Красноглазая

«Майко»

Следующий день встретил меня хмурым небом и не менее паршивым настроением. Мало того, что проснулась от чужой жажды крови под боком, так еще с рассветом заявился Шрам, без стука врываясь в мою обитель. — Ты, — этот паршивец сидел за столом, уплетая мой завтрак, — Разве тебя не учили, не брать чужое без спроса. Так бы прибила на месте. — Кто бы говорил, — парнишка фыркнул, демонстративно отвернувшись, — Или спрашивала у псов каждый раз разрешение перед обчисткой склада? — Уел, — поднимаю руки в знак капитуляции, — Но хоть совесть поимел бы, теперь же голодной ходить… — давлю на жалость. Ага, так он и купился. — Только не говори, что у тебя не запрятано что-нибудь съестное на экстренный случай? — парировал Шрам, хлебнув из тарелки еще. — И откуда такой умный взялся, — с тяжелым сердцем переношу из печати на кисти свиток, затем распечатываю, и моему взору предстает гора фруктов, которые я позаимствовала у военных. Пару яблок и банан беру, остальное запечатываю обратно. Только откусываю кусочек от кислого яблока, как натыкаюсь на тоскливый взгляд пепельноволосого. Вот же, блин! — Держи, — протягиваю второй, но не тут то было. Проскользнула тень, и фрукт оказался в пушистых лапах внезапного сожителя на другой стороне кухни, — Ну и что ты творишь? Белоснежный мускулистый здоровый кот фыркает, насмешливо наблюдая за перекошенной миной Шрама. Хоть додумался не разговаривать при посторонних. — Когда ты кота завести успела? — парень вопросительно глянул сначала на кота, а затем на меня, — И почему он такой шустрый? — Вчера вечером, — жму плечами, не сводя непередаваемый взгляд с Широ, — Смотрю, котик на улице сидит, но я же такая добрая, вот и приютила. А скорость? — что бы такого наплести? — Та-ак поживи на улице, быстро научишься бегать. — Это верно, — по глазам вижу, что-то смущало парня, — Да и вид у него побитый. А ведь правда… Неприглядный шрам на пол морды, рваное правое ухо и засохшая кровь на задней лапе. Стоп, кровь? — Широ-чан, подойди-ка сюда, красавец, — как можно ласковей говорю, присев на корточки. Но котик так на меня посмотрел, что, вдруг, пришла мыслишка срочно писать завещание… — Да будь же благоразумней, а если рана серьезная? Белый комок шерсти одарил очень красноречивым взглядом. Мол, ты — больная что ли? Был бы сильно ранен, лежал и зализывал раны, а это — царапина. — Впервые вижу такой экземпляр, — опять вмешался Шрам. Представляю, какая картина ему открылась, — Он будто нас понимает. Еще бы ему нас не понимать. — Ты пришел лясы точить? — раздраженно выпрямляюсь, — Быстрее доедай и пошли, у меня дел еще куча. Видимо, высплюсь я в следующей жизни. — Учитель, вы уже проснулись? — на кухню сонно прошмыгнул Айшер, — Мне такой сон приснился, будто бы… — он посмотрел на Широ, — А это кто? — Наш новый нахлебник, — котик аж подавился, злобно сверкнув глазами. Пора прятать обувь? Пфу, что за бред в голову лезет! — Да нет же, не про Шрама говорю, а про кота! — еще и гость обиделся. Что за утречко такое непутевое? — Ну, если с такой стороны посмотреть… — задумчиво протягиваю. — Да вы сговорились! — не выдержав такого оскорбления, подскочил Шрам и быстрым шагом понесся в сторону выхода, — Я доел, пошли! — Так что с котиком? И тот сон, он ведь?.. — начал дергать за руку Айшер, привлекая к себе внимание. — Сон — это лишь нездоровая фантазия, — на автомате сочиняю, — А кот — это лишь кот. Ты же мечтал о домашнем животном… - только боюсь, этот экземпляр и близко к себе никого не подпустит. — То есть… вы его для меня притащили? — Айшер аж засиял. И как тебе не стыдно, Майко? Не успеваю ответить, обсуждаемый объект стремительным ураганом понесся на нас. Успеваю схватить ребенка и увести с траектории, когда острые когти вонзаются в ногу. — Ши-ро! Убить вздумал, маньяк! — хватаю за шкирку, пару раз хорошенько встряхнув, — Делай, что душа велит, но не трогай никого. Я ясно выражаюсь? — Учитель, он вас не понимает, — вмешался Айшер. Я его испугала своим поведением, — Да и скорее всего, просто поиграться захотел. Правда, Широ? Ага, поиграться с твоими внутренностями… Естественно, ему не ответили. Кот ловко извернулся, заставляя себя отпустить, и ушел в закат, напоследок остановившись на окне и слабо кивнув мне. Надеюсь, не ослушается… — Ну, ты где там? — орет Шрам. — Да иду, иду, — напоследок взлохматила волосы на голове Айшера, — Удачи тебе. — И вам учитель!

