Телохранительница моей жизни в странном мире прошлого.

Красивый был этот теплый летний день… ничего не возразишь. На голубом небе плыли совсем легкие и прозрачные облака, и в такую ясную погоду можно было глядеть далеко-далеко, на километры вокруг. Долина, простиравшаяся во все стороны, была практически полностью покрыта зеленым густым лесом, среди которого виднелись нескольких узких полос: это были дороги, проложенные среди деревьев. В таком безлюдном краю не было надобности укреплять их покрытием, поэтому пути пролегали по естественному природному ковру из корней, трав и опавших листьев. Вдалеке можно было заметить пару невысоких пологих холмов, которые тоже нарушали лесной покров долины. В стороне от них, чуть ближе, протекала небольшая река метров, наверное, десять-двадцать в ширину; она брала свое начало где-то слева, за горизонтом, пробегала здесь, словно чтобы нарочно показаться, делала небольшой плавный поворот и скрывалась в глубине лесов. Красивый пейзаж из картин природы, не нарушенный видом человеческих домов и строений, открывался взгляду всякого, кто смотрел бы со склона третьего холма. Здесь, в нескольких шагах от самой вершины подъема, росло старое и раскидистое, но не очень высокое дерево, отбрасывавшее на землю щедрую тень. Тишина… Только слабый шелест листвы, которую колыхали набегавшие временами порывы легкого ветерка, нарушал природное спокойствие. - Ф-ф-ф… ха-а-а… Глубоко вдохнув и выдохнув, я продолжал неподвижно стоять под этим деревом, созерцая картину, навевавшую глубокое умиротворение – и даже легкую сонливость. Чистый воздух, в котором не ощущалось никаких посторонних запахов, привычных любому жителю большого города, наполнял мои легкие, и, казалось, даже сами мысли наполнялись кислородом. - М-м-м!.. Потянувшись и подняв обе выпрямленных руки за головой, я широко зевнул и легко похлопал себя несколько раз по бедрам. Без причины; просто жест, вызванный, должно быть, ощущением отдыха – как морального, так и физического. В тени было заметно прохладнее, чем под дневным солнцем, но благодаря моей жилетке-безрукавке, надетой поверх рубашки, которая, в свою очередь, была надета поверх футболки, - благодаря всем своим вещам я даже не задумывался о холоде. Иногда меня называли странным, но я никогда не видел смысла одеваться по моде, чтобы угождать мнениям не известных мне людей, - поэтому предпочитал практичную одежду, чтобы все было сбалансировано: и удобство, и теплообмен, и вес. А еще, конечно же, важную роль играло количество карманов, которые я люблю наполнять разными вещами из разряда «на всякий случай»; стоит заметить, некоторые из них иногда действительно оказывались полезными. Засунув руки в карманы штанов, я еще раз вдохнул и выдохнул полной грудью. Кому-то это занятие может показаться скучным, но я считаю, что созерцание такого красивого пейзажа не может надоесть. Ну… хорошо, может, но не так быстро. Я бы не прочь даже прилечь здесь, на траве под деревом, на полчасика, а то и на часок, и вздремнуть, прежде чем возвращаться домой. - Хм-м… При мысли о доме я задумался и опустил взгляд на свои ноги, остановившись на одной травинке, закачавшейся от ветерка. Чего-то здесь не хватало… Словно какой-то крючок выпал из логической цепочки, отчего я ощутил болезненное напряжение в голове, силясь нащупать недостающую деталь. Углубившись в мысли, я покопался в памяти. Да, мой дом… Я знаю, что мне нужно вернуться, и лучше до наступления темноты, чтобы успеть поужинать и лечь пораньше, если не хочу просыпаться на следующее утро с чугунной головой. Вернуться… Стоп. А вернуться – куда? В какую сторону? В каком направлении от этого холма идти? Резко подняв голову, я огляделся. Холм с одним деревом, река, дороги, края горных вершин где-то на горизонте, да и вся эта долина, - что это вообще за место? Как я очутился на этом холме? Что я делаю в местах, которые вижу впервые в своей жизни? - Э… Придя к осознанию, я почувствовал, как где-то глубоко внутри меня начала подниматься неконтролируемая волна, охватывавшая меня все больше. Похоже, это была паника. В самом деле, как я попал в эти края и где вообще теперь искать людей? Ни дома на километры, а то и десятки километров вокруг! Куда бежать? Кого спросить? Как отсюда выбраться?! Я ведь раньше не страдал амнезией… а может, просто уже забыл об этом? Только как мне удалось забрести сюда? Далеко ли я от дома? Или вообще от людей? - Теле… Телефон. Точно, но, прежде чем моя рука дотянулась до кармана, я понял, что сотовый с собой не ношу: просто нет такой привычки. Как и следовало ожидать, его не оказалось ни в штанах, ни в карманах жилетки. Мысль поорать в надежде, что кто-то услышит и поможет, я сразу же пресек: идея не из лучших. Если телефона нет, нужно выбраться к дороге и попробовать добраться до ближайших селений; если повезет, может, даже попадется попутная машина – это будет просто здорово. Все, вот и решено! Вот и нечего паниковать. Придется немного прогуляться, но, думаю, мои кроссовки и не такое выдерживали. Я осмотрелся во все стороны и приметил ближайший из видимых с этого холма участков дороги. Вот только, прежде чем я успел туда направиться, откуда-то слева до меня донеслись едва различимые крики людей и звон чего-то металлического. Ага, долго искать не пришлось; похоже, мое везение прокачано до неплохого уровня. Постояв около минуты, я прислушался, повертев головой, и понял, что звуки, вроде бы, доносились из небольшой лесной чащи, раскинувшейся неподалеку от подножия холма. Думаю, там их будет несложно найти; в случае чего, если вдруг никого не обнаружу или потеряюсь, просто вернусь на исходную позицию. Холм должно быть видно издалека.

