И в конце мы все утонем

Попов открыл глаза. Голова болела неимоверно, будто ей постучали по бетонной плите. Приподняв голову, он посмотрел в какой позе лежит. И, главное, с кем. Он спал в обнимку с Шастуном, закинув на него руку и голову на плечо. Приподняв одеялку, брюнет обнаружил себя в одних трусах, а рядом лежащее чудо было еще и в футболке. Стоило задуматься, все-таки. «А теперь нужно аккуратно встать и понять, как я так жестоко проебался» — подумал он. Максимально тихо и аккуратно, Арсений вывалился из объятий и пошёл в ванную, прихватив с собой телефон. Весь помятый, он посмотрел на себя в зеркало, пытаясь осознать, что же все-таки произошло. Антон и правда был привлекательный парень, как морально, так и физически. Его доброта, шутки, даже маты, звучавшие очень мило и забавно из его уст, как-то привлекали брюнета. Он подсознательно улыбался рядом с ним, в любое время, радовался его приходу на тренировки, сообщениям. И видимо, даже не задумался о том, что это может привести к тому. Что он привяжется так сильно к этому милому, длинному чудику. А теперь что? Он просыпается с ним в обнимку, в одном белье. Тут вариант только один: Антон что-то тоже чувствует. Или что? Он нашёл Лину в сети и стал строчить смски: «Арсений П» Привет, дорогая. Не расскажешь мне, что вчера было? «_Popova linaaa» О, проснулся, пАжилой извращуга «Арсений П» Что? Что вчера было? «_Popova linaaa» Ты был в женском баре, смотрел на стрипиз и сосался с мужиком. Попов, этого хватит? Парень опустил телефон, решив не продолжать разговор и сел на ванну, схватившись за волосы. «Пиздец, что и требовалось доказать. И как теперь себя вести?» Кто-то постучал в дверь номера. Антон заворочался. У Арса всё внутри сжалось, он не хотел, чтобы его друг (или уже не друг?) встал раньше, чем он придумает что-нибудь. Выбежав в одном белье, топая босиком пополу, он открыл дверь. Ещё лучше. Милана. Девушка восторженно посмотрела на своего тренера, широко улыбнулась и осмотрела его снизу вверх: — Арсений Сергеевич, пора на завтрак! Доброе утро! — Блять, — он спрятался за дверь и высунул голову. — И тебе доброе, скоро будем. И, тебе на заметку — подсматривать не хорошо. — Так я не специально, — ещё сильнее заулыбалась девушка — Всё, скоро будем. Где Лина? Вопрос остался без гласного ответа. Сестра подошла к ним в эту же минуту. Подмигнула брату, попросила Милану идти на нужный этаж и зашла в номер к парням, тихо закрыв за собой дверь. Кивнула в сторону Шастуна: — Арс, ты чего его ещё не разбудил? — А нужно? Я не знаю, как себя с ним вести. Ну, не помню ничего, не пойму, что было вчера, — брат посмотрел на сестру глазами полными отчаяния. — Расскажи поподробнее, что было. Лина хихикнула: — Зайчик мой дорогой, скажи мне, для начала, вы с Антошей что, переспали? — Ну ты же сказала, что я с мужиком сосался. — Не с ним, дурачок, — она подняла брови, — ты, чтоб в стриптиз бар попасть, охранника засосал, ахахах. — Так, то есть мы с Шастом не переспали, раз я не с ним целовался? — Этого я не знаю, я тут за вами не следила. Удачи разобраться, — она похлопала брата по плечу, — у вас пол часа, потом на завтрак. Блондинка ушла из номера, оставив Арсения со своей огромной сумбурной кучей мыслей. Накинув на себя халат, он подошёл к другу, сел на край кровати и легонько покачал его за плечо: — Шаст, вставай, доброе утро. Антон открыл глаза, потянулся и уставился на Попова, улыбаясь: — Ну что, Ромэо, ожил? Я удивлён твоим способностям, знаешь-ли. Брюнет нервно взглотнул, думая о том, что всё-таки что-то было. «Попадос. Только почему Антон такой счастливый? Может я что-то упустил?» Через силу он наконец вымолвил: — У нас что-то было, тебе понравилось? — Что? — Что? Парни посмотрели друг на друга вопросительно. Антон был в недоумении, почему брюнет так подумал, а потом вспомнил в какой позе они уснули, и вопрос отпал сам собой. Арс подумал, что они