Лукавый вкус иллюзии

Настойчивый стук в дверь застал мужчину врасплох, хоть он и ожидал этого гостя. Лоб мгновенно покрылся испариной, а с губ сорвалось хриплое: "Войдите". Мужчина будто бы услышал себя со стороны и слегка скривился. И чего это он боится, спрашивается, будучи сейчас директором, а не каким-то сопливым зелёным мальчишкой. Но бояться было чего. С тех пор, как закрутилась вся эта свистопляска между Ланскими, Макловский каждый день внутренне сжимался, отправляясь утром в лицей. Он то и дело ждал, чего же вычудит Ланской-младший и останется ли после этого от школы хотя бы горстка камней. В его смирение и покорность он слабо верил, он знал этого парня слишком уж хорошо, но всё же не желал в действительности узнать истинное положение вещей. Меньше знаешь, как говорится. Но легче почему-то не становилось. - Маааайкл, - довольно дружелюбно протянул Макар, проходя внутрь кабинета директора. - Сколько лет, сколько зим. Так давно не виделись, - молодой человек неспеша прошёл к гостевому креслу возле рабочего стола, удобно расположился на нём и широко улыбнулся. - Я даже успел соскучиться. - Прекрати паясничать, - директор одарил Макара сердитым взглядом. - И не называй меня так! - Ладно, ладно, - усмехнулся парень в ответ, подняв руки вверх и показывая, что сдаётся. - Ну и зачем звали, господин директор? Если вам вдруг не с кем провести эти унылые и однобразные выходные за парой стаканчиков, то никак не смогу составить компанию. В эту субботу у меня встреча с очаровательной девушкой, думаю, мой выбор для вас очевиден. - Вижу, что сам ты не успокоишься, - неожиданно Макар ощутил лёгкий подзатыльник. - Оу, да за что! - парень принялся усердно потирать затылок, будто на самом деле ему прилетело чем-то тяжёлым. - Чего ты сразу так конструктивно? - Да у меня от вашей семейки каждый день прибавляется по сотне седых волос, Макар, - Макловский последовал его примеру и тоже опустился на свой стул. - Неужели? - Исправь Воронову эти двойки, Макар! - взгляд директора тут же посуровел. - Даже не подумаю, - Макар разом забыл про якобы пострадавший затылок и с раздражением уставился на мужчину. - Пусть этот щенок научится вести себя, как следует. - Ты и сам недавно был таким же щенком, если ты забыл. - А ты нас не сравнивай, Майкл! Таким, как он, я никогда не был и не буду! - Макар понимал, что начинает заводиться, но эмоции уже брали верх. - И в чём же такая уж разница, Ланской? - мужчина прищурился, ожидая дальнейшей реакции парня. - Цц, нет, ну серьёзно. - закатил глаза Макар. Макловский лукавил. Он прекрасно видел, что из себя представляют эти двое, знал, что они полная противоположность друг другу. Но тем не менее. Как же он устал от этого всего. Когда-то, польстившись на хорошую оплату, он даже в страшном сне не мог себе представить, что ему придётся распутывать такой ужасный клубок из смеси страха, боли, гнева, обиды, насмешек и всего того, через что проходили в стенах этого заведения его воспитанники. Слишком поздно осознав, Макловский пытался сбежать из этого ада, но так просто уйти уже было нельзя, Ланской не прощал ничего подобного. - Послушай, Макар, я не хочу проблем ни от твоего отца, ни от Воронова. Разбирайтесь между своими семьями, как вам угодно, хоть на ножах, но не в лицее, прошу тебя. - Ты тоже послушай меня, дорогой директор, - Ланской-младший неспешно поднялся и, слегка пошатываясь, направился к двери. - Я это место для себя не выбирал никогда, и вы все это знаете, как никто другой. Меня запихнули сюда насильно, если ты забыл. Так с чего бы мне заботиться о благополучии Воронова или всех тех, кто здесь находится. Да, я благодарен тебе за всё, что ты делал для меня тогда. - парень с вызовом посмотрел мужчине в глаза. - Но это дело гребаного принципа, или я этого щенка