***

Однако… долгих минут пять я пробирался сквозь кусты и листву странных деревьев, которых даже не встречал до сих пор. Я старался не сбиваться с определенного ранее направления и явно был на правильном пути, потому что вскоре звуки стали отчетливее и можно было различить даже шум, похожий на крики толпы. Из-за этого у меня возникли некоторые опасения… но стоило хотя бы проверить, что за люди там собрались. Отмахнувшись от паутины, я наконец выбрался из лесных зарослей и оказался на небольшой поляне, принявшись отряхиваться от всяких мелких веток и листвы. Примерно в десятке метров впереди уже был виден свет: там, должно быть, заканчивалась роща и начинался луг, к которому я раньше стоял спиной; его я заметил, только когда искал источник звуков, но даже не думал, что в поисках людей пройду аж до него. На краю леса, в шаге от свободы, оставалось последнее препятствие в виде плотных, протянувшихся вправо и влево, насколько хватало взгляда, зарослей высокого кустарника, увешанного, вдобавок, ягодами, которых я, впрочем, не видел никогда, а потому и пробовать не решился. Однако ничего не поделаешь, если я хотел спросить путь, то нужно было продираться насквозь либо искать обход… за неимением времени и желания я выбрал первый способ. Главное – не подцепить опасных насекомых. Выплюнув попавший в рот листок, я высунул лицо по другую сторону живой стены… и увидел людей. Две больших группы, если точнее. Одна из них была примерно в сотне метров от меня и стояла спиной к лесу; другая же находилась еще дальше и, наоборот, смотрела в мою сторону, а еще заметно превосходила первую числом. Сомневаюсь, что кто-нибудь мог бы заметить меня в таких зарослях, однако я остановился, не совсем понимая, что происходит. Стояла тишина. Необычная; это была напряженная тишина, как перед бурей, когда все замерло на мгновение, прежде чем сорваться с места и понестись вихрем, сметающим все на своем пути. Я заметил еще одно движение и перевел взгляд. В группе людей, стоявших лицом ко мне, примерно в середине их строя, была одна фигура, выпрямившаяся в полный рост и поднявшая одну руку высоко в воздух; а в той руке человек держал… меч? Насколько мне хватало познаний в жизни, это был определенно меч. Спустя пару секунд человек опустил руку, указывая острием оружия вперед, на противников. С громким протяжным криком отряд единодушно сорвался с места и устремился к цели, приближаясь ко мне. Атака? Я задумался, вглядываясь в одежду, снаряжение и детали окружения. Вроде бы, у обоих отрядов были даже знамена, а значит, это полноценное сражение… Получается, я случайно попал к месту проведения реконструкции каких-нибудь исторических боев? - Хех. Я усмехнулся, удивляясь своей двойной удаче. Не то чтобы я был фанатом истории или оружия, нет; все гораздо банальнее. Я – простой любитель стратегий, особенно сделанных по событиям прошлых эпох. Нет, это вовсе не помогает мне интересоваться историей мира: от запоминания всех этих многочисленных имен, дат и событий меня выворачивало в любом возрасте, и даже спустя годы ничего не изменилось. Меня куда больше привлекает этот игровой жанр. Я не ожидал, что мне выпадет возможность увидеть такие события в настоящей жизни, собственными глазами, но в мечтах всегда восхищался сражениями, в которых все решает не скорость реакции и не уровень прокачки снаряжения, а умение застать противника врасплох и грамотное расположение своих войск на поле, стратегия и тактика. Порой в таких битвах многое зависит даже от боевого духа юнитов и их усталости, а значит, полководцу нужно знать своих подчиненных. Когда нет превосходства в численности и технологиях, в игру вступают незначительные на первый взгляд факторы, воспользовавшись которыми, полководец может одержать настоящую и заслуженную победу. Итак… реконструкция. Хорошо, подождем. Когда все закончится, просто подойду и попрошу помочь мне выбраться из этих мест. Может, даже согласятся подвезти. А если очень повезет, то могут и дать подержать своими руками оружие или вообще надеть доспехи! Главное – не подпортить штаны от счастья! Отряд, стоявший спиной ко мне, тоже устремился в бой, несмотря на то, что противник превосходил числом. Похоже, они воспроизводили какое-то историческое сражение, и условия здесь были совсем не равные. Хотя я бы лучше отступил назад и завел врага в лес; там численное превосходство не даст ему такого же преимущества, как на открытой местности. К тому же, хорошее место для засад и ловушек. Наблюдая за ходом боя, я удивлялся все больше и больше. Воины сражались в ближнем бою, используя холодное оружие, явно представлявшее собой мечи; лишь у немногих были длинные копья. Естественно, в отличие от игры, здесь «анимации» столкновений были куда реалистичнее и не обрабатывались системой, поэтому не были строго однотипными и происходили одновременно и без задержек по всему полю боя. Даже получив ранения, сражавшиеся оставались, падая на землю, как в действительности. Правда, кое-что мне показалось странным. Сражение происходило вдалеке, поэтому я не мог увидеть деталей, не выбравшись из кустов. Однако, прищурив глаза в миллиметровые щели, я заметил… «хитбоксы» воинов пробивались очень уж реалистично, прям насквозь! Да, именно так. Присмотревшись внимательно, я заметил несколько раз, как меч, направленный в грудь или живот, выходил с другой стороны, и это совсем не выглядело постановкой. Когда кто-то лишался конечности – это вовсе не было притворством; крики боли раздавались с обеих сторон. Сталкивавшиеся клинки мечей звенели с яростью, воины не стеснялись прибегать к пинкам или, потеряв оружие, переходили