И в конце мы все утонем

Антон осёкся и робко поднял глаза на друга: — Арс. — Да? — Если хочешь, — парень ещё немного сомневался в своей идее, — я могу остаться с тобой. — Не боишься? Я же… — Так, давай без этой хуйни, а? — перебил тот. Попову стало даже как-то легче на душе, что Шаст не хотел оставлять его одного. Без всяких посторонних мыслей. Парни вышли из автомобиля и направились в квартиру. По пути всё как-то неприятно раздражало, как белый шум, ужасно давящий на сознание и заставляющий тебя невольно содрогаться и ёжиться. Они и сами не понимали, почему. Хотя, нервы, что сказать. Открыв дверь, Арсений жестом пригласил друга зайти и быстрым шагом направился в ванну, кидая по пути на стул пиджак. Антон прошёл внутрь квартиры и сел на диван. Было уютно, как и в прошлый раз, когда они сидели почти до самого утра. Но этот уют сейчас перебивал какой-то витающий в воздухе негатив. «Даже не знаю, что ему сказать?» — думал Антон, нервно перебирая браслеты на руках. Брюнет подошёл к зеркалу в ванной и потрепал себя за волосы. Глаза были уставшие, красные и слезящиеся, будто он не спал несколько дней, а может и неделю, хотя на самом деле всё гораздо хуже, именно так сейчас ощущал это Арс. Ну вот зачем Игорь так поступил? Зачем он издевательски хамил? Зачем вообще полез? Глупо, очень глупо пытаться насолить человеку, который от тебя ушёл семь лет назад. Да и ушёл ведь по своей вине. Это он должен злиться и язвить, он! А не это отродье… «Куда же я раньше смотрел.» — подумал он и стукнул кулаком в стену, настолько близко к зеркалу, что еще пару миллиметров и разбитое стекло с окровавленными костяшками, раковиной и полом было бы реальностью. Зачем Антон остался? Хотя, они оба это понимали. Они стали близки друг другу, как бы странно это не звучало. Этому высокому русому парню хотелось доверять, необъяснимо почему. Если бы не он — Арс бы встрял сегодня по полной, сам же натворив того, о чём потом бы жалел, и неизвестно, где бы он это делал. Антон поднял голову, увидев силуэт парня, выходящего из ванной. Так по-домашнему, в футболке с какой-то надписью мелкими буквами, трениках, немного растянутых, но хорошо выглаженных, и, самое главное, на что не мог не обратить внимание парень — выражение лица Арса. Разбитое, опустошённое, как. Зеркало? Да, да, именно оно, зеркало, которое разбили от злости и ненависти, с самыми ужасными пожеланиями при этом. В этом разбитом зеркале будто бы не осталось души, ведь никто больше в него не посмотрит, оно будет сохранено вечностью, и только ей. Возможно, у вас возникнет вопрос: «В чём же схожесть?» «Лицо — это малое отражение души, какой бы она не была.» Арс был разбит и потерян, опустошён и непригоден для этого мира, как бы даже подумал об этом он сам. Но только не для Антона. «Глаза — основной фактор душевного состояния и места человека в жизни, по ним можно определить многое.» Голубые глаза Попова были невероятно красивы, даже не смотря на всю прискорбность ситуации, но это была другая красота. Представьте себе зимний потрескавшийся лёд на озере, все эти белесые трещины, пробегающие по кристально-голубому льду, создающие свои островки — островки отчаяния, бессилия, чувства ненужности и использованности. Русоволосый чувствовал непонятную тяжесть в грудной клетке, смотря на измученного парня. Ему будто было больно смотреть на это изнемогающее от жизни лицо, на эти заледенело-лазурные глаза, хотелось всё изменить, сделать лучше, склеить душевное зеркало и «растопить» взгляд, чтобы он напоминал о чём-то тёплом, уютном, например васильках или бирюзово-пушистых волнах. Он медленно подошёл к Шасту, садясь рядом и закуривая сигарету. В комнате повисла утомляюще-душная тишина. Первым её нарушил Арсений: — Говорят, курение убивает. — он выдержал паузу. — Неужели, они считают, что люди умирают изнутри из-за