Слабости.

"Это просто безумие", - растерянно подумал Куде, держа ладонь альфы в своей. Парень шел быстро, хоть Гараки и не был маленьким, но с массивным альфой чувствовал себя той самой слабой омежкой, которая едва успевает переставлять ноги, догоняя. Они ушли из клуба, и незнакомцу, кажется, стало легче. В свете фонарей было видно, что волосы у него совершенно дурацкого фиолетового оттенка, синяки под глазами были такие же темные, как руки Куде под перчатками, но все, что омега мог - глупо пялиться на альфу, жадно запоминая острую линию челюсти, поджатые губы, и, мать его, чернику, от которой Куде уже сам пьянел, как неопытный в алкоголе школьник. И теперь они, словно не два взрослых человека, почти бежали в ближайший парк, в котором в силу позднего времени уже никого не было, кроме потенциальных маньяков. Но Куде и сам сегодня вёл себя как маньяк. - Почему мы здесь? - омега пытался восстановить дыхание, когда они останавились возле старого, неработающего фонтана где-то на окраине. Альфа молчал. Брюнет скрестил руки на груди, находя такое свидание самым глупым в его жизни. Ни комната страха, ни больница, ни даже офис налоговой инспекции не удивляли так, как дряхлая скамейка и заросший кустарником пейзаж. Но в настроении его спутника было что-то такое, что вскоре прочувствовалось только в тишине. Они сели на край фонтана, и Куде слушал, как быстро бьется сердце альфы. И как гулко отзывается его собственное. - Я думал, что мы с тобой уединимся в каком-нибудь отеле, а ты чертов романтик-извращенец, притащил меня в кусты? - омега пытался отшучиваться, черника в воздухе обретала новые краски, пока непонятные ему, а еще откуда-то стала появляться мята, которая щекотала нос своей знакомостью. - Я пьян, и на мне токсичная метка, - голос, впервые прозвучавший за вечер, словно удар, оглушает Куде. Омега глубоко вдыхает, не понимая, что за странное волнение охватывает его. Парень молодец, догадался, что к чему на этой вечеринке. - хочу, чтобы мы познакомились, когда я буду трезв, и ты сможешь увидеть меня настоящего. Омега ошарашенно молчал, не зная, почему его бледные щеки так предательски краснеют. - Истинная сущность людей проявляется и в опьянении. - Тогда почему я хочу закутать тебя в свою куртку, и отвезти домой, чтобы ты остался там насовсем? - от таких слов Гараки даже дышать перестал, не веря тому, что слышит. Переведя взгляд на парня, он убедился в том, что тот совершенно не врет, даже не преукрашивает. Альфа смотрел долгим, тяжелым, и, почему-то, ранящим взглядом, от которого к горлу омеги подступил предательский комок. Почему он ведет себя так? - Я не чувствую тебя как Пару, не придумывай, - Куде внаглую соврал. Он чувствовал, это стало понятно с той самой секунды, как альфа начал говорить, с той секунды, как он зашел в клуб, с той секунды, как Куде почувствовал его запах в баре. Соврал, испугавшись, что сейчас его жизнь круто изменят, заберут куда-то, где он быть не готов. Гараки не домашняя омега, готовящая борщи. Он чудовище. - Лжец. Альфа взял его руку, и, не дав юноше вырваться, резко снял перчатку, являя им обоим грубую, неестественную кожу, обтягивающую длинные худые пальцы. Сердце омеги пропустило удар. Он ненавидел свои руки. До того мгновения, как сухие, обветренные губы касаются его запястья. Куде не дышит, не существует. Сосредотачивается на своих мурашках, резком вздохе и бабочках где-то в животе. Кожа на руках грубая и уродливая, но альфа целует его ладони так осторожно, словно Гараки - чертова Белоснежка, и эти эмоции для него слишком. На глаза наворачиваются слезы, которые заставляют альфу отпустить ладонь, и начать судорожно извиняться. - Прости, прости, я не хотел, чтобы ты чувствовал себя плохо, прости. Омега его не слышал, начиная задыхаться, и плакать сильнее. Его трясет, и обладатель самого желанного запаха осторожно кладет ладонь на его спину, позволяя опереться на себя. Не понимая, что происходит, Куде цепляется за чужую куртку, вдыхая чернику и захлебываясь в мольбе остаться.

***

Домой к альфе они ехали на такси. Куде честно пытался не плакать, но его все еще потряхивало от эмоций, к которым он не привык. Этот парень будил в нем что-то давно забытое, где-то на периферии сознания Куже слышал собственный голос из воспоминаний, детский смех, и от такого его мутило еще сильнее. Альфа же держал его руку, вновь облаченную в перчатку, так, словно Гараки сейчас убежит. Но омега почему-то не убегал, хотя такое поведение было бы естественным для него. Он не любил чувствовать, а тут его буквально заставляют ощущать себя живым и раненым. - Как тебя зовут? - едва слышно спросил брюнет, переводя взгляд с ночного города на своего спутника, с которым за все время даже не успел познакомиться. - Шинсо, - начал альфа. - Хитоши, - закончил омега, тут же удивленно распахивая глаза. Шинсо посмотрел на него не менее озадаченно. В голове у омеги кружился рой мыслей, шума, детского смеха, запаха черники и мяты, первый снег и чужое надгробие, перед которым он когда-то умер в первый раз. - Ты знал мое имя? - альфа глубоко вдохнул, и Куде сквозь пелену воспоминаний увидел, как расширились зрачки у Шинсо, и как он на мгновение перестал дышать. - почему ты пахнешь так? Кто ты? - Куде, - хрипло ответил омега, не понимая, что происходит. Вокруг так много мяты, водитель такси - омега? - Кажется, я пьян сильнее, чем думал. - Я, кажется, тоже. Дальше они едут в молчании, но теперь руку альфы сжали в ответ. Гараки не смотрел на него больше. Больно. Девятилетнее забытье сейчас раскрывалось, тяжело и мучительно, но почему-то переживать это с кем-то было проще. Доехав до какого-то неприметного двухэтажного дома, парни с облегчением покинули пропахшую ими обоими машину. Не отпуская друг друга, они поднялись на второй этаж, и первое, что бросилось в глаза брюнету - три кошки, выбежавшие на звук ключа. - Ты не говорил, что живешь не один, - с улыбкой сказал Злодей, садясь в своих дорогих брюках на пол, и давая любопытным созданиям обнюхать кожаные перчатки. Альфа пожал плечами, и пошел включать свет, но омега остановил его. - У меня не убрано, извини... - Мне все нравится, - перебил Куде, с интересом осматривая крошечную квартирку, в которой пахло не только черникой. Чужой запах еще не успел выветриться, но спрашивать о его хозяине не хотелось. Сразу вспомнился тот плакавший парень на улице, и Гараки мысленно порадовался, что их встреча произошла раньше встречи с Шинсо. Они молчали, заваривая ароматный чай в кружках, и не сводя друг с друга взгляда. Молчали, свесив ноги с балкона и смотря, как любопытная собака искала что-то на газоне. Молчали, когда Шинсо принес Куде одежду для сна, и осторожно касался пальцами нежной кожи шрамов. - Ты не герой, не так ли? Куде виновато поджал губы, натягивая огромную футболку. Шрамы сами говорят обо всем. Сейчас его объект помешанности скажет что-нибудь осуждающее, посоветует бросить, перейти на светлую сторону... Хитоши мягко утыкается носом в шею омеги, обнимая за талию и не говоря ни слова. Куде забывает, как нужно существовать, когда над ухом дышат так ровно, а чужие руки держат так бережно. Будто он не монстр, будто он нуждается в защите. - Почему ты ведешь себя так? Меня тошнит от мысли, что ты комфортишь каждую омегу, оказавшуюся у тебя дома, - омега робко кладет свои беспомощные руки на чужие родные плечи, не зная, зачем он повторяет мысль, в которую не хочет верить сам. - Не каждую. Я чувствую такое только во второй раз, - глухо отвечает Шинсо, не отпуская парня, и мягко целуя за проколотым ушком. Куде тихо ахает, сжимая свитер альфы. - Второй? Он ушел от тебя? Умный поступок, я бы убил его, не люблю конкурентов, - в нем все еще играет его язвительность и мнимая жестокость. Горячие губы оставляют невидимые следы на его шее, щеках, даже добрались до плеч, выпадающих из слишком большого выреза футболки. Куде утопает в чернике, настолько сладкой, что он чувствует ее вкус на языке и под кожей. Альфа хрипло смеется, поднимая Гараки, ойкнувшего, и обнявшего парня за плечи так крепко, будто правда боится высоты. Его уносят в темную спальню, где омега довольно падает на незаправленную постель, чувствуя бархатистую поверхность пледа. Шинсо ложится рядом, и смотрит долго, рассматривает так же, как его рассматривали в парке. Омега тянется к его лицу, проводя нечувствительными пальцами по скулам, вискам, сухим губам, которые легко целуют его руки, и неожиданно краснеет от этого. Альфа улыбается, и тянется к омеге со своими поцелуями, от которых Куде расплывается в нечто счастливое, подставляя щеки и губы, и обнимая Хитоши за шею. Все так правильно, что они лежат еще долгое время, незаметно засыпая и не отпуская ладони.

