Тёмные тайны Гримсайда

      Утро было мрачным и пасмурным. Улицы деревни были безлюдны. Об ужасах минувшей ночи напоминали лишь пятна свернувшейся крови на траве и несколько опустевших домов, с наспех заколоченными дверями и окнами. Джейн спешно собирала свои вещи. «Хватит с меня всего этого», думалось ей. В голову лезли самые неприятные мысли. Когда все вещи были собраны, Джейн предстояло сделать другое важное дело: убедить родственников уехать вместе с ней из этого проклятого места. В конце концов, у неё не было другой семьи, она не хотела снова остаться одна, и не хотела, также, бросать людей, которые так радушно приняли её, хоть и видели в первый раз в жизни. Девушка попыталась выйти из комнаты, но у неё ничего не вышло. Похоже дверь чем-то надёжно подпёрли снаружи. Первые мысли девушки привели её в полнейший ужас: она подумала, что весь этот кошмар с мертвецами не закончился, и родные, чтобы спасти её, забаррикадировали дверь в комнату, а сейчас, возможно, став одними из тварей, ищут способ войти и отведать её плоти. Девушка подошла к окну, ожидая увидеть за ним толпу упырей, но увидела за ним лишь плотно закрытые мощные ставни. Дневной свет в комнату поступал лишь сквозь отверстия в них. Джейн попробовала открыть ставни, но они не поддавались, поскольку закрыли их снаружи на небольшие, но крепкие засовы. Девушка попыталась хоть что-то разглядеть сквозь щели между досками. К обзору открывалась лишь небольшая часть улицы: по дороге строем шли люди в робах болотного цвета. Похоже, это они перестреляли ночью всю нежить. Возможно, это ещё не закончилось. Но тогда почему больше не слышны выстрелы? И тут девушка заметила, что эти странные люди кого-то тащат. Что-то не так было во всём этом, что-то неправильное. Человек активно вырывался и что-то кричал. Приглядевшись получше, Джейн опознала в сопротивляющемся доктора Айрона. «Куда и зачем они его тащат?» - пока девушка задавалась этими вопросами, один из людей в капюшонах, устав от попыток пленника вырваться, с силой ударил его в грудь прикладом ружья. От удара Герберт согнулся пополам и безвольно повис на руках людей в робах, которые, уже без сопротивления, поволокли обезвреженного пленника дальше. Отойдя от шока после увиденного, Джейн вдруг подметила одну деталь: она ничего не помнила о том, что было после того, как эти странные типы перестреляли всех упырей, не помнила, как она оказалась в своей комнате, не помнила, что предпринял доктор Айрон. Несколько часов жизни как будто вырезали из памяти. Девушка просто очнулась в кровати, а в голове была лишь мысль о том, что надо скорее убираться из деревни. Джейн снова подошла к двери и попыталась её открыть. Дверь, по прежнему, не поддавалась. Тогда девушка начала с силой молотить в дверь и звать тётю и дядю, прося, требуя, а потом и умоляя открыть, или, хотя бы, объяснить что здесь происходит. Но реакции не было никакой. Джейн решила попытаться разглядеть что вообще творится за дверью, для этого она начала пристально вглядываться в небольшую щёлочку между самой дверью и проёмом. И когда девушке, всё же удалось увидеть что было снаружи, по её телу поползли мурашки, вызванные новой волной страха. Страха перед непонятным и странным. Перед её дверью стояли дядя и тётя. Они смотрели прямо на Джейн, и, казалось, видели её даже сквозь толстую деревянную дверь. Их глаза не мигали, а на лицах обоих застыла жуткая растянутая улыбка.

