Глава 14. Кошмары, коньки и откровения.
10 часов и 56 минут назад
Какой сегодня день странный! А вчера все шло, как обычно!
Льюис Кэрролл. "Алиса в стране чудес".
Я замерла. Голос раздался откуда-то из темноты - глубокий, скрипучий, с явной ноткой неудовольствия. Из-за соседнего склепа выступила фигура - высокая, сутулая, в длинном плаще, с керосиновой лампой в одной руке и лопатой в другой. Старый кладбищенский сторож собственной персоной. Вид у него был такой, будто он только что проснулся и был крайне не рад этому обстоятельству. Честно говоря, я его понимала. - Студенты, - констатировал он, поднимая лампу повыше и разглядывая нас. - Опять. И что на этот раз? Решили украсть череп для ритуала? Или просто гуляете? - Мы… мы по заданию! - выпалил Дэрек, выпрямляясь и пытаясь придать лицу невинное выражение. Получалось у него примерно как у кота, который только что стащил сосиску и теперь делает вид, что всю жизнь был веганом. - Нам нужно взять образец почвы. Для экзамена. У нас разрешение! - Разрешение? - сторож прищурился. - От кого? - От декана. И от Пирожка. - "О нет, - простонала я. - Он только что назвал тер Пирода Пирожком при постороннем. Мы пропали". - "Может, сторож не знает, кто это?" - "Сторож на кладбище знает всех некромантов в городе. Это профессиональное. У них, наверное, есть тайный клуб. Собрания по четвергам. С чаем и печеньем в форме гробиков". Сторож хмыкнул, и по его обветренному лицу скользнуло что-то, отдалённо похожее на улыбку. - Пирожок, говорите? Ну, если сам Пирожок прислал, тогда ладно. Но в следующий раз предупреждайте заранее. А то я тут чуть сердечный приступ не получил - смотрю, тени бегают, кто-то орёт на дереве. Думал, опять некроманты-недоучки кладбище разворотили. - Мы не орём, - слабо возразила я. - Орёте, - отрезал он. - Ещё как орёте. Вот ты, девчонка с белыми волосами, так визжала, что у меня в сторожке стёкла задребезжали. Пришлось потом кота из-под кровати доставать. Он до сих пор на меня обижен. - "Я же говорила, - торжествующе прошептала Серена. - Незабываемый звук. Даже коты в обмороке. Ты становишься легендой". - "Заткнись". - "Не заткнусь. Я хочу, чтобы этот момент запомнился тебе навсегда. И коту". - Мы быстро, - пообещал Дэрек, с удвоенной энергией принимаясь за лопату. - Только образец - и сразу уйдём. Честное слово. - И не вздумайте ничего перепутать. - Не перепутаем, - заверила я, хотя внутри у меня всё похолодело. - "Это просто прекрасно. У вас, студентов, вообще бывают нормальные задания? Или обязательно с элементами абсурда?" - "Это наша жизнь. Привыкай". - "Я уже привыкла. И, кажется, начинаю получать от неё удовольствие. Это почти как театр. Только страшнее. И пахнет хуже". - Вот, - Дэрек наконец выпрямился, бережно заворачивая комок мёрзлой земли в промасленную бумагу. - Всё, что нужно. Мы закончили. - Точно? - сторож подозрительно прищурился. - Могилу закопали? - Да, - он торопливо забросал яму землёй и притоптал её ногами. - Всё как было. - Похвально. Молодцы… Только вот какое дело, ребятки, - сторож поставил лампу на ближайший памятник, скрестил руки на груди и принялся наблюдать за нами с видом строгого, но справедливого судьи. - На этом кладбище давным-давно запрещено копать… - Эм… Дэрек?! - Эээ… - он как-то странно замялся, отводя взгляд. - "Блестящая защита. Просто блестящая. Я аплодирую стоя. Вернее, лёжа. В твоей голове". - "Серена!" - "Что? У парня явно талант к дипломатии. Уверена, ректор будет в восторге". - А теперь, когда вы сами своими руками себя обеспечили уликами, пройдёмте-ка до лорда-ректора. Сторож подхватил лампу и повернулся, кивнув нам следовать за ним. Мы с Дэреком обменялись паническими взглядами и поплелись следом, оставляя за спиной холмы, склепы и тихо поскрипывающие на ветру памятники. Всю дорогу до Академии - а сторож, казалось, наслаждался каждым шагом этой ночной прогулки - я перебирала в уме варианты оправданий. Ни один не годился. Кроме, разве что, "мы просто мимо проходили и случайно упали на лопату". Раз пятнадцать. У дверей ректорского