переспали. Ясно. Может подыграть, и посмотреть, что будет дальше? Хотя, это будет слишком жёстоко по-отношению к другу. Подумав, Шаст ответил: — Нет, успокойся. У тебя столько страха в глазах, будто тебя пугает одна мысль о таком раскладе. — А тебя не пугает? — Отстань, геюга, — засмеялся тот, искусно переводя разговор, — чего разбудил-то? Рано же ещё. — На завтрак пора. Собирайся давай, — Арсений выдохнул с облегчением, что ничего выяснять не пришлось. Сидя за столом и завтракая, девушки увлеченно рассказывали парням о том, как великолепно они провели время в баре. Милана настолько восхищалась тем, что они творили с Линой, бубнила без остановки, что даже не доставала напротив сидящего Арсения. После этого компания пошла на встречу с организатором. Им рассказали, что сегодня вечером будет торжественное открытие, и нужно будет пару номеров. Лина разъяснила, что у них всё готово и отрепетировано, поэтому волноваться не о чем. В итоге было решено, что через пару часов за ребятами приедут два личных автомобиля, для того, чтобы отвезти девушек на макияж и маникюр, а парней — сразу на место, в гримёрку. Ну конечно, девушкам же нужно выглядеть идеально, а парни будут довольны и заботе в гримёрке. Не везти же их тоже на маникюр, и рисование стрелок на глазах. Поднявшись на свой этаж, пары разошлись по номерам и собирали вещи, попутно вспоминая в своей памяти движения в танцах. Арс, подпрыгивая под музыку в гостинной, складывал футболку в рюкзак. Мимо прошёл Антон и решив испугать парня, прыгнул на него со спины и громко засмеялся. Попов опешил: — Чего творишь, длинный? — А что, нельзя? Ты был так отвлечён, что грех было бы тебя не напугать. — Вот сучёнок, пошли давай, — брюнет улыбнулся, повернулся к парню и толкнул его плечом, давая рюкзак в руки, — я уже нам все собрал. По пути в машину, Шастун задумался. Они так мило общаются с самого утра, будто вчера произошло что-то, что сподвигло парней так к друг другу относиться. Чувствовалась мягкость в отношениях. Наверное, они стали ещё ближе к друг другу, рассказав по пьяни свои секретики и затусив вместе в барах, не скрывая желаний побеситься, и ни капли не смущаясь. Плюс, хоть Антон был и натурал, но почему-то был и не особо против, чтобы Арс спал у него на плече. Заботился, блин. Да и по рассказам друга, он проснулся в обьятиях, как бы странно не звучало. Что происходит с Антоном? Не понятно. Он в очередной раз умилился Поповым в номере, когда тот собирал вещи, поэтому и решил прыгнуть, чтобы сделать момент ещё милее. Забавно ещё то, что голубоглазый отреагировал так же позитивно. Вопрос навеивался сам собой. Почему Антона так потянуло к другу? Ответа не было, но и времени пока на раздумья тоже. Сев в машину, парни засунули наушники в уши и проехали молча, наслаждаясь красотами вокруг. Каждый, слушая свои любимые треки, сидел совершенно не напрягаясь и не чувствуя неловкости, потому что оба понимали — нужно настроиться перед выступлением. Девушки сидели в маникюрном салоне рядом друг с другом, пока их ноготочки обрабатывали истинные профессионалы. Обсуждали они предстоящее мероприятие, пока Милана не перевела тему: — Лина Сергеевна, как думаете, может сегодня подойти к Арсению Сергеевичу и признаться в чувствах? Он вроде сегодня в настроении, такой улыбчивый. — Я думаю не стоит пока так удивлять человека, прямо перед выступлением, можно попозже. Если хочешь, я могу сначала с ним поговорить. Лина думала, как бы предупредить брата, чтобы тот был вооружён, и мысленно жалела его за такое «испытание для ненатуралов». — Я сама с ним поговорю, спасибо. Думаю, нужно подготовить речь. Милана была настроена серьезно, и прекрасно знала, что для большего эффекта нужно будет подойти прямо перед выступлением. Фестиваль начался. Огромные толпы людей кричали и аплодировали ведущему, пока тот разогревал публику. Всё больше и больше голосов было слышно на сцене, а громкая