Записки маленького духа

Меня разбудил странный жужжащий звук где-то совсем-совсем близко к моему лицу. Я открыла глаза и тут же завизжала как резанная. Перед моими глазами в воздухе покачивалось нечто огромное какого-то неравномерного черного окраса и нестерпимо громко жужжало. - Ты чего орешь? – в дверном проеме появилась белая Наташкина голова. – Шмеля испугалась, что ли? Я отогнала назойливое насекомое и села. Действительно, глупо вышло, но я испугалась! Сердце до сих пор колотится. - Увидела бы ты такое перед лицом утром, посмотрела бы я на тебя, - буркнула я, потирая глаза. - Днем, - поправила меня Наташа. – Уже час. Хорошо я поспала, однако. - Ты собираешься куда-нибудь? – спросила подруга. - Ближе к пяти пойду коту антибиотики ставить, а сейчас не знаю, может дойду до станции. Погуляю, - отозвалась я, роясь в рюкзаке в поисках резинки для волос. Где-то она была… - Какому коту? - А, я не рассказывала. Вчера на улице девочку встретила, а у нее дома кот с язвой желудка, вот я его и лечу. - Не поняла, - наклонила голову чуть на бок Наташа. - У меня есть лекарства, уколы ставить умею, кот болен, почему бы не помочь? – я наконец отыскала резинку и перетянула ею волосы. - Ммм, - неопределенно промычала Наталья. – А не хочешь сходить в одно местечко, где можно неплохо развлечься? - Почему нет? А что за место? -Увидишь, - хитро прищурила глаза беловолосая и скрылась из моего поля зрения.

***

- Ну и куда мы все-таки идем? – недовольно спросила я. Мне уже надоело, если честно, идти непонятно куда, причем прямо по курсу была какая-то стройка, ну не туда же мы идем, в самом деле… - Пришли уже, не ной, сейчас увидишь! – весело улыбаясь и чуть ли не подпрыгивая от нетерпения сообщила Наташка, а я с подозрением глянула на нее. Стройка – это то самое крутое место? Серьезно? Подруга привела меня в самую дальнюю часть строящегося здания и торжествующе раскинула руки, показывая мне, что именно она имела ввиду под местом, где можно неплохо развлечься. Перед моими глазами предстала весьма интересная картина: над дырой в полу, где отсутствовала одна плита, был натянут брезент, прикрепленный тугими пружинами к крючкам в плитах. Метрах в пяти от этого импровизированного видимо батута, около стены стояла какая-то непонятная конструкция, похожая на гибрид двух железных горок, только скат был не таким крутым, а у подножия этого монстра лежали три перевернутых доски на колесиках, гордо именуемых скейтбордами. В противоположной стене зияло довольно большое отверстие – будущий балкон, а над ним свисала традиционная тарзанка, без которой не обходился ни один район ни одного города. В углу неподалеку стояли две скамейки, между ними импровизированный столик из дырявых шин и куска ДСП, обломанного с двух сторон. На столе стояла полулитровая стеклянная банка, полностью наполненная окурками. - Сюда приходят многие старшеклассники после уроков. В основном парни, конечно, но и девчонки иногда заглядывают. Ну, а чтобы сидеть было не скучно, какие-то умельцы смастерили батут, горку, с которой на скейтах катаются и тарзанку, - кажется, Наташа гордится такими находчивыми подростками своего города. - И много людей тут голову свернуло? – язвительно поинтересовалась я. Не внушали мне доверия эти «аттракционы». Не говоря ни слова, моя ненормальная подруга разбежалась, прыгнула, перевернулась в воздухе и прямо спиной упала на батут в опасной близости от края, расхохоталась, вскочила на ноги и принялась прыгать. - Да не бойся ты, мы не первые тут. Все проверено уже столькими людьми! И не было ни одного несчастного случая! – уверяла меня Наташа, продолжая скакать. Я все еще сомневалась, но была не была…

