все так же лежал на диване, ощущая, как боль, словно насмехаясь над его разумом, закручивается все сильнее и сильнее, желая сжечь его дотла.

***

Гарри Поттер вышел из лифта на четвертом уровне и привычным маршрутом двинулся к кабинету Гермионы, по пути здороваясь с работниками отдела регулирования магических популяций, которые покидали свои рабочие места и расходились по домам. Прошло два дня с тех пор, как Гарри нормально разговаривал с Гермионой, а это для них довольно-таки большой промежуток времени. Все это время его подруга была жутко занята поручением министра, о котором все же успела быстро ему рассказать только вчера. То, что с ней в паре работал Малфой, очень волновало Гарри. Он переживал за нее, хотя, естественно, понимал, что Гермиона сама могла за себя постоять, да и будем честны, бывший слизеринец вел себя вполне сносно последние несколько лет. Однако Поттер не мог не волноваться за подругу, которая уже сутки не выходила с ним на связь, поэтому он и решил проведать ее по окончании рабочего дня и узнать последние новости. — Добрый вечер, Аманда! Как твои дела? — поздоровался Гарри с помощницей Гермионы. — Мистер Поттер, рада вас видеть! Все замечательно, без лишних… м-м-м, проблем, — ослепительно улыбнулась ему девушка, распределяя бумаги на столе по стопкам. — Гермиона у себя? — Да-да, конечно, но, — замялась девушка, — мисс Грейнджер сегодня не в настроении. — Неужели? — нахмурился Гарри. — Но я все же попробую зайти к ней. — Пожалуйста, — улыбнулась Аманда. — А я уже побегу, вы, если что, передайте ей, что весь список посетителей за сегодня на моем столе. — Хорошо, до свидания, Аманда. — До свидания, мистер Поттер. Девушка повесила на плечо сумку и легкой походкой отправилась к лифту, стуча шпильками по полу. Гарри же закусил губу, давая выйти на свет беспокойству, которое он скрывал в присутствии помощницы Гермионы. «Что же с ней такое? Может, этот никчемный хорек все-таки обидел?» Гарри запустил ладонь в волосы на затылке и тут же отдернул руку, понимая, что сейчас все старания Джинни, которые она прикладывала к его прическе, чтобы он соответствовал внешнему виду начальника отдела, а не дворовому пацану, пойдут насмарку, а это ох как расстроит его жену. Хотя конечно же, даже магия не спасала его темные пряди, и они все равно лежали, как им захочется. Поттер собрался с духом и постучал в дверь. «Сначала надо спокойно выведать все у Гермионы, а потом, если что, выбить дух из этого долбаного пожирателя смерти». — Гермиона, ты там? Ответа не последовало. Никто за дверью не шевельнулся, не издал ни звука. Гарри поджал губы и нахмурился еще сильнее. Это его начало беспокоить еще больше. — Гермиона, все в порядке? — Гарри дернул за ручку двери. — Открой дверь! И опять ничего. Эта полнейшая тишина заставляла бояться самого худшего. «Может, она чем-то заболела?» Гарри достал палочку и, пробежавшись по списку заклинаний, которым его подруга могла закрыть дверь, выбрал наиболее вероятное контрзаклятие. Взмах палочкой, и замок победоносно щелкнул. Чего-чего, а в этом Гарри не мог ошибиться, все-таки большинство заклинаний он узнал от его лучшей подруги. — Я захожу! — на всякий случай оповестил Гарри, дергая за дверную ручку и делая шаг вперед. В кабинете было все так же тихо. И пусто. Поттер нахмурился, оглядываясь по сторонам. Не было никакого намека на нахождение кого-либо в помещении, только женская сумка стояла сбоку от стола. — Гермиона? — опасливо позвал Гарри. — Гарри, я-я здесь, — послышался слабый девичий голос со стороны письменного стола. Поттер бросился вперед, в уме проигрывая худшее, что с ней могло случиться. Может, было нападение, и ее ранило заклинанием? Хотя какое нападение, военное время давно прошло! Обнаружил Гарри свою подругу на полу. Она полусидела, облокотившись спиной о ящики, встроенные в письменный стол, и выглядела, мягко говоря, болезненно. — Гермиона, что случилось? — серьезно спросил Поттер, садясь на корточки рядом с подругой и заглядывая в ее блестящие от слез глаза. Грейнджер закусила губу и попыталась сесть полностью, но, болезненно поморщившись, не смогла этого сделать. Гарри внимательно осмотрел Гермиону, сразу замечая пот, выступивший на коже, лихорадочно горящие щеки и побледневшее лицо. Ее дыхание было сбитым, загнанным, а губы то и дело поджимались, будто она сдерживала боль. — Гарри, я… — начала Гермиона, но