малолетнего, или он меня. И мне плевать на его папашу, хуже моего уж точно не найдётся. - Всё сказал? - Меня ждут дела, - Макар дёрнул ручку двери, помахав в воздухе ладонью. - Отличных выходных, Майкл. - Постой, Макар, - Макловский тяжело вздохнул, понимая, что разговор уже пошёл по наклонной с самого начала. - Есть ещё кое-что. Молодой человек, собиравшийся уже было сделать шаг вперёд, замер. Он медленно развернулся, не произнося при этом ни слова, давая оппоненту возможность продолжить начатое. - Твоему отцу нужны новые люди. Умные, целеустремлённые, которые будут выполнять всё, что от них требуется, не задавая глупых вопросов. - Вот как? - Макар усмехнулся, слегка покачав головой. - Так я вроде бы не в HR нанимался, а учителем, разве нет? - Это так, но это ваша семейная компания... - директор не успел договорить, как Макар перебил его. - Это ЕГО компания! У нас нет с ним ничего общего, кроме фамилии на бумаге! - одно лишь упоминание родства с этим человеком раздражало Макара до дрожи. Кулаки сами собой сжались. - Моя семья умерла. Я - Макар Николаевич, понятно тебе? Мама и дедушка - это вся моя семья, и больше нет никого! - Прости, Макар. - Макловский поднял руки в примирительном жесте. - Я не хотел бередить твои раны. - А нет никаких ран. Закончились. Ну так что там этот всея господин желать изволит? - привычная усмешка тронула губы парня. - Ты, возможно, не в курсе, но последние три года наши выпускники участвуют в бизнес-форумах, чтобы проявить себя и завести деловые знакомства. Пётр хочет, чтобы ты, как и некоторые учителя, стал наставником самого лучшего из наших учеников выпускного класса и курировал его экономический проект. - Я? - Макар настолько опешил, что не сразу понял всю абсурдность этого требования. - Майкл, а ничего, что я даже не учитель экономики или, на худой конец, математики! Да к чертям это всё, я даже и не учитель на самом деле! - Пора бы уже взяться за ум, Макар! Тебе нужно как-то вливаться в бизнес Ланского, ты не можешь прожить всю жизнь в вечном упрямстве. - Это кто это так решил? - парень запустил ладонь в копну волос на голове. Ему с каждой секундой всё больше не нравился этот разговор. - Наставников ждёт щедрое денежное поощрение. - настаивал на своём Макловский. - А если я откажусь? - с вызовом в юных глазах парировал Макар, криво улыбаясь. - Уволит меня, надеюсь? - Уволит. - пожилой мужчина намеренно сделал многозначительную паузу. - Но не тебя. Он уволит меня. И Ирину Анатольевну. - Что? - улыбка мгновенно сползла с губ парня. В груди резко похолодело, а виски сдавило упругими невидимыми тисками. Он процедил сквозь зубы, всё ещё не веря, что не ослышался. - Повтори, что ты сказал! - Если ты откажешься, то Пётр уволит меня и учителя химии. - послушно повторил Майкл. - Вот же мразь... - скривившись, простонал Макар. - Причём тут Ирина Анатольевна вообще?? Вот, значит, как он решил действовать. Затащить меня в бизнес любыми способами, создавая долбанную иллюзию выбора. Заставляя играть в эти дурацкие игры в учителя! Зачем же было действовать так сложно? Можно ведь было просто поставить всех значимых для меня людей к стенке и направить на них оружие. - Макар со злостью посмотрел перед собой. - Я прошу тебя, помирись с Вороновым! Найдите общий язык, он же самый сильный ученик из всех. - Ага, разбежался. Не нужен мне этот засранец, я найду кого-то другого. - Макар вдруг на мгновение задумался, вновь слегка улыбнувшись. - Впрочем, мне ведь нужно просто согласиться и создать видимость работы, правильно? Не так уж обязательно, чтобы мой протеже затмил всех остальных? - Я бы не советовал, Макар, играть с огнём, - начал было осторожно Макловский, но парень тотчас перебил его. - Технически ведь условия будут выполнены. - Его отличное настроение тут же