***

Мы действительно неплохо провели время, на этих, с позволения сказать, «аттракционах». Но с горки на скейте я все-таки скатываться не стала. У меня может и 9 жизней, как принято считать, но тратить хоть одну из них на такую глупость я не намерена. Через полчаса или, может быть, час, на стройку пришли четверо парней, Наташка познакомила меня с ними, мы немного пообщались, после чего подруга увела меня оттуда. - Хочу познакомить тебя еще кое с кем, - задумчиво протянула Наташа, когда мы проходили с ней мимо столовой. – Идем, как раз скоро кончится смена. Ну, что ж. Мы взяли себе перекусить и уселись за самый дальний столик, после чего Наталья ненадолго отлучилась. Я лениво пережевывала котлету и разглядывала люстру, когда подруга, наконец, вернулась. С ней была еще одна девушка. - Знакомься, это Лидия. Лидия, это Варна, - провозгласила белоголовая, указывая на меня рукой, будто так было не понятно, кто здесь Варна. - Очень приятно, - милейше улыбнулась Лидия и чуть склонила голову. Очень симпатичная, с непропорционально длинным носом, однако это ее ничуть не портило, ее нос как-то гармонично вписывался во внешний облик, создавая некий свой шарм. Короткие черные, словно уголь, волосы аккуратно обрамляли круглое личико, подчеркивая глубокий темно-зеленый цвет раскосых и немного узковатых глаз. Такой цвет имеет хвоя сосны. Никогда бы не подумала, что у людей бывают такие оттенки глаз. - Взаимно, - в ответ улыбнулась я и девушки сели за стол. После обеда мы пригласили Лидию погулять с нами, но она отказалась, ссылаясь на усталость, и позвала нас к себе на чай. Мы не отказались. - Расскажи о себе, - попросила Лидия, разливая чай по красивым белым фарфоровым чашкам. Жила девушка с родителями в довольно просторной трехкомнатной квартире. Ее папа какая-то важная личность в Горисполкоме, поэтому семья Лидии могла себе позволить такую большую квартиру, машину и многие дефицитные продукты. - Я из Дитяток. Жила там с самого рождения, родители мои умерли, когда мне было всего 3 годика, но я не знаю почему - никто не рассказывал. Жила я со своим дедом, который терпеть меня не мог, иногда бил, постоянно унижал и оскорблял. А однажды, он ударил меня так сильно, что я упала и задела рукой край стола, да так сильно, что кожа порвалась. Вот, даже шрам остался, - я вывернула руку и продемонстрировала шрам на предплечье чуть пониже локтя. – Не самое, в общем, приятное для меня время было. А потом он умер и я, решив, что в моей деревне мне ловить нечего, переехала сюда, где нашла приют у бабушки Наташи. Теперь хочу найти работу по душе и начать копить на собственное жилье. Я так лихо, но кое-где нескладно, врала, что поразилась Наташкиной выдержке. Когда я ей рассказала свою историю в первый раз, она в голос рассмеялась и сказала, что я могла бы придумать что-то и поумнее. Я решила на нее не обижаться. А сейчас подруга сидит, пьет чай и на ее лице отражается вселенская скорбь. Лучше бы я не смотрела на нее – мне самой стало смешно и я, еле сдерживая смех, улыбнулась. Лидия это заметила: - Ужасное детство. Но это хорошо, что ты не закрылась в себе и сейчас смотришь на эту ситуацию с оптимизмом, - нравоучительно произнесла она. Мне эта девушка нравилась все больше и больше. Умеет слушать, не лезет в душу и делает вид, что не замечает твои косяки. Прекрасный человек, надеюсь, что мы подружимся. - Твоя очередь, - сказала я, отправляя в рот очередную печененку. - Я родилась в богатой семье. Отучилась в школе, а затем в академии в Москве, но не захотела оставаться там и вернулась домой. Работаю у нас в столовой и иногда помогаю в местной больнице, когда это требуется. - А еще она обожает разводить и выращивать комнатные цветы, - встряла Наташка. - Это правда, - улыбнулась Лидия. – Очень люблю цветы. Если хочешь, могу показать мою комнату. Я кивнула. Комната Лидии была большой и очень светлой. Правда, мебели тут было немного – всего лишь кровать, тумба, шкаф, двухместный диванчик и стол со стулом. Зато все оставшееся место занимали цветы. Маленькие, большие, цветущие, не имеющие соцветий, свисающие, в виде деревьев, какие-то кустарники. Горшки стояли на полу, на двух- и трехъярусных подставках, висели на стенах, стояли на краях стола, на тумбе. Чего здесь только не было, ее комната из-за такого количества зелени напоминала уголок джунглей. Это, несомненно, было очень красиво. - Нравится? – спросила Лидия, видя мое восхищенное лицо. Я лишь покивала. – Смотри, это моя гордость. У моей классной руководительницы в кабинете стояло умирающее растение. Все листья уже засохли, некоторые отпали, даже стебель почти весь засох и только самый низ был еще живой. Я спросила разрешения забрать его, она разрешила, сказала, что он все равно на выброс. Но я его выходила. Пересадила в новый горшок, удобряла, поливала, и из малюсенького стебелька вырос этот красавец. Она указала на большой, похожий на куст, цветок, стоявший в кадке на полу. Цветов на нем не было, только вытянутые продолговатые листья в желтую крапинку. Будто его кто-то желтой краской обрызгал. Интересное растение. - Он называется Аукуба, или Золотое Дерево, - поведала Лидия. - Красивое растение, ты большая молодец, - похвалила я ее, разглядывая цветок. Что-то в нем мне определенно нравилось.

