Give Me Love

      Луи открыл дверь квартиры Стайлса, он нервничал, действуя как школьница, которая в первый раз влюбилась. Дело в том, что он никогда раньше не испытывал к кому-то таких чувств. Во время пути сюда он все время думал о том, что ошибочно принимал чувство, которое испытывал к кудрявому парню, за дружеское, за уютное. Он поднялся по лестнице, только чтобы услышать сопение и всхлипы, доносящееся из-за двери Гарри. "Он все еще плачет из-за поцелуя? О черт, - подумал Луис, - я должен пойти и поговорить с ним сейчас, пока он не решил, что мне на него наплевать". — Хазз? — спрашивает Лу, открывая дверь в его комнату. Зрелище, которое его встречает, разбивает ему сердце: Гарри сидит на кровати, завернувшись в одеяло, с заплаканным лицом и включенным компьютером. — О, Hazzabear(в английском варианте лучше), что случилось? — восклицает Луи, бросаясь к мальчику. — Оставь меня в покое, Луи! Просто вернись к Эль и трахни ее еще немного, теперь когда вы двое, очевидно, снова вместе! Это по всему гребаному интернету! Тебе бы понравилось, если бы я не остановил тебя, и ты мог бы немного потрахаться и заставить меня чувствовать себя чем-то особенным. Тогда ты пошел и трахнул ее, заставил меня чувствовать себя идиотом, думающим, что тебе на самом деле не все равно! УБИРАЙСЯ ОТСЮДА! — Гарри истерит на Луи, прямо кричит в конце, его лицо все еще истекает слезами. — Хазза… - Лу почти шепчет. — Дело не в том, что ты… — Я не хочу этого слышать, и не называй меня так, Луи, — обрывает его Гарри. — Я ухожу, не жди меня, может быть, я трахну кого-нибудь в клубе, ты знаешь, просто для быстрого траха. Ты знаешь, большинство людей не пытаются трахаться со своими лучшими друзьями! Очевидно, это не имеет значения для тебя, не так ли?!       С этими словами он выпихнул Лу за дверь и пошел готовиться к выходу, забыв о нём и о боли, которую он ему причинил, хотя бы на одну ночь.