на рукопашный стиль; особенно отчаянно бились те, кто раньше был ближе к лесу, словно им было некуда отступать. Однако, несмотря на мужество оборонявшихся и их нежелание умирать, превосходившая числом сторона постепенно брала верх, и спустя каких-нибудь минут десять ряды, находившиеся ближе ко мне, дрогнули. Они были истощены в буквальном смысле: в них осталось всего несколько десятков человек, которые, впрочем, не желали отступать и даже не задумывались об этом. Только один из бойцов побежал в сторону леса, крича что-то и размахивая руками. Сначала я напрягся, не зная, что делать в такой ситуации, однако скоро понял, что меня он не заметил. Воин обращался к небольшой группе, стоявшей до сих пор в стороне от сражения и не принявшей в нем участия, отчего я и не обратил на них внимания. В этой группе было всего с десяток человек – и чего они ждали? Пока я задался этим вопросом, люди зашевелились и направились в сторону леса, собираясь, наверное, скрыться в нем. Один из них пытался возразить что-то и сопротивлялся, но его все равно уводили, пытаясь, убедить в чем-то. Внезапно раздался протяжный крик, настолько громкий, что, находись я рядом, непременно оглох бы, наверное. Это был все тот же отступивший воин, и он указывал пальцем на дальний край поля боя. Я прищурил глаза, пытаясь разглядеть, что он там нашел, но заметил лишь какое-то движение. Похоже, к врагам пришло подкрепление? Тем временем бежавшая группа подошла к моей позиции достаточно близко, чтобы я начал тревожиться. Может, пора уже самому делать ноги? Не уверен, что, если меня здесь найдут, я отделаюсь простым расспросом о том, откуда пришел и что тут забыл. А если учесть, что здесь происходило всего минуту назад, так можно и вообще с жизнью распрощаться… С этими мыслями я начал пятиться обратно в лес, стараясь не подниматься, чтобы меня не заметили среди листвы. И в этот момент в небе мелькнуло что-то темное. Я не успел поднять взгляд и разглядеть, но вскоре понял. Понял, когда земля вокруг бежавших покрылась сероватыми точками, похожими на внезапно выросшую траву: это были древки стрел, прилетевших не пойми откуда. Целый залп накрыл отступавших людей, и все они повалились в траву. Кто-то еще попытался пошевелиться, но всего через несколько секунд второй залп довершил начатое. - А-а-а! Сквозь звуки заканчивавшейся битвы пробился чей-то долгий крик от боли, но это были уже последние мгновения жизни оставшихся выживших. Противник победил, и сомнений в этом не оставалось. Тяжело вздохнув, я задумался. Что теперь делать?.. Если я покажусь, не пришьют ли меня на месте, как только что сделали это с отступавшими? Гораздо безопаснее было бы сейчас вернуться на холм и попытаться понять, как отсюда убраться целым. Я услышал стон – определенно, это был стон раненого, похоже, из тех, кто попал под дождь стрел. Но тут уж я ничего не смог бы сделать; видно, что стреляли дважды, чтобы наверняка. Однако… голос был слишком громкий и скорее напоминал вскрик от резкой боли. Помочь? Или не помочь… Или помочь? Может, лучше подумать о себе? Или… Послав доброго самаритянина внутри себя на все десять букв, я выпрыгнул из кустарника задом и пригибаясь побежал в ту сторону, где лежали отступавшие люди. Между нами было всего около десятка метров, так что скоро я уже слышал стоны более отчетливо. Определенно, кому-то удалось выжить… только надолго ли? - Ох ты! Сунувшись в кусты, я чуть не встретился носом с острием стрелы, застрявшей в ветвях и листве. Осторожно достав ее, я полез, теперь уже следя за тем, куда пробирался. Выглянув с другой стороны, я увидел тела, лежавшие в невысокой траве. Все были мертвы: это нетрудно понять по стрелам, торчавшим из их спин и ног. Впрочем… кто-то еще умудрился пошевелиться. Одно тело еле заметно двигалось из стороны в сторону, будто барахтаясь в воде или пытаясь приподняться. Нет… этот человек был уже мертв. Но под ним лежал еще кто-то, и вот ему повезло гораздо больше. Хотя об этом я догадался быстро, вопрос остался в другом: как вытащить выжившего? Если я выберусь, даже пригнувшись, меня обязательно заметят. Расстояние до поля битвы не такое большое, и меня тут видно. Кто стрелял – я не знаю, и оказаться накрытым внезапным залпом – проще простого. А если не высунусь… Плюхнувшись плашмя лицом в траву, я быстро-быстро пополз, отплевываясь по пути от сухой травы, разных цветков, но не поднимая голову. По пути я натыкался на торчавшие из земли стрелы, и пришлось выдернуть все, чтобы не порезаться случайно. Подползая к месту, где, как мне казалось, лежал выживший, я так торопился, что в итоге врезался лбом в кого-то и услышал приглушенный стон. Голос был… женский? Приподняв голову и отодвинув в сторону траву, я увидел лицо девушки. Она смотрела прямо на меня и морщилась от боли, но не из-за нашего удара; девушка держалась за бок, на котором сквозь одежду выступило большое пятно крови. Что хуже, из ее тела торчала длинная стрела. Я сжал зубы, представляя, насколько больно было терпеть чужеродный предмет, вонзившийся ей в бок. Однако что я мог сделать в такой ситуации… - Потерпи немного, сейчас оттащу тебя, - пробормотал я, не поднимая на всякий случай головы и пытаясь представить, как лучше справиться. Во-первых, предстояло столкнуть с девушки тело ее спасителя. Конечно, спасибо ему за благородную жертву, однако он прижал ее своим весом к земле, и, похоже, она не могла выбраться сама. Во-вторых, предстояло утащить ее в лес, а при этом у нее из бока торчала стрела. В-третьих, нас могли в любую секунду накрыть новым градом стрел. Но девушка смотрела на меня, хоть не умоляющим взглядом, но