Двадцать один

      В конечном итоге желание Офелии уехать, как можно скорее, растянулось на целый час. Хантер обожал Изабель. Но очень настороженно относился к её семье. Он с самого детства понимал, что будет для Морганов чужим, пока его с этой семьёй не свяжет судьба. Даже Картер, и тот от него отвернулся после двадцать первого дня рождения старшей из сестёр. Поначалу мужчина будто бы был на его стороне, и поддерживал, когда они с Изабель начали встречаться… Но затем всё изменилось. Это трудно было заметить, но Картер стал относиться к нему так же холодно, как и все остальные Морганы. Будто все они только и ждали, что Хантер ошибётся. Будто это было их главным желанием. И парень искренне не понимал, почему.       Изабель общалась с сестрой ещё минут сорок, прежде чем та действительно решила уйти. Блондинка не торопила. Она понимала, что подобный опыт Офелия переживает впервые. В школе, университете, на работе – везде старшая Морган была до крайностей популярна. Ей ничего не стоило обратить толпу против кого-то, или сплотить за что-то. Возможно, она сама не понимала, какой властью обладает, пока не столкнулась с действительно достойным отпором. Удивительно, но Изабель совсем не злилась на Фиби. Наоборот, после той сцены, она будто стала её уважать. Это пугало блондинку, потому что было для неё неестественным.       Наконец, родственники уехали, и возлюбленные вздохнули спокойно. - Вот это денёк, - прошептал Хантер, и устало упал на кровать. - И не говори…       Изабель аккуратно села на постель, подлезла ближе к парню, и легла рядышком, свернувшись клубочком. Когда она так делала, Хантер сразу думал о котятах. Чисто на автомате он погладил девушку по голове, не открывая глаз. - Ты устал? – спросила блондинка, после нескольких минут молчания. - Скорее опустошён. - Заварить тебе чай с гвоздикой?       Изабель уже собиралась вставать, вот только Хантер её удержал. Сжав плечо девушки, он притянул её ближе к себе, собственнически обнимая. - Подожди. Полежи со мной немного.       На него так давило то, что между ними произошло вчера… И эта внезапная ласковость со стороны блондинки была парню за счастье. Будто короткая передышка перед тем, как всё снова станет плохо.       Влюбленные не заметили, как сон сморил их. Они проспали три часа, а проснувшись, лишь посмеялись с этого. - А я говорил, что твоя сестрица – энергетический вампир, - всё усмехался Хантер. - Ну, я этого никогда не отрицала… - лукаво улыбалась Изабель.       Она любила Офелию. Просто обожала всю свою жизнь. Но с годами это было всё труднее и труднее делать. И потому после очередного столкновения девушка делала то, что обычно – ластилась к Хантеру в поисках поддержки и ободрения. И он как всегда дал ей это своими объятиями. - Что ты там недавно о чае говорила? – потягивался Хант, когда его взгляд наткнулся на часы. Половина двенадцатого. Вот же чёрт.       Но Изабель так радостно вскочила с кровати, что он тут же передумал что-либо предпринимать. Можно было о чём-то соврать, что-то придумать, но он обещал выпить с ней чай. Так что, парень справедливо рассудил, что всё должно быть так. Судьба ошиблась в тот раз, и теперь пытается исправить свою ошибку. Именно так. - Хант, у нас гвоздика закончилась… - зашла в комнату опечаленная Изабель. – А мне вот именно сейчас так её захотелось! Сходишь в круглосуточный? Там должны быть приправы.       Это было словно издевательство… Мгновенная карма за скверные помыслы. Но что Хантеру оставалось делать? Только улыбнуться, и кивнуть головой. - Конечно, - говорил он. – Я схожу.       