сигарет? Они умирают и «поедают» себя изнутри из-за других людей… Представь, идёт человек, а над ним написано «любовь убьёт его», или что-то типа «безответственный эгоист, который будет врать вам весь период отношений». Как бросить курить — куча книг, а как стать бесчувственным — ни одной. Понимаешь, к чему я веду? Антон многозначительно бросил взгляд на рядом сидящего парня, облокотился о спинку дивана и взял своими тонкими пальцами сигарету из рук парня. Затянувшись так, будто он курил всю жизнь, он решил продолжить разговор: — Люди убивают, да. Хоть ты и жив, а внутри становишься мёртв. Я вот ненавижу самолёты в небе. Ненавижу вокзалы, аэропорты. Там такая аура… Постоянного ожидания. Я всегда ждал, когда ко мне приедут родители. Они уехали, когда мне было двенадцать. Отцу предложили хорошую работу в Москве, а кто будет упускать такую возможность? Да, никто. Они приезжали всего раза четыре за последние несколько лет. Слишком заняты, по их словам. Воспитывала меня старшая сестра, пока мне не стукнуло 18, и пока не поступил в универ. Она вышла замуж, и тоже уехала в Москву. Я остался в этом городе один и жил сам по себе. Чувство отсутствия родителей рядом, их поддержки, убивало во мне весь позитив, — он затянулся сигаретой еще раз, взялся за самое начало фильтра и протянул Арсу. Тот, в свою очередь, аккуратно взял губами сигарету и зажмурился от дыма. Антон продолжил, — вот тебе и убийство людей изнутри. — Я знаешь, что заметил, Антон. — собеседник уселся поудобнее, закинув ногу на диван. — Ты такой, ну, похуист вроде, любитель пошутить. А сегодня — как будто тебя подменили, когда появился Игорь. «Ну, конечно, — подумал Шастун, — как такого не заметить.» Вздох, пару секунд молчания и вот разговор опять обретает откровенный характер: — Да, ты прав, я похуист. Но когда дело касается чего-то серьёзного, и если это важно — то нужно уметь брать себя в руки, меняя свое отношение к жизни и ситуациям. Арс перебил: — Серьёзность и важность? И правда. Всего чуть больше недели общения, а зеленоглазый уже считает важными переживания Попова. Надо это обдумать, но не сейчас. Антон решил, что отвечать сейчас на этот вопрос — рано, и сказал: — Давай хоть ты меня не загружай, а. Спать не хочешь? — Да пора бы уже, — ответил тот, — спальня в твоём распоряжении, — он улыбнулся и пошёл в сторону шкафа. Достал плед и большую подушку, кинул на диван, — а я буду тут. — Ладно, спасибо, ты если что — зови, вдруг бессонница или новый поток мыслей, — Шастун толкнул друга кулаком в плечо, поднялся и направился в сторону спальной комнаты. Арсений опустил глаза, помедлил, и благодарно, нежным и добрым голосом произнёс: — Спасибо, Антон, я у тебя в долгу. Высокий парень остановился у дверного проёма, улыбнулся правым уголком губ, не оборачиваясь, и пошёл дальше. Ночь. Прохлада пробиралась через открытый балкон. Арсений спал крепко, не замечая неприятно-влажных потоков ветра. Антон ворочался всё время, пытаясь заснуть. Он находился в полусонном состоянии, а как известно — такое состояние самое противное. Парень вдохнул и в очередной раз закрыл глаза. Послышались шаги, тихие, будто босыми ногами по деревянному полу. Чувство приближения объекта по-звуку. Антон открыл глаза и, увидев Арсения, хотел спросить, почему ему не спится, но не смог, словно что-то мешало говорить. Попов мягко сел на край кровати и медленно наклонился к парню. Комок в горле, тяжелое дыхание и непонимание происходящего заставляло сердце забиться сильнее. Брюнет протянул руку к лицу Шаста, провёл наружной стороной ладони по его скулам. Тот опустил глаза, пытаясь увидеть сквозь темноту запястье Арса. Задержал на нём взгляд и через секунду поднял его, вопросительно смотря в голубые глаза. Арсений провёл большим пальцем руки, которая была уже практически на шее Антона, по пухлой нижней губе. И