***

- Лена? – позвала я маленькую девочку с косичками в белом ситцевом платьице. – Лена! После того, как мы с Наташей напились чаю у Лидии и пошли дальше бродить по городу уже вдвоем, она предложила зайти в школу, так как она хотела поздороваться со своими учителями, но я отказалась, ссылаясь на то, что в таких заведениях всегда очень шумно, а я не переношу громкий шум. Проводив Наташу до школы, я отправилась бесцельно бродить по окрестностям. Но не успела выйти со школьного двора, как увидела идущую впереди девчушку Лену, ту самую, у которой больной кот. - Варна! Привет! – малышка кинулась ко мне и обняла. – А Ваське лучше стало! Он даже покушал сегодня утром! Девочка так громко верещала, что у меня зазвенело в левом ухе. - Я очень рада, но не кричи так громко, а то на нас уже люди смотрят, - усмехнулась я. - Идем, посмотришь на него, - позвала Лена, взяла меня за руку и потянула за собой. - Хорошо, расскажи мне, как он? - Вчера уже почти ночью он встал и пришел на кухню. Только шел так медленно-медленно. Подошел к своей миске с водой и всю-всю ее выпил, представляешь?! Я покивала. Обычное поведение кота с запущенной язвой. Организм обезвожен и животное чувствует постоянную жажду. Поставь перед ним ведро, он и его выпьет. Нужно будет поставить ему еще один препарат, иначе кот, потребляя такое количество воды, может сделать еще хуже. - Мама после этого перенесла его миски в комнату, - продолжала Лена, - чтобы он не сильно напрягался хождением до еды и воды. - Правильно сделала, - одобрила я. – А что он кушал? - Кашу. Мама утром варила и Ваське ложечку положила. Он все съел. Это ведь хорошо? - Конечно хорошо, это значит, что боль в желудке утихла и он уже может переваривать пищу, - улыбнулась я. – Васька пошел на поправку. - Да, - радостно покивала девочка.