кабинета мы оказались, когда небо за окнами только начинало сереть. Сторож коротко переговорил с секретарём, и спустя несколько томительных минут нас впустили внутрь. Лорд Борден тер Барракш сидел за массивным столом и выглядел так, будто его подняли из постели - что, скорее всего, и было правдой. Он окинул нас тяжёлым, как гранитная плита, взглядом и раздельно, чеканя каждое слово, произнёс: - Присаживайтесь. Я молча села, чувствуя, как горят уши. Дэрек тоже. Ректор отодвинул бумаги, опёрся локтями о стол и подался вперёд. - Итак, - начал он, и его голос звучал как раскаты далёкого грома. - Объясните мне, почему двое студентов по ночам бродят по кладбищу. Городскому. Кладбищу. Вы хоть понимаете, какой опасности подвергали не только себя, но и репутацию Академии? - Мы… - робко заикнулась я. - У нас было свидание, - перебил меня Дэрек, и я едва не поперхнулась воздухом. - "Что?! - взвыла Серена. - Он что, совсем страх потерял? Или у него в роду были камикадзе? Свидание! На кладбище! С выкапыванием тёщи мэра! Романтика уровня "принеси мне череп, и я буду твоей навеки"". - "Серена, пожалуйста, заткнись". - "Не могу. Я сейчас лопну от смеха. Прямо в твоей голове. Будет некрасиво". - Ах, свидание… - протянул ректор, и в его голосе прозвенела откровенная издевка. - И это свидание включало в себя выкапывание тела тёщи мэра нашего славного города? Как… трогательно. И давно у вас такие… специфические отношения? Вам непременно нужен был некто третий, да еще и труп? - Мы предпочитаем необычные места, - ответил Дэрек с невозмутимостью, достойной лучшего применения. - Тишина, луна, особая атмосфера… - Атмосфера кладбища, - ректор покачал головой. - Я услышал достаточно. Оба выплатите штраф. Размер узнаете утром у моего секретаря. И молитесь, чтобы об этом вашем приключении не узнал наш мэр. Свободны. Он брезгливо отвёл взгляд и демонстративно зарылся в бумаги. Мы переглянулись и молча вышли в коридор. - "Что думаешь?" - спросила Серена, всё ещё похрюкивая от смеха. - "У меня много мыслей, но в приличном обществе их не озвучивают", - сдержанно ответила я. - "Какое счастье, что я - не приличное общество". Оказавшись на безопасном расстоянии от кабинета, я резко развернулась к Дэреку: - Ну спасибо, удружил. Что это вообще было? Свидание на кладбище? Почему ты не мог просто сказать правду? Почему нельзя было придумать что-то менее… некрофильское? - Правду? - он горько усмехнулся. - Правда в том, что я подверг тебя опасности ради своей дурацкой проверки. Думаешь, это звучало бы лучше? "Простите, лорд-ректор, я проверял, можно ли доверять Амари, и для этого заставил её копать могилу"? - По крайней мере, это звучало бы честно. А теперь мы оба выглядим как сумасшедшие. Романтические сумасшедшие. С некрофильскими наклонностями. О нас теперь, наверное, будут слагать легенды. "Двое на кладбище: история одной лопаты". - Может, так и есть, - он посмотрел мне в глаза. - Ты злишься? - Я в ярости, - призналась я. - Но не из-за ректора. Из-за того, что ты втянул меня в это и ничего не объяснил заранее. Зачем тебе понадобилось это… это испытание? Что ты проверял? Мою способность копать? Устойчивость к теням? Сторожам? Или, может, аллергию на кладбищенскую пыль? Дэрек отвёл взгляд. - Не здесь. Пойдём куда-нибудь, где нет любопытных ушей. И где нет риска, что нас подслушает ещё один сторож. Он направился к выходу из корпуса, и я последовала за ним. Мы вышли в парк, где утреннее солнце уже начинало растапливать выпавший за ночь снег. Дэрек шёл молча, пока мы не оказались у старого дуба на окраине - того самого, на котором мы провели часть прошлой ночи, спасаясь от неведомой тени. - Ты хотел поговорить, - напомнила я, останавливаясь под голыми ветвями. - Я слушаю. И, пожалуйста, без новых сюрпризов. Одного кладбища на сегодня хватит. - Мои родители погибли, когда мне было двенадцать, - начал он, и голос его стал глухим, словно доносился из-под земли. - Мы возвращались из гостей поздно вечером. Дорога была пустынной, отец правил экипажем, мама дремала, положив