осеклась, закусывая губу. — Ну, — подтолкнул ее Поттер, обеспокоенно оглядывая подругу, — ты ранена? — Я… нашла своего соулмейта, — сбивчиво прошептала Грейнджер, заглядывая в изумрудные глаза друга своими карими, боязливыми и раскаивающимися. Гарри сначала замер, удивленный и одновременно обрадованный ее ответом, а потом нахмурился. Его чутье прямо-таки ощущало какое-то большое и жирное «но», ведь не просто так она опасливо на него смотрела и сидела на полу в рабочем кабинете, а не рядом со своей родственной душой. — И кто это? Гермиона опять попыталась изменить положение, и Гарри легко поднял ее за подмышки с пола и усадил на рядом стоящий стул. Грейнджер тяжело вздохнула и трясущейся рукой провела по влажным от пота волосам. — Это… Драко Малфой. Она так тихо об этом сказала, что сначала Гарри показалось, что он ослышался. «Конечно, ведь чтобы Малфой оказался ее соулмейтом, надо сначала с ним поцеловаться, а какого бы драккла она оказалась в опасной близости от его лица?» Но Гермиона все молчала и в ожидании смотрела на друга, кусая нижнюю губу почти до крови, не понятно, от переживаний или от боли. — Малфой? — на всякий случай переспросил Гарри. — Да, — выдохнула Гермиона. Она поморщилась и оттянула воротник своей блузки, а Поттер, видя похожие симптомы, но до сих пор не веря, потянулся к ней и полностью отодвинул ворот, пытаясь разглядеть что под ним. Чернильно-темная буква «D», воспаленная по кайме на бледной коже ее шеи, была ему ответом. У Гарри внутри все опустилось. Ему даже показалось, что он лишился сознания на пару секунд, настолько правда была оглушающей, но потом неожиданно все пошло на спад, и логичные мысли стали преобладать над иррациональным шоком. «Раз они как-то поцеловались, то еще не все потеряно, а от судьбы, как я давно понял, не улизнешь». Гермиона дернулась на стуле и вцепилась в подлокотники, жмуря от боли глаза. Из ее плотно сомкнутых губ послышался болезненный стон, и она откинула голову на спинку. Поттер тут же встрепенулся и пришел в себя окончательно. Воспоминания о том, как он сам мучился без Джинни, были все еще свежи, и Гарри понял, что сначала надо воссоединить, как бы смешно ни звучало, эти две родственные души, а потом уже отчитывать кого бы то ни было за абсолютную глупость. Это же насколько надо быть упрямыми, чтобы довести себя до такого состояния! — Пойдем. Поттер просунул ладони между подругой и стулом и подхватил ее почти безжизненое тело на руки. — К-куда? — К суженому твоему. Наверняка он представляет из себя такое же нежизнеспособное тело, как и ты, — пробурчал Гарри. — Нет, не надо. Он сам должен… — попыталась возразить Гермиона, не имея сил даже сопротивляться в хватке друга. — Сначала давай не дадим вам склеить ласты, а потом уже разберемся, кто что кому должен, — строго произнес Гарри, чувствуя себя самым настоящим старшим братом, который собирается защищать свою сестру перед ее парнем. Взмахнув палочкой, предусмотрительно зажатой в руке, Гарри с Гермионой на руках вышел из ее кабинета, осматриваясь по сторонам. Рабочий день уже как полчаса назад закончился, и никого на рабочем месте не было, что было крайне удачно для их неудобного положения. Лифт тоже приехал пустым, и Поттер поблагодарил Мерлина, что ехать им всего этаж, а потому вряд ли кто-то зайдет сюда. Гермиона обессиленно уронила голову на плечо друга и не подавала признаков жизни, кроме лихорадочного дыхания и жара, исходящего от ее тела. А Гарри опять вспомнил, куда он нес свою подругу и зачем. «Драко Малфоя в соулмейты! Это же как надо было ей накосячить за такое!» Гарри не представлял, как они будут с этим разбираться, но, ясно дело, выбора у них не было, зато была тяга и желание, вшитое в подкорку, быть вместе, а потому Поттер все-таки надеялся, что они смирятся с этим и не переубивают друг друга. Хотя по отдельности они в любом случае умрут. «Отдел международного магического сотрудничества», — послышался женский голос из динамиков, и двери лифта разъехались в стороны. Гарри самой настоящей волшебной метлой вылетел из кабины, сразу сворачивая в нужном направлении. Благо, как сейчас оказалось, он частенько бывал на этом этаже. В отделе международных отношений тоже не нашлось ни одного волшебника, который хотел бы переработать, а потому Гарри спокойно добрался до кабинета Малфоя и взмахнул палочкой. Простой Алохоморы хватило, чтобы замок щелкнул, и Поттер в