На войне все средства хороши

Ло Бинхэ контролировал себя. До этого момента. Вспышка боли ослепила его, и прежняя игривость стёрлась в одно мгновение. Он сплюнул на пол скопившуюся во рту кровь и вытер рукавом измазанные в крови губы. Алая пелена гнева застлала взор, а бархатная дымка первозданной тьмы оплела демона, растворяя его фигуру, чтобы в следующий миг материализовать её прямо перед отшатнувшимся Лю Цингэ. Схватить и с силой оттянуть назад слабо упирающегося заклинателя за волосы не составляет труда. Ладонью Ло Бинхэ сгрёб большую часть волос Лю Цингэ в высокий неряшливый хвост, намотав на кулак, и резко оттянул назад. Глухое шипение потонуло в грохоте крови, что билась в ушах. Пленник ничтожно слаб и увернуться толком не может, а при этом дерзает нападать? Значит, самое время преподать урок смирения. «Хозяин, возьми мою силу…» — пророкотал в сознании голос, напоминающий рёв прорванной плотины. Голос силы древней, как сама Бездна. Зов проклятого клинка Синьмо прникал в сознание, подтачивая волю, наполняя сердце сомнениями. «Он тебя презирает. Как жалкое порождение чужой глупости, достойное лишь уничижения. И как только доьётся своего, он отвернётся. Бросит тебя в пучину забвения, как это сделал другой. Но я всегда здесь. Всегда. Я чувствую твою боль и ярость. Я знаю, что ты по-настоящему желаешь…» Он лишь смутно почувствовал, как занёс над головой кулак. Как воздух вокруг затрещал от разъедающей демонической ци. Так велико казалось искушение ударить Лю Цингэ в ответ. Высвободить переполняющую до зуда духовные каналы мощь, впиться в горячее тело острым клинком и растерзать в кровавое месиво и наконец ощутить желанное облегчение. Синьмо начал неистово дрожать, стремясь выскользнуть из ножен на поясе. Не готовый ни подавить злую волю, ни подчиниться ей, Ло Бинхэ на миг замешкался. Разве этого он сейчас хотел? «Нет.» В своих грёзах он терзал злыми укусами мраморно-белую кожу, жёстко заламывал руки Лю-шишу за спину, не сдерживаясь, докрасна шлёпал по упругим ягодицам и жёстко трахал под будоражащие всё внутри мольбы о пощаде и стоны. Пронзительные, захлёбыващиеся стоны наслаждения. Хлопнуть по рукояти и приказать Синьмо усмирить пыл оказалось непросто, а подчинить своей воле — ещё сложнее. Шёпот Синьмо вновь проник в его разум: «Возьми мою силу. Стань бурей, что сокрушает всё на своём пути. Стань тем, перед кем склоняются даже самые высокомерные. Покажи презренным букашкам, где их место. Пусть трепещут в ужасе, а их страх напитает нас мощью!» Давление на разум Ло Бинхэ возрастало с каждым звуком, лишая не только ясного мышления, но и контроля над телом. Вскоре он уже не смог пошевелить даже пальцем по своей воле, а помутнённое сознание демона теперь жадно впитывало каждый звук. Да… стать бурей… сломать, пока не сломали его… Он должен. Перед внутренним взором возникли образы тех людей, которые когда-либо переходили ему дорогу в прошлом. Вредных соучеников с вершины Цинцзин. Ледяного демона, что в одночасье перечеркнул всю его жизнь, и учителя... отвернувшегося от него учителя. Уродливые руки Бездны, тянущееся ко всему живому, чтобы разорвать и поглотить. И назойливого Лю Цингэ, который постоянно мешал ему исправить ошибку… Он и не заметил, как красные искры ярости посыпались из уголков глаз, а метка на лбу вспыхнула слепящим сиянием, преображая облик до неузнаваемости. Демоническая энергия окончательно вышла из-под контроля.

***

Лю Цингэ моргнул, силясь стряхнуть с ресниц влагу, что катились непрерывным потоком от безжалостной хватки за волосы. Что-то было не так. Тонкие шрамы на его теле от клинка Синьмо вдруг начало покалывать, будто их обожгло пламенем. Сквозь мутную пелену Лю Цингэ взглянул перед собой — лишь для того, чтобы увидеть расплывчатое черно-красное пятно. Как только зрачки всё-таки сфокусировались на Ло Бинхэ, заклинатель оцепенел. Перед его лицом замер кулак, охваченный мерцанием тёмной энергии. Она клубилась, кипела, тянулась жадными алыми нитями, словно стремилась впиться в плоть и разорвать её на куски. Пугающе пустые глаза Ло Бинхэ мерцали отраженным огнём. Исходила тёмная энергия от его ладони, что лежала на рукояти пока что зачехленного меча, но Синьмо уже вибрировал от жажды крови. Если до этого идея вывернуться, несмотря на тянущую боль в макушке, казалась заманчивой, то сейчас он не рискнул бы даже шелохнуться. Без своих духовных сил он может не выжить после несдержанной атаки Ло Бинхэ. Усилием воли заклинатель подавил мелкую дрожь и заставил себя расслабиться: демон явно не в себе, нельзя его провоцировать. А если Ло Бинхэ окончательно потеряет над собой контроль, тогда он по крайней мере должен быть достаточно собран, чтобы успеть защититься. Лю Цингэ упрямо взглянул в мерцающие алые глаза Ло Бинхэ. Огонь в них вдруг жадно протянулся к нему, словно стремясь сжечь заживо. Сердце тревожно взметнулось, когда его резко потянуло куда-то — он даже не успел осознать происходящее. Веки сомкнулись сами собой, и его поглотила спасительная темнота…