***

Наутро Куде проснулся раньше, сладко потянувшись, и впервые за долгое время чувствуя себя выспавшимся. Ни одна мышцы в теле не болела, голова была ясная, а настроение настолько чудное, что хотелось пойти и даже приготовить себе завтрак. Открыв глаза, он пару секунд смотрит на спящего альфу, чья рука преспокойно лежала на бедре омеги. Вскинув брови, Куде медленно выполз из, к сожалению, приятного плена, поднимаясь с постели и осматривая царивший вокруг бардак. М-да, похоже, он тоже не фанат уборки. Оставаться вместе им было нельзя, это понятно с того мгновения, как они вообще заговорили. Гараки быстро умывается в чужой ванной, замечая в шкафчике упаковки антидепрессантов, и одевается так бесшумно, как только может. - Тупое свидание, - со счастливой улыбкой шепчет омега, быстро целуя альфу в висок, и выскальзывая из квартиры, в которой провел самые странные и самые волшебные часы в своей жизни. Кроме своего отдохнувшего состояния его озаботил один факт, замеченный ещё в ванной. Организм Куде, конечно, и так был странным, вытворяя множество неестественных для здоровых людей вещей, но тут удивился даже он сам. В утреннем отражении всегда темные глаза вдруг стали дурацкого, почти салатового цвета. Не привыкший к таким фокусам Гараки даже решил, что и вправду что-то принял вчера, но по ощущениям он был в здравом уме и трезвой памяти. Стоило рассказать о странных реакциях Доку, Кенбо, да всем, кто хоть как-то разбирается в его теле и природе. Вчера его омежья половина подчинялась какому-то около офисному планктону, ведь портфель в спальне совершенно точно был набит бумагами, а рабочий стол был завален какими-то книгами, папками и тетрадями. Позавчерашний Куде без раздумий бы прикончил любого, кто посягает на его свободу. Сегодня он не хотел рассказывать о своей личной жизни никому. А ещё лучше - спрятать глаза за темными очками, чтобы никому и в голову не пришло, что Куде делал что-то не то. Одно дело - спать с кем-то, другое - молчать. Еще несколько дней брюнет вообще не выходил из квартиры, заказывая еду на дом, и проводя часы в интернете. "Истинные" "Как понять, что ты встретил Пару" "Случаи Истинных в Токио" Контекстная реклама уже светила всякого рода услугами по поиску соулмейтов, а его история поиска напоминала скриншот из дела о маньяке. Откинувшись на стуле, омега вымученно вздохнул, не понимая, зачем тратит на это свое время. Но сердце истерично кричало о том, что он - долбоеб, который даже номера своего альфы не взял. Этот романтик просто притащил к себе домой и уснул с ним. Единственное, что осталось у Куде - его футболка, в которой он случайно сбежал, торопясь до пробуждения Шинсо. "Шинсо Хитоши", - мысленно произнес Куде, дуя губы в задумчивости. Хм, а что, если... Загуглив имя, он наткнулся на странную статью и видео, снятое в духе спортивного репортажа. "Соулмейты на Турнире ЮЭЙ: Мидория Изуку и Шинсо Хитоши" Вспомнив, что альфа упоминал кого-то, к кому чувствовал схожее с их вчерашним, омега побледнел. Видео было снято почти десять лет назад, но Хитоши жил один. Что могло случиться, что Истинные порвали связь? Кликнув на статью, он быстро проглатывает вступление, описание Турнира, и доходит до части, в которой описывается инцидент. "На заключительном этапе Турнира между студентами первого года обучения произошло неожиданное событие. Ученик 1-А класса геройского факультета - Мидория Изуку, и ученик 1-С класса факультета общего образования - Шинсо Хитоши, обнаружили сбой в причудах, начав бой. Ни один из мальчиков не смог атаковать, а после срочного медицинского вмешательства было установлено, что они - соулмейты. Столь нежданное и, несомненно, счастливое событие было запечатлено на камеру нашего журналиста" Уже не дыша, Куде жмет на видео, закрывая лицо руками, и не зная, как реагировать. Шинсо там совсем юный, на вид - не больше шестнадцати, но смотрит Гараки уже не на него. Мальчишка с темно-зелеными кудрями и ярко выделяющимися веснушками на видео растерянный и напуганный, видно, что он не понимает происходящего в полной мере. Его глаза ярко-салатовые, а причуда идентична хорошо знакомой Гараки. - Нетнетнетнет, - судорожно шепчет омега, пролистывая все следующие статьи, - это невозможно. "Нападение на Юэй, ноябрь 2***" "Список жертв нападения и пропавших без вести, показатель за декабрь 2***" "Студент из Юэй потерял соулмейта во время нападения" Фотография Изуку с черной лентой, и абсолютно белый Шинсо на заставке статьи. Куде не чувствует своих слез, но чувствует, как в голове снова нарастает гул. Он слышит детские крики, звуки падения балок, чувствует, как холодные хлопья снега падают за шиворот куртки. И тот ровный, лишенный индвидуальности голос. "Я тут, чтобы помочь тебе с выбором" От страшного осознания его почти тошнит, и Гараки вскакивает, роняя стул и в ужасе понимая, что его накрывает снова. Упав на колени, он жмурится, пытается сдержать нарастающую истерику, и только чудом нащупывает на кровати чужую футболку, пахнущую черникой и мятой, и дарующую облегчение.