***

Ещё немного усилий на, служащий рычагом, ломик и замок не выдержал — массивная деревянная дверь повисла на цепочке, служащей дополнительной защитой от нежелательных визитёров. Шериф не стал церемониться с ней. Достав револьвер, он разнёс её выстрелом в упор. Звенья цепи разлетелись в разные стороны, дверь рухнула и проход, наконец, был свободен. Шерифу Мэйсону Роупсу достался дом мясника Барни. Дома других пропавших обыскивали члены ордена. Мэйсон осторожно вошёл в дом, держа револьвер наготове. Здесь было на удивление темно, несмотря на то, что на улице был день, хоть и пасмурный, и даже со стороны дверного проёма свет падал лишь на небольшой участок прихожей. Царивший в старом доме мрак, казалось, пожирал весь свет. Шериф нащупал выключатель, но он не сработал. Дом был обесточен. Шериф достал фонарик. Его свет был тоже на удивление тусклым, но, по крайней мере, теперь хоть что-то можно было разглядеть. И зрелище действительно впечатляло. Длинная и широкая полоса крови вела со второго этажа куда-то вглубь дома. На потолке, меж досок, тоже виднелись уже засохшие пятна. Похоже, кровь просочилась со второго этажа, и, какое-то время, стекала вниз. Очевидно, что оттуда и надо начинать осмотр дома. Немного придя в себя от увиденного, Мэйсон направился на второй этаж. Старые, местами прогнившие, ступени издавали громкий скрип, несмотря на то, что шериф старался ступать медленно и осторожно. Едва, в очередной раз, нога соприкасалась со скрипучей доской, как пробирающий до костей звук разносился по мраку старых стен. Мэйсона пробирал не свойственный ему иррациональный ужас. Ему казалось, что этот скрежет может разбудить что-то, таящееся в этой непроглядной тьме. Что-то зловещее. Чем выше поднимался Мэйсон, тем сильнее охватывало его чувство тревоги и страха. Он стал параноидально оглядываться, опасаясь увидеть нечто жуткое за спиной. Наконец, шериф оказался на втором этаже дома. Здесь темнота была гораздо гуще, чем в прихожей. Окна были плотно занавешены и заколочены изнутри. В воздухе витал сильный запах затхлости, запустения и крови. Когда луч фонаря осветил основную часть помещения, пред Мэйсоном предстали последствия ужасной бойни. Стены, пол, потолок — всё было забрызгано кровью. От центра всего этого кошмара вёл широкий кровавый след вниз. Как уже успел заметить шериф, след этот вёл куда-то вглубь основного жилого помещения на первом этаже. Ни тела, ни его частей, на предполагаемом месте преступления не было. Очевидно, его отсюда перетащили. Вот только зачем? Мэйсону с огромным трудом удалось собраться с мыслями. Место это вызывало сильнейший дискомфорт и паранойю. Дверные проёмы небольших комнат, служивших когда-то спальней и детской, смотрели на шерифа непроглядной чернотой. Да и сам мрак вокруг всё сгущался, как будто окутывал Мэйсона своими холодными незримыми щупальцами. Надо было скорее заканчивать со всем этим и убираться подальше отсюда. Шериф спешно спустился вниз, чуть не упав, при этом, поскольку одна из ступеней не выдержала и провалилась под его ногой. Мэйсон направлялся в жилую комнату на первом этаже, теша себя мыслями о том, что на улице сейчас светлый день, и когда он закончит осмотр, наконец-то покинет это мрачное царство тьмы, и больше, как он надеялся, не вернётся сюда никогда. В жилой комнате кровавый след не обрывался. Он тянулся дальше — в кладовую. Одержимый параноидальным ужасом, шериф пинком распахнул следующую дверь. Здесь кровавый след кровавый след оборвался. В какой-то момент его как будто обрезали. Не нужно быть детективом, чтобы понять что к чему. Похоже под полом располагался погреб. Но только шериф потянулся к старым доскам, чтобы их приподнять, как дверь позади него захлопнулась. Перепуганный Мэйсон одним рывком обернулся, направив револьвер на дверной проём. А фонарик, тем временем, замигал, потускнел, а затем и вовсе погас. Шериф оказался в кромешной темноте маленького тесного помещения. Мэйсон в панике со всей силы дёргал ручку двери, но она была плотно закрыта. А, меж тем, за его спиной аккуратно приподнялись доски скрывающие ход в погреб. Поглощённый паникой шериф не слышал этого, в то время как холодные мёртвые пальцы уже тянулись к его лодыжкам. Мейсон не успел опомниться, как нечто стальной хваткой вцепилось в его ноги и с невероятной силой потянуло вниз, в чёрный провал погреба. Шериф упал, выронив револьвер и фонарик, который, ударившись об пол, снова загорелся, хоть и весьма тускло. А холодные сильные руки всё тащили Мэйсона вниз. Шериф отчаянно вырывался, пытался уцепиться ногтями за деревянные доски пола, но это лишь приводило к тому, что несколько ногтей оторвались с мясом, причинив ужаснейшую боль. Единственное, что удалось сделать Мэйсону, так это ухватиться за едва подающий признаки жизни фонарик и посветить в бездоннуб бездну, куда его усердно затаскивали. В тусклом свете шериф с ужасом опознал Барни. Обезображенное, уже тронутое тленом мёртвое лицо смотрело на Мэйсона пустыми глазами, лишёнными зрачков. Похоже, мясника изрубили на куски, а затем, весьма небрежно, сшили заново. Но как эта гниющая мёртвая тварь может двигаться? Мэйсон издал душераздирающий вопль ужаса, и, спустя мгновение, скрылся во тьме погреба.