голову ему на плечо. А я сидел сзади и считал звёзды. - Он замолчал, пережидая спазм в горле. - На перекрёстке нам навстречу вылетел другой экипаж. Их кучер просто… отвлёкся. На секунду. Всего на одну проклятую секунду. Этого хватило. Отец успел вывернуть поводья, увёл удар от меня, но сам… и мама… Я молча ждала, чувствуя, как холод пробирается под рёбра. Даже Серена притихла, что само по себе было чудом. - Я выжил. Меня выбросило в кусты. Переломов не было - только царапины и ушибы. Чудо. - Он криво усмехнулся. - Только чудо не вернуло мне родителей. Их убила обыкновенная человеческая невнимательность. Один неосторожный взгляд в сторону - и две жизни оборваны. Вот так. Просто. - Поэтому ты проверяешь всех? - спросила я тихо. - Да, - он повернулся ко мне, и его зелёные глаза казались абсолютно безжизненными. - Если человек невнимателен - он опасен. Не потому что желает зла. А потому что одна его ошибка может стоить жизни. Я не могу снова это пережить. Поэтому я должен знать, кому можно доверять. - А как же те, кто уже прошёл проверку? - я смотрела на него не отрываясь. - Они остаются под подозрением? - Нет, - он покачал головой. - Если человек доказал, что ему можно верить, я доверяю ему полностью. Без оглядок. Но таких людей… очень мало. - И кто они? - Росс, - начал он загибать пальцы. - Мы вместе прошли через такое, что я знаю: он не предаст. Тиану. Он никогда еще мне не врал, даже когда это было неудобно. Шон… - он усмехнулся. - Шону я доверяю с первого дня. Он слишком занят своими формулами, чтобы плести интриги. - А я? - спросила я прямо. - Ты… - он замялся. - Ты прошла. - Тогда в чём дело? - я нахмурилась. - В том, что я всё равно боюсь, - выпалил он. - Ты не бросила меня даже после того, как я тебя обманул. Ты спрашивала "зачем", а не "как ты мог". Ты была готова драться со мной плечом к плечу. По всем моим же правилам - ты прошла. Но у меня внутри до сих пор что-то сжимается, стоит кому-то подойти слишком близко. Это не из-за тебя. Это из-за меня. Я заставила себя выдохнуть. - Значит, дело не в проверке. Дело в том, что ты не разрешаешь себе доверять, даже когда все доказательства налицо. - Да. Я понимаю, что это глупо. Но мне нужно время. - Погоди, - нахмурилась я, анализируя его слова. - Ты думал, я тебя брошу? - Все бросают, - он пожал плечами. - Рано или поздно. - Я не все, - сказала я твёрдо. - Но если ты ещё раз решишь меня "проверять" без предупреждения - я за себя не отвечаю. И, поверь, это не пустая угроза. У меня есть доступ к лаборатории Шона. Он неожиданно улыбнулся - широко, открыто, впервые за весь разговор: - Договорились. Я… я рад, что встретил тебя, Амари. Даже если ты иногда выносишь мне мозг. - Взаимно, - я не удержалась от ответной улыбки. - Ты тоже ничего. Для человека, который назначает свидания на кладбище. - "Ну вот, - подала голос Серена, которая удивительно долго молчала. - Ещё одна сломанная стена. Ещё один человек, который тебе доверился. Ты, кажется, коллекционируешь их, как редкие артефакты. У тебя уже полный набор: эльф, маг, полуэльфийка, теперь вот параноик с лопатой". - "Я не коллекционирую. Просто они сами приходят". - "Конечно. Ты прямо магнит для сломленных душ с трагическим прошлым. Может, повесить объявление? "Приют для душевно раненных. Бесплатные объятия и тайра"". - "Может, я просто умею слушать". - "Может. А может, ты сама не замечаешь, как раздаёшь надежду направо и налево. Это опасный талант, знаешь ли. Особенно в Академии. Тут каждый третий с трагедией. Ты всех спасать собралась?" - "Опасный. Но хороший". - "Не спорю. Ладно, дай ему ещё один шанс. Он, кажется, действительно жалеет. И он только что рассказал тебе то, что не рассказывал почти никому. Это что-то да значит. И, кстати, теперь ты знаешь его слабое место. Можешь шантажировать". Я посмотрела на Дэрека, который стоял, прислонившись к стволу дуба, и впервые за долгое время выглядел не настороженным, а просто уставшим. Как человек, который слишком долго нёс груз в одиночку и наконец позволил кому-то разделить его. - Кстати, о