Любит, но он ему не нравится

Чуя тяжело вздыхает, недовольно сминая сигарету в пальцах. Открыть окно и покурить он не может, они панорамные да и… Ладно, не суть. Осаму с некоторым упоением смотрел на свечи, которые удобно расположились на столе Огая. Хитро улыбаясь своим представлениям он глядит на Чую, который укутавшись в свою длинную накидку стоит у окна и пихает почти порванную сигарету в карман, немного хмурясь и очевидно негодуя. Дазай потёр свою шею, и осторожно убрал бумаги со стола Мори, дабы не смять те ненароком, после чего тихой кошачьей походкой приближается к Чуе, со спины целуя его в шею и опуская руки на сильные плечи. — Если оставишь еще один засос… — Рыжий поворачивается к шатену, тот немного удивлённо смотрит на партнера, а потом хмыкает. — Нет, что ты. — Он уже и забыл, что оставил засос на шее Накахары. Легким движением Чуя скидывает свою накидку, а потом и плащ с плечей Дазая, оттесняя парня к столу и немного отталкивает его, намекая устроиться удобнее на столе. Дазай так и поступает, устроившись на столе с ногами, после чего услышав хмыканье Чуи понимает, что ждет его что-то не совсем хорошее. Накахара подходит близко, нависая над парнем и целуя его в живот, немного прикусывая кожу около пупка из-за чего кареглазый немного вздрагивает. Цепочкой поцелуев он поднимается выше, переключаясь на соски. Рыжий покусывает тот и касается кончиком языка, немного щекоча, от чего шатен, очевидно возбудившись, кусает себя за пальцы. Тонкие губы ловко обхватывают его, посасывая и оттягивая вновь припадают к тому, вновь начиная кусать и ласкать языком, из-за чего отстраняясь, появляется ниточка слюны, которую он обрывает пальцем. — Да-азай~ — Накахара приближается к чужому лицу, вовлекая в поцелуй. Он облизнул губы напарника, немного укусив нижнюю губу, кажется, заигрывая, после чего поцеловал того в уголок рта. Язык вновь скользнул по взбухшим губам Осаму и скользнул меж зубов, начиная ласкать его язык. Сначала он игриво коснулся грани языка, после чего сразу перешел к корню. Знающий приемы Чуи Дазай сразу ответил на его жесты, поддаваясь каждому действию и притягивая рыжего к себе. Отстраняясь он оставляет очередную ленту слюны, от которой избавляется вновь целуя парня и кусая его за губу. Чуя охнул от такой грубости и поспешил отстраниться. Синие глаза смотрели с хитрым прищуром, после чего мафиози приблизился к уху своего партнера, немного укусив мочку и горячо выдыхая. — Ты же мой хороший мальчик? — Дазай обомлел, едва кивнув и предпочитая ничего не говорить, будто считая это совершенно ненужным в данную минуту. — Прекрасно. Можешь сделать мне одну маленькую услугу? — О, папочка, конечно. — Он хмыкает, видимо, подыгрывая столь интимной и интригующей близости, облизывая уже успевшие высохнуть губы. — Растяни себя сам, будь умницей. Кареглазый замер, в тот момент как пальцы коснулись его живота, поглаживая и не давая шанса ответить «нет». — Конечно, — С немного неуверенной полуулыбкой пророкотал последний и больно укусил себя за язык, думая что добавить. — Если ты так просишь этого, Чу-… Папочка?.. — Именно так. Чуя отошел, обходя стол вокруг и пристально наблюдая за движениями Дазая. Тот, видимо, не знал как сейчас поступать и находился в очевидном замешательстве. Однако, Чуя поспешил ему на помощь. Притянул ближе его руку, он провел языком по пальцам и взяв их в рот начал обсасывать, при том помогая себе в этом языком. Дазай ощутил, как предательски краснеет думая о том, какой же наверняка хороший минет мог бы сделать Чуя. Талантливый человек талантлив во всём, если так, конечно можно было сейчас сказать. Кончилась помощь также внезапно, как и пришла. Очевидно, Накахара намекал, что этого будет вполне себе достаточно, хотя так оно и было. Осаму помедлил, меняя положение и встав на корточки, судя по всему решив, что так будет удобнее. Тонкие пальцы сначала немного надавили на вход, однако, охнув, он обвел ими вокруг колечка мышц, наконец решаясь войти первым пальцем, а затем пытаясь вторым. Растягивать себя после первого раза было не так сложно, пускай и тяжело, но это было необходимо. Накахара, внимательно наблюдающий за этой сценой, гладит парня по волосам и любовно заглядывает в глаза. — Ты можешь сделать для меня еще кое-что? — Дазай кивает. Конечно сделает, куда он денется? Впрочем, дальше он понял и без просьбы, когда заметил стоявший член Чуи. Ему пришлось удерживаться на одном локте, свободной рукой надрачивая ему и продолжая попытки ввести в свой анал второй палец. Рука скользила по всей длине, в то время как второй палец осторожно скользнул внутрь из-за чего Осаму шикнул, начиная брать член в рот и сосать тот. Он то целовал головку, то старался вобрать член в рот полностью, чтобы доставить больше удовольствия. Слышались хлюпанья, не то от минета, не то от растяжки. Дазай постепенно давился слюной, однако с некоторым старанием продолжал свои действия. — Пожалуйста, возьми меня, — отстраняясь, произносит он, подняв голову и смотря на напарника. — Я уже готов. Однако, Накахара хмыкает и отрицательно качает головой, так и говоря, что такой просьбы недостаточно. — Пожалуйста, трахни меня. — Но этого тоже не хватает. — Умоляю, отдери меня как шлюху. — Другое дело. — Довольно улыбнувшись кивает тот и, обогнув стол, незаметно