вернулось. - Не вижу проблемы, господин директор. В любом случае, так просто я не сдамся. И вы все это понимаете лучше меня. "Этот глупый мальчишка! Думает, что уже достаточно вырос, чтобы противостоять столь опасным гиенам. Как же самонадеянно - цепляться за дощечку, находясь посреди океана!" ********* Очень слабый, едва уловимый звук. Доносящийся будто сквозь толщу воды, настырный и явно мешающий погрузиться обратно. Звук чьего-то голоса, такого звонкого и не оставляющего никакого шанса... -... ар! - усилием воли он заставляет себя вынырнуть из воспоминаний безвозвратно, пытаясь настроить фокус своих глаз. Неожиданно перед его глазами проносятся тонкие длинные пальцы, застывая на мгновение и вдруг... Звук щелчка перед его носом слишком громкий, отчего парень против воли вздрагивает. Тут же до его слуха доносится оживленный смешок. - Макар! Посмотри на меня, ну как? Точно, Леночка. Когда это его успело так развезти? Кажется, всему виной недосып, постоянный стресс или... Мужчине наконец удаётся достичь той фокусировки взгляда, достаточной, чтобы оценить новый наряд его спутницы. - Леночка? Нет, нет, Елена! Это так восхитительно, - Макар смотрит на неё с довольным видом и едва заметно подмигивает девушке в униформе, стоящей чуть поодаль. Та понимает Макара с полуслова, чуть приподнимая уголки пухлых губ, щедро намазанных вишнёвым блеском, и, слегка прижимая ладонь в районе живота, едва различимо смыкает большой и указательный пальцы, образуя из них что-то наподобие неровного ноля. - Ты думаешь, Макар? - весь голос Леночки буквально пропитан каким-то неясным сомнением. Она хмурится от неловкости и пытается сложить руки друг на друга перед собой, словно пытаясь закрыться, смущаясь. - Не слишком ли такое? - она вдруг замечает его слегка изогнутую бровь и поспешно тараторит, боясь показаться несмышленой в таких делах маленькой девочкой перед ним. - То есть... Я всего лишь хотела сказать, что это... Как будто бы это всё... Неправильно? Девушка смотрит в его, искрящиеся весельем, глаза, смущаясь пуще прежнего. Но даже и не пытается отвести взгляд, словно зачарованная. Парень, не прерывая ни на секунду зрительного контакта, неспешно поднимается на ноги с такого, уже ставшего привычным за всё время, дивана, обтянутого кожей цвета мокрого асфальта. Он шагает мягкой поступью, но каждое его движение отзывается в груди Леночки лёгким беспокойным эхом. И ей даже кажется, что стук её собственного сердца теперь звучит в унисон с этим нарастающим в груди волнением. Макар подходит слишком ожидаемо близко, непозволительно близко. Сердце девушки ухает уже где-то в районе горла, а дыхание замирает, казалось бы, помимо воли. Мужчина становится позади неё, а его взгляд продолжает проникать в самые скрытые её участки души через зеркало, перед которым девушка несколькими минутами ранее разглядывала свой новый образ. Он продолжает искренне улыбаться, глядя ей прямо в глаза, не смущаясь даже самую малость, в то время как она ощущает, что её щеки и уши предательски горят. - И что в этом неправильного, Елена Алексеевна? - его бархатистый голос шелестит где-то рядом, обволакивает и сразу же растворяется в воздухе. - Ведь это всего лишь обычные джинсы, жакет и футболка. Но они тебе так идут. Разве быть красивой - это преступление? - Конечно же нет, но, - она не успевает продолжить свою мысль, внезапно почувствовав, как его ладонь тянет её волосы, а потом она замечает в его руке мелькнувшую резинку для волос, которая тут же исчезает в его ладони, словно кролик в недрах шляпы фокусника. Глаза девушки чуть расширяются от неожиданности и осознания ситуации. - Вот и славно, котенок, - его рука медленно скользит по её волосам, распутывая пряди одну за другой. - Потому что сегодня всё будет иначе. Тебе понравится.