Гордость и предубеждение омеги

Ronald Jenkees - Guitar Sound

       Тэхен нашел Чимина в фойе у входа, тот выглядел взвинченным. Оглядываясь по сторонам и нервничая, юноша хаотично двигался на месте: периодически притопывал ногой и заламывал руки за спину, нехарактерно для омеги потягиваясь. Тэхен подумал, что сейчас Чимин больше походил на возбужденного альфу, который готовится к драке.       Парень в шапке почувствовал приближение цветочного аромата, оглянулся и увидел обеспокоенные синие глаза друга в нескольких шагах от себя.       Тэхен с стеснением поежился и не подходил ближе, словно между ними возникло невидимое препятствие. — Все в порядке? — тихо спросил он.       Чимин закивал головой так, что казалось, она сейчас отвалится, мысленно решая, рассказывать ли Тэхену о столкновении с Чонгуком. — Может с бассейном в следующий раз? — добродушно улыбнулся блондин. Он знал, что Чимин сейчас не очень настроен на водные процедуры. Лучшим вариантом было позволить ему уйти домой и отдохнуть. Тэхен не ждал, что друг захочет сейчас делиться тем, что произошло. Он все и так видел.        Пак Чимин всегда казался ему необычным альфой, от него не веяло агрессивностью и чувством превосходства, в отличие от других. Но с недавнего времени стало известно, что юноша и не альфа вовсе. Тэхен не отличался любопытством, но его все время тянуло в сторону Чимина, а когда они наконец смогли подружиться, стена новоявленного омеги рухнула. Тогда Тэхен понял, что проблемы теперь начались у него самого. Он понял, что этот парень нравится ему по-настоящему, как пара.       Все случилось неожиданно, когда он залез на лестницу, чтобы прикрепить стенд к стене по поручению учителя, и не удержал равновесие. Вся жизнь пролетела перед глазами, пока он сам летел вниз, но приземлился в мягкие руки Чимина, который волшебным образом оказался рядом.       Ни один альфа из их школы и его окружения не вызывал столько эмоций и трепета. Чимин по-особенному красив, нежен и дерзок одновременно, спортивно развит, но в тоже время настолько гибкий и мягкий, что не уступит своим очарованием самой стройной омеге. Что уж говорить о его лице! Он красивый. Тэхен слышал, что некоторые альфы из старших классов не против узнать Чимина получше, но боятся быть высмеянными толпой, поэтому не решаются подойти. Глупые звери! Они не видят насколько Чимин прекрасен!       Тэхен уже давно рассмотрел этого парня, и поэтому тонул в его присутствии. Аромат персика дурманил, но иногда исчезал, сбивая с толку. Однако парень понимал, что это влечение неестественно, ведь омега не может быть с омегой. Это неправильно! Он принял решение спрятать эти глупые чувства глубоко внутри себя, в надежде, что когда-нибудь они остынут.