подбирает валявшийся на полу ремень. Дазай убирает свою руку, выставляя зад на показ Чуе. Тот в свою очередь перекидывает ремень через плечо и сначала огладив ладонями ягодицы, шлепает одну из них, из-за чего шатен шикает и касается пылающего места. — Ты серьезно решил меня шлёпнуть? — Он хмыкает. — Извращенец. — Кто бы говорил. После этого, он располагает парня более удобнее и толчком входит из-за чего кареглазый вскрикивает и самостоятельно насаживается до основания. Не дожидаясь ответа, Чуя начинает двигать бедрами, на что Дазай начинает тихо постанывать и буквально просить быть грубее. Грубее? Как скажешь. Ремень тут же оказывается в руке Чуи и в воздухе гремит шлепок кожи о кожу. Из-за неожиданности Дазай вскрикивает и закидывает голову зависнув. — Б-блять, Чуя… — После чего слышится еще один шлепок и боль вновь пронзает его как иглой. — П-папочка, осторожней. — Я постараюсь, — сладко мурлычет тот — Но ничего не гарантирую. Так и оказалось. Шлепки просто стали реже, а ягодицы парня становились краснее и краснее. А еще, кажется, он обзавелся новыми синяками. Дазай стонал прямо как последняя шлюха, насаживаясь глубже и порой шлепая себя, за чем следовали шлепки ремня. Однако, как только Накахара заметил то, как рука шатена коснулась его же члена, то шлепнул куда сильнее и Дазай вскрикнул. — Пока я не разрешу, — через тяжелые и рваные вздохи произнес тот, ладонью поглаживая ягодицу и сжимая её. — Даже не смей. Тихое «угу», после чего Дазай получает грубый толчок, чуть ли не сваливаясь. Вот же говнюк, решил стать грубее в обращении с ним. Да он просто ужасен. Пальцы впиваются в край стола и Дазай выгибается, когда Чуя насаживает его на свой член почти до упора, после чего Осаму с громким стоном кончает, тяжело охнув и замерев, немного дрожа и стараясь глубоко дышать. — Какой ты быстрый. — Рыжий хмыкает, легонько шлепая зад того пару раз и ухмыляясь. Пришлось поменять положение. Зато теперь шатен прекрасно видел эту ухмыляющуюся рожу, которая так и норовила его оттрахать, словно у последнего был спермотокикоз. Кареглазый вздыхает, достаточно шумно и тяжело. Пальцы ног касаются чужого возбужденного члена, после чего помогая себе же пальцами другой ноги он начинает водить ими по члену, стараясь надрачивать, однако выходит это не очень умело. Пальцы скользят по выпирающим венам, порой переходят на головку, продолжая свои ласки и покусывая губы, в то время как Накахара закрепляет на чужих запястьях ремень, видимо, стараясь удостовериться в том, что лишний раз шатен не потянется к своему члену. Наконец, закончив, он закидывает ноги любовника на свои плечи, при том одним рывком входя в того, из-за чего слышит очередной продолжительный стон. Рука сразу касается чужого члена, немного сжимая и медленно водя по нему, при том начиная двигаться в самом мафиози. Парень уже не пытается сдерживаться стонов. Люди в соседних кабинетах, кажется, уже знают, что тут занимаются сексом два подростка, если ещё, конечно, не весь этаж или вовсе всё здание. Мафия она как семья, а в семье все слухи распространяются со скоростью света. Дазай ловко подмахивает бедрами в ответ на чужие действия, при том заведя связанные руки за свою голову и прикрыв глаза от удовольствия, порой интимным шепотом умоляя «войди глубже», что рыжий и делает, насаживая его на всю длину. С каждым толчком ласки с членом Осаму набирали новый оборот, начиная становиться быстрее, пока тот, наконец, не кончает себе на живот. Скорострелом он никогда не был, однако, с таким, как Чуя и не так обкончаешься, если так можно было ещё сказать. Останавливаться в извращениях Накахара не спешил и вместо того, чтобы спокойно оттрахать Дазая и отпустить его с миром стал заходить еще дальше. Он осторожно взял одну из свечек, что стояла на канделябре на столе Мори, после чего повертев ее, поднял достаточно высоко, чтобы воск не обжег кожу парня. Юноша чуть не вскрикнул из-за резкой смены температуры и ощущая какое-то странное, но приятное возбуждение от чужих действий. Он приоткрыл глаза, наблюдая за действиями напарника и подставляясь от опаляющий кожу воск, который почти моментально переставал приносить неприятные ощущения. Воск лился тоненькими небольшими струйками и в итоге он покрыл почти всё тело Осаму, если так можно было сказать. Грудь, соски, живот, ребра и немного на лобке. Обжигающие ощущения были очень приятными и благодаря ним открывался новый необычный спектр эмоций, даже наверное более возбуждающий, чем секс на диване. Юноша продолжал подмахивать бедрами в такт действий Чуи, начиная стонать всё громче и более рвано, кажется, он уже ощущал скорую разрядку. Впрочем, Накахара тоже начинал понимать, что надолго его не хватит. Пара глубоких толчков, после которых они почти одновременно кончают, стараясь привести свое тяжелое дыхание в норму. ***  — Значит, подрались? — Мори с иронией уставился на всколоченых парней. Растрепанные волосы, одежда, у Чуи за этот срок даже засос успел появиться, как бы он ни старался скрыть его своим чокером. — Этот мудак очень любезно не соизволил подать мне ручку. — Устало заявил Чуя, убирая руки в карманы и хмурясь смотря на Дазая. Но, кажется, Огай верил им с трудом, также смотря на изредка потерявшую в размере красную свечу. Что только не поделаешь с этими подростками.