Переломный момент

«Привет, ты сегодня свободен? Я могла бы прилететь к тебе прямо сейчас» — настучал на экране датапада указательный палец. Асока сама не знала почему написала именно это. Просто сейчас, чувствуя в душе пустоту и тихую печаль от необратимого расставания с Рексом, с которым её несмотря ни на что связывало очень многое, Тано поняла, что не может, что просто не в состоянии сейчас находится одна. Ей просто до ужаса, до боли в сердце, необходимо прислонится к кому-то большому, тёплому и светлому, чья привязанность и небезразличие заглушат хотя бы отчасти её грусть и хоть немного отвлекут от неё. И первый, о ком Асока подумала в этой ситуации, был таинственный Истребитель. Хотя, почему это так неожиданно? Ведь если не считать Рекса, наиболее плотно в последнее время девушка общалась лишь с ним. Были, конечно, ещё несколько читателей с РесПаблика, но те особо доверия не вызывали, а с Истребителем было связано так много всего... В общем, Асока решилась и написав ему, даже не ожидая ответа, стала смотреть на корабли, ища тот, что доставит на Татуин. Ответ пришёл спустя несколько минут: «Я освобожусь вечером, напиши мне, как будешь там, постараюсь встретить тебя». Тано написала в ответ и не думая, а точнее, не давая себе возможности переосмыслить задуманное только, что, направилась на посадочную платформу. Корабль до Татуина уже стоял, Асока успела забежать в киоск, купить бутылку воды и пакет чипсов, чтобы не скучать в полёте и смело вошла по трапу. Начинался новый этап в жизни. Начинался неожиданно и немного волнительно, однако, пути назад более не было. Хотя, почему же, был. Могла Асока прямо сейчас позвонить Рексу и вернуть его, он пришёл бы, непременно, а она, заливаясь слезами, упала бы ему на грудь и попросила не оставлять её. Но нет, что уже сделано, того не отменить, она бы всё равно потом рассталась с ним, чтобы найти личное счастье, поэтому не нужно мучить его сверх того, что тот уже испытывает. И строго приказав себе не думать об этом и не плакать, Тано с гордым, независимым видом уселась возле иллюминатора и уставившись на исчезающий Корусант, старалась представить себе встречу с виртуальным другом. Да, именно другом, иного ей сейчас не надо было, просто посмотреть на него и поговорить. Просто отвлечься, а уж потом ситуация покажет как быть дальше. Скоро корабль поднялся так высоко, что ничего за окном не стало видно и Тано, достав датапад, продолжила писать очередную главу, начатую вчерашним вечером. Это была совместная работа с Истребителем, по идее, поданной им, где шла речь про сводных брата и сестру, бывших большими друзьями, но только до тех пор, пока сестра не узнали правду о своём рождении. И к концу полёта успела почти завершить её. Татуин встретил обычной жарой, посланной двумя солнцами этой планеты. Жёлто-серыми песками и торговцами, орущими со всех сторон о своём товаре. Время до вечера ещё было и Тано решила пока пройтись по округе, чтобы занять его и попутно написала Истребителю, что уже прилетела. Тот сказал, что пока не может подойти, так как занят на своих курсах повышения. Асока сказала, что подождёт и пошла гулять. Скоро обошла все торговые ряды, купила шаурму, съела её, потом двинулась в жилые кварталы, попутно соображая, где ей лучше посидеть. Кантины отпадали, там ничего хорошего было не найти, кроме неприятностей, тогда она зашла в один из жилых районов и присев на низкую качель, стала покачиваться и думать о том, как ей жить дальше и каким образом устроить личное счастье. И ещё, как это не странно, думалось ей так же об Ордене. Да и вообще, что уж греха таить, после того видения-осознания, Асока стала часто ловить себя на мысли, что думает теперь по большей части не о Лаксе, а об Энакине. Представляла, как он там сейчас, помнит ли про неё, и приходила к выводу, что скорее всего нет. Райо как-то бормотнула ей, что Падме родила двойню и в сенате больше не работает. Значит, вывод один: она ушла в декрет и Энакин стал отцом, подробности Тано не спрашивала, не то состояние было у неё два года назад, чтобы интересоваться чужой жизнью и тем более счастьем других. Райо и не стала сообщать ничего более, да и никогда ей было трепаться. А раз так, значит у Энакина всё хорошо, растит себе детей вместе с любимой женой и ни о каких ученицах не думает, может у него даже другая есть уже, или другой. Смотря кого Совет назначит. А раз так, то нечего и ей к нему соваться, только старые раны травить. Асока качнулась сильнее и почти крутанулась через верх качели, когда пришли мысли иного рода, о том, каким мог быть кандидат на роль её будущего ухажера. Так, непременно высокий, Тано не любит низкорослых, непременно выше неё, может чуть крупнее, но точно не тоньше, сильный, уверенный в себе, с хорошим чувством юмора. Когда же портрет стал законченным, тогрута вздрогнула и потёрла руками глаза. — Нет — сказала она вслух — Отца у двоих детей я отнимать не буду. Да и не уйдёт он от них ко мне. Чтобы перестать так думать, Асока встала с