***

Как только мы с Леной вошли в ее квартиру, из-за двери зала высунулась серая голова кота. - Мрр, - коротко мыркнул он в знак приветствия, и, выйдя из комнаты, уселся, обернув лапы хвостом. Шерсть Васьки была сильно взлохмочена и торчала во все стороны – кот пока не имеет сил ухаживать за собой, - но в глазах уже появился маленький огонек жизни, что, несомненно, очень хорошо. - Привет, котик, вижу тебе стало получше? – ласково проворковала я, присаживаясь перед котом и протягивая к нему руку. – Разрешишь тебя погладить? Кот поднялся на лапы, и, сделав шаг, боднул мою ладонь головой, давая согласие. Потрепав животное за ушками я «просканировала» его состояние. Боль в желудке прошла, но остался некий дискомфорт, доставляемый язвочками на слизистой, и эта всепоглощающая жажда. А в целом Васька и правда чувствует себя намного лучше, чем вчера. - Что ж, думаю уже можно поставить тебе сегодняшнюю дозу лекарств, нужно будет потерпеть, уж извини, других способов поскорее тебя вылечить нет, согласен? Кот махнул хвостом и, развернувшись, побрел к дивану. Видно, что передвижения даются ему пока тяжело – любое неосторожное движение отдается тупой болью в животе, но это должно скоро пройти, как только язвочки начнут подживать. Вскарабкавшись на диван, Васька лег, повернул ко мне голову и доверительно прикрыл глаза, разрешая делать инъекции. Покончив с уколами, я погладила кота по голове, а он шумно вздохнул и, положив голову на лапы, закрыл глаза. Решив более не беспокоить бедное животное, я вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. - Варна! – позвала меня из другой Лена. – Ты мне не поможешь? - С чем? – поинтересовалась я, подходя к девочке, сидевшей за столом в окружении нескольких открытых учебников и тетрадей. - Я не понимаю математику, - ребенок поднял на меня умоляющие глаза. Ну как тут откажешь?..

