Танцы на битом стекле

Джин сказал, что ты можешь делать всё, что угодно, а днём он заедет за тобой и отвезёт домой. Тебе нравится холостяцкая квартира, в которой ты оказалась. Она чистая, но это, скорее всего, потому, что хозяин в ней вовсе не появляется. На всех поверхностях аккуратными стопочками лежат самые разные книги и журналы: от сложных пособий на английском, где цифр больше, чем букв, до кулинарных книжек. Это даже и не квартира, а студия больше. Кухня вместе с залом, ванная и маленькая спальня. Никаких фото, ничего, что могло бы рассказать что-то о её владельце в первых двух комнатах. Тебя побеждает любопытство, и ты проскальзываешь в спальню, ожидая, что там сможешь найти хоть что-то, что даст тебе больше информации о твоём женихе, чем та, которой ты располагаешь в данный момент. Ведь вся она - одни домыслы. И ты не прогадываешь: на прикроватной тумбочке находишь рамку с фотографией. Всё-таки твой жених способен на чувства. Появляется ощущение, будто ты прокралась к той части чужого сердца, которую трогать не стоило, так как не имеешь на это никакого права, только развидеть фото не получится. Остаётся сделать вид, что тебя здесь не было, прикрыв аккуратно дверь, боясь потревожить тишину дома, и лечь спать на диване, ничего не стеля. Лишь когда замерзаешь, ещё раз заходишь в спальню, чтобы взять покрывало с кровати, но ни разу не бросаешь взгляд в ту часть комнаты, где мирно стоит рамочка. Чёртово любопытство нашло тебе ещё одного собеседника на сегодняшнюю ночь - угрызения совести. В квартире вкусно пахнет и очень тепло, поэтому ты быстро отключаешься, вымотанная переживаниями и слезами, несмотря даже на мысли о том, что вторглась на запрещённую территорию, противными червячками разъедающие мозг. Когда в полдень Сокджин находит тебя, у него на лице плавает разочарование, и ты просыпаешься от того, что он на тебя глазеет. Почти падаешь с дивана, путаясь в покрывало. При свете дня ты можешь лучше разглядеть его, и смущение накрывает с головой, так как Ким оказывается старше, чем ты представляла, а ещё, несмотря на кожаную куртку и такие же штаны, серьги в ушах, цепи на шее и чёрные тени, он выглядит очень серьёзным и взрослым. — Проснулась, принцесса? — Зачем было так пугать, дяденька-старикан? — с каждой минутой стеснение растёт в геометрической прогрессии, заполняя тебя изнутри, и ты не находишь ничего лучше, чем пойти на кухню, чтобы налить себе воды. Вчерашняя бравада растворяется в воздухе с жалобным писком. Ты не думала, что Сокджин настолько зрелый, и теперь стыдно за своё поведение перед ним. К тому же, ты обнаруживаешь, что после вчерашнего удара головой последующие воспоминания какие-то неточные, вот-вот готовые размыться. Просто надеешься, что не сделала ничего слишком неловкого. — У меня сменилось имя? — Джин не отстаёт. — И с чего это я должен тебя пугать? — Потому что вы, кажется, гот, а я боюсь неформалов. — Поедим сначала или сразу поедем к тебе? — он смешно заиграл бровями, на что ты поспешно скрылась из комнаты. — Эй, в душе я молод! Почему ты не воспринимаешь меня, как мужчину?! Ладно, ты сегодня не в настроении, так что оставим шутки. — Спасибо, — счастливо выдыхаешь на последнее заявление мужчины. — Слушай, а у тебя бывает когда-нибудь нормальное настроение? Когда в расписание я могу включить подкаты? — спрашивает Джин, закрывая за вами дверь. — Лучше не делайте этого вовсе, я буду счастлива, — отвечаешь уже на лестничной площадке. — На самом деле, мне просто скучно, обычно я не такой болтливый. Я суровый и убивающий взглядом, — ты не понимаешь, где правда его в словах переплетается с шутками, поэтому решаешь и не пытаться разгадывать ещё одну загадочную личность в калейдоскопе жизни. — Убьёте какую-нибудь курочку для меня? Есть хочу. Можно сказать, что вы с Кимом даже неплохо поладили за пару часов, проведённых вместе. Он не лезет тебе в душу, не напоминает про Намджуна, и вообще ведёт себя, словно самая первая милашка в мире. Ты думаешь, что это отцовский инстинкт в нём сыграл, по-другому и быть не может. Он от тебя ничего не требует, может сказать какую-то грубую фразу, но доверия к мужчине это не подрывает. Более того, его одежда и речь ставят вас на одну планку. Ты не знаешь, делает ли он это специально, но благодарна за подобное поведение. В общем, к вечеру вы устанавливаете нейтралитет, и ты почти прекращаешь корить себя за своё ночное поведение. — Ладно, пора домой, принцесса, а то твой женишок мне голову оторвёт, — усмехается Джин на полученное сообщение, толстая стрелка на часах тихо приближается к семи вечера, и ты почти разочарованно вздыхаешь. * * * Вы с родителями делаете вид, что ничего не произошло, что всё в порядке. Ты не знаешь, что такого им наплёл твой жених, однако рада отсутствию расспросов. Ужинаете в полной тишине, сводящей тебя с ума, поэтому и прерываешь её первой. — Я хочу поговорить с вами насчёт моего университета, — отец с матерью одновременно поднимают на тебя головы, будто только ждали момента, когда ты это произнесёшь. - Я знаю, что на лето запланирована свадьба, но я всё равно хочу продолжить обучение. Оно же никак не помешает мне, да? — Обучение на учителя? — мать презрительно скривила губы. — Если да, то даже не пытайся тратить свои нервы, наши деньги и время. Тебе, в любом случае, в будущем никак это образование не понадобится. — Отец? — ты ожидала такого ответа от неё, но ещё не всё потеряно, если папа поддержит тебя, он ведь часто принимал твою сторону. Когда ты поступала на этот факультет, родители были не в восторге, но отец тебя поддержал. Возможно, и в этот раз так сделает. Ты смотришь на мужчину умоляюще, заставляя себя не дрожать, не выдавать волнения. Если он только скажет «нет», то всем твоим мечтам в одно мгновение придёт крах. Исчезнет последний оплот той «нормальной» жизни, к которой ты стремилась. Той обычной мечты, которой ты грезила. Но ведь должно остаться хоть что-то, не так ли? — Извини, дорогая, но я думаю, что твоя мама права, — он, извиняясь, кивает головой, и ты киваешь в ответ. Ничего страшного, это было ожидаемо. По крайней мере, ты должна была быть готова, что свадьба отберёт у тебя всё, не оставив даже крошки для личного пространства. Встаёшь из-за стола, вытирая губы салфеткой, кланяешься и спокойно поднимаешься наверх, успевая закрыть дверь быстрее, чем первая слеза скатится по щеке.