Half a Goddess

Урок истории магии стабильно был самым скучным по мнению большинства учеников. Профессор Бинс мог сделать самый интересный рассказ однообразным и монотонным, поэтому на его уроки школьники ходили с не особым энтузиазмом. Но некоторые даже видели в этом нечто хорошее, ведь если поспешить и занять последние парты, то веселье на весь урок обеспечено. И хоть одна из них всегда была занята слизеринцем Костей, который чудным образом всегда умудрялся приходить в класс первым, то за другую последнюю парту постоянно приходилось воевать. Через несколько минут должен был начаться совместный урок истории у Слизерина и Хаффлпаффа. Ученики один за другим заходили в класс, сонно потирая глаза, но понимая, что на уроке можно будет выспаться. Вместе пришли неразлучные друзья Никита и Лоик и, увидев, что задняя парта не занята, поспешили туда, не замечая, что одна заинтересованная пара глаз наблюдает за ними поверх книги, на которой была сосредоточена до этого момента. Костя Бочаров был тем самым слизеринцем, который не относился ни к одному типу учеников. Если личности из змеиного факультета делились на «вполне адекватных», таких как Кристабель или братья Харальдсон и Ханниган и «полных придурков» по типу Чингиза, то Бочарову было откровенно плевать на всё, что происходило вокруг. Тёрки между факультетами? Не интересуют. Оценки по школьным предметам? Да какая разница, пусть хоть Тролля поставят за домашнюю работу. Но он всