Близнец

- Оу, Братик? - В голосе Рена читалось неподдельное удивление. Сколько он уже не слышал голоса брата? Лет девять, десять? На протяжении всех этих лет, Рен обвинял себя в том, что он виноват в уходе Скуало. Но тогда поделать уже было нечего. Поначалу он писал, звонил, но ответа не было. Складывалось такое впечатление, что звонки и сообщения уходили в бездну, а оттуда, как известно, нет выхода. Брат его ненавидит, и от этого осознания становилось ещё паршивей. И ведь ничего изменить было нельзя. За первые несколько лет было всё: злость на брата, на себя, раскаяние, страх, безразличие, тоска. Всё это пришлось пережить юноше одному. Все его "блядодрузья" оказались тварями и скотами. Они просто решили оставить Суперби младшего и не лезть к нему. Лезть в чьи-то проблемы - это был не их девиз. Как это не смешно, но тогда они показали настоящие свои лица. «Когда придёшь в себя - приходи, а пока проваливай» - А тогда парнишке нужна была поддержка, но друзья отказались от него. Им не нужен проблемный друг, который ждёт поддержки. Им главное веселье и гулянки. Такие, как они, не помогут. Юноша остался один. И для него это было потрясением. Рен жил с позицией, что брат не оставит. Да, наорёт. Но никогда не ударит и не уйдёт. Как он тогда ошибался… Родители постоянно были в разъездах. Единственный по-настоящему родной человек был Скуало. Но он ушёл из-за Рена. А осознание пришло слишком поздно. Только тогда, когда оно постучало в самый мозг, стало по-настоящему больно от понимания одиночества. Хотелось вновь увидеть Скуало, обнять, попросить прошения и сказать, как много он значит для брата. Потом, конечно, Рен смирился. Он уже и не верил в то, что вновь увидит родное лицо, услышит знакомый голос. Сколько всего изменилось за эти годы. Он сам поменялся. Нет больше того легко доступного мальчика с пеной вместо мозгов. Теперь он юноша, что продумывает каждый свой поступок или слово. Разум взял вверх над сердцем. Хотя скрывать нечего, он как был геем так и остался. Нет, пытался измениться, конечно. Даже встречался с несколькими девушками, но это было не то. Там нет никаких чувств и страсти. Забив на попытки, Рен продолжил встречаться с мужчинами, но теперь он был более разборчив в собственном выборе. Вся жизнь поменялась после ухода Скуало. Можно сказать - это был толчок. И спустя столько лет младший брат это понимает и в какой-то степени даже благодарен. Когда Рен взялся за ум, он понял, что в жизни есть столько всего, что можно попробовать, и особенно ему понравилось играть на скрипке. Музыка могла выразить все его эмоции и чувства. То, о чём он не мог сказать вслух. Конечно, это осталось его увлечением. Серьёзно заняться музыкой ему не даст его мечта – стать хирургом. Оперировать тяжелобольных, давать им надежду и вновь дарить им жизнь. Смотреть, как твой пациент уходит из больницы здоровым. Видеть детскую улыбку на губах мужчины лет сорока, потому что это человек вновь может обнять своих внуков и детей. Всё это было счастьем для Рена. Именно в больнице он понимал, что по-настоящему нужен людям. Там не было одиночества. Там был медперсонал, что порой заменял семью. Сейчас Рен учится на последнем курсе медицинского колледжа и проходит интернатуру в одной из больниц Рима. У него огромные планы на жизнь. Уехать из Италии и открыть за границей свою сеть частных клиник. Но это в будущем. А пока есть те знаменитые студенческие годы, чтобы ходить на дискотеки, заводить новые знакомства или иногда поступать безбашенно и безумно. Студенческие вечеринки скрашивают холодные ночи и зажигают на небе звёзды. Иногда были вечера, когда приходилось оставаться одному, и тогда было на самом деле плохо. Хочется, чтобы