Синий волк

— Как вы вообще тут выживаете? — тяжело вздохнул Джеймс; на губах его виднелась лёгкая улыбка, отражающая не столько радость, сколько разочарование. — Ты о чём? — Эмма отвела взгляд от монитора и внимательно осмотрела Джеймса. Ему явно не нравилось пребывать в Нью-Йорке дольше, чем того требовали обстоятельства, и девушка искренне не понимала, почему он до сих пор не уехал. — Об этом вашем городе, — с намеренно преувеличенной эмоциональностью отозвался агент и удобнее устроился на надувном матрасе. Эмма держала его у себя в шкафу на случай внезапных гостей, хотя до приезда Джеймса планировала его выбросить. — А что с ним не так? — усмехнулась девушка и вернулась к изучению потоков информации на мониторе. — Вся эта реклама, например, — Джеймс уставился в натяжной потолок. — У вас вывески на каждом шагу, хотя люди к ним привыкли ещё, кажется, до нашей эры. И куча грязи на улицах, уборочные машины плохо справляются с нью-йоркским мусором. Не говоря уже о преступности... — Странно от тебя слышать разочарование из-за существования где-то преступников, — безразлично заметила Эмма. — Так ты скоро уедешь? Просто есть тут одно дельце, твоя помощь не помешала бы. — Я не знаю, — признался Джеймс. — Тогда мне нужно будет обсудить это с начальством и, возможно, найти дельце в Нью-Йорке. В принципе, такое возможно, но... Я ужасно соскучился по Алану. Эмма не слишком много знала о муже Джеймса. Её всегда удивляло, как такой свободолюбивый парень мог по своей воле согласиться на брак. Это же такая ответственность! Особенно с его работой, где на каждом задании можно покалечиться или даже умереть. Впрочем, ему это не мешало чувствовать себя счастливым и уделять Алану достаточно времени, чтобы тот не собрал вещи и не ушёл со скандалом. Джеймс тем временем растворялся в собственных мыслях. Ему пока не так хотелось уезжать обратно, но город начинал давить на него. В Лондоне было свободнее, хотя он тоже нехило разросся. Больше парков, дома пониже, люди добрее... Или они просто тщательнее скрывали свои намерения. Хотя в нём говорила скорее тоска по Алану, нежели реальное недовольство Нью-Йорком. Всё, что отличалось здесь от Лондона, казалось ему диким и совсем неродным, далёким. Без Алана он нашёл бы к чему придраться и в Париже с его вычурной башней, которую пора было снести ещё в девятнадцатом веке; и в Риме со старыми развалинами на каждом шагу; и в Москве со слишком красным Кремлём. — Джеймс, — шепнула Эмма еле слышно, будто самой себе, а не ему, полусонному и рассеянному. — Да? — всё же услышал он и повернулся в сторону девушки. Она уже выключила компьютер и села на тёплом от подогрева полу, прислонившись спиной к кровати. — Мне почему-то кажется, что скоро придётся заняться одним очень большим делом, — загадочно произнесла Эмма. — Знаешь, у меня нет абсолютно никаких доказательств — может, это вообще паранойя, — но в Нью-Йорке назревает что-то нехорошее. Преступников стало больше, и они стали опаснее. Я... Я просто хочу, чтобы ты остался ещё ненадолго, пока я в этом не разберусь или пока моя паранойя не пройдёт. Просто нужно кое-что проверить и... — Я подумаю об этом, — перебил её Джеймс, пока Эмма не впала в состояние сильного беспокойства. — Но, если я здесь останусь, тебе придётся найти матрас побольше. Не могу же я надолго оставлять Алана в другом городе. *** Авива намеревалась крепко вцепиться в «Росток», чтобы получить необходимую информацию. В принципе, подумал Мартин, за это время она могла успеть хакнуть личный компьютер Пейсли и найти там нужные документы, но её такой расклад вряд ли устроит хотя бы из-за того, что это нарушает закон. Не сказать, что Авива в полной мере была законопослушной, но в лишний раз старалась не рисковать. Вряд ли Крис и Мартин продолжили бы участвовать в её безумном плане, который на каждом своём этапе трещал по швам, если бы Хэнк не согласился сотрудничать. Он не мог поверить, что в «Ростке» так много потенциальных преступников, и был готов приложить все усилия, чтобы очистить от них организацию. Интересно, останется ли в итоге кто-то, кроме него? Мартин не мог взять в толк, почему члены «Ростка» после взрыва завода так быстро разошлись. Возможно, они ожидали чего-то подобного? Но тогда и Хэнк знал бы. Укрыться от полиции? Так они всё равно занялись допросом всех, кто там был, включая братьев Кратт. Чем больше Мартин думал об этом, тем сильнее у него вырабатывалось недоверие к этой странной организации. Они порочили честь защитников природы, даже митинг нормально не смогли провести! А после взрыва просто отправились по домам, словно так и должно было случиться. Хэнк предложил встретиться в Центральном парке. Мартин решил, что с него пока хватит, и отправил Криса одного. Тот не особо возражал, понимая, что брату нужен отдых от ужасно утомительного дела. Кажется, Мартин принимал происходящее очень близко к сердцу, но его эмоциональность