More, than just brothers

Следующий месяц проходил крайне спокойно и на редкость тихо. Ребята не ругались, почти не разговаривали, что крайне напрягало одного из них. Они больше не вспоминали тот вечер, плавно переходящий в ночь, и не пытались выяснить отношения, как будто ничего и не было. Присутствовало ощущение, что после секса их чувства остыли. Хотя были ли они вообще? Старший часто уходил на некие «прогулки» и пропадал на них до позднего вечера. После прихода от него всегда несло омегой. Чужой запах сперва сильно напрягал обладателя небесных глаз, это было непривычно чувствовать незнакомый феромон в своем доме, далее вызывало открытую ревность, но может ли он качать свои права, когда их отношения еще не до конца прояснились. Следующим пунктом шла агрессия, но она ограничивалась скрежетом зубов и леденящими душу взглядами. Сам того не замечая, синевласый начал испытывать легкую ненависть к брату. В его душе прорастало семя сомнения, которое с каждым днем только сильнее пускало корни. Последний точно с кем-то спит и это отталкивало, вызывало отвращение. Омега впервые так сильно разочаровался в столь близком человеке. Салли начал подслушивать телефонные разговоры кареглазого, стоя у стенки и притаив дыхание. Это, наверное, подло, но ради блага. Теперь он точно знает, что загадочная «особа» — женщина, а вернее молодая девушка. За тонкой стеной было прекрасно слышно, как они смеялись и болтали о чем-то очень увлекательном и интересном, параллельно обговаривая место и время следующей встречи. Синевласый мог бы спокойно проследить за ними, но боялся загубить тот последний лучик надежды, что упорно продолжал сиять, даруя некую уверенность своим чувствам. Ему безумно хотелось прояснить ситуацию, по крайней мере услышать ответ на немой вопрос. Омега уже готов был принять любое утверждение, лишь бы не молчание. Но вернемся в настоящее… *** — Сал, я люблю тебя, — шатен крепко обнимает бледное тело, прижимая к себе. Смуглые руки скользят под темное худи, приподнимая его. Пальцы скручивают и сжимают твердые от возбуждения розовые соски, припадая к шее с пульсирующей венкой. Протезник позволяет рваному вздоху сорваться с губ, а металлист продолжает: — Люблю тебя и только тебя, — он шепчет эти слова ему на ухо. Черный свитер уже летит в противоположную сторону от парней, а старший смачно целует свою «жертву» в немного припухшие губки, бесстыдно пуская язык в чужой рот. Правая рука скользит по боку младшего, проходя по выпирающим ребрам, пересчитывая их, и останавливается на ягодице, сминая ее. Патлатый коленом раздвигает ноги голубоглазого, а последний скрещивает их за спиной другого, притягивая ближе. Альфа отстраняется и с хищной улыбкой трется пахом о «проход» младшего, после чего, не прекращая предыдущих действий, берет того за запястье, опуская ладонь на выпирающую ткань джинсы и спрашивая: — Чувствуешь? — Салли краснеет и смотрит прямо в два шоколадных омута, кивая, — Это ты сделал. Шею опаляет горячее дыхание партнера, которое вскоре сменяется на мокрый поцелуй в ключицу. Старший вновь произносит, ухмыляясь: — Видишь, что ты со мной делаешь? Я схожу с ума от тебя, Сал. Ларри поднимает омегу с пола, располагая его на коленях, и выпускает клыки. Они впиваются в молочную кожу на ключице, пока крепкие руки нежно обхватывают тонкую талию, прижимая хрупкое тело к мускулистой груди. Протезник широко распахивает голубые ресницы и мертвой хваткой вцепляется в чужие плечи, расплываясь в счастливой улыбке. Шатен ставит метку. Об этом младший и мечтать не мог, но в итоге… Звук телефона раздражающе бьет по барабанным перепонкам, но омега не шевелится. Он знает, что старший возьмет трубку. Так и происходит. За дверью слышаться шаги, а после хрипловатый голос: — Алло? Дальнейший разговор был построен из односложных ответов, по типу: «Да», «Хорошо», «Ок», больше протезника заинтересовала фраза: «Я передам». Что можно передать? А главное, кому? Может, все-таки звонили ему, а не альфе? Но парень быстро откинул ненужные мысли после парочки ударов о деревянную поверхность. — Завтракать будешь? — раздался философский вопрос от металлиста, на который Салли явно не собирался отвечать. Он встал с постели, измученно потрепал себя по голове, взъерошив волосы и шаркая ногами по полу, отправился на кухню, молча присаживаясь за стол. На вертикальную поверхность опустилась тарелка с яичницей, любезно поданная и приготовленная шатеном, который в это время спокойно наблюдал за братом, уплетающим его «произведение искусства». Скрестив руки на груди, он опирался спиной о кушетку, но когда посудина была опустошена, кареглазый отправил ее в раковину, задав брату многозначительный вопрос: — Посмотрим этим вечером фильм? — младший шумно сглотнул. «Это типа, помню ли я прошлое? Или я еще сплю? На что он намекает?» — крутилось в маленькой голове, но в скором времени прозвучал ответ: — Хорошо. Какой? — Ларри мило улыбнулся и произнес: — Ужастик, — после чего скрылся за порогом комнаты. «Еще лучше…» Ближе к вечеру кареглазый позвал протезника в свою комнату, так как они в последнее время спали отдельно из-за маленькой «обиды» брата. Когда они расположились у подножья кровати, опираясь спинами на саму ложу, старший включил фильм. Тот же самый ужастик, что и в прошлый раз, но омега промолчал, будто ему было все равно на то, что идет по «зомбоящику». Около пятнадцати минут парни сосредоточенно смотрели фильм, словно боялись пропустить важный сюжетный поворот. Неожиданно рука старшего легла на колено омеги, от этого последний кинул не понимающий взгляд на брата, но вновь вернулся к фильму. После колено начали поглаживать, от чего протезнику становилось не по себе. Он тщательно старался это игнорировать, но когда ладонь поползла выше, голубоглазый сильно напрягся. Было чувство, что его используют. «Если девушка не дала, можно обратиться к брату. Он точно против не будет. Он же долбанная омега, подстилка для альф.» — внутри синевласого все начинало медленно закипать. Рука, тем временем, спокойно поглаживала внутреннее бедро, несильно сжимая его в некоторых местах, а ее хозяин с каменным лицо смотрел ужастик, не отводя от него взгляда. Инстинкты омеги брали вверх и он начал возбуждаться, что не мог не заметить альфа. Он резко схватил младшего за подбородок и развернул к себе, впиваясь теплыми губами в чужие настойчивым поцелуем, который явно требовал продолжения, но вместо ответа и желанных ласк, шатен получил нехилую пощечину, после чего его брат убежал в спальню родителей.