наверняка ожидая, что я помогу ей. Да и я сам уже не мог свернуть назад: если зашел так далеко – значит, сделаю то, что собирался исполнить с самого начала. Простое упрямство. Действовать нужно было быстро, и, собрав все силы, я поднялся из травы, сидя на корточках, чтобы уменьшить риск быть обнаруженным. Навалившись одним рывком, я отодвинул тело павшего воина, поднял выжившую с земли… и, подхватив ее со спины под руки, потащил в сторону леса. Чего, какое еще «взять на руки»? Я что, похож на перекачанного героя фантастических комиксов? Я с трудом поднимаю собственный вес по утрам из постели; чтобы осилить девушку, мне понадобится еще года два усердных тренировок. Естественно, двух лет у меня не было в запасе в эту минуту, поэтому я выбрал самый быстрый, как мне казалось, способ. Она напряглась и сжала зубы, но все равно глухо застонала. Я понимал ее: каждый мой шаг наверняка отдавался мучительной болью во всем ее теле, особенно возле раны, но с этим ничего нельзя было поделать. Сначала нам нужно скрыться от глаз, а уже потом и позаботимся об остальном. Торопливо, задом и боком, я дотащил девушку до леса и втянул за собой в кусты, там, где, как мне показалось, было меньше всего ветвей. Теперь мы оказались в относительной безопасности, и я вспомнил о ранении, поэтому усадил ее под деревом и задумался. Да, может, и правильнее было бы уложить ее не землю, однако стрела попала ей в бок, пониже ребер, войдя спереди и выйдя со спины, так что прежде всего нужно было как-то избавиться от древка, застрявшего в теле девушки. Может, ей в каком-то смысле повезло, что стрела прошла практически с самого краю, но на этом ее удача закончилась. Кстати говоря, девушка бормотала что-то, тяжело переводя дыхание, наверное, обращаясь ко мне. Я заметил на ее лице и на теле крупные капли пота; и правда, ей было не на шутку больно. Впрочем, по какой-то причине я не понял ни единого слова, поэтому помотал головой. - Ладно… - я осторожно попытался дотронуться до конца стрелы и посмотрел на девушку, ожидая ее реакции. – Сейчас будет немного больно; потерпишь еще? Она приоткрыла глаза широко на секунду, увидела, что я собрался сделать, и зажмурилась, кивнув. - Ха! Не затягивая, я взмахнул обеими руками и одновременно ударил ими навстречу друг другу по древку стрелы в разных местах, чтобы оно переломилось. В жизни подобного я не делал, но видел такой прием в фильме и в паре игр: с его помощью главный герой избавлялся от стрелы, ранившей его. Правда, там все выглядело гораздо серьезнее, но сейчас речь шла о девушке, и с ней нужно было обращаться намного осторожнее. Конечно, без боли не обошлось: девушка зажмурила глаза и, широко открыв рот, выгнулась всем телом вверх, пронзительно застонав и глубоко дыша, будто рыба, выброшенная на берег. Ее лицо было искажено гримасой боли, и мне стало жаль ее, но с этим я ничего не мог поделать. Однако я сумел достичь своей цели: стрела практически переломилась на две части, и теперь оставалось только избавиться от нее. Впрочем, нас ожидала другая проблема: а что делать с кровью, которая потечет, едва я вытащу стрелу? А вот девушка об этом, похоже, не задумалась. Она потянулась за спину и, делая отчаянные движения, попыталась вытащить оставшийся в ее теле железный наконечник. - Чего… подожди! – я схватил ее за руку. – Ты что, хочешь умереть от потери крови? Нужно перевязать рану! Не слушая меня, она быстро заговорила что-то на своем языке и продолжила попытки. Поняв, что останавливать ее бесполезно, я хлопнул девушку по руке и сам взялся за дело. - Будет очень больно, так что лучше готовься. Вряд ли она поняла меня, однако замерла. Я ухватил металлический наконечник и потянул… - Мх-х! А… А-а-а! Поначалу она пыталась сдерживать голос, но уже скоро ее старания сошли на нет. Чтобы не затягивать мучения, я выдохнул, в секунду помолившись всем хранителям игр жанра «стратегии», и резко вытащил остаток древка из ее тела. Когда боль немного утихла, девушка застонала и подняла на меня взгляд. Я не ответил ей тем же, потому что был занят поисками; наконец я вытащил из кармана рубашки и поспешно сложил свой носовой платок, прижав его к ране, оставленной на ее животе. У меня не было времени разбираться в странных длинных и явно многослойных одеяниях, надежно скрывавших ее тело, поэтому решил сделать просто и грубовато, но быстро. - Держи вот так, - я схватил руку девушки и прижал ладонью к платку, показывая, как нужно делать. – Не отпускай, пока не… а, все равно ты не понимаешь. Осталось придумать, что делать с… выходным отверстием, если его так можно назвать. Если о нем не позаботиться, она все равно истечет кровью раньше, чем я смогу доставить ее до места, где можно найти помощь. Девушка опять заговорила о чем-то, повторив несколько раз одно и то же слово, каждый раз повышая голос. Не дождавшись моей реакции, она ткнула меня кулаком в бок. - Ау! Чего дерешься? Ты не видишь, что я занят? Вместо ответа она протянула мне сверток из ткани, взявшийся непонятно откуда. Развязав его, я обнаружил внутри нечто странное: какие-то волокнистые материалы, напоминавшие – отдаленно – современную вату, и длинные ленты, похожие на бинты. Прекрасно, ну наконец-то решила облегчить мою жизнь и помочь мне. - Зараза… Я догадался, что она поняла мои намерения. Но, стоило мне приняться за дело, как возле края леса послышались голоса перекрикивавшихся людей. Если верить тому, как закончилось сражение, даже мне не составило труда догадаться, что это были точно не союзники. Похоже, это же поняла и девушка: на ее лице появилась тревога. - Сиди, - я надавил ей на плечо и вернул на