кладбище… ты всё ещё злишься? - Уже меньше. Но ты мой должник. Большой. Огромный. Размером с ту самую тень, от которой мы удирали. - Предполагаю, что та тень - некий охранный конструкт, или, что вероятнее, банальная пугалка для студентов. Хм, неважно. Твои условия приняты. Может, для начала я куплю тебе пирожок? Настоящий, а не нашего препода? - Идёт. Два пирожка. И тайру. И можешь считать, что прощён. - Ладно, - он снова улыбнулся. - И, Амари… Я выплачу штраф за нас обоих. - Не надо, я сама. - Надо. Это моя вина, и я её исправлю. Позволь мне сделать хотя бы это. Иначе моя совесть меня загрызёт. А у неё, знаешь ли, острые зубы. Я кивнула, чувствуя, как напряжение окончательно отпускает. Мы медленно двинулись обратно к Академии. Снег хрустел под ногами, и где-то вдалеке, на холмах за парком, возвышались башни - Красная, Белая, Зелёная, - молчаливые свидетели всех наших безумств. Я думала о том, что этот день, начавшийся с кошмарного сна и кладбищенского абсурда, странным образом подарил мне то, чего я не ожидала: понимание, что даже у самых закрытых людей есть трещины, через которые проникает свет. И что иногда достаточно просто спросить - и тебе ответят. Даже если ответ будет звучать как "я проверял тебя на кладбище".***
Я нашла его в библиотеке. Точнее, не нашла - это прозвучало бы так, будто я искала. Я просто шла мимо, совершенно случайно, и заметила знакомую растрёпанную макушку за дальним стеллажом. Совершенно случайно. Серена могла бы возразить, но я не дала ей и слова вставить. Шон сидел, сгорбившись над столом, и что-то быстро писал в своём потрёпанном блокноте, время от времени сверяясь с раскрытым фолиантом. Вид у него был донельзя сосредоточенный, даже кончик языка высунул - верный признак того, что мыслит он сейчас исключительно формулами. Я бесшумно подошла сзади и заглянула через плечо. - "День четвёртый, - прочитала я вслух. - Объект демонстрирует…" Шон вздрогнул, захлопнул блокнот и развернулся с такой скоростью, что едва не свалился со стула. - Ласка! - выдохнул он, прижимая блокнот к груди, словно драгоценный артефакт. - Ты… ты не должна была этого видеть. - Да? - я приподняла бровь и, не спрашивая разрешения, уселась напротив. - А что именно я не должна была видеть? "День четвёртый"? Значит, ты продолжаешь за мной шпионить? И как, я всё ещё на троечку? Уши мага стремительно порозовели. - Это не шпионаж, - пробормотал он. - Это сбор данных. Научный метод требует последовательности. Если я пропущу день, выборка будет неполной. - "О, боги, он сейчас договорится до контрольной группы", - простонала Серена. - "Не отвлекай, я хочу дослушать". - Дай сюда, - я решительно протянула руку. - Нет. - Шон, отдай блокнот. - Это мои записи! Ты сама сказала, что я могу их вести. - Я сказала, что ты можешь их вести, а не прятать от меня. Если это эксперимент над нами обоими, я имею право знать результаты. Или, по-твоему, я только объект, а не соавтор? Он заколебался. Я видела, как в его голове сражаются два желания: сохранить научную тайну и не поссориться со мной снова. Последнее, видимо, перевесило, потому что он тяжело вздохнул и подвинул блокнот через стол. Я раскрыла его примерно посередине и пробежала глазами по строчкам, написанным его вечно спешащим, слегка ломаным почерком. - "Утро. Объект спустилась к завтраку первой. Отмечено снижение спонтанной агрессии. Уровень фонового напряжения - четыре. Попытка визуального контакта не предпринималась, так как объект демонстративно читала книгу". Шон, ты серьёзно? "Объект"? Ты не мог написать "Амари"? - Это научный стиль, - возразил он. - Личное имя вносит эмоциональную предвзятость. - А "уровень фонового напряжения" - это что? - Это… ну, я заметил, что, когда ты злишься, у тебя между бровями появляется маленькая складка. А когда ты спокойна, она исчезает. Я измеряю её наличие или отсутствие по четырёхбалльной шкале. Я уставилась на него: - Ты измеряешь мои морщины?! - Это не морщины! - поспешно сказал он. - Это мимический индикатор. Очень информативный. И вообще, с