Буря в тарелке рамёна

— Всё готово, мой господин, — раздалось со стороны дверей. Седовласый мужчина в черных одеждах стоял, наклонившись над постелью смертельно больного, чье испещренное морщинами лицо не выражало ровно никаких эмоций. Если бы не хриплое тяжелое дыхание, можно было бы подумать, что на одного счастливца, покинувшего этот гнилой городок, стало больше. — Я отомщу, друг мой. Она за это заплатит, — севшим голосом шептал Вайва, — они все за это заплатят! Пошатнувшись, мужчина поднялся на ноги и последовал за слугой. Всего несколько дней назад старик был полон сил и кривился в улыбке каждому посетителю. Яд был обнаружен слишком поздно, к счастью многочисленных наследников умирающего старца. Конец быстрый и неотвратимый. И это был не единичный случай. Морозный воздух обжигал легкие, порывы ветра кренили тонкие сосны, но даже погода не могла помешать предстоящему правосудию. Законы этой земли подразумевали делать с убийцами то же, что и с их убиенными в конечном итоге: предавать огню. Место, которое служило защитой от дикости очевидных, не могло спасти своих жителей от неминуемых конфликтов. Люди остаются людьми, и никакая сила, будь то сила огня или талант одаренного, не сможет заглушить их привычное естество, что бы какой-нибудь шибко умный представитель человеческой расы ни думал на этот счет. Пожалуй, самыми честными с собой и с окружающими были разноликие. Их неизменная, абсолютно взаимная ненависть ко всему живому была самым искренним чувством, которое мог испытать человек. Нескончаемая злоба, пожалуй, была совершенным источником силы. Их желание получить то, что им вовсе не принадлежит и принадлежать не будет — причина затяжных споров и многовековых распрей в кругах одаренных. Заклинатель ценой собственной жизни не допустит проникновение этой гнили в его город, но в мире, где правит сила, двуликие, может, и правда имеют право на эту бессмысленную борьбу?.. Самым страшным могло быть только то, что так думал не только Вайва. Когда они дошли до места казни, там уже собралось несколько десятков человек — близкие друзья и родственники погибших от рук этой ведьмы. Сама виновница с закрытыми глазами стояла на коленях в центре деревянной клетки и прижимала к груди свой Гримуар. На ней была только длинная белая рубашка. Распущенные взлохмаченные волосы закрывали часть лица, но несмотря на это, можно было заметить, что её брови были нахмурены, а губы что-то шептали. Вайва наклонился к уху одного их своих подопечных и спросил: — Почему книгу не забрали? — Я тоже не в восторге, но совет приказал сжечь преступницу вместе с ней. Я не ручаюсь, но поговаривают, что советник Яхви настоял. Якобы оставлять то, что сгубило столько народу — плевок на могилы погибшим. Последние слова я немного перефразировал, но суть примерно такая. Хотя, зная Яхви, вероятнее то, что среди жертв были его любовники, иначе почему же он… Дальше Вайва не слушал. Он был очень удивлен. Стоило ему пропустить последнее собрание старейшин, так они пошли наперекор здравому смыслу. Традиции, что народ пронес сквозь века, только благодаря которым они, может, еще и стояли на этой земле, были отодвинуты в сторону, как что-то не важное и потерявшее смысл… В этом поступке он не узнавал воли совета, не то что воли Тёмного Яхви. Однако вмешиваться сейчас он не стал, хоть это и было в его силах. Перечить уже принятому решению будет крайне недальновидно с его стороны. Ведьма, словно не замечая ничего, поднялась с колен и начала покачиваться из стороны в сторону. Глаза всё также были закрыты, а губы не останавливались ни на мгновение. — Гляньте, а вон и сам Яхви, — замерший, словно в дурмане, Вайва не сразу разобрал слов стоявшего рядом паренька. Мужчина повернул голову и столкнулся с потерянным взглядом старшего советника, тот сразу отвел голову и скрылся от чужих глаз за широкими плечами других людей огня. Тёмный, казалось, был сам не свой: сгорбленные плечи, взъерошенные рыжие волосы, круги под глазами — старый знакомый словно постарел на несколько лет. Вайва списал это на то, что Яхви потерял кого-то действительно близкого. К ним подошла низкорослая женщина и, получив в ответ кивок на свой немой вопрос, удалилась на своё место и уже оттуда начала говорить: — Иргит, известная как Безродная дочь этих земель, за содеянные преступления вы приговариваетесь к смертной казни путем сожжения без права на приют. Каковы ваши последние слова? — вот так, без какой-либо официальной части и происходила казнь в Гесаргельне. Смерть не любит ждать. В это время трое людей огня обступили клетку со всех сторон, готовые в любой момент исполнить приговор. Готовые непоколебимо превратить живое в пепел. Из толпы к ним присоединилась еще четверо их собратьев (среди них был и Яхви), что хоть и было не желательно, но законами не запрещалось. Да и встать на пути человеку огня в такой ситуации никто в здравом уме не решился бы. — Желаю присутствующим не закончить в пламени, ибо ab igne ignem, — смертница прильнула к прутьям своей клетки, клацнула зубами и широко улыбнулась. Она откровенно забавлялась непониманием зрителей. — Приступайте, — в пол голоса сказала женщина, озвучившая приговор. Вайве не раз приходилось бывать на казни очевидных. И не первый раз он присутствует на казни граждан своего города. Отличий было не много, разве что сейчас жители вели себя более сдержано. Всё закончилось быстро: яркое пламя семерых огней проглотило клетку целиком, и так же резко потухло, сожрав всё, что ему полагалось, не оставив и пепла — лишь выжженный клочок земли. — Вот это я понимаю, даже вскрикнуть не успела, — крикнул кто-то из толпы. Люди начали расходиться, вслед за ними ушли и дурные предчувствия Вайвы. Он мог спокойно возвращаться к своей скорби и обязательствам.

***

Яхви. Яхви, которого уважают. Яхви, которого боятся, хоть и не подают виду. Яхви, который совершил ошибку и погубил тысячи одаренных. Яхви, которому страшно. Мужчина сидел на каменном полу не в силах унять озноб. В попытке исправить свою оплошность, он сделал лишь хуже. «Мне снилась ночь светлая, как день. А тебе?» — слова ведьмы, которые всех погубят. Или уже погубили? Тогда, после допроса, он мог рассказать хоть кому-то из совета, они бы поняли. Они бы всё сразу поняли, но он не стал. Яхви оставалось только гадать, как она всё это провернула. Скрытое колдовство амулетов, о котором никто не был в курсе? А может это все было спланировано раньше, гораздо раньше… еще перед тем, как каждый уважаемый огненный (каких в этом городе была десятая часть) получил в знак благодарности от города артефакт неясной природы? Он не знал, и поделать ничего уже не мог. Ему оставалось только ждать и нервно откорябывать красноватый камушек, в аккурат разместившийся в центре амулета. Солнце уже близилось к закату, а за ним уходил и рассудок людей огня, поклявшихся еще на рассвете времён оберегать людские жизни, и не сдержавших собственного обещания.