даже нравилась Крису. Он старался никогда не ограничивать брата в проявлениях своих чувств. Впрочем, раньше они были проще, как и сам Мартин. Всегда навеселе, смотрит на всё совершенно жизнерадостно, словно в мире не случалось ничего плохого. Так и не было понятно до конца, в какой момент всё изменилось. Когда он стал серьёзнее смотреть на всё, что его окружает, и на себя самого? Целых двадцать лет ничего не мешало ему игнорировать значительную часть жестокости мира, но, кажется, злодеи-браконьеры доконали его. А сейчас Нью-Йорк с просто невероятным уровнем преступности подтверждал и усиливал разочарование. Самое главное, что оно не распространялось на его друзей и на Криса, на их отношения. Хэнк несколько задержался и выглядел так, будто совсем не спал. Некогда аккуратно уложенные волосы были растрёпаны, глаза бегали, а тёмно-зелёная рубашка помялась. Он подошёл к скамейке, на которой устроился Крис, и неуверенно протянул ему слегка дрожащую руку. — Ты в порядке? — спросил Крис, поднявшись и ответив на рукопожатие. — Спасибо, что беспокоишься, — едко отозвался Хэнк и медленно двинулся по одной из дорожек парка. — Я всю ночь не спал и пытался придумать, как нам вычислить оставшихся террористов. — Конечно, но, если хочешь, чтобы мы тебе помогли, у нас есть свои планы, — отрезал Крис. — Что, даже у вас?.. — обречённо вздохнул Хэнк. — Я думал, что хотя бы вы порядочные люди. — Порядочные, — кивнул Крис. — И у нас в прошлом были проблемы с Пейсли Павер... — Мисс Павер, — повторил он. — Да-да, продолжай. — Нам нужно точно убедиться, что она больше не покушается на природу, как делала это раньше, — Крис старался произнести эти слова как можно убедительнее. Хэнк не стал задавать лишних вопросов. Он уже понял, к чему ведёт Крис, но, кажется, и правда был рассеян, раз его ничего в объяснениях парня не смутило. Странно было видеть его таким раздавленным. — У нас есть некоторые подписанные договора с ней, — Хэнк на некоторое время засмотрелся на белку, удобно устроившуюся на одной из многочисленных веток дерева. — Но в этих документах нет ничего интересного. У мисс Павер хорошие юристы, так что тебе придётся или допросить уже пойманных террористов, — это слово он процедил сквозь зубы, — или помочь найти оставшихся. Кстати, а с чего вы решили, что мисс Павер вообще причастна к взрыву? — Ну, это довольно сложно, — улыбнулся Крис и отвёл взгляд. — В любом случае это надо проверить и понять, в чём дело. *** Как обычно, Авива слышала весь разговор благодаря звероподу. Хэнк показался ей то ли рассеянным, то ли глупым, то ли и то, и другое. На его месте она задала бы множество уточняющих вопросов и вынудила бы Криса рассказать весь её план от и до, но, кажется, ему просто было не до этого. Изобретательницу радовало, что был хоть кто-то, кто действительно беспокоился за деятельность природозащитной организации и находился там не только для получения социальных гарантий. — Прости, что отправил тебя одного, — мягко улыбнувшись, произнёс Мартин и прикусил мочку уха Криса. — Наконец-то мы наедине. — Не делай так больше, — выдохнул он и покраснел. — В смысле — не кусать тебя? — удивился Мартин и слегка отстранился. — Тебе же всегда это нравилось... — Ты такой милый, когда растерян, — Крис обнял брата за шею и нежно поцеловал его. — Я имею в виду другое. Мы с тобой должны вместе заниматься такими делами. — Ну да... — Мартин на секунду притих, а затем широко улыбнулся и повалил Криса на кровать. — Возможно, мне удастся загладить вину? Крис прикрыл глаза и откинул голову. Мартин поднял его футболку, оголяя торс брата, и провёл носом вдоль живота и груди. Немного подождав, он обнял его талию обеими руками и оставил несколько поцелуев там, где делал это чаще всего. Ему безумно нравилась подкачанная грудь Криса — не такая крепкая, как у него самого, но очень красивая, ровная. Мартин любил обхватывать губами кубики пресса брата, словно считая их таким образом. Крис всегда отвечал на его ласки тихими стонами и просьбами продолжать, пока его тело слегка напрягалось от каждого прикосновения. Увы, на этот раз продолжить не вышло: кто-то из ребят начал негромко, но упорно стучать в дверь. Скорее всего, это была Коки. Она старалась уважать личное пространство братьев — наверняка думала, что они занимаются чем-то непристойным, и была права. Хотя у неё в любом случае не получилось бы открыть дверь без голосовой команды одного из Краттов. — Мы идём! — раздражённо крикнул Мартин, и стук прекратился. — Хорошо, что не успели раздеться, — улыбнулся Крис и поправил футболку. Уже через минуту братья стояли на выходе из комнаты, и Коки осматривала их так, будто что-то заподозрила. — Ребят, вы бы хоть причесались... — задумчиво произнесла она. — Ладно, сейчас не до этого. Авива будет чертовски злиться, но... Я взломала компьютер одного из пойманных террористов и обнаружила там следующую цель для атаки.