научной точки зрения… - "Я больше не могу, - объявила Серена. - Он только что назвал твою гримасу "мимическим индикатором". Мне кажется, или это самый странный комплимент в истории?" - "Это не комплимент. Это диагноз". Я перевернула страницу. - "Обед. Объект отсутствовала. Уровень субъективного дискомфорта - шесть". Субъективного дискомфорта - это твоего? - Да, - признался он тихо. - Я решил, что должен фиксировать и свои показатели тоже. Для чистоты эксперимента. - То есть, когда я не пришла на обед, тебе было плохо на шесть из десяти? - …Да. Я промолчала, чувствуя, как проклятое зелье внутри радостно заурчало, а щёки предательски потеплели. - "Он скучал по тебе на целых шесть баллов, - промурлыкала Серена. - По десятибалльной шкале. Это на три балла больше, чем твой "уровень три" между прочим. Кто теперь в лидерах?" - "Это другое". - "Конечно. Всегда другое". - Я думал, ты будешь злиться, - тихо сказал Шон, не поднимая глаз. - Я и злюсь, - ответила я. - Но не так сильно, как в первый день. Ты хоть понимаешь, почему я взбесилась? - Потому что я оценил тебя на три, - послушно повторил он. - Нет. То есть да, но не только. Я разозлилась, потому что ты снова спрятался за науку. Потому что вместо того, чтобы просто сказать: "мне плохо, когда тебя нет", ты записываешь это в блокнот, как лабораторный образец. Понимаешь? Он долго молчал, потом кивнул и, чуть поколебавшись, открыл блокнот на чистой странице. Взял карандаш и медленно, аккуратно вывел: - "Объект права. Автор - идиот. Уровень осознания - десять". Я невольно фыркнула, и он, впервые за весь разговор, поднял на меня глаза. В них больше не было страха. Только тёплая, немного растерянная улыбка. - Это считается? - спросил он. - Считается, - сказала я, возвращая ему блокнот. - Но "объект" всё равно вычеркни. И морщины больше не считай. - Договорились, - он поспешно зачеркнул строчку, и я заметила, что карандаш в его пальцах больше не дрожит. - "Прогресс, - констатировала Серена. - Ещё пара дней, и он, глядишь, начнёт писать стихи". - "Не начнёт. У него шкала для этого не предусмотрена". - "Ну так введи. Уровень рифмы - восемь. Метафора - четыре. Общий уровень неловкости - десять из десяти. Будет весело".***
На следующее утро я проснулась с неожиданно лёгким сердцем. Вчерашний разговор в библиотеке словно распустил какой-то тугой узел внутри - не до конца, но достаточно, чтобы дышать стало свободнее. Пока я предавалась воспоминаниям, Тиль уже оделась, успев перерыть половину шкафа в поисках "того самого берета, который делает её маму счастливой". Берет нашёлся, а вместе с ним - два шарфа, потерянная месяц назад перчатка и почему-то штопор. Тиль покрутила его в руках и философски заметила, что на катке он вряд ли пригодится, но в жизни всякое бывает. Я рассмеялась - впервые за эти дни по-настоящему - и, отбросив тяжёлые мысли, сама стала одеваться. Нас ждали на реке. - Идём, - она наложила левитацию на гору коньков, достав их из-под кровати, и на ходу поправила берет. - Остальные, наверное, уже там. Я удивлённо приподняла бровь, пересчитывая кожаные ботинки с лезвиями. Семь пар, не меньше. - Этого не хватит на всех, - отметила я. - Ты ограбила спортивный склад? Или у тебя тайная страсть к конькам? - Потому что не все пойдут, - фыркнула она. - Росс не катается, можешь мне поверить, и я бы не дала ему коньки, даже если бы он умел. Он бы точно превратил каток в поле боя. С жертвами. Мы вышли за ворота Академии, и с по-зимнему серого неба мне на макушку опустилась крупная снежинка. Потом ещё одна и ещё, и вот мы шли к реке словно через мягкое, податливое пуховое одеяло - снег падал настолько густо, что уже в двух-трёх метрах мало что становилось видно. Пока я пыталась поймать снежинку ртом, я сняла перчатку и подставила раскрытую правую ладонь под снег. Я окинула взглядом побелевший мир вокруг и вдруг поняла, что мне хорошо тут. Действительно хорошо, несмотря на кладбище, ректора, штрафы и всё остальное. Я снова натянула перчатку на руку, смахнула с макушки Тиль образовавшийся на берете