место, когда она попыталась встать. – Я быстро закончу. Она попыталась возразить что-то и завозилась, оттолкнув мою руку от ее раны. Тогда я щелкнул пальцами перед ее носом, заставив обратить внимание хотя бы на этот жест, после чего поднял ладонь перед лицом девушки, показывая, что от нее требовалось только спокойствие. - Посиди немного. Иначе все было зря. Торопливо, как умел, я обмотал длинную ленту вокруг ее талии, затянув потуже, отчего девушка поморщилась, и провел второй моток через плечо, чтобы все это сооружение держалось не сползая. Хотелось бы сделать понадежнее, но на этом «бинт» закончился. Вместо благодарности она толкнула меня в плечо, будто рассердившись, что я сделал слишком грубо. - Какой же ты дурень, честное слово… Да помоги мне уже подняться, болван ты этакий! Если не уйдем сейчас, они и тебя убьют! Ты вообще не понимаешь, что я говорю?! Эй! - Не паникуй раньше времени… - ответил я, складывая принадлежности обратно в ее сверток. – Что? Я посмотрел на нее, и она ответила мне тем же удивленным взглядом. Слова девушки неожиданно стали для меня понятны, словно я до сих пор не обращал на нее внимания, но напрягся – и услышал ее ясно, будто мы внезапно заговорили на одном языке. - Так ты меня понимал все это время?! – она обозлилась окончательно, но застонала и схватилась за бок. – Почему тогда молчал?! - Э-э… нет. Только сейчас вдруг понял, что ты говоришь. Что произошло? - А ты не видишь? – она обвела рукой лес. – Мы в ловушке – вот что произошло! - В лесу, если точнее, - поправил я, поражаясь своему хладнокровию. – Нет, я не о том. Меня интересует, что такого случилось, чтобы я начал понимать тебя. До сих пор я вообще не различал ни единого слова в твоем щебетании. «Щебе»… Что за ерунду я сейчас сморозил? Конечно, у нее приятный голос, но чтобы так выразиться… Забавно, что и она, похоже, смутилась от такого выражения. - П… послушай, - девушка схватилась за ствол дерева, пытаясь подняться на ноги, и отвернулась, изо всех сил стараясь не показывать мне лицо. – Давай поговорим позже, а сейчас лучше подумаем о том, как бы выбраться отсюда. - Это я и хотел предложить. Я спокойно помог ей встать на ноги и подхватил под одну руку, после чего мы начали свой путь в глубину леса. - Чего?! – возмутилась она. – Это моя идея! Вот же нашла время и место спорить на ходу. - И моя тоже. Разве это не лучший выход сейчас? - Да, именно поэтому я это придумала! Внезапно я понял, что она начала меня раздражать… Однако ничего не поделаешь, придется потерпеть; не зря же я рисковал своей жизнью. Не пойму только: чего ради все так усердно защищали ее? - Ладно, ладно… Ты знаешь, как нам выбраться отсюда в безопасное место? Я знаю лишь один путь, но там нас могут быстро найти. - Если бы я знала, в какой части этого леса мы находимся, - может, и вспомнила бы что-нибудь. - А у тебя нет карты? Или какой-нибудь еще информации о местности. - Она у главы передового отряда. - Здорово, уже что-то. А где он? - Впереди, конечно же! – она хмыкнула, будто я спросил дикую глупость вроде того, кто она – девушка или же мужчина. – Они отправились в разведку, пока мы продвигались по этой дороге. - Не буду интересоваться, помнишь ли ты хоть что-нибудь из карты… А они вообще должны вернуться за вами? - Надеюсь, что главн… - Вижу их! – раздалось уже совсем невдалеке позади. - Вот же… - прошипел я с досадой сквозь стиснутые зубы, чувствуя, что сам начал выматываться от веса этой девушки на моем плече. – Можешь прибавить шаг? - Даже если могла бы – мы не уйдем далеко, - с огорчением ответила она. Понести ее на спине? Нет, я не был настолько уверен в своей физической силе. Спрятаться и переждать? Но враги могут начать обыскивать каждый уголок леса, а подходящих мест для пряток я не замечал. К тому же, нас уже заметили. - Да уж, пользы от тебя оказалось немного! Девушка остановилась, оттолкнув мою руку, распахнула одну из частей своего сложного одеяния, и под ним я заметил рукоять меча, до сих пор хранившегося в ножнах, которые были надеты на ее поясе. Вот это опасная красота! Стоп. Только что она упрекнула меня в бесполезности? Или мне это послышалось? - Я задержу их, сколько смогу, - девушка развернулась и положила ладонь на рукоять меча, пытаясь стоять прямо, но поморщилась от боли в ране и привалилась плечом к стволу ближнего дерева. – Ты скройся и постарайся отыскать отряды с красно-зелеными знаменами, на которых… - Вот еще не хватало, чтобы женщина мне указывала, - я тоже остановился. – Дай и мне какое-нибудь оружие, если у тебя еще есть. - Бери камень и дерись им! Большей пользы я от тебя все равно не жду! - Ага, ну спасибо. Собралась геройствовать одна? - Я не сдамся им живой и без боя! - Это и понятно, учитывая твой характер. Мы стояли, ожидая, пока двое воинов – один чуть впереди, другой немного отстал – приблизятся к нам, и беседовали, будто не сражаться собирались, а ожидали опаздывающих знакомых, на которых она и злилась. Вернее… я, наверное, еще не понял всей сути происходившего, потому что был на удивление для самого себя спокоен. Разве что колени слегка дрожали. Я вздохнул и повернулся к ней, сократив расстояние между нами до половины шага. Другого выхода не было. Может, хоть так очнусь от этого странного затянувшегося сна. Теперь, когда наши лица оказались так близко друг к другу, она вдруг смутилась, медленно попятилась, ярко покраснев, и отвела взгляд. - Ты… ч… чего? Вместо ответа я прикоснулся к ее руке… и вытянул меч из ее ножен сам, отвернувшись и встав в боевую стойку. - Хм-м… Стоп!! Внимание, эй там, на вахте в мозгу, секундочку! Теперь, почувствовав в руке вес