музыка отдавалась эхом по всей площади. После вступительной части началось вручение призов за самые творческие проекты города. Милана и Лина стояли в толпе у сцены, на вип местах, и наблюдали за всем этим с истинным восторгом. Парни не очень хотели выходить из-за кулис в толпу. Арс сказал, что не особо горит желанием. А на самом деле Шастун так волновался, что боялся сбить себя с толку и рассредоточиться. Попов остался его поддержать. Парни стояли за кулисами около сцены. Зеленоглазый волновался так, что тряслись руки. Поглядывая из-за шторки, он нервно закусывал губу. Единственное, что успокаивало это Арс, стоящий рядом. От него веяло позитивом. Улыбчивость брюнета помогала состоянию Антона вернуться в норму. Взглянув ещё раз через пространство между стеной и шторкой на публику, вновь взволновавшись, он почувствовал, что срочно нужно поговорить со своим личным «успокоительным». Повернувшись к другу, обратился: — Я так боюсь, блять. Первое выступление на публику, да ещё и на таком крутом фестивале. Как успокоиться? Попов хихикнул и блеснул глазами, наполненными заботой: — Я тоже боялся первые несколько выступлений. Все будет хорошо, не переживай. Мы справимся. Антон так мило выглядел, когда волновался, будто маленький ребенок, только большого роста, перед тем, как выйти и рассказать стишок. Он как обычно дергал себя за браслеты на руках, когда нервничал. Арсений замечал это уже не раз. Как можно не улыбаться, когда видишь его растерянное выражение лица? Хочется спрятать его от всего мира в своих объятиях. Брюнет понял, что его утренние размышления сами собой продолжились и пришли к итогу. Он стал считать Антона не просто другом. Попов улыбнулся и посмотрел прямо в глаза, так пронзительно, будто смотрел прямо в душу и читал Шастуна как книгу, детально рассматривая каждую страничку. Сделав шаг, он схватил парня и прижал к стене. Тот вздохнул, закрыл глаза и почувствовал, как его нежно взяли за шею. Попов, положив руку на бедро, сжимал её всё сильнее. Наклонившись к шее своего зеленоглазого предмета воздыхания, он аккуратно и медленно стал её целовать, покусывать. Было ощущение, что дразнил, причём так — что хотелось наброситься на него прямо сейчас. Антон не сдержался и томно протянул: -А-а-а-а-а-а-рс… В ответ тишина. Он не слышал, был слишком увлечен. Шастун напряжённо схватил его обеими руками за волосы и легонько приоткрыл рот, сдерживая стон: — Арс, нам же сейчас выступа-а-а-а-ть, — пытался отвлечь парня Антон, постепенно всё больше и больше зарываясь тонкими пальцами в его недавно уложенные вкусно пахнущие волосы. Брюнета это только заводит. Он плотно прижимает Шаста к стене, оставляя его без каких-либо шансов на посторонние действия, и предоставляя полностью, и только себе. Попов мельком «заглядывает» в изумрудные глаза парня, в которых явно читается наслаждение с небольшими нотками испуга.Он аккуратно проводит ладонью по скулам Антона, сладко улыбаясь, убирает упавшие на лицо пряди волос и приобнимает его за талию, попутно вставая на носочки и стараясь дотянуться до пухлых губ уже прошлого «друга». Милана решила, что пора найти свой предмет воздыхания и наконец признаться в том, что носила в себе три года. Незаметно ускользнув от Лины, увлечённой концертом, она побежала за сцену. Поднявшись по порожкам, она зашла за кулисы по правой стороне. Парней там не было. Темноволосая решила продолжить свои поиски и пошла вдоль стены, к другому краю. С левой стороны кулис была штора, закрывающая угол, чтобы не было видно ничего, когда выступающие готовятся выходить. Услышав шорох, девушка тихо подошла и отодвинула краешек ткани. Увиденное повергло ее в шок. Антон стоял у стены, прижатый Арсением, и держал парня за волосы. Оторопев, Мила уставилась на происходящее и пару секунд не отрывала глаз. Осознав, что это ей не почудилось, она тихо сделала несколько шагов назад и быстро направилась в гримёрку.