сугробик, повторила ту же процедуру с собой и вздохнула, вобрав полной грудью свежий, чистый и чуть морозный воздух. - Ты чего? - Тиль покосилась на меня. - Просто радуюсь, - ответила я. - Снегу. Тому, что мы не на кладбище. И тому, что ты пока не толкаешь меня в спину. - Подожди, ещё не вечер, - пообещала она. Этот мир и это место мне действительно нравились. Снег почти прекратился, когда мы подошли к реке. На берегу я увидела знакомые фигуры - Дэрек и Андрес уже проверяли лёд у кромки, Сайрин прилаживала коньки, сидя на перевёрнутой лодке, а Тиану с комфортом устроился на старом пледе с кружкой дымящейся тайры. Шон с книгой стоял чуть поодаль, прислонившись к стволу ивы, и что-то чертил пальцем в воздухе. Увидев нас, он рассеянно кивнул и стёр расчёты, словно это была ничего не значащая мелочь. И всё равно на душе стало ещё теплее. - Вы всё-таки выбрались! - Дэрек заметил нас первым и приветственно помахал рукой. - Конечно. Лучше скажи, лёд крепкий? - ответила я. - Крепче, чем мои нервы, - хмыкнул он. - Проверено. Даже Тиану рискнул выйти, а он обычно предпочитает наблюдать за нашими страданиями с безопасного расстояния. - Я и сейчас предпочитаю, - отозвался эльф, приподнимая кружку в приветственном жесте. - Но решил, что страдания на льду - это новый уровень, который я не вправе пропустить. - Давайте, ребята, мы это заслужили! - Тиль с торжествующим грохотом бросила передо мной охапку коньков. - Ты ведь умеешь, правда? - Э-э-э… - протянула я. - Теоретически. Возможно. - Но ты попробуешь! Попробуешь ведь? - настаивала она, сверкая глазами. - Большинство вещей я пробую хотя бы раз. Даже те, после которых оказываюсь на кладбище с лопатой. - Вот именно! - Тиль фыркнула, но на этот раз весело. - Думаю, мы с тобой иногда бываем одинаково глупыми. Но не в этот раз. Обещаю, будет здорово. И никаких трупов. Ну, почти. Я подошла к Шону: - Ты умеешь кататься? - Умею, хотя прошло много лет, - он взглянул на меня сверху вниз, и в его улыбке промелькнуло что-то тёплое. - Но я бы предпочёл еще почитать. Хотя, должен признать, твои попытки, вероятно, будут интереснее книги. В научном смысле. - О, так я теперь объект исследования? - я вспомнила вчерашний разговор. - Ты всегда была объектом исследования, - он помолчал и добавил чуть тише: - Но теперь я хотя бы научился записывать это по-человечески. Я невольно фыркнула. - Ценю прогресс. Кстати, какой у меня сегодня уровень по шкале? - Пока не знаю, - он прищурился. - Но если упадёшь - запишу отдельно. Это будет новый параметр: "грация падения". - Ты невозможен. - Знаю. Но ты всё ещё здесь. - Наконец-то слышу ваш флирт! - Тиль многозначительно подмигнула мне, бесцеремонно ворвавшись в наш разговор. - Это не флирт, - хором сказали мы с Шоном, переглянулись и синхронно отвели взгляды. - Ну конечно, - Сайрин, закончившая зашнуровывать коньки Андреасу, выпрямилась и усмехнулась. - Вы просто два учёных, которые случайно краснеют, когда смотрят друг на друга. Очень научно. Прямо диссертация. - Андрес, - я перевела взгляд на её жениха. - Забери свою невесту, пока она не договорилась до того, о чём потом пожалеет. - Она никогда не жалеет о сказанном, - меланхолично ответил он. - Это одна из причин, по которой я на ней женюсь. И одна из причин, по которой я иногда прячусь в библиотеке. - Вот именно, - Сайрин гордо вскинула подбородок. - Я всегда права. И вы оба это знаете. Просто признайте уже. - Нечего признавать, - буркнула я, наклоняясь, чтобы зашнуровать коньки, и надеясь, что замёрзшие пальцы хоть как-то оправдают мою неловкость. - Конечно, - Тиль хлопнула в ладоши. - Ладно, хватит болтать! Лёд ждёт! Дэрек, помоги Амари, а то она сейчас завяжет шнурки в узел, который даже Шон не распутает. - Я могу распутать любой узел, - возразил Шон. - Кроме узла в собственных чувствах, - тихо добавил Тиану, и я сделала вид, что не услышала. Метод обучения Тиль оказался… несколько грубее, чем того требовали обстоятельства. Мне едва удалось - и то с натяжкой - поймать равновесие, стоя на месте, прежде чем она