***

      Старик Эрл, вместе со своим напарником Бертом, как всегда работали на лесопилке. Только теперь с большим упорством, чем обычно, поскольку, ввиду последних событий подготовка к грядущему празднику урожая проходила в крайне интенсивном режиме. Берт активно работал массивной бензопилой, а Эрл, несмотря на возраст, неплохо управлялся топором, по-старинке. Притомившись после тяжёлой работы, напарники решили немного передохнуть. Каким-то невероятным образом, Эрлу удавалось собрать все слухи и сплетни в деревне, и он всегда был в курсе последних новостей. И старик не упускал возможности всё это с кем-нибудь обсудить. Вот и сейчас, пока Берт раскуривал самокрутку, его старший товарищ завёл разговор о том, что ему удалось узнать за день. -Что-то совсем худо идут дела в последнее время, Берт. -Ты о той жути, что творилась ночью? -Да, ночь выдалась странной, но и днём было не лучше. Я слышал, члены Ордена, вместе с шерифом, вломились в дома всех пропавших, в том числе и в дом Барни — моего приятеля. Войти им всем удалось, но назад так и никто не вышел. Даже шериф. Парни из Ордена на взводе, дома оцепили, ещё и деревню патрулируют. -Раз они так зашевелились, значит всё очень серьёзно. Кстати, видел как сегодня этого городского докторишку куда-то тащили. Может быть он как-то с этим связан? -Нет. Просто он суёт свой нос куда не просят. Он знает слишком много, и собирался ехать в город, чтобы рассказать там обо всём. Нельзя допустить, чтобы в наши дела вмешивались извне. Праздник Урожая и так под угрозой срыва. Кстати, я слышал, что когда доктора привели к храму, тел, которые туда отнесли после вчерашнего, там не оказалось. -Как это может быть? -Чего не знаю, того не знаю. Но это очень дурной знак. Берт докуривал свою самокрутку, а это означало, что пора возвращаться к работе. Но перед этим, Эрл отошёл, чтобы справить естественную нужду. Старик полез подальше в кусты, а Берт, тем временем, завёл бензопилу и продолжил работу. Из-за рёва мотора, он не слышал, как вскрикнул Эрл, прежде чем мясницкий тесак рассёк его голову пополам и мёртвое тело скрылось в густой листве. Лишь заметив, что напарник долго не возвращается, Берт снова приостановил работу. -Эрл, с тобой там всё в порядке? -Мужчина двигался в том же направлении, куда отошёл его напарник. Ничего не было видно в густой листве. А, меж тем, солнце клонилось к закату. Насыщенный мрачными событиями день подходил к концу. Тучи развеялись, небо было абсолютно чистым. Дул лёгкий тёплый ветерок. Вечер был воистину приятным. Эрл всё не возвращался. И нигде ни единого следа. Но вдруг до Берта донеслось такое знакомое жужжание мотора… Может быть старик вернулся, и, пока никого нет, решил попробовать в деле старую добрую бензопилу? Но, вернувшись к лесопилке, Берт не обнаружил Эрла. Его встретил жуткого вида незнакомец, облачённый во всё чёрное. На его голове был медный грубо свинченный шлем с огромной зубастой пастью и чернотой под ним. В руках жуткий незнакомец сжимал работающую бензопилу. Не успел Берт опомниться, как с мощным рёвом хищные звенья вгрызлись глубоко в его плоть. Ошмётки мяса, внутренних органов и обильные брызги крови полетели во все стороны. Человек в чёрном извлёк пилу из тела Берта. Мужчина был тяжело ранен, но всё ещё жив. Скорее бессознательно, чем осмысленно, Берт тянул левую руку к лежащему не так далеко топору. Но снова взревел мотор и пила с лёгкостью отсекла руку от тела. В жуткой агонии Барни крючился на земле, истекая кровью. И снова взревел мотор. Пила вонзилась в уже нанесённую рану, расширяя её, после чего, убийца повёл пилу вверх, распиливая Берта надвое. Солнце село за горизонт. Тёмная фигура с бензопилой в руках растворилась в сумраке. Над погружавшимся в ночь Гримсайдом вновь сгущались чёрные тени.