More, than just brothers

Салли разлепил ресницы и сел на край кровати. По спине стекало что-то липкое и холодное. Омега дотронулся до этой субстанции и посмотрел на ладонь. Его лицо скривилось в отвращении, и он пошел, прихрамывая в ванну смывать весь этот ужас. Когда синевласый вышел из душа, то отправился на кухню готовить завтрак, но открыв холодильник, вспомнил, что они с братом так ничего и не купили. Поясница болела вместе с пятой точкой. Все было не так красочно, как могло показаться. Хоть патлатый и старался не причинять дискомфорта, но ощущения под утро были не самые приятные. Еще раз заглянув в холодильник, в надежде, что там что-то появится, голубоглазый захлопнул дверцу. В эту же секунду он почувствовал, как сзади его кто-то обнял, обвивая шею руками и целуя в макушку. Протезник вздрогнул от неожиданности, но вскоре просто тяжело вздохнул и произнес: — Не обольщайся, — после чего развернулся, сталкиваясь с счастливым лицом брюнета. — Почему это? — парень буквально светится от счастья, что частично передалось младшему, и он тоже начал улыбаться. В это время Ларри притянул его ближе за талию и прикрыл глаза, наклоняясь для поцелуя. Но омега закрыл его рот рукой, наблюдая недовольное лицо брата, от чего тихо хихикнул и произнес: — У нас в холодильнике ничего нет. Сбегаешь в магазин и я подумаю, — старший ухмыльнулся и опустил руку на бедро Салли, несильно сжимая его. Последний зашипел и поморщился, из-за чего шатен посмеялся. — Он мне еще указывать будет, — после этих слов, альфа отправился за продуктами. В это время синевласый принялся убираться в квартире, по крайней мере в спальне это было необходимо сделать. Зайдя в помещение, в нос ударил запах смешавшихся феромонов. В этом мире его красиво называли: «запах секса». Когда омега и альфа «размножаются», они выделяют большее количество феромонов, чем в обычной жизни, и запахи смешиваются, образуя новый. Голубоглазый подошел к белой простыне, которая была испачкана в его семени. Все это навивало воспоминания о вчерашнем, заставляя протезника краснеть и дико смущаться. Открыв маленькое и единственное окошко в комнате, он взял грязную ткань и закинул ее в стиральную машину. Во входную дверь постучали и протезник с раздражением пошел открывать. Рывком он дернул деревянный предмет и уже хотел сделать выговор по теме: «Ты не можешь дверь сам открыть?», как ему казалось, металлисту, но взглянув на «пришельца», передумал. — Трэв? — удивленно выгнув бровь, произнес младший, пока блондин рассматривал его с ног до головы. Взгляд последнего заинтересовало бордовое пятно на шее, после чего он посмотрел на Салли и нахмурился. Протезник, поняв куда смотрел друг, уже придумывал варианты оправданий, но из раздумий его вывел альфа, спрашивая: — Это Ларри сделал? — синевласый стыдливо отвел взгляд, а сын священника продолжил: — Он тебя бьет? — омега сильно удивился такому выводу и даже чуть не засмеялся, но сдержался, ответив: — Нет, все хорошо, — голубоглазый улыбнулся, но заметив шокированное лицо Фелпса, услышал следующий вопрос: — Он тебя изнасиловал? — парнишка сильно покраснел, вспоминая вчерашний вечер, и помахал руками в разные стороны, показывая отрицание. — Я… Я просто ударился, вот и все. Не стоит волноваться, правда, — посмотрев на настенные часы, протезник развернул блондина за плечи, произнеся: «Тебе, наверное, пора!». Вытолкнув ничего не понимающего друга за дверь, юноша щелкнул замком и уже собрался уходить, как вновь раздался стук. — Ты еще что-то хотел спросить? — открывая надоедливую дверь, спросил омега, но в ответ услышал родной голос: — Нет вроде. Хоть бы помог, а то я столько всего набрал! — в квартиру зашел никто иной, как Ларри. Синевласый послушно взял из рук шатена самую легкую сумку и они вместе отправились на кухню. Когда парни расскладывали продукты по полочкам, голубоглазый тихо произнес, немного смущаясь: — Лар, только давай никому не рассказывать, что между нами вчера было, — на это утверждение патлатый лишь посмеялся и ответил, улыбнувшись: — Я и не собирался…