подтолкнула меня в спину. - Что ты делаешь?! - взвизгнула я, размахивая руками. Смех душил меня так, что слова давались с трудом. - Ты должна двигаться! - крикнула она в ответ, сияя от собственной шутки. - Я просто даю тебе толчок! Это основа обучения! Метод "плыви или утони"! Она не целилась в кого-то конкретно, но Дэрек успел поймать меня за руку, отчего нас обоих развернуло на льду. К счастью, он держался достаточно уверенно, чтобы остановить наше вращение, не уронив нас обоих, и услужливо придержал меня, поворачиваясь к Тиль. - Так никого не учат! - его голос разрывался между весельем и искренним неодобрением. - Разве что самоубийц! - Она справится! - беззаботно отозвалась та. - Но она ничему не научится, - возразил Дэрек. - Кроме как падать с особым изяществом. - И подумай о моём достоинстве! - добавила я, всё ещё хихикая. Тиль надулась, но глаза её искрились. - Именно о твоём достоинстве я и думаю! Видишь? Я о нём забочусь! - Она демонстративно дунула на замёрзший локон, чтобы подчеркнуть свою правоту. - Другие бы просто оставили тебя стоять столбом! - Я приду за тобой, - пообещала я, хотя угроза, вероятно, теряла всякую силу из-за душившего меня смеха, - как только заставлю лёд и собственные ноги слушаться. - О, мне уже страшно, - пропела она, изящно откатываясь в сторону, где Сайрин помогала Андреасу подняться на ноги. - Буду ждать с трепетом! Дэрек хихикнул, снова придержал меня, когда я поскользнулась, и наконец помог обрести подобие равновесия. - Давай-ка я преподам тебе настоящий урок, - предложил он. - Без толканий в спину и прочих методов Тиль. - Я была бы очень признательна. Хотя бы за то, чтобы не упасть. - Для начала ты стоишь слишком прямо - я про ноги. Согни колени сильнее, как при тренировке с оружием. Я выполнила его указание и тут же почувствовала, что обрела куда больший контроль над своим телом. - Вот, хорошо, - одобрил он. - Теперь о движении… - Может быть, позволишь мне? - произнёс голос с другой стороны от меня. Мы оба удивлённо обернулись. Шон стоял на льду, и его книга была отложена в сторону. Кажется, мои попытки всё-таки оказались интереснее книги. - Непременно, - Дэрек с готовностью отпустил мою руку, и Шон перехватил мою ладонь с такой скоростью, будто боялся, что я снова упаду. Или что Дэрек передумает. Я снова поскользнулась, пытаясь сократить расстояние между нами, и Шону пришлось поймать меня за вторую руку, чтобы удержать. - Ты уже готов обсудить мою грацию? - спросила я, искренне надеясь, что мои щёки раскраснелись только от холода. - Вовсе нет, - тихо ответил он, притягивая меня немного ближе. - Я совершенно уверен, что к концу дня ты сравняешься, если не превзойдёшь, мои скромные навыки. Твоя способность к самообучению впечатляет. Я не находилась в его объятиях в полном смысле этого слова, но его руки, обхватившие мои локти, почти не оставляли пространства между нашими телами. Он наклонился, и на одно безумное мгновение мне показалось, что он собирается поцеловать меня прямо здесь - на глазах у друзей и любого жителя города, который мог оказаться поблизости. Он этого не сделал, но прижался своим лбом к моему. Я зажмурилась, затаила дыхание, боясь любым движением разрушить этот момент. Шон никогда не вёл себя так открыто там, где нас могли увидеть. Я распахнула глаза, чтобы посмотреть на него с беспокойством. Он улыбнулся - мягко, ободряюще - и слегка отстранился, выпуская одну мою руку. - Пойдём, позволь мне научить тебя. Обещаю, никаких толканий в спину. Только физика и здравый смысл. Он оказался прав. К концу дня я скользила по льду так же свободно, как он, и даже быстрее - по собственной воле, потому что мне нравилось чувствовать, как холодный воздух проносится мимо. С восхищением и лёгкой завистью я наблюдала за тем, как Тиль без малейших усилий катается задом наперёд. Кажется, она родилась с коньками на ногах. Солнце уже почти скрылось. Я удивилась, когда Шон притянул меня достаточно близко, чтобы запечатлеть легкий поцелуй на моих губах. - Мм… - прошептал он, поддразнивая, прежде чем