~~~

      Чимину снились кошмары. Ему больно, воздуха не хватает, что-то давит сверху. Шею пронзает резкая боль, острые клыки вонзаются в его плоть. Самое ужасное, он понимает, что ему это нравится! Хочется еще!       Юноша проснулся и обнаружил себя в своей постели мокрым и липким. В комнате было жарко, как в аду! Он правда не знал, каково там, но личная Преисподняя сама настигла его. Течка началась поздно ночью. Зовя папу, скрутившись от боли и кусая нижнюю губу до крови, он изо всех сил поднялся, чтобы открыть окно.       Чимин повернул ручку на раме и хотел было потянуть на себя, как с криком отскочил. За стеклом кто-то был, но затем проворно спрыгнул вниз и побежал прочь по газону их двора.       Юноша не смог разглядеть лица, было темно, к тому же его состояние оставляло желать лучшего.       Он не сказал родителям о ночном госте, иначе они вообще с ума сойдут от переживаний. А парень уже устал доставлять им хлопоты, ведь он любил и жалел их. Ему хотелось поскорее повзрослеть, чтобы весь этот кошмар закончился.       Утром он написал Тэхену, что на больничном в связи с наступлением второго периода, что доказывал его принадлежность к омегам. — Чимин-и, дорогой, доктор пришел осмотреть тебя, — мягкий папа-омега тихо вошел в комнату и поцеловал сына в лоб, чтобы разбудить.       Господин Ким, он же профессор, приятный и спокойный бета, с теплой аурой и светлым умом. Чимину он понравился с первого раза. А еще он приходился дядей Тэхену. — Как ты поживаешь, Чимин-а? — спрашивал доктор, проверяя юношу на внешние показатели, а потом обратился к папе Чимина: — Я прогнозировал следующий цикл позже, но что-то спровоцировало более раннее наступление течки. — Господин Ким, когда же я смогу быть нормальным?       Старшие переглянулись и нервно засуетились, успокаивая Чимина, убеждая его в том, что все омеги проходят через сложности взросления.       Через пару дней парень вернулся в школу, где его ждал радостный Тэхен. Он с разбегу подлетел к нему и бросился в объятья, окутывая своим весенним цветочным ароматом, а потом со смущением отступил на шаг, потупив взгляд. Чимин, напротив, настолько воодушевился нежностью друга, что по инерции схватил его за руку и переплел их пальцы, заглянув в глаза. — Я тоже скучал, — ответил он, но вдруг осекся, заметив за плечом Тэхена черные омуты, полные ненависти и презрения.       Чонгук не смотрел на Чимина или Тэхена, его внимание было приковано к рукам друзей, которые они не собирались разъединять слишком скоро.       Чимин больше не чувствовал угнетения, когда видел этого засранца. Раньше он избегал лишней возможности столкнуться с ним, но сейчас ему хотелось снова повздорить и может даже подраться со своим обидчиком. Он перестал бояться и нашел внутри себя тот твердый стержень, что помогает ему чувствовать уверенность в себе.       Поймав взгляд Чонгука, Чимин с вызовом взглянул в ответ и вздернул подбородок, задавая немой вопрос: «Что смотришь?»       Глаза брюнета округлились, казалось, становясь еще чернее от тени гневного излома бровей над ними, но звонок и голос учителя, заставили его отступить и скрыться в классе.       Чимин нехотя отпустил Тэхена, чтобы тот сел на свое место, а сам с шумом плюхнулся за парту, впереди Чонгука. Слушая учителя, он строил план, как попросить его пересадить рядом с другом и подальше от альфы. Параллельно в голову закралась дурная мысль о том, что Чонгук хочет сделать Тэхена своей парой, поэтому злится на него. Неприятный ревнивый червь зашевелился где-то в районе желудка и больно уколол в районе сердца. Он осознавал, что не может претендовать на Тэхена, так как сам является объектом внимания альф. Одна мысль о том, что в будущем его друга может оприходовать какой-нибудь урод с огромными яйцами, вводила в ярость.       Вдруг он услышал у самого уха шепот Чонгука: — Пак Чимин, куда подевался твой запах? И почему ты воняешь мятой?

~~~

      Родители Чимина давно заметили дуализм ароматов их ребёнка, доктор Ким им об этом тоже рассказывал. Сдача крови не дала точных прогнозов о приближении течки: в случае с Чимином невозможно предугадать. Это сильно беспокоило, жизнь наполнялась новыми страхами и тревогами. Парень не знал, но чувствовал что-то неладное.       Единственное, что он мог сделать для спокойствия родителей, это быть крайне осторожным и при любом недомогании предупреждать их.