холодного оружия, я понял, что зашел туда, где меня не спрашивали. Я держал в руке настоящий, ощутимый, материальный, тяжелый и не очень удобный меч. Впервые в жизни! А что я делаю?.. Я не владею холодным оружием. Конечно, фильмов я смотрел много, но кино – одно, а жизнь – совершенно другое. Да эта штука весит больше, чем… чем вообще все, что встречалось мне до сих пор в жизни. Проще говоря, тяжелее этого меча мне еще ничего не попадалось! Напрягая все мышцы тела, чтобы не потерять равновесие и не свалиться, как последний дурак, лицом на землю, я перехватил рукоять поудобнее обеими руками и осмотрел оружие, слегка покачав его вперед-назад. Длинный, тонкий, с одним лезвием, слегка выгнутый вперед клинок, - я примерно узнал его по форме и внешнему виду, однако это вовсе не добавляло к моему навыку мечника ни одного очка опыта. - Отдай, он мой! – девушка запротестовала, пытаясь вернуть оружие, но я отскочил назад. – Верни мой меч! - Не в этот раз, уж прости. Сейчас ты должна бежать и найти своих солдат. Поняла? - Бежать с позором, хочешь сказать? – она обозлилась и, подловив меня, когда я поднял руку с оружием вверх, ударила меня кулаком в живот. Подлый ход. Я знаю этот удар, призванный выбить из легких цели весь воздух; более того, однажды я испытал на себе всю действенность такого приемчика. Отчасти для этого я ношу жилет: в нем спереди есть твердый слой-каркас в виде моей записной книжки. Именно поэтому ее удар не достиг желаемого результата, хотя и был весьма неприятным. Зато я опустил обе руки, обхватив ее плечи со всей силы, и сжал ее так, что она застонала и замотала головой. - Больно… больно, больно! Ты мне кости сломаешь! А-а-ай! Моя рана! Пусти, пусти! - Послушай, вот что я тебе скажу, - я отпустил ее из хватки, но перенес руку с мечом, легко прижав лезвие к ее позвоночнику на шее: - Ты скроешься, как только я тебя отпущу. Иначе… - я сделал шаг назад и медленно занес меч для решающего удара. – Иначе мне придется самому лишить тебя жизни, раз уж ты сказала, что живой не дашься. - Ты… Похоже, она еще не хотела верить, что я сделаю подобное. Но я покрепче обхватил рукоять обеими руками и постарался изобразить на лице такое решительное выражение, какое только мог. Теперь она смотрела на меня большими глазами, будто я предал ее доверие. - Ну! Я вложил в этот крик как можно больше злости и раздражения, накопившегося у меня за время общения с этой девушкой. Признаю, в какой-то степени она мне надоела. Но желание спасти ее все равно перевесило мысль отдать ее врагу. Я отвел руку назад и развернул клинок острием вперед, нацелившись на ее шею. - Я сказал тебе уже два раза. Беги. Еще секунду промедлишь – убью тебя сам. Вон отсюда! Только теперь она, испугавшись моего злобного крика, попятилась и скрылась среди ветвей деревьев. А теперь… предстоит бой с настоящим противником. Развернувшись и взяв меч в обе руки, я приготовился. Двое воинов приблизились и остановились в десятке метров от меня, держа оружие наготове. У них были точно такие же мечи, отличавшиеся разве что цветом рукояти. Ну… что уж поделаешь, вздохнул я мысленно, женщины любят веселую раскраску. Однако… а что мне с ними делать? Рассказать анекдот и разойтись с миром? Придется как-то разобраться с этими двумя, и при этом я далеко не мастер клинка. Выдохнув поглубже, я опустил клинок острием к земле и отвел его вбок, слегка назад, как видел это в некоторых фильмах. А вдруг сработает, и они посчитают, что сталкиваться со мной не стоит? Впрочем, кто станет бояться человека с моим-то телосложением… И точно: никто из них меня не испугался. Один противник направился ко мне шагом, занеся оружие сверху. Я ожидал его приближения, заметив лишь, как моя нога, отведенная назад и поставленная на носок, подрагивала, и напрягся. Не хватало, чтобы надо мной противники смеялись. За несколько метров воин постепенно ускорился и молча размахнулся… А я неожиданно для самого себя рванул вперед, с силой оттолкнувшись от земли ногой, отведенной назад, и пригнулся, преодолев длинными скачками несколько метров и присев к концу броска. Я не понял, что именно и как произошло, но, когда поднял голову, заметил, что мой меч был поднят вверх… а, нет. Мой меч исчез из руки после сильного рывка, и кисть руки тоже внезапно охватило тупой болью. Оглянувшись, я обнаружил, что воин, шедший на меня, медленно упал на колени и растянулся на боку, еще пытаясь найти силы подняться, а из его спины торчало острие меча. Очевидно, моего. Впрочем, остался другой противник, и о нем я забыл на секунду. Этого мгновения тому хватило, чтобы разбежаться в мою сторону и занести клинок для удара. - А… Я успел только прошептать это, почувствовав странную улыбку на лице. Типичная ошибка новичка, ожидавшего какого-то чуда от своего неожиданного первого боя. Интересно, а в каком месте я очнусь и очнусь ли вообще? Ну, если предположить, впрочем, что до сих пор я видел странный сон, то вскочу, наверное, уже в своей постели и примусь ощупывать себя в поисках раны, от которой закончится моя жизнь. Крики, донесшиеся из-за спины, я различил лишь краем своего сознания. Противники? Или новое сражение с появившимися подкреплениями, присланными войском, к которому принадлежала девушка? Раздалось несколько низких вибрирующих звуков, и тело оставшегося воина пронзили сразу несколько стрел. Споткнувшись и выронив оружие, он упал и, перекатившись пару раз, замер рядом, глядя на меня еще открытыми глазами. Среди деревьев мелькали другие противники, спешившие найти меня и скрывшуюся девушку. Впрочем… нет: если судить по звукам битвы, они уже сражались с кем-то. Неважно; для