отпустить. - Уровень, определённо, растёт. - Кстати, о шкале, - я прищурилась, но губы предательски расплылись в улыбке. - Какой у меня сейчас показатель? - Не скажу. Это секретные данные. - Шон! - Ладно-ладно, - он сделал вид, что задумался. - Выше тройки. Значительно выше. Но точную цифру я пока не вывел - нужна дополнительная калибровка. - "Дополнительная калибровка, - фыркнула Серена. - Он так и будет целовать тебя, ссылаясь на научную необходимость?" - "По-моему, он уже это делает". - "И ты не жалуешься". - "Не жалуюсь". - Думаешь, у меня есть шанс догнать Тиль? - спросила я, глядя вслед удаляющейся подруге. - Небольшой, - оценил он. - Она слишком быстрая. Как ртуть. Или как белка Тиану после трёх орехов. - Тогда, полагаю, я могу с тем же успехом остаться с тобой. Я вложила свою ладонь в его. Одной его улыбки хватило, чтобы согреть меня до кончиков пальцев, пока мы скользили обратно по речной глади. А позже, когда морозный воздух стал совсем колким, мы задержались у берега. Я закрыла глаза и прижалась лицом к его плечу. Почему от него так чисто пахнет? От него пахло больше морозом, чем дождем, книжными страницами и чем-то, что я не могла назвать иначе, как безопасностью. Шон коснулся моего подбородка, заставляя поднять голову, и его губы нашли мои - сначала неуверенно, словно он думал отстраниться после первого же прикосновения. Но он не отстранился. Он поцеловал меня снова, на этот раз чуть крепче, и ещё раз - и тогда я позволила своим губам приоткрыться навстречу. Он не колебался ни секунды: его рука скользнула по моей спине, притягивая меня, а язык заставил думать о вещах, о которых думать пока не следовало, потому что… Потому что никаких обещаний дано не было, и мы всё ещё не знали друг друга так хорошо, как следовало бы перед тем, как давать обещания. Обещания. Никаких обещаний. Шон отстранился первым, и я услышала его прерывистый вдох. Пальцы коснулись края моего уха, и кожу закололо приятным ознобом. Он попытался что-то сказать, но я увидела, как он начинает качать головой, - и не дала ему шанса передумать. Я обхватила его лицо руками и на этот раз поцеловала сама. Я не хотела думать. Я хотела, чтобы он целовал меня, касался меня, и хотела узнать, каково это - прикасаться к нему. Наградой мне стало откровенно соблазнительное рычание - его язык немедленно вернулся к тому, на чём остановился, дразня воображение куда более смелыми идеями. И теперь уже я издала бессловесный звук разочарования, когда он вдруг остановился. - Ты когда-нибудь раньше влюблялся? - выпалила я первое, что пришло в голову, чтобы отвлечься. Шон ответил не сразу - сначала наклонился, чтобы запечатлеть ещё один быстрый поцелуй на моих губах. - Нет, - сказал он наконец. - Теперь… должен ли я спросить тебя о том же, или могу предположить, что твой ответ похож? Я засмеялась, всё ещё немного смущённая. - Полагаю, достаточно похож. Хотя я, кажется, тоже новичок в этом деле. У нас с тобой много общего. Два сапога - пара. - Два сапога, один из которых только что научился кататься на коньках, - добавил он. - А у другого теперь есть научно подтверждённый показатель по шкале. - Ты опять? - Молчу, - он улыбнулся и притянул меня ближе. Я протянула ладонь и поймала несколько кружащихся в сумерках снежинок. Говорят, каждая снежинка неповторима. В сгущающихся сумерках я едва могла их разглядеть, но знала, что это правда. Вот только стоило сжать пальцы - и снежинки исчезнут. Всё прекрасное очень хрупко. Я посмотрела на наши переплетённые пальцы и на тёплый свет близкого костра. - Идём к остальным, - прошептала я. - Пока Тиль не начала комментировать наше отсутствие. - Боюсь, она уже начала, - заметил Шон. - И, судя по её улыбке, мы обеспечили её сплетнями на неделю вперёд. - "Как минимум на две", - добавила Серена. Я кивнула, и мы заскользили в тишине, которая была дороже любых обещаний.
Примечания:
I'm baaaaaack! Ух, сколько лет то прошло, даже не верится.
Фанфик чутка переработан, наслаждайтесь продой.
Мда, а Тим 5 ведь тоже не вышла, капец, 11 лет прошло с 4й...