~~~

      Чон Чонгук никогда не остается в долгу. Он с детства получает все, что хочет. И наказывает всех, кто этого заслуживает.       Но именно Чимин больше всего напрашивался на проблемы. С детства его физиономия раздражала, особенно во время занятий тхэквондо. Тренер слишком опекал придурка и нежился с ним, в то время как остальных гонял до десятого пота. Все умилялись им, хвалили, а Чонгуку наоборот постоянно указывали на его недостатки и промахи. Он сын своего отца, поэтому должен соответствовать. Вечное давление со стороны взрослых и общества в целом. Мальчик не мог показать, что ему больно, страшно или обидно. А все потому, что он альфа, ему нельзя чувствовать. Все вокруг жалеют слабых омег, гордятся бетами за заслуги перед обществом, в то время, как о чувствах сильного пола не задумывается никто, даже сами альфы. Все привыкли, что они самый бесчувственный, похотливый и эгоистичный тип популяции. Сами виноваты! Чонгук стал заложником своего зверя и ему приходилось быть тем, кем является. Он сам бывает себе противен. А тут еще этот недоделанный альфа Пак Чимин, который полностью разрушал представления о том каким должен быть сильный пол.       Другой причиной ненависти к Чимину был Тэхен - самый обалденный омега их класса. Нет. Школы. Чонгук еще раньше замечал, как белобрысый украдкой посматривал на недоделанного альфу. Худшее из этого было то, что после этого он стал ненавидеть Тэхена больше, чем Чимина. От этой парочки его выворачивало и – «пиздец!» - он завидовал.       Однако может быть еще хуже, и это случилось именно тогда. Аромат персика – «ненавижу!» - разнесся по залу тренировки, а Чимин смотрел своими испуганными глазами прямо на него. Эти карие глаза и образ хрупкого пацана запали в душу и прожигали все внутренности до состояния угля и пепла. Бесячий альфа оказался омегой. Что с этим миром не так?! Чонгуку приходилось пользоваться противной мазью и пихать ее в нос, чтобы блокировать запах парня, который сидел впереди него. Пересаживаться он не хотел, так он признал бы свое поражение. Упертый зверь внутри него не давал ему выбора.       Казалось, уровень его психов и перепадов настроения нормализовался, но Чимин, как выяснилось, оказавшись омегой, с явным интересом начал смотреть на ссанного Тэхена.

«Уебки!»

      Однажды Чонгук захотел выбить всю дурь из извращуги и дать ему нагоняя, затащив в западню. Но – «сука!» – этот омега снова вызвал ту бурю, от которой хотелось бежать или наоборот утопиться в ней. Однако вид парня оставлял желать лучшего, он почему-то, помимо персиков, пах кровью. Своей! Чонгук сразу подумал, что тот ранен и нашел источник. Это была исколотая рука с большой синей гематомой. О чем думал альфа, он не знал, но инстинкт заставил его проявить заботу над слабым и лизнуть ранку, чтобы та быстрее зажила. Из-за чего он получил такого нехилого леща, от которого голова гудела весь оставшийся день. А лицо Чимина ошарашило.

«Откуда, блять, у него клыки!?»

      Альфа не тот, кто оставляет своего обидчика без сдачи, но его придавило так, что он разогнуться не мог. С ним обычно так поступал отец, когда он не слушался. А тут это смазливое чмо нагнуло его, не переставая скалиться.

«Слишком хорош!»

Сердце Чонгука сделало тройное сальто и ухнуло куда-то в бездну. Именно сейчас он, наконец-то, понял свое поведение в отношении омеги. Его неслабо штырит от запаха парня, а сам он постоянно бесит, и от этого лица до блевотины трудно отвести взгляд.

«Я ненавижу тебя, Пак Чимин!»