позвонили, спросили как живёшь, чем дышишь? Но позвонить некому. У каждого свои проблемы, своё одиночество, свои холодные ночи. Но в этот вечер всё по-другому. Когда Рен взял трубку, он просто не поверил своим глазам. На дисплее было написано “Братик”. Сердце ушло, замерев ненадолго. Потом пропустив удар, стало биться, как бешеное. Дрожащими пальцами нажать на зелёную кнопку и выдавить из себя хоть какие- то слова. Рен с придыханием стал ждать ответа. - Да, Рен. Эм…Как ты? – Почему вырвался именно этот вопрос, не знал даже Суперби. В его голове был совершен другой сценарий. Капитан хотел сразу перейти к делу, но что-то внутри заставило поинтересоваться. Ведь прошло десять лет. Они не разговаривали и не виделись столь длинное время, что и самим порой не верится. - Хорошо. Я учусь на врача. Я стану хирургом. Скуало… мне надо тебя увидеть. Прошу. Я так хочу с тобой увидеться…. Мне столько надо тебе сказать… - В трубке послышались всхлипывания. Мечник невольно вспомнил, как они с братом в детстве гоняли на велосипедах на перегонки. Рен всегда надувался и начинал плакать из-за проигрыша. Это выглядело забавно и мило. Суперби старшему потом приходилось проигрывать, чтобы брат снова улыбнулся. - Да, Рен. Я бы тоже хотел встретиться с тобой. – Скуало встал с кровати и направился к окну. Встав около него, юноша посмотрел на своё отражение. В темноте особенно сильно виднелся силуэт человека, что стоял перед прозрачной гладью. В отражении был виден чем-то озадаченный мужчина. Небольшая морщинка пролегла между бровей. Серые глаза были тёмными, в них читалась нерешительность. - Хорошо. Когда и где? - Рен сидел в кафе около окна и смотрел на дождь. То, как капли стекали по стеклу, вырисовывая свой узор. Это пленило. Вода. На неё можно смотреть постоянно. То она тиха и спокойна. То бушует, снося всё на своём пути. Эту стихию невозможно понять. - Я пришлю тебе название места SMS-кой. Как на счёт завтра после обеда? – Скуало присел на подоконник, не отрывая взгляда от ночного неба. От ярко-жёлтых звёзд и луны, что лишь полумесяцем виднелась людям. - Да, конечно. Скуало, я приду. Обязательно приду. - По голосу было слышно, что юноша улыбается. - Я надеюсь. Мне нужно кое с кем тебя познакомить. - Как бы между делом решил сообщить Скуало, положив руку на стекло. От него шёл холод и пальцы моментально стали ледышками. Странно. На улице был май, а ночи всё ещё холодные. - И с кем же? – С каждой минутой было всё необычней и странней. Скуало позвонил сам, договаривается о встрече и хочет с кем-то познакомить. Это как минимум странно, как максимум неожиданно. Рен уже грешным делом подумал, что его хотят убить. Но вскоре откинул эту мысль, как жутко тупую. - Узнаешь на месте. - Мечник тяжело выдохнул. "Мистер “Х”, блин" - подумал про Занзаса капитан. Главное, чтобы всё прошло спокойно и мирно. Интересно, а какой сейчас Рен? Остался таким же или спустя десять лет он стал другим. А вдруг он не узнает своего младшего братишку? Внутри всё съежилось. Странно, неужели он переживает из-за встречи с братом? Да ну неее, бред. - Хорошо. До встречи, братик. - Сделав акцент на последнем слове, сказал Рен. А вдруг завтра всё изменится и они будут общаться чаще. Скуало, наконец, простит его и они вновь станут семьёй. А если это лишь сон? Вот сейчас он проснется и всё будет по-старому. Опять звонки и письма в бездну, опять одиночество и холод по вечерам. Если это будет так, то слишком жестокой окажется жизнь. - Пока, братишка. - Сказать это было сложно. Опять назвать его спустя десять лет братом. Но первый шаг сделан, а завтра будет завтра. Завтра они вновь встретятся и возможно даже смогут простить друг друга за всё. Но об этом ещё рано говорить…