качели и вновь пошла к торговым рядам. Там всегда весело. Успела пройтись насколько раз, прежде, чем Истребитель объявился, сказав, что освободился и просил подойти к рынку на центральной площади. Асока подскочила на месте и начала озираться по сторонам, спрашивая, где это находится. Наконец взяла спидер-такси и велела водителю-дагу отвезти по нужному адресу. Лететь пришлось едва ли не на другой конец Татуина, на оживлённую площадь, где гомонил шумный рынок и постоянно кто-то носился. Истребитель велел Асоке ждать его у входа в рынок и вот она встала там и стала искать, когда же появится высокий стройный юноша в чёрной рубашке и темно-синих брюках. Но никого похожего так и не увидела, за то получила кучу сообщений с вопросами, где она находится и долго ли ещё её ждать? Асока подробно описывала, где она и тот говорил, что не видит её. Тогда попросил подойти к фонтану в центре площади. Асока фонтана не увидела, как до этого не рассмотрела памятника и лавку с вином. Тогда Истребитель назвал ей улицу и номер здания, у которого стоит, велев Асоке снова взять такси и подъехать прямо туда. Но какого же было удивление Асоки, когда выяснилось, что на указанной улице такого дома нет. Тогда таксист догадался попросить Асоку узнать на какой вообще планете находится её собеседник. И оба едва не заорали, когда Истребитель написал: «Дантуин». Не Татуин, как решила Асока. Это была не опечатка, а её собственная глупость и невежество. Давно она не ощущала себя такой дурой, о чем и сообщила Истребителю, отключая датапад и веля таксисту везти её в космопорт Мос-Айсли. Здесь её больше ничего не держало. На Татуине вечер уже заканчивался и плавно переходил в ночь, становилось прохладно. Асока зябко повела плечами, входя на корабль. Состояние было такое, словно она совершила большую глупость, из-за которой потратила много денег и времени. Утешало лишь то, что никто, помимо Асоки, этого не знал, да и рассказать ей теперь было некому. При этих мыслях опять захотелось плакать, так как она вспомнила, что дружба с Рексом теперь потеряна. И ничего того, что долгое время составляло её жизнь больше не будет. Ни весёлых разговоров по несколько часов по голосвязи. Ни прогулок с полётами по всей галактике. Ни ощущения сплочённости. Ничего. И главное, обвинить кого-то одного в этом всем крайне трудно. Ведь не виноват же Рекс, что полюбил Асоку и не хотел делить её ни с кем, пусть даже и понимая, что она никогда не будет принадлежать ему так, как он хочет. Потому и стремился удержать её, хотя бы как друга. И так же не виновата Асока, что не смогла ответить на его чувства. Ведь сердцу нельзя приказать, скорее наоборот, это оно приказывает нам кого принять, а кого отвести от себя, как бы не было больно потом от последствий этого шага. Асока понимала это, как и то, что возможно лишилась сейчас чего-то очень важного, того, что потом никогда больше не обретёт, ведь такая дружба, какая была у них Рексом, случается раз во много лет и то не у каждого, но в глубине души видела в этом единственный выход. Иначе ей пришлось бы смириться с личным одиночеством, а ей хотелось теперь именно отношений и очень жаль, что Рексу этого не понять. Асока и не винила его, а просто пока старалась не думать о произошедшем сегодня. Не время ещё. Как-нибудь потом, когда воспоминания перестанут приносить ей боль. А пока она просто вернулась в свою одинокую пустую квартиру, где некому было её больше ждать и поставив датапад заряжаться, написала Истребителю короткое сообщение. Ничего особенно, просто сообщала, что добралась и всё благополучно. Потом, дописав финал главы, легла спать, насыщенный день вымотал все физические и душевные силы и потому тогрута тотчас же заснула, ничего не видя во сне. Думать ни о чем не хотелось, даже об Истребителе, которого как она думала, теперь уж точно никогда не увидит, вряд ли захочет он видеться с такой безрассудной идиоткой. Асока на его месте точно не захотела бы. Но как известно, мы не можем в точности знать, что думают о нас люди, ведь даже рассказывая нам об этом они имеют полное право не быть с нами откровенными. Остаётся только догадываться о том, как всё обстоит на самом деле. Видно, у Истребителя оно обстояло таким образом, что он всерьёз заморочился несостоявшейся встречей и похоже решил завершить прерванное действие. Иначе как ещё объяснить то, что уже на следующее, воскресное утро, он написал Асоке о том, что жалеет о неудаче и очень бы хотел, чтобы она сейчас была с ним рядом. Хотя, не Асока, скорее всего, а таинственная Фалкрам, под именем которой она была ему до сих пор известна. Впрочем, тайна имени всё равно скоро откроется, как казалось ему, а вот Тано совсем не была теперь уверена в правильности желания с ним встретиться. Опрометчивые решения редко оборачиваются хорошим и вчера ей это отчётливо подтвердили. В общем, Асока решила больше не торопиться и хорошо обдумать желанные параметры своего кандидата и выбрать наиболее подходящий вариант из представленных. А пока...