стал медленно, как бы оттягивая момент, наклоняться всё ближе и ближе, к молча наблюдавшему за всем происходящем парню. Антон резко открыл глаза, приподнявшись на кровати. Это был сон. Странный, невероятно непонятный сон, из-за которого в реальной жизни бешено заколотилось сердце. «Вот наслушаешься историй, а потом блин снится подобное. Арс, ну ты и козёл, у меня так и паранойя может начаться» — подумал он, лёг и развернулся на другой бок. Арсения разбудил звонок телефона, это была Лина: — Солнце моё дорогое, скажи мне пожалуйста на милость, почему время два часа дня, а тебя ещё нет в студии? А ещё Димка пришёл, сказал, что Антон не ночевал дома, и здесь его нет, и трубку не берёт. Не знаешь, где он? — Он у меня, — хрипло ответил Попов, хватаясь рукой за больную голову. — Два часа дня уже? Серьёзно? — В смысле у тебя? — Лина заговорила шёпотом. — Ты что, парня с ума свёл? Он рядом лежит? Брат заулыбался и издал смешок: — Да нееет, мы вчера выпили много, оставил его у себя. В спальне вон дрыхнет, приедем часикам к пяти, ок? — Не пугай меня так больше, Попов, — начала фамильничать сестра, — а то ведь и я могу начать шутить. В танцевальной студии, как обычно, играла громкая музыка. Сегодня были занятия парами, что-то типа обучения вальсу. Антон, зайдя вместе с Арсением, поморщился, поняв, что и его это сейчас ожидает. Заняв свое место, парень покосился на Попова вопросительным взглядом, мол: «Где моя пара?» Ответа ждать и не стоило, потому что тот даже не обратил внимания, ибо был занят объяснениями позы для поворота вправо в танцевальной постановке. К Антону подошла Ленка, встала в позу для начала вальса, и они медленно, слушая объяснения Лины, стали передвигать ногами. Девушка смотрела на парня с таким интересом, будто сейчас лопнет, если не спросит что-то очень её волнующее. Парень вздохнул: — Лен, ну что опять? — Ой, а я тут видела, как вы с Арсением Сергеевичем приехали вместе на машине, он тебя подвозил, — быстро затараторила она, — вы гуляли? Вместе проводили выходные? Он тебя со своей девушкой познакомил? Красивая? — Лееен, — закатил глаза Шастун, — он просто заметил меня на перекрёстке в двух кварталах отсюда и подвёз. — Но вы опоздали оба, будешь утверждать, что это совпадение? — из-за увлечения темой, девушка забыла про танец, запуталась в ногах и чуть не упала на партнёра. Арс заметил, что у них не получается, причём, уже не впервой и направился в их сторону. Подойдя к паре, он схватил Антона за плечи сзади: — А теперь слушай и повторяй за мной, — он стал вплотную к парню сзади, протянул свои руки и руки Шаста в разные стороны, — расслабься, как будто я управляю твоим телом. Антон растерялся, но понимая, что это всего лишь танец, расслабился и прислушался. Арсений продолжал: — Представь, что ты на свободе, можешь делать любое движение, будто в невесомости, — он двигал руками парня, медленно и размеренно, что бы тот запомнил каждое движение, и был так близко, что сам немного засмущался, но не подал виду, — расслабься, и получай удовольствие от танца, не думай, просто танцуй. Арсений сказал это так… Чётко и немного шепча, что у Антона забегали глаза от странного ощущения, нахлынувшего на него. Всё потому, что воспоминания о сне этой ночью и этот полушёпот Арса, в совокупности, заставляли чувствовать себя неловко. Если бы Попов умел читать мысли и узнал о том, что приснилось его другу, он бы точно не подливал масла в огонь своими «наглядными учениями» движений. Отойдя от зеленоглазого, брюнет улыбнулся Лене, затем ему, пробормотал что-то про репетицию и ушёл восвояси. Лена, недоумевая, посмотрела на своего партнёра: — И ты хочешь сказать, что он тебя забрал на перекрёстке? Конечно же она вкладывала в этот вопрос другой смысл. Не то, где они встретились и кто кого подвёз, а то, в каких взаимоотношениях находились парни.