Кофе с взбитыми сливками

Дазай очень любил свою кошечку, ну вот прям обожал до глубины души, но когда эта тварь прямо с утра начинала орать, то хотелось покрыть еë благим матом и спустить куда-нибудь с окна, лишь бы заткнулась. Шиншилла и так была не худенькой, когда Осаму её нашел, а с таким уходом и постоянной кормëжкой стала вообще похожа на один большой пушистый шарик. Омега её даже ветеринару показывал, но тот лишь покачал головой и сказал, что тут виноваты гормоны после стерилизации и «передоз еды». Шиншиллке была прописана диета, которая ей же была благополучно проигнорена. И пока Осаму не насыпал ей в миску её любимого мяса, она не переставала орать, даже соседи звонить стали и спрашивать, кого он тут убивает. Этим утром пушистая тварь, видимо, решила, что Дазай прекрасно сойдёт за батут, потому что начиная с пяти утра она прыгала на нём с ярым упорством, причём, даже не имея цели его разбудить, а просто по приколу. (прим. Автор: вспоминаем все сцену из Боруто, когда он прыгнул на Наруто, пытаясь его разбудить; вот тут тоже самое). После такого «доброго утра» Дазай минут двадцать лежал в ванной, пытаясь унять боль живота. Синяки обещали появиться, и достаточно скоро. На завтрак его омежье естество внезапно захотело кексов с кофе, но, к великому сожалению Дазая, у него не оказалось ни муки, ни яиц, так как последние он использовал на яичницу. Пришлось выбирать между магазином и кафе. Решив, что в кафе будет быстрее и можно будет даже просто взять с собой в офис, Осаму пошёл быстренько собираться. Шиншиллка путалась под ногами и иногда громко мяукала, когда её «совершенно случайно» задевали ногой. Очень мало людей знало Дазая как порядочного человека, использующего наземный транспорт или подземный транспорт. В основном его замечали на такси, и даже на работу он ездил на заказной машине (не личный водитель, а на самом деле разовая заказная машина, но и не такси). И совершенно никто не знал (кроме Гин), что у босса как бы и права имеются, и что в гараже его дома стоит не абы какая машинка, а Феррари последнего выпуска. Одна из самых новых и дорогих моделей, а также одна из самых быстрых в своем роде. Дазай совершенно не понимал, зачем ему гоночная скорость в городской суете и вечных пробках, но, когда он покупал данную модель, ему было плевать на всё — просто хотелось и точка. За рулём его видела только Гин и первая её фраза была: «Тебе костюм и чёрные очки, а потом на обложку журнала». И в самом деле, в своей любимице Дазай смотрелся невероятно эффектно, у всех слюни текли от одного его вида, а уж когда он включал мотор своей прекрасной Леди (да, у машины есть имя), то все ручьём просто текли. Сегодня, дабы сократить время на поездку и успеть вкусно позавтракать, Дазай решил воспользоваться своим правом водителя. Сев в машину, Осаму завёл мотор и, выехав из гаража, покатил по утренним городским дорогам, которые уже успели заполниться огромным количеством машин. По итогу данной, как оказалось, плохой затеи, уже через четыре квартала мужчина припарковал свою Леди у обочины и пошёл дальше пешком. Пробки были невероятные. Есть хотелось ужасно, а ещё и новость о том, что он забыл свой спрей от запаха добила всё хорошее настроение данного утра. Кафе, которое было самое ближайшее к офису, оказалось закрыто, времени куда-либо идти уже не было, поэтому Осаму просто решил купить еду в ближайшем супермаркете, чтобы хоть как-то продержаться до обеда. О том, что у него как бы есть курьер, который ему совсем скоро должен привести его любимые булочки (ага, скоро) Дазай совершенно позабыл, разозлённый урчащим желудком, дурацкими пробками и собственной глупостью. Купив себе на перекус булку с медом и зеленый чай, омега, как ни в чем не бывало, направился к офисному зданию. И вот всё было бы прекрасно, если бы он не умудрился столкнуться с одной «рыжей заразой», которая неслась в то же офисное здание, что и Осаму. Чай полетел куда-то в сторону, а пакет, что был в руках у заразы, оказался на земле. Дазай пару раз удивленно моргнул и внимательней присмотрелся к своему нарушителю спокойствия. Эту шляпу он узнает где угодно. Голубые глаза тоже удивленно глядели на своего босса, что ещё находился в неком состоянии шока, нервно прижимая к себе оставшуюся невредимой булочку. — Так!!! — вдруг воскликнул Чуя, резко вскакивая с земли. — Я тут ему булочки из самого центра этого муравейника пёр, все нервы себе истрепал, отдавил ноги половине города, чуть сам не подох в этой толкучке, а он тут какую-то гадость магазинную жрёт!!! «Ой» — только и успел подумать Дазай. Осаму несся по коридорам здания, петляя меж сотрудников и пытаясь ни в кого не врезаться. Он прямо-таки задницей чувствовал бегущего сзади рыжего демона. Злая аура будто давила на самую макушку, заставляя с каждым поворотом бежать всё медленнее и медленнее. После очередной петли Дазай не успел увернуться, как оказался прижат к стенке. На него полыхнуло убойным ароматом сильного альфы, аж коленки подкосились от такого напора. «Видимо, придётся всё-таки наплевать на правила и пить подавители» — отстранённо подумал Дазай. Он зажмурился, ожидая криков или, на крайняк, ударов, но ничего этого не произошло. Какая-то минута тишины, а потом Осаму почувствовал чужое лицо прямо около своей шеи. Он открыл глаза и наткнулся на чужой пристальный взгляд голубых глаз. — Так ты… омега…., — тихо прошептал Накахара, не сводя глаз с лица мужчины. «Всё. Теперь точно пиздец». Гин перелистывала папку с документами, пытаясь вникнуть в суть написанного, но получалось у неё это от слова «никак». Еë сейчас волновали двое спартанцев, которые исчезли вот уже как минут двадцать назад и появляться, видимо, не собирались. Даже её непутëвый брат успел пару раз сгонять в кафетерий, сначала за новым кофе, потому что «этот остыл и вообще я люблю с молочной пенкой», а потом за второй булочкой, так как «я работаю и вообще голодная, не спорь со мной». Комментарии брата насчёт её жирной задницы бесили, но не имели под собой никаких реальных фактов. Гин была из тех злых ведьм, что жрут и не толстеют. Конечно, у всех таких ведьм есть маленький секрет — не обжирайся и всё будет «ок». Когда уже пятая по счету папка ушла «в архив» виновники душевных терзаний девушки наконец-то решили предстать перед ней во всей красе. Дазай пришел первым. Он схватил свою сумку со стула, приветственно кивнул девушке и прошёл мимо неё к своему кабинету. За ним следом появился Чуя, какой-то поникший и словно потерянный. Взял шляпу со стула, сказал, что поедет за новым заказом, так как старый «был уничтожен в очень сложных обстоятельствах» и быстро вышел из кабинета. Гин молча смотрела на эту парочку и прямо-таки нутром чуяла, что что-то между ними случилось, а по их видочку, точно что-то не очень хорошее. «Неужели, наклëвывается очередная Санта-Барбара?»