Спускаясь по лестнице, брюнет надеялся, что застрянет в магазине надолго, и опоздает на встречу с Фиби. Но, когда дверь домофона открылась, он увидел рыжую девушку, качающуюся на качелях. - То есть, - усмехнулась Фибс. – Ты реально пришёл? - Я не хотел, - поджал губы Хантер. – Но мне нужно было в магазин. - Серьёзно? – рыжая начала тихонько раскачиваться. – А днём ты говорил по-другому. - Я был расстроен и обескуражен, - бросился в наступление Хант. – И что ты вечно придираешься к моим словам? - Натура у меня такая, - усмехнулась девушка. – Садись, не нависай надо мной. Я и так мелкая, а сейчас ты вообще меня морально подавляешь. - Мне нужно идти, - процедил парень. – Я не смогу объяснить Изабель моё долгое отсутствие.       Фиби разочарованно на него смотрела. Так, будто он в очередной раз подтвердил свою никчемность, нарушив очередное обещание. - Ну, тогда иди, - наконец, пожала плечами рыжая, не отрывая от него взгляд.       Это был переломный момент. Хантер это понимал, Фиби это понимала. И пусть на первый взгляд происходящее казалось мелочью, но по факту, ему нужно выбрать между судьбой и возлюбленной.       В голове возникали образы расстроенной Изабель, того, что он с ней сотворил, как быстро начали трещать их идеальные отношения, стоило только появиться малейшим препятствиям. И Фиби… Её взгляды, её слова, её кофе. То, что он не может на неё злиться даже сутки. То, какую бурю чувств она поднимает каждый раз, совсем не стараясь, будто это легче, чем дышать… - У тебя что-то случилось, - наконец, выдавил из себя Хант, и сел на соседние качели. - Можно и так сказать.       Фиби старалась скрыть улыбку, но это у неё получалось из рук вон плохо. Хантер это видел. И почему-то тоже улыбался. Молча ждал её ответ, и улыбался. - Ну, ты же видел, с кем я общаюсь, - продолжила рыжая, кусая непослушные улыбающиеся губы. – У меня вечно что-то случается. - Но сегодня ты с Офелией была просто… Ух… - парень не знал, как подобрать этому слова. Наверное, в тот миг, когда он увидел Фиби такой, окончательно перестал на неё злиться за инцидент с братом. - А, да… - внезапно погрустнела она. – Подавляла свою истинную сущность целых пять месяцев, и сорвалась. Эта твоя Офелия хороша. Кого угодно выведет. - Расскажи мне, - внезапно попросил брюнет. - Что тебе рассказать? – вновь заглянула ему в глаза Фибс. - Всё.       Тяжёлый вздох. Ладони сильнее сжимают прутья качели. Взгляд становится беспомощным. А голос дрожит так, будто девушка сейчас расплачется. - Ты сам попросил… А рассказ этот долгий. - Переживу. - Ладно, - сдалась рыжая. - Сам напросился. Вот тебе моя подноготная. Начиная со стародавних времён, и заканчивая сегодняшним днём. Я родилась в династии адвокатов. Семья мамы в этом деле вообще как будто бы с начала времён. Папа был сыном бизнесмена и домохозяйки, первый в своём роде, и, честно сказать, не очень талантливый! Но они учились вместе, и этого хватило, чтоб его приняли в круг моей матери. Возможно, ты слышал о Ребекке Стилз. Просто это я к тому, что у моего отца не было и шанса с ней сравниться. Но он продолжал заниматься адвокатурой, потому что принял её традиции. Даже фамилию нашей династии, и ту принять согласился! И мне с братом не оставалось ничего, кроме как эти традиции принять. Всё усложнило то, что папа умер, когда мне было семь месяцев. И нашим с Таем воспитанием занималась мама. Но вот только если он просто жилы рвал, учась на юридическом, то я воспринимала это как обязательную кару. Ну, знаешь, будто издёвка судьбы: радуйся, что родилась в обеспеченной семье, и будь готова всю жизнь отрабатывать это. Мама всегда говорила, что за всё надо платить. И что у людей нашего круга никогда не будет всё просто. Мой отец тому подтверждение. А потом развод Тая. Несколько лет его депрессии. Меня готовили к тому, что я буду очередным несчастным адвокатом семейства Стилз, и знаешь, целый год у меня это выходило. Учёба в университете была не так трудна, как брату в его время. Я явно получила от мамы семейный талант. Но вот только мне не хотелось быть несчастной. Целый год я пыталась примириться… И