***

Спустя примерно час, а может полтора, вернулась мама Лены. К тому времени мы с девочкой успели сделать ее уроки, немного порисовать и как раз уселись пить чай, к чему и позвали Елизавету Владимировну. Я поделилась с ней своими наблюдениями касательно кота и наказала не давать слишком много воды, объяснив это проблемами с почками. Женщина внимательно слушала, иногда задавала уточняющие вопросы, после чего мы мило поболтали о всякой ерунде, и я засобиралась домой. Попрощавшись с Леной и Елизаветой Владимировной, я вышла в подъезд и почувствовала отчетливый запах дождя, хотя на улице не было ни облачка. Странно то, что запах дождя при его отсутствии я чувствую, когда приближается какая-то неприятность или даже опасность. Поёжившись, я вышла из подъезда и двинулась в сторону своего дома. Однако, я пошла не по обычному, короткому, пути, а что-то потянуло меня на длинный полукруг по всему городу. Меня не покидала мысль о неприятностях, которые должны случиться, но я все равно шла по длинному пути. Вечерело. Солнце медленно опускалось за горизонт, и в воздухе уже витала вечерняя прохлада. На улице стояла тишина, нарушаемая лишь игрой ветра в кронах деревьев и криками изредка пролетающих птиц. Всех детей загнали домой пришедшие с работы родители. Меня не особо интересовало, который сейчас час, я просто шла и наслаждалась прекрасным вечером совершенно ни о чем не думая. Вдруг где-то вдалеке залаяла собака, я вздрогнула и посмотрела в сторону, откуда доносился лай, и увидела я далеко не беснующуюся собаку. Рядом с девятиэтажкой, во дворе которой я сейчас находилась, на парковке стояла темно-зеленая машина, а в ней копались трое подростков. Большого ума не нужно было, чтобы понять, что эти мальчишки вскрыли чью-то машину и ищут в ней что-нибудь ценное. Вероятно, это беспризорники или просто хулиганы, но как бы то ни было, факт остается фактом – они вскрыли чужую машину. Сама не понимая зачем, я налетела на них с криками. Парни сначала испугались, но быстро пришли в себя и один из них, стоявший ближе всего ко мне, бесцеремонно оттолкнул меня и буркнул что-то вроде: «Не мешай, малявка». Это мне совершенно не понравилось. Я рывком развернула к себе наглеца, благо он был тощим, и только хотела было сказать ему все, что думаю, как из-за спины парня раздалось паническое: «Шухер!» и хулиганы, побросав добычу, ринулись прочь. Пробегая мимо меня, один из парней сунул мне что-то в руки и зло бросил: «Добилась своего, истеричка?». Я, ничего не понимая, смотрела ему вслед до тех пор, пока меня не схватили за плечо и развернули на 180 градусов. Передо мной стоял разъяренный молодой человек с пшеничного цвета волосами, тот самый, которого Валентина Михайловна именовала Сергеем. Мне резко поплохело. Мой мозг будто отключился, не позволяя мне сообразить, что неплохо было бы и сбежать отсюда. - Ты… - видимо он тоже меня узнал. – Так вот за кем ты следила! - О чем вы? Ни за кем я не следила! – возразила я. Ох, лучше бы я молчала. Сергей еще больше рассвирепел, мне даже показалось, что он вот-вот меня ударит. Но он взял себя в руки и, зло глядя мне в глаза, проговорил: - А что ты здесь делала в таком случае? - Эту машину пытались обокрасть! Я лишь отгоняла хулиганов, вы, что, не видели убегающих мальчишек? – Я обернулась вслед воришкам, но их, конечно, уже и след простыл. - Ну конечно, а этих самых хулиганов ты заметила, оказавшись тут совершенно случайно? – сквозь зубы прошипел он. - Да! – воскликнула я, ведь это было чистой правдой. Лицо Сергея внезапно стало спокойным, мне даже показалось, что он сейчас рассмеется. А мой мозг, видимо, все-таки решил начать работать и я только сейчас начала догонять, что происходит. Глянув на свои руки, все еще машинально сжимавшие то, что дал мне убегающий хулиган, это оказалась магнитола из машины. Ну конечно. Естественно со стороны это выглядело так, будто я с теми воришками заодно. И, судя по всему, Сергей посчитал меня наивной тупой дурочкой, которую взяли в качестве отвлекающего маневра. Понятное дело он мне не верит, я бы тоже не поверила. - В общем, что хотите думайте, но я здесь не при чем. И просто оказалась в ненужном месте, в ненужное время. Я даже не знаю, чья это машина! - Я вновь подняла глаза на парня, сунула ему в руки магнитолу и уже собиралась уйти, но меня грубо дернули за руку, вынуждая остаться на месте. - Моя машина, - в руках Сергея из ниоткуда появились наручники и в мгновение ока защелкнулись на моих запястьях. Внутри меня все похолодело. Это был первый раз, когда я так глупо подставилась. Вот уж воистину неудачное стечение обстоятельств… - Садись в машину, - коротко приказал Сергей и, открыв заднюю дверь автомобиля, «помог» мне сесть, буквально впихнув меня в салон. Сам же занял водительское сидение, завел двигатель и выехал со стоянки. На сколько мне известны процедуры задержания – сейчас Сергей привезет меня в полицию, там меня обыщут, заберут все и запрут в камере до допроса, а он, скорее всего, будет завтра, потому что сейчас уже поздно и никому не охота будет возиться со мной во внерабочее время, да и нет уже там никого, кроме дежурного. Поняв, что у меня заберут все, в том числе и манипулятор, без которого я не смогу понимать, о чем со мной говорят, я начала лихорадочно придумывать, как его спрятать так, чтобы при обыске не нашли. Вариантов было не так уж и много, поэтому я, максимально бесшумно и, стараясь делать все без резких движений, чтобы не заметил Сергей, расстегнула крышку на манипуляторе, вынула его из кожаного чехла и засунула в кроссовок. Мне повезло, что парень усадил меня на заднее сидение и был очень увлечен дорогой, поэтому мне без проблем удалось спрятать устройство. Оставалось только надеяться, что меня не заставят снимать обувь. Была не была.