~~~

      Весь оставшийся день Чимин ходил сам не свой. Он жалел себя, жалел о том, что оказался слабым и несуразным омегой, а не альфой. А Тэхен продолжал смотреть на него своим теплым обволакивающим взглядом. Признаваться в симпатии нет смысла, его засмеют. Сам друг может разочароваться в нем. А терять его он ни за что не хотел. Милый Тэхен, такой добрый и чуткий. Чимин вряд ли наберется смелости признаться ему.       Тренеру по физической культуре пришла «гениальная мысль» столкнуть несколько классов на поле боя под названием «баскетбол». Небольшое школьное сообщество упорядочено разделяло труд и деятельность на определенные составляющие. Никто не оставался в стороне, все были задействованы в этом своеобразном муравейнике. Запахи смешались в общий фан*, притупляя инстинкты при огромной пестроте запахов. Так обычно бывает при большом скоплении народа.       Команды, кишащие грудами мышц и концентратом тестостерона, с удовольствием ждали агрессивной схватки между собой. Утонченные омеги из команды черлидеров зажигали аудиторию, что собралась на трибунах спортзала школы и с упоением болела за своих. Ответственные беты занимались организацией и сервисом.       Чимин, находясь в прострации, сидел на трибуне среди болельщиков и чувствовал себя разбитым окончательно. Всего несколько месяцев назад он играл в составе сборной своего класса, а сейчас его нет даже на скамейке запасных. Он омега.       Дерзкий Чон, будучи капитаном команды, хоть и задирал его, но когда дело касалось игры, становился настоящим лидером и опорой для команды. За ним хотелось следовать во что бы то ни стало. Чимин считал, что именно благодаря альфе их команда не раз побеждала соперников.       Сам юноша не считал себя хорошим игроком, но он был нападающим и неплохо справлялся с удачными подачами и бесхитростными попаданиями в кольцо.       Тэхен, сидя рядом, весело махал флажком, когда объявляли их команду, но краем глаза видел поникшего Чимина. Блондин сам был бы не против увидеть друга на поле, но он не знал, как подбодрить его.       Вдруг судья приостановил жребий, при котором будет решаться последовательность коротких матчей между командами. Чимин заметил обеспокоенность Чонгука и ребят. Их хотели дисквалифицировать. Альфа, который должен был заменить Пака, вчера повредил лодыжку на тренировке и не может участвовать. Скамейка запасных пустовала по неизвестной причине. Капитан команды хотел было договориться, что они даже в таком составе смогут участвовать, но судья был непреклонен. Неужели никто не отзовется на помощь?       Чимин сам не понял, как спустился с трибун и подошел к Чонгуку. Брюнет настроен скептически, но выбора не было. — Отложим личное в сторону, я сыграю, — сказал омега, не обращая внимание на недовольный гул и свист болеющих с трибун. — Ты давно не тренировался, не знаешь новую тактику. Я в двух словах объясню, пока играют другие, а сейчас беги переодеваться в форму, — прокричал капитан в ухо Чимину, но потом остановив его, добавил. — Сильно не геройствуй, береги живот, омега.       Эта была лучшая схватка за все время, когда Чимин играл. Он выложился по полной, и ребята были в ударе, поэтому их команда победила. Все плохое настроение испарилось, будто его и не было. Сияющие глаза Тэхена были заметны с поля, ради внимания которых Чимин готов был взлетать, забрасывая мяч в кольцо. Чонгук также был доволен командой и игрой, и, как ни странно, он один раз даже похлопал омегу по плечу в конце последней решающей игры. «Неужели жизнь налаживается?»       Не верится. Чимин уже не помнит, когда его жизнь протекала в позитивном режиме.       Он ждал, когда альфы переоденутся и выйдут из раздевалки, чтобы потом самому переодеться. Как ни крути, одним из важнейших правил их общества являлось соблюдение норм приличий между типами, чтобы избежать неприятностей. Чимин должен был сразу идти в отсек для омег, но по привычке оставил свои вещи в шкафчике в раздевалке альф, как раньше. А когда пришел, внутри уже полно было народу в полуголом и голом виде. Поэтому он терпеливо ждал.       