не смогла. А потом Тай встретил Лотти. И вот, он счастлив, пусть и пошёл против судьбы. Конечно, иногда его клинит, как например сейчас, когда он узнал что бывшая жена беременна. И тогда он отправляет Лотти на несколько дней ко мне. Но, не считая этих редких моментов, он был счастлив. Адвокат семьи Стилз был счастлив. А у меня будто в голове что-то щёлкнуло. Знаешь, такое странное осознание, что быть несчастным – это не судьба, а твой собственный выбор. Меня это просто ошарашило. И вот, я словно в тумане забираю документы из престижного универа и перехожу в средненький колледж в шести часах от родного города. Думаю, если бы здесь не было квартиры, которая осталась после бабушки с папиной стороны, я бы не решилась. Но она была, причём записана на меня. Мне очень повезло в этом плане, потому что другую квартиру в родном городе родители записали на брата. Так что, возможно я поспешила… Ну ладно, я просто сбежала. Но вот я здесь. Рисую, как давно мечтала. Общаюсь со странными художниками, которые научили меня курить, выбирать алкоголь, и манерно говорить: душечка, ты меня убиваешь! Живу на стипендию, и иногда на помощь от брата. Учусь готовить, распределять бюджет, содержать квартиру в порядке. Это были такие простые, такие крутые радости, что я совсем забыла о судьбе. И тут ты свалился как снег на голову. Точнее, как вода с потолка. И я вновь почти что поддалась отчаянью… Но знаешь, ты меня не сломаешь. И Изабель, и её родственники, и все вы вместе взятые. Даже если я не смогу убежать от прошлого, я не позволю ему сломить меня. И мои слова не были ложью. Запомни, раз и навсегда. Я не буду бороться за тебя. Никогда. Я буду бороться за себя, и только за себя. А если вдруг у тебя произойдёт какое-то переосмысление жизни, не стесняйся, тоже можешь за меня побороться. Как видишь, это очень весело!       Хантер ошарашенно смотрел на широко улыбающуюся девушку. Это было очень странно, но с каждым словом Фиби будто преображалась. Он прекрасно представлял её совсем в другой одежде, говорящую совсем другими словами, общающуюся с совсем другими людьми. Людьми его круга. И думал о том, что именно от этого рыжая и бежала. Но судьба не собиралась сдаваться так просто, стараясь вернуть её в естественную среду обитания. Хантеру было трудно осознать всё услышанное, и ещё труднее представить, как же были сильны метания Фиби в эту злополучную неделю. Ей нужна была поддержка. Не такая, какую он оказывал Изабель. Это была поддержка совсем иного сорта. Потому что Фибс прекрасно могла прожить и без неё. Как бы глупо и клишировано не звучало, она была сильной и независимой. Но от того хотелось ещё больше её обнять, и уверить, что всё будет хорошо. - Я подумаю над твоим предложением…       Словно ведомый инстинктами, парень сжал руку девушки в ободряющей жесте. - У тебя есть ещё два месяца для раздумий, - всё продолжала пристально смотреть на него Фиби. - И у тебя, чтоб решить, собираешься ли ты бежать вновь. - Если от того будет зависеть моё счастье, - кокетливо пожала плечами она.       Воздух между ними будто накалился. Внезапно стало не до улыбок и шуток. Хантер сжал её руку в последний раз, и как ошпаренный вскочил с качели. Быстрым шагом он дошёл до подъезда, и просто рванул дверь на себя. Когда парень добрался до восьмого этажа, дверь квартиры ждала та же участь. - Ты вернулся! – радостно говорила из кухни Изабель. - Я не купил гвоздику, - сухо отвечал Хантер. - И потому расстроился так, что чуть дверь не сломал? Прошу тебя… Я переживу и без неё. Снимай скорее куртку, и иди сюда. Чай идеальный.       Хант закрыл глаза ладонью. Ну вот чего, чего ему не хватает? Изабель прекрасна, добра, чувствительна, чувственна, знает его от и до. Даже несмотря на то, что не являются судьбой, они друг другу подходят. Так почему же ему захотелось поцеловать Фиби?..