очередной поблагодарил Мерлина и Моргану в придачу. «Как хорошо, что Малфой не особо заморачивался с защитой своего личного пространства». — Малфой, — с порога рявкнул Гарри, делая шаг в кабинет. Драко обнаружился в не менее ужасном состоянии, что и Гермиона. Он сидел на полу около дивана и облокачивался о него спиной. Рубашка была чуть расстегнута, а волосы представляли из себя каждодневную прическу Гарри. Те же красные щеки, лихорадочный взгляд и сбитое дыхание давали понять, что и из Малфоя связь медленно вытягивала жизнь. — Поттер, какого… — Заткнись, — грубо бросил Гарри, в два размашистых шага подходя ближе к блондину и усаживая Гермиону на диван. — Давай руку. Драко лишь злобно взглянул на него, что довольно смешно выглядело в его состоянии. — Ну давай же, — протянул ладонь Гарри, понимая, что сам Малфой не сможет сесть на диван. — Живо. Блондин сжал зубы, но вцепился в ладонь Поттера и с его помощью тоже оказался на диване рядом с бледной Гермионой. — Как дети малые, — проворчал Гарри, смотря на свою подругу и врага, которые сейчас были похожи на пациентов больницы Святого Мунго, никак не меньше. — Дотроньтесь друг до друга, сейчас нахождение в одном помещении не слишком поможет. Драко и Гермиона недоверчиво уставились на Гарри во все глаза. «Мерлин, их перекашивает от боли, но они до сих пор пытаются бороться с собой». Поттер закатил глаза, немного расслабившись. Сейчас он знал, что Гермионе ничего не угрожало, ведь она рядом со своим соулмейтом, а значит, боль не усилится, но если они наконец-то дотронутся друг до друга, а еще лучше — до меток друг друга, тогда и боль совсем сойдет на нет. — Мне за вас это сделать, или, может, вы наконец-то включите мозги? — раздраженно произнес Гарри. — Вы и так уже слишком долго испытывали связь и сами себе усложнили жизнь. Теперь в ближайшие сутки вы даже без физического контакта будете чувствовать ужасную боль. Хотите провести в таком положении больше времени? Гермиона отвела взгляд в сторону и откинула голову на спинку дивана, видимо, не желая что-либо предпринимать и ожидая первый шаг от Малфоя. Драко же встряхнул головой и поджал губы, явно мысленно соглашаясь со своим бывшим однокурсником. Он нехотя поднял свою ладонь и опустил на предплечье Гермионы, слегка сжимая и морщась. Но вдруг оба ощутили это. Боль, сдавливающая ребра, ушла, давая вздохнуть полной грудью, тело перестало трясти мелкой дрожью, кожа стала медленно остывать, оставляя легкое жжение лишь в метке, и сознание прояснилось, давая расслабиться. Драко, сам не осознавая, продвинул ладонь ниже по предплечью Гермионы, останавливаясь у тонкого, изящного запястья. Все внутри вместе с тем ринулось на полном ходу вбок, туда, где находился их соулмейт, сердце почти выпрыгнуло из груди, а необъяснимое желание быть ближе неудобно подталкивало к действиям совершенно неприличным и откровенным. Малфой зажмурил глаза до белых кругов, пытаясь сосредоточиться, а его организм, будто издеваясь, всколыхнулся, желая оказаться к Грейнджер ближе настолько, насколько вообще возможно. Гермиона же немного изменила положение, наверное, по инерции, не задумавшись, но совсем на чуть-чуть придвинулась к нему, и от этого стало еще хуже. Мурашки прошли по позвоночнику, а дыхание участилось. Драко сжал зубы и медленно выдохнул через них, пытаясь даже не смотреть в ее сторону, иначе знал, что не сдержится. «Долбаная связь». Хотелось прижать к себе, ощутить тепло далекого, но такого родного тела, вдохнуть ее запах и… «Перестань думать. Лучше обрати внимание на Поттера». — Поттер, — подал голос Драко. — Ну что, пришли в себя? — наконец-то остановился после хождения туда-сюда Гарри. — Допустим. Ты что тут до сих пор делаешь? — Я здесь, Малфой, для того, чтобы вам, как недавно связанным, рассказать, что вас ожидает. — Салазар всемогущий, это что, еще не все? — устало протянул Драко, по странному наитию оборачиваясь к Грейнджер, которая все еще сидела, опустив взгляд на колени. Гарри закатил глаза и скрестил на груди руки. — Так вот, у связи есть… — Гарри, не надо, — подала голос Гермиона, — Я все это знаю, сама ему расскажу, и мы разберемся. — Ага, сейчас. Вы уже вон как сами разобрались, чуть не померли, — всплеснул руками Гарри. — Так что я лучше все расскажу, отвечу на ваши вопросы, как волшебник, прошедший через это, пойму, что до вас дошло, и тогда оставлю для дальнейших разговоров.