Замерзшие слезы

Рен неотрывно смотрел в иллюминатор. Красно-желтый песок за окном навевал воспоминания. О жжении на лице и открытых участках тела, жажде, и постоянной жаре. Палящее солнце, горячий ветер, вечная сухость в глазах. Это был кошмар для всех них. Особенно для айну. Тао скосил глаза, ища ледяного шамана. Тот сидел на другой стороне самолета и тоже смотрел в окно. Выражения лица китаец не видел, но поза северянина была расслабленной, и казался он спокойным. Черная футболка сменилась на белую, и синие волосы были собраны в хвост, в основном же одежда не изменилась. Рен отметил, что его кожа стала более светлой. Он всегда был несколько бледен, но теперь мог спокойно слиться со снежным пейзажем. Видимо, почувствовав чужой взгляд, Хоро повернулся, и Тао уставился в светло-темные глаза. Совершенно чужие. Айну некоторое время рассматривал своего наблюдателя, а потом, будто мысли услышав, усмехнулся и вновь отвернулся. Рен тоже отвел взгляд, борясь с желанием закусить губу от досады. Самому себе признаться он мог — северянин его пугал. Дело было даже не в способностях, а в характере. Они все еще были в одной команде, им нужно было как-то взаимодействовать, и Тао все никак не мог представить, как они будут это делать. Что он должен сделать? Он назвался капитаном, так как ему поступить? — Господин, — рядом появился Басон. — мы уже рядом. — Ясно. — коротко ответил он и вновь погрузился в думы. Плохое предчувствие лишь усилилось.

***

— Ну и? Кто ныряет первым? — со смешком спросил Хоро, смотря на голубую воду. Водная гладь была абсолютно спокойной. Сквозь толщу воды было видно далекое дно. Рен, стоявший неподалеку, поморщился. Вновь спускаться к нему, задерживая дыхание, не хотелось. — Может подождем? Может вновь появится пещера в стене, как в прошлый раз? — робко предложил Манта, стоя рядом с Йо. — В прошлый раз она появилась как раз тогда, когда все уплыли. — как обычно холодно отрезала Киояма. — Значит опять вплавь? Я ж такая рыбка. — усмехнулся Чоко, потягиваясь. — Может в этот раз испытания не будет? Мы же его уже прошли. — предположил Асакура. — Ты думаешь боги обладают такой хорошей памятью? — изогнул бровь Хорокей. — Впрочем, это неважно. Северянин вытянул вперед руку, сосредотачивая все свое внимание на воде. Фуреку синего цвета обвило его плотным коконом и начало стекать своеобразной ледяной волной к воде. Вновь стало холодно. Температура в пещере упала градусов на двадцать. Все присутствующие дрожали и потирали плечи, такие, как Чоко прыгали на месте в своеобразном танце. — Усуи, ты решил отправить нас к королю духов самым прямым ходом?! — возмутился паренек и стоявший рядом с ним дух леопарда недовольно рыкнул. Тот даже не шелохнулся. Потом резко напряг руку и сжал ее в кулак. Послышался треск, и Рен наконец перевел взгляд на озеро. И понял в чем дело: Усуи заморозил озеро, а потом расколол воду в нем. Китаец подошел ближе к образовавшейся яме: вниз вела закрученная спиралью горка. — Ну так? — повторил северянин, подходя к парню со спины. — Кто первый?

***

Спуск прошел, в общем-то удачно. Ближе к пещере горка тормозила, и никакого дискомфорта при приземлении не было. И все же это было неожиданно. Рю был приятно удивлен. Хорокей сильно вырос, как шаман, и это не могло не радовать. И в тоже время здорово волновало. — Йо-сама, вы заметили? — тихо обратился он к впередиидущему Асакуре. — Хоро, он… — Да, Рю, я вижу. — тихо ответил тот, смотря в спину другу. — И это грустно. — Все повзрослели, господин. Это было неизбежно. — Не в этом дело. Хоро стал…закрытым. Всего, что я в нем ценил, больше нет. Той доброты, той…веселости. Бокуто сочувствующе смотрел на парня. Да, такое было тяжело осознать. В его памяти Хоро оставался тем же безбашенным, энергичным, упрямым, немного тугодумным мальчиком. И человека, что шел сейчас с ними, он не знал. — Что будет, когда наступит наш бой?.. — вслух подумал он. Йо искоса посмотрел на него. — Не думай об этом. Хватит и осознания того, что он точно будет.

***

Устало сбросив с плеч рюкзак, Рен размял плечи. Через два часа будет общий сбор, где объявят дальнейшую судьбу Турнира. После учиненного Хао дебоша и падения икс-судей число участников резко сократилось. Так что турнир обещал закончиться недели за две. Тао присел на футон, уставившись в одну точку. Хорокей оставил их. Не в смысле команду, он не стал жить с ними. Вывел из туннеля, пожелал удачи и пошел «снимать комнату» с его слов. И откуда только деньги берет, изо льда, что ли делает? Парень устало закрыл лицо руками. Поведение этого шамана ставило его в тупик. То всплески злости, то мрачность, наводящая ужас, то ледяное спокойствие, то тотальное игнорирование. Ребята тоже видели такое поведение и переживали. И Тао готов был поклясться: Усуи знал, какое впечатление производил. Знал и молчал. — Сволочь. — тихо прокомментировал шаман. Резко встав с футона, Рен вышел из комнаты. Переживать за всяких придурков еще не хватало.

***

Северянин сидел на подоконнике своей съемной комнаты. Тут ничего не было кроме футона и раковины. А больше и не надо. Звезды были ему верными спутниками и собеседниками. Сколько он с ними общался, пока был на севере. И ни разу они не подвели его советом, ни разу не ошиблись в наставлении. — Калим. — тихо поприветствовал он патча, не отрывая взгляда от неба. — Сколько зим… Судья стоял позади него, сверля взглядом. Усуи наконец развернулся, смотря ему прямо в глаза. Некоторое время патч изучал его и наконец сказал: — Ты изменился, северный волк. Твои глаза теперь ледяные. — Я знаю. Я потратил немало времени, чтобы заковать душу в лед. — так же тихо ответил Хоро, не моргая. — Король шаманов должен иметь холодный рассудок. Иначе как ему быть справедливым? — Король должен заботиться о своем народе. С такой душой это невозможно. — возразил Калим. — Ошибаешься. Чувства к живому внутри меня есть. Я просто сдерживаю их. В них нет смысла, если они бесконтрольны. Хао не контролировал, и вот он мертв. — Хао хотел подчинить себе всех духов и умертвить людей! Нашел образец! — уже громче возразил судья. — Ты ж сражался с ним, неужто забыл?! — Успокойся, Калим. Я все помню. — ледяной шаман был все так же спокоен. — Я использовал его как пример. Ты не можешь отрицать, что он был сильнейшим. Я обрел великую силу и должен сдерживать ее. Если для этого нужна ледяная душа — я готов к этому. — Какую же силу ты нашел, Хорокей? Шаман усмехнулся. Комнату озарили три ярких всполоха: черный, синий и фиолетовый. Калим в ужасе отшатнулся. — Это же… — Да. — с той же ухмылкой смотря на него, отметил Хоро. — Они порождены льдом. Моя сила дарована мне холодом, самим севером. Я владею ими. Ради них я заморозил свое сердце.