***

Кенбо чуть не уронил стакан с кофе, увидев через окно кофейни знакомое пальто и темные кудри. Гараки зол настолько, что парня плющит даже на расстоянии. Куде не альфа, чтобы так сильно давить своей аурой, но Кенбо рылся в этой сумасшедшей голове столько, что прекрасно знает, когда лучше бежать. - Ты! - почти прорычал брюнет, распахивая дверь заведения, и не сводя озлобленного взгляда зеленых глаз со старшего. Злодей испуганно икнул, и попытался ретироваться через черный вход, но бежать от Куде так же глупо, как идти в полицейский участок с повинной. Омега перепрыгивает через стол, и бежит за Кенбо на улицу, активируя причуду, и загоняя коллегу в тупик. - Чего ты так взбесился?! - срывающимся голосом крикнул парень, инстинктивно закрывая голову, когда брюнет всё-таки подходит. Куде дышал тяжело, и смотрел так, что, наверное, пойти в полицию было бы всё-таки безопасней. - Ты, - он ударяет в кирпичную стену за спиной Кенбо, от чего тот вздрагивает и прощается с жизнью. - Я знаю, что ты в курсе того, кем я был раньше. Как мне вернуть свои воспоминания?! Поняв, что убивать его пока не собираются, альфа опускает руки и недоуменно смотрит на как-то изменившегося омегу. Тот вдруг начал пахнуть мятой вместо своей горькой травы. Голубоволосый лукаво улыбнулся, смекнув, что к чему. - Оу, кто-то потревожил твою память? Даже не пытайся, ты не вспомнишь, кем был тогда. - Может, тогда ты мне с этим поможешь, м? Ты ведь любишь помогать мне, когда моя крыша едет? - Злодей хватает Кенбо за воротник, но тот уже не выражает ни капли страха. Знает, что его не убьют, пока не получат ответы. А ответы получить не получится. - Детка, я могу твою память изменить, но не восстановить. Теперь ты Куде - убийца, чудовище и очередной эксперимент Доктора. Живи с этим, - хватка ослабла, и Кенбо неприятно сполз по стенке, потирая ушибленный затылок. Пока Гараки сжимал кулаки в бессильной ярости, он поспешил сбежать из этого переулка, пока никто не передумал давать ему жить. Похоже, у Куде не остаётся других вариантов. Если воспоминания не идут к нему, он сам пойдет к воспоминаниям.