***

Сергей привез меня не в полицию, как я предполагала, а в управление КГБ. Нехорошо. - Обыскать ее и в камеру, - приказал Сергей дежурному и, показывая, что разговор окончен, развернулся и зашагал прочь. Я посмотрела ему вслед. Даже по его походке было понятно, что он в ярости, однако он блестяще держал себя в руках. Меня толкнули в спину, принуждая идти вперед, и мне ничего не оставалось, как повиноваться. Мужчина привел меня в какой-то кабинет и начал обыск. Забрал мой рюкзак, похлопал по всем карманам, снял с моей руки чехол от манипулятора, тут я напряглась, ожидая требования снять обувь. Но, на мое удивление, ее не последовало. То ли дежурный не хотел особо заморачиваться, то ли просто не посчитал нужным, но, так или иначе, манипулятор остался при мне. Я выдохнула с облегчением. После обыска и изъятия моих вещей, появился еще какой-то мужчина и уже он отвел меня в камеру, где снял, наконец, наручники, и вышел за дверь, заперев ее на два оборота ключа. Я осталась одна. Почему-то страха не было. Не было вообще никаких чувств. Казалось, будто все происходит не со мной. - Так, ладно, в любом случае я смогу отсюда сбежать, воспользовавшись манипулятором, - прошептала я себе под нос. Но мне не хотелось пока что уходить из этого времени. А при этом варианте, мне придется уйти, потому что в прошлое я не могу вернуться – встречусь сама с собой, чем создам временной парадокс. В будущее тоже – получится так, что я, будучи в камере, где даже маленькое окошечко под потолком, в которое нужно сильно постараться, чтобы вылезть человеку, забрано решеткой, внезапно оказываюсь на свободе. Это породит миллионы вопросов. Как я вылезла? Может меня отпустил дежурный? Если так, то неповинному ни в чем человеку грозит беда. Да и вообще меня начнут преследовать, ведь я сбежала из под стражи, тогда не смогу вернуться к Наташке и Валентине Михайловне. Кстати о них, волнуются наверно… Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. За своими размышлениями я ходила кругами по камере и изучала свое временное пристанище. При детальном рассмотрении решеток и двери, я пришла к выводу, что советские строители делали все на совесть. Ни одного изъяна. Нет возможности даже погнуть решетку или как-то вскрыть замок (вскрывать замки я умею, но изнутри камеры просто напросто отсутствует замочная скважина, не то, что закрыта листом железа - ее просто нет). Некоторое время я безрезультатно пыталась открыть дверь, и дергала за ручку и просто долбила в нее от нечего делать, потом, устав от бесполезных телодвижений, села на нары. Подумала, что было бы неплохо замаскировать манипулятор под что-то из этого времени, иначе его рано или поздно найдут. Но беда была в том, что я не помню, как его маскировать. В 51 веке, в Англии, откуда я и взяла это устройство, у меня есть знакомый, который хорошо в них разбирается. Он то и объяснял принцип работы манипулятора, еще до того, как я его стащила. Главная цель устройства – перемещение во времени и пространстве в точно заданные координаты. Дополнительные функции – это текущие дата и время, показываемые на дисплее, встроенный переводчик с абсолютно любого языка и маскировка под любой предмет того времени, в котором находишься. Но при производстве, мог происходить какой-либо сбой, который при тестировании выявлялся и такой манипулятор браковали и отправляли в цех по разборке, где их разбирали и детали шли на новые манипуляторы. При цехе находился склад, где и лежали бракованные манипуляторы, в ожидании разборки. Именно с такого склада я и взяла свой манипулятор. Испробовав все функции, выявила, что у него проблемы с точностью. Конкретные такие проблемы. Погрешность составляла от 1 км до 50 км. А в остальном работал хорошо. Припомнив, что мне говорил мой приятель, я потыкала в кнопки на манипуляторе, и, на удивление, все получилось – устройство превратилось в заколку для волос с небольшим листочком в качестве украшения. Мда. Я повертела вещицу в руках и заметила, что листочек, будто плохо прикреплен к самой заколке. Любопытство взяло верх и я подцепила листочек пальцем. С трудом, но он сдвинулся и заколка вновь превратилась в манипулятор. - Интересная система, - пробормотала я себе под нос и вновь нажала на нужные кнопки. Устройство снова превратилось в заколку с листочком. Что ж, я надеялась, конечно, что будет что-то другое, но делать нечего, пришлось заколоть ею волосы сбоку, якобы так и должно быть. На улице уже было темно, в траве стрекотали сверчки, птицы давно перестали заливаться трелями, и вокруг стояла тишина. Я прислушалась, но кроме негромкого стрекотания ничего больше не было слышно. Что на улице, что в здании было тихо. Делать мне больше особо было нечего, и я улеглась на нары, готовясь заснуть. Я больше не пыталась найти выход. Дело в том, что мне стало интересно, что будет дальше.