***

Тренировочная площадка пустовала. Отлично, значит, могу немного спустить с себя поводок и не контролировать каждое движение в поединке. — Вы странная, — Шрам идет чуть впереди, задумчиво смотря на небо, — Зачем вы, рискуя собой, помогаете нам? — Надеешься вытрясти побольше новой информации? — понимающе усмехаюсь, — Лонас попросил? — Если ты окажешься предателем, я самолично убью тебя! — пылко выдохнул пепельноволосый, поворачиваясь ко мне. — Если я предам вас, то самолично пущу себе кишки, дурная башка! — И все же, странная… — Возможно, — встаю в стойку. С ишварцами сражаюсь только Тайдзюцу. Не хочу светить способностями. Да и Шаринган ни разу при них не «включала», — Начнем? — Пожалуй, — он посмотрел на свои руки, — Это не оскверняет моего Бога? Ведь алхимия выворачивает его мир наизнанку? Глупые фанатики… — Опять ты за свое… — не могу сдержать разочарованного вздоха, краем глаза замечая маленькую тень. Смотрите, кто почтил нас своим присутствием, — Я, конечно, повторяюсь, но… Вот почему, олухи, вы проигрываете эту войну! Вы верите, что алхимия очерняет ваши души, и она годится только на благое использование! Я уже говорила в Академии Алхимии, и для тебя повторюсь: если бы это шло вразрез с этим Миром, алхимии как таковой не существовало, и о ней никто никогда бы не знал! — Возможно, это происки Дьявола. Он развращает наши души… Как же мне хочется что-нибудь разбить об эту голову, может мозги на место встанут? — Добро, зло — все относительно в мире, — делаю маленький шаг вперед. Если не начну я, хрен знает сколько времени простоим, сотрясая воздух, — Псы для нас — враги, но и они всего лишь люди, исполняющие приказы. Мы их убиваем, но… Они тоже нас ненавидят за смерти близких им людей. Наношу удар прямо в корпус, Шрам отлетает в сторону и падает на землю. Я стала физически сильнее обычного человека. — Ты… — он лежит на земле, жмурясь от боли. — Я, — улыбаюсь, — Если не встанешь через секунду, начну бить лежачего. Враг не станет ждать, пока ты встанешь! — Мы же говорили! — какой же он все же ребенок… — Знаешь, зачем нужно вести диалог в сражении? Либо потянуть время, либо ослабить бдительность, — эх, не хочу этого делать… Несильно пинаю в ногу, — Но лучше всего убить сразу, даже если ты знаешь, что сильнее… Ведь, битва сама по себе непредсказуемая штука, мгновение назад ты на коне, а уже сейчас лежишь, захлебываясь кровью. Мальчишка стремительно приподнимается, делая подсечку. Отскакиваю, и это дает ему время, чтобы подняться с земли. — Я правильно все сделал, учитель?! — насмешка. — О да, ты начинаешь познавать грязные приемы, мой верный ученик. Снова срывается с места. Атакует стремительно, но не с его то скоростью. Даже без красных глазок прекрасно вижу все движения. А их слишком много. Две минуты, и он покойник. — Может, сделаешь ту штуку, как прошлый раз? — его техника опасна. Она может разъедать человеческое тело. Если научить клановому стилю хорошенько, выйдет очень опасный боец. Скорость заодно подтянуть. Ну и мозги вправить не мешало бы. — Я же говорил… — тяжелое прерывистое дыхание. Сдох, — Оно вышло само собой. Естественно, он думал, что я его убить желаю. Стоп! — Улыбка жуткая… Быстро ухожу из-под кулака, огибаю парня, словно вода, и бью в спину. Падает. — Я не знаю, сколько еще у нас времени до атаки армейцев, — разворачиваюсь и ухожу, — Потому тебе стоит поскорее раскидать приоритеты. Что для тебя важнее, собственная душа или жизни всего ишварского народа. — Сучка! — отчаянный крик. — Обращайся… Как же больно быть виной ломки человека…