Когда народ рассосался, в раздевалке и в душевой никого не осталось, Чимин прошмыгнул внутрь, проверяя все углы. Затем, закрыв изнутри дверь, отправился в душ, чтобы ополоснуться и смыть с себя липкий пот.       Юноша изначально не знал, что ему придется принимать водные процедуры, поэтому полотенца у него с собой не было. Ему оставалось лишь натянуть на мокрое тело одежду в которой он пришел. Попрыгав, на месте и потрусив голову, чтобы сбросить с себя хоть часть влаги, он вышел из душевой. Каково было его удивление, когда вокруг стало темно, а все из-за того, что на его голову свалилось большое полотенце. — А тело твое все равно не смахивает на омежье, — этот голос Чимин узнает из тысячи, потому он доставлял ему немало проблем.       Чимин не стеснялся оказаться перед Чонгуком в обнаженном виде, ведь совсем недавно они стояли чуть ли не под одним душем, и этот засранец мерялся с ним выраженностью пресса и даже кое-чем другим.       Омега проигнорировал слова альфы и открыл свой шкафчик, чтобы достать вещи, не переставая вытираться. По влажности полотенца можно было понять, что Чонгук уже использовал его, но это было лучше, чем ничего. — Ты не ответил на мой вопрос, омега! — продолжил доставать брюнет. — Какой? — Почему ты иногда пахнешь мятой? — Не знаю, наверное гормональные сбои, я уже говорил, — отмахнулся Чимин. — Давай заберу полотенце, чтобы постирать… — Не стоит, — спокойный и вежливый Чонгук вызывал больше опасений, чем в прошлом.       Чимин не успел надеть трусы, как альфа оказался слишком близко и смотрел прямо в глаза. — Сейчас могу учуять, — вкрадчиво забормотал альфа, продолжая вглядываться в радужки глаз юноши. — Тогда еще вопрос. Как ты смог тогда сделать это, когда врезал мне?       Чимин хотел проглотить язык и провалиться, чтобы свалить подальше от этого беса. Он понял, о чем речь, но сам не знал ответ. — Я серьезно. Это не многие могут, и уж тем более не омеги, как ты, Пак Чимин, — вынес вердикт Чонгук и костяшками пальцев провел по скуле юноши.       Движение явно было неосознанным. Волна!       Чимина обдало приятным ощущением, будто он оказался на солнечном пляже среди морской воды и свежего, ласкающего ветерка. Жаркий аромат, как летний день с морской озоновой свежестью, прозрачностью, холодными брызгами и дуновением бриза, поглотил его до кончиков пальцев ног. — Эээй, ты чего?       Чимин очнулся и понял, что висит на плечах Чонгука и вдыхает его запах в месте за ухом. «Вот это фиаско! Вот это попадос!»       Омега всего мог ожидать, но не того, что будет, как маньяк, тащится от аромата невыносимого Чон Чонгука. Это урод столько крови ему попил, что сейчас легче откинуть копыта, чем объяснить произошедшее.       По взгляду Чонгука можно было без слов понять, что он был далеко не против. Он схватил упрямый подбородок Чимина и, не отдавая себе отчет, поцеловал его в губы, с силой засосав нежную плоть. «Какого дьявола!?»       Чимин стремительно среагировал и попытался врезать за наглость, которую этот пришибленный позволил себе. Но Чон, уже наученный прошлым опытом, вовремя увернулся, схватил запястья омеги, прижал их над его головой к шкафчику и поцеловал снова с большей агрессией, шумно втягивая носом воздух. И получил снова за свою очередную вопиющую безрассудность.       По подбородку Чимина струйкой текла и капала на пол кровь, а Чонгук безумно скалился кровавой улыбкой, демонстрируя прокусанную нижнюю губу. — Пак Чимин, если ты действительно не хотел, чтобы я это сделал, ты опять попытался бы на меня ментально надавить, как в прошлый раз! Необъяснимо лишь то, как ты это делаешь, омега., — с издевкой сказал Чонгук. — Я не знаю!       Терпкий, резкий и освежающий запах мяты смешался с морским, заполнив все пространство вокруг. Но Чонгук не выпускал из рук полотенце, на котором сохранился легкий и нежный фруктовый аромат.

Персиковый аромат омеги.