меня, только что избежавшего смерти, было более приоритетной задачей скрыться подальше от греха – и от чужих глаз. Пока мне не было известно, что за лучники целились в последнего моего противника, и я не горел желанием узнавать это по стреле в моем теле. Поэтому, забрав у воина меч, отнятый у девушки, я развернулся и поспешил исчезнуть в лесу, чтобы найти мой холм и придумать другой план возвращения… куда-нибудь. Но моим планам помешали. Из-за деревьев внезапно появились сразу несколько воинов в доспехах, и женщина… то есть, еще одна девушка, также облаченная в защиту, направила на меня свой клинок. Я не придумал ничего лучше, чем попятиться и произнести: - Здр… добрый день. - Бросай! – приказала она, указав на мой меч. – Живо! - Сначала представьтесь, а потом вещи отнимайте. Она махнула рукой, и несколько подоспевших лучников приготовились к выстрелу. Я только хмыкнул и, скривив рот, поморщился. - Эй, стоя-я-ять! К нам бежала обладательница этого голоса – весьма знакомого, надо сказать, потому что это была та самая девушка, с которой мы расстались всего несколько минут назад. - Что такое? – мечница оглянулась в ее сторону. - Сначала отнимите у него мой меч! Не хочу потом оттирать рукоять! - Отрубить вместе с его рукой? На секунду девушка задумалась. Так вот она, благодарность за спасение?! - Не надо. Она приблизилась ко мне и протянула руку. - Дай. Вздохнув, я пожал плечами и, опустив острием вниз, передал ей оружие. - Ладно, возвращаю, спасибо, что одолжила. Тогда… полагаю, раз дел больше нет, я пойду куда-нибудь. У вас тут, вижу, битва. - Ты никуда не идешь. - Чего? Я обернулся, проворчав свой вопрос. Еще бы, ее заявление, выданное таким самоуверенным тоном, мгновенно вывело меня из себя. Кто это тут вздумал мне приказывать? Тут же у моей шеи оказался конец клинка, который теперь она сама направила на меня. Собралась убить? Но нет, прошла пара секунд, а она не двинулась. - Схватить его, - приказала девушка, отходя назад. – И по возможности осторожнее, но если будет сопротивляться – можете применить силу. - Че… эй!

***

Все это происходило ближе к полудню. К наступлению вечера меня, предварительно связанного по рукам и помещенного под надзор двух воинов, доставили после длительной «прогулки» в селение и, не дав времени ознакомиться с достопримечательностями, сразу же провели в главное здание города. Это было нечто, напоминавшее, как я понял, дворец – так его, во всяком случае, назвали в разговорах обо мне стражники. Деревянный дворец, если точнее. Кстати, я не заметил в городе ни одного здания из камня или глины, и это навело на определенные мысли. Преодолев ворота. большой двор перед главным зданием дворца, поднявшись по нескольким лестницам и подождав, пока перед нами отворят массивные деревянные двери, - после всего этого пути я был не слишком-то вежливо втолкнут в просторное помещение, где меня уже ожидали несколько сидевших людей. Они сидели на уложенных на полу подушках; как я догадался, это было сделано, чтобы… смягчить участь их ног, поджатых под себя. Весьма своеобразный стиль. Они сидели в дальнем конце этого зала, по обе стороны от довольно заметного возвышения, образуя как бы дорожку для того, чтобы стражники могли подвести меня ближе. Конечно, эти двое пнули меня под колени, заставив сесть на полу. Как мило с их стороны. - Ваше высочество, - раздался голос справа от меня. – Проходимец доставлен по вашей просьбе. Я глянул краем глаза и заметил, что говорила незнакомая мне женщина, сидевшая ближе всех к возвышению. - Хорошо, - раздался голос с возвышения. Наверху сидела на высоком стуле девушка, которую мне не составило труда узнать по одному только голосу. Впрочем, я и так уже понял из разговоров, кого мне довелось спасти этим днем. Это была не простая девушка-воин, даже не командир того отряда, а правительница страны, что-то вроде местной королевы или принцессы. Да ее принцессой и называли, поэтому я буду обращаться к ней точно так же. - Назови свое имя, простолюдин, - потребовала говорившая ранее женщина. - Зачем оно вам? – протянул я недовольно. – Правосудие вершится без внимания к имени и происхождению. Фраза, которую я запомнил из игры; ее произнес генерал, которого уличили в предательстве и пособничестве врагу. Конечно, наверное, я должен был проявить больше уважения ко всем присутствовавшим, особенно если учесть, куда попал. Но меня просто бесило, что на меня смотрела свысока девчонка, которая не выглядела старше меня! Это правда. Она была ниже меня и вообще показалась мне простой девушкой, довольно симпатичной, если говорить честно. Я и мысли не допустил, что она могла внезапно появиться передо мной в роли правительницы страны и глядеть со своего возвышения, будто я должен преклоняться перед ней теперь. Раздражает! - Не хочет говорить – и не надо, - заговорила принцесса. – Просто назовите все деяния, которые он совершил, и давайте закончим поскорее. Не хочу пропускать ужин! - Как пожелаете, - женщина поднялась и развернула свиток, принявшись читать. – Неизвестный простолюдин, ты обвиняешься в следующих преступлениях! И понеслось-поехало. Я узнал много интересного: оказывается, за все время, проведенное в лесу, я успел оскорбить принцессу словом. Ну… может, самую малость, но, можно подумать, она не сделала того же. Я повысил голос на правительницу страны – а как будто она этого не сделала первой. Я обманом завладел ее личным оружием; ну кто виноват, что голыми руками нельзя остановить меч противника. Угрожал убить… вот тут ничего не возражу, было дело, но и причина тому была вполне очевидна. Наконец… я дотронулся до тела