***

Время игры… База псов напоминает вырытый муравейник. Все шарахаются, туда–сюда. Им не надоело? Патруля больше, снайперы по всему периметру, не чихнуть лишний раз. А я полюбила ночь… Ну, а как ее не любить, если в это время суток я спокойно могу войти сюда, как к себе домой, и навести шороху? И в то же время скучно. Даже встретившиеся алхимики не представляли какой-либо угрозы. Скоро я так совсем расслаблюсь. А вот и цель. Хрупкого роста блондинка шатающейся походкой забрела в свою палатку. По описанию, вылитая… Та, кто целенаправленно убивает детей на глазах родителей и получает от этого удовольствие. Лонас еще спрашивал причину допроса… Принимаю внешность того темноволосого алхимика, на которого она весь день пускала слюнки. Ладно-ладно, он красавец… Целый день просидела за наблюдением… — Рой? Ты ко мне? — разглядев меня в проходе, удивленно пропела девушка. Но она быстро взяла в себя в руки, сладко улыбнувшись и призывающе став расстегивать мундир, — Тут жарко, правда? — Правда… — подхожу ближе, помогая ей справиться с пуговицами, — Скажи, тебе здесь нравится? — А? — посмотри же в глаза, — Ты про войну? — киваю, — Да, власть пьянит. Глаза в глаза… Время остановилось… Ты попала, девочка…

***

— Ты опять туда ходила? — привычная нотация Айшера, стоило только заметить в коридоре меня, — Ты понимаешь, что однажды твое везение закончится и тебя поймают?! Ничто не вечно… — Конечно, я еще расплачусь за свои грехи… — без сил сажусь прямо на пол, прижимаясь спиной к холодной стене. — Мои родители, когда началась война, тоже так уходили, — я почти его не слышу, — А затем вовсе не вернулись! Опеку надо мной взяла бабушка… — всхлип. Он плачет? — Она была такой доброй, даже с тем запасом еды… А после солдаты пришли и… И теперь ты! Я не могу потерять и тебя! Когда я стала для него семьей? — А я всегда мечтала о братике, — но в кланах редко рождалось в семье больше одного ребенка. Чтоб ее, селекция… — Ты стал мне семьей, Айшер. А Учихи слишком ценят семейные узы… Они цепляются за них, словно за якорь… Учиха Мадара слетел с катушек, потеряв последний якорь — Изуну. — Давай спать, глупый отото, — встаю с пола, в потемках беря за руку мелкого, и иду по направлению в спальню. — Странная! Ты и твои странные слова! Какая уж есть… Ирония, но я, наконец-то, согрелась…

***

«Кинг Бредли»

— То есть как, убили? — он вскочил с кресла, переводя взгляд с одного солдата на другого. — Утром обнаружили тело государственного алхимика Алвеи Смит в собственной палатке, — испуганно отшатнулся молодой парнишка, крепче прижимая к себе папку с отчетами, — Следов насилия нет. Причина смерти: остановка сердца… Да какого…? Впрочем, не важно… В этом нет смысла… — Наши склады? — обреченно спросил Бредли, уже и не надеясь услышать что-то положительное. С нее станется одурачить и алхимиков. — Все на месте, — солдат замялся, боясь еще больше вывести начальство, а уж тем более такое, из себя, — Разве что, неизвестный обчистил убитую, украв деньги и драгоценности… — Хорошо… это хорошо… Новый курс?..