***

      Гарри сбился со счета после десятого выпитого им стакана, а Луи все еще не выходил у него из головы. На него наседали бесчисленные незнакомцы, его тело покрывал пот, но ему было все равно. В настоящее время он танцевал с каким-то парнем, который, если судить по выпуклости на его штанах, был готов стать хорошим партнёром, чтобы помочь Гарри забыть Луи. Стайлс уже давно знал, что он бисексуал, и не только из-за Луи. Дело было скорее в том, что он мог оценить пару сисек, а также член. Он уже рассказал маме, Джемме и Робу, но парни из One Direction — совсем другое дело. Он почти уверен, что у них были подозрения, но ничего серьезного. В конце концов он расскажет им, только не сейчас.       Он опять вернулся к горячему безымянному парню, который в настоящее время обхватывал твердость Гарри через его темные штаны, втирая свою в место, где позвоночник Гарри встречался с его задницей. Он стонал в ухо Гарри и целовал его в шею, но потом приблизился к его уху, чтобы покусать и облизать — так же, как это делал Луи…       Гарри, перестань думать о Луи, он даже не заботится о тебе. Он просто пытался использовать тебя, — подумал Гарри. — Эй, хочешь свалить отсюда? Может, поедем ко мне домой? — Горячий парень не мог бы сказать ничего более совершенного в тот момент. — Да, пойдем.       С этими словами они вышли из толпы на танцполе, пока не дошли до двери. После хихиканья, горячих сеансов целования и почти падения несколько раз из-за их крайнего опьянения они, наконец, достигли квартиры, которая была примерно в квартале. Как только они добрались до неё, он прижал Гарри к двери, заставляя его губы раскрыться вместе с его губами, в то время как его губы соприкасались с другими. Его руки путешествовали по спине и шее Гарри, пока не достигли его кудрей, которые он затем потянул, чтобы получить больше доступа к шее мальчика. К этому моменту Гарри начало подташнивать, что-то было не так. Черт возьми, его бы больше возбудила одна мысль о Луи без рубашки.       Безымянный парень, должно быть, заметил, что что-то происходит из-за отсутствия рвения, исходящего от Гарри. — О, черт, только не говори мне, что ты один из тех чуваков, которые просто ищут экспериментальный образец, чтобы испытать отвращение к этой ориентации. - Он раздражается, как только отстраняется от Гарри. — Нет, дело не в этом, я просто делаю это по неправильным причинам. Я думал, что это поможет, но, честно говоря, мне просто плохо сейчас. Без обид, потому что если бы я не был влюблен в своего лучшего друга, я бы залез на тебя, как на дерево, потому что ты очень, очень хорош. — Гарри вздыхает, даже не заботясь о том, что этот чувак может знать, кто он, и он просто сказал ему, что ему нравятся мужчины больше, чем он позволяет миру. — О, приятель, это ужасно. Я знаю, что ты чувствуешь, я люблю одного из моих лучших друзей в универе, но он прямее, чем соломинка в этом плане. — Горячий парень смотрит на Гарри сочувственно. — Ну, может, он и есть соломинка, — дерзко говорит Гарри. — Да, возможно, и твоя пара тоже. — Эй, на заметку, ты знаешь, кто я? — Гарри немного боится услышать ответ. — Я имею в виду, да, ты Гарри Стайлс, я не из тех, кто «в танке». Не волнуйся, я не стукач и не тот человек, который входит и разрушает жизни людей только для того, чтобы они могли получить деньги от таблоидов. - Он ласково улыбается Гарри. — Спасибо тебе. Я действительно ценю это, и, кстати, как тебя зовут? — спрашивает Гарри. — Джереми Хейл, полагаю, это прощание? — Нет, не обязательно, давай просто обменяемся номерами, — говорит он с ухмылкой.       После того, как они обменялись номерами и попрощались, Гарри покидает квартиру Джереми и идет к Луи. По дороге туда его сознание немного проясняется, и хотя он еще не совсем знает, что скажет Лу, он знает, что рано или поздно им придется поговорить об этом. Чего он не ожидал, так это толпы папарацци в 10 часов вечера. Ему пришлось бежать обратно в квартиру, и когда он, наконец, вернулся, то захлопнул дверь и прислонился к ней, чтобы отдышаться.       Следующее, что он осознал, были руки, обнимающие его за шею, и рыдающий Луи, прижимающийся к нему. — Прости, мне очень-очень-очень-очень жаль, Хазз, я не могу смириться с тем, что ты ненавидишь меня. Я знаю, что эгоистично просить об этом, но, пожалуйста, Хазза. Мы с Элеонор больше не вместе и, вероятно, никогда не будем. Я остался на ночь, потому что был пьян и нуждался в ее совете. Но я все испортил и испортил нашу дружбу, потому что я просто ужасный друг. — Луи начал бормотать ближе к концу, и рыдания оборвали его. — Шшшшшш, Мишка Бу. Мы все иногда совершаем ошибки, и я никогда не смогу ненавидеть тебя. Я люблю тебя, Луи, больше, чем следовало бы, - последнюю фразу он прошептал очень тихо, проводя рукой по волосам Луи.       Луи на секунду отстранился, чтобы посмотреть на Гарри. — Что ты сказал в конце, Гарри? — он посмотрел на него со смесью надежды и смущения. — О, кхм… Я имею в виду, это просто- — Гарри, я хочу, чтобы ты выслушал меня и, пожалуйста, не возненавидь меня за это, но, Хазз, я люблю тебя, — и с этими словами Луи прижался к губам Стайлса.