принцессы! Пока обрабатывал ее раны, и то не напрямую, а через одежду! Если просто собрать все обвинения и не рассматривать их объективно, то звучит так, что я и не спаситель вовсе, а какой-то насильник! Не получив возможности даже высказать вслух свои возражения, я в итоге стоял на коленях, с приставленной к затылку рукоятью меча, склонив голову и ожидая решения правительницы. На самом деле, я так вымотался за весь этот день, что ранее чуть не прилег прямо на деревянном полу этого зала, так что стражникам приходилось одновременно и держать меня, чтобы я не заснул прямо посреди судебного процесса. А что делать? Все равно игра-то в одни ворота. - Эх-х, - вздохнула принцесса, однако с таким радостным выражением на лице и таким беспечным голосом, что мне так и хотелось запустить кроссовком ей в нос. – Нагрешил ты, простолюдин, по самые уши, и было бы даже слишком просто приказать просто казнить тебя завтра утром. У меня есть гораздо более полезная работа для тебя. Будешь служить мне! - Служить… В принципе, я был готов признать, что допустил несколько ошибок. Если даже назначат на какую-нибудь работу, пока не отработаю вину, - ничего особо страшного. Может, даже смогу освоиться в этой стране и пойму, что к чему. - В какой должности? - Слуги, естественно! – ответила она. – Ты что, совсем дурень? Будешь делать все, что скажу, а если провинишься – получишь наказание! Вести себя не умеешь, в бою от тебя тоже мало толку, - может, хотя бы мне будешь полезен. К тому же… - она кокетливо принялась рассматривать свои ногти, - иногда твои речи кажутся мне довольно забавными. Может, ты сможешь меня развлекать? - Конечно, «слуги». Хотя я усмехнулся вполголоса, слух у нее, похоже, был отличный. - Ты что-то имеешь против?! - Могу я кое-что сказать? Все равно у меня ведь нет выбора, так? - Ну да! - Тогда можно мне, вашему покорному слуге, освободить руки? Так связали… - я поморщился и заерзал всем телом, - что совсем болит и пальцев уже не чувствую. - Развяжите его! Когда веревки с моих запястьев наконец сняли, я потер руки и потряс ими. Поклонившись принцессе, стражники отошли на несколько шагов назад, похоже, посчитав, что от меня больше не стоило ожидать угрозы. - Так что ты хотел сказать? – спросила принцесса. - Видите ли, ваше высочество… Я отвесил ей легкий поклон и, будто пошатнувшись от этого, сделал пару шагов к открытой двери, через которую в зал проникал свет вечернего солнца. Я уже догадался, что там был выход на балкон, а заметил его, еще когда мы вошли в большие двери. - С того момента, как нам удалось заговорить на одном языке, я подозревал, что передо мной была не простая девушка, какой вы могли показаться недогадливому простолюдину вроде меня… Притворство – не самый последний метод. Слегка приврать не стыдно, если цель оправдывает средства. А она оправдывает, и еще как. Я… никогда не стеснялся показать, что у меня есть гордость. Можно подумать, я позволю так просто мной помыкать! - Даже несмотря на мою медвежью грубость, вы оставались утонченной и возвышенной, как и подобает принцессе… «Принцессе». Она – обычная зазнавшаяся девчонка, едва выросшая из детского сада. Такая особа вовсе не казалась мне той, кого хотелось бы уважать. Поднявшись, я кривым путем направился к балкону. Судя по тому, сколько ступеней наверх мы прошли, до земли было примерно… метра три-четыре, не больше. Повезло, что этот зал располагался не так уж высоко. - А знаете что? – я резко остановился за пару метров до двери и обернулся. – Я не понимаю: правителей этой страны выбирают по красоте внешней или по уму? Если по первому – не спорю, миловидности вам вполне хватает, чтобы дурачить людей. Но настолько же вас невозможно терпеть! - Что… - принцесса поднялась со своего места. Я сделал последние шаги и уперся руками в перила, ограждавшие балкон снаружи. - Сначала научись думать о простых людях, а уже потом правь ими! Сайонара! Махнув на прощание рукой и вскочив ногами на ограждение, я оттолкнулся и прыгнул в сторону высокого и широкого столба, на вершине которого висел флаг. Он не входил в мои расчеты, и изначально я лишь надеялся, что смогу приземлиться, просто не переломав ноги. С учетом поправок я прыгнул на столб, ухватился на полсекунды и тут же отскочил от него назад, так что достичь земли мне удалось совсем гладко, и даже делать кувырок не пришлось. Вместо этого я просто слегка присел, выпрямился и пошел себе. Вернее… побежал, оглянувшись на балкон, с которого на меня уже смотрела выбежавшая следом принцесса. - Простолюди-и-и-ин! – завопила она пронзительно, неожиданно громко для той, в кого лишь днем попала стрела. – Схватить этого бегущего дикаря, живы-ы-ым! Это кто тут еще дикарь, ты, принцесса недоделанная!

***

Правда, в итоге… сбежать мне, к сожалению, не удалось. Солдат под стеной дворца оказалось слишком много, и как я ни пытался извернуться, пользуясь тем, что на них была броня и какая-то несуразная обувь, а на мне – легкие кроссовки, как ни пытался найти в их рядах лазейку, - в конце концов меня все же скрутили толпой и отволокли – в этот раз в тюрьму, посадив за решетку. Ну и что. Конечно, было бы здорово в придачу выбраться на свободу, но я успешно достиг цели, к которой стремился изначально: показал этой девчонке, что сдаваться так просто и позволять крутить себя в бараний рог не намерен. Это может быть ее страна, но только я буду решать, что мне делать и как я стану жить. А принцессу, которая позволяет себе обращаться так с простыми жителями своей страны, - на мыло. Моя первая ночь в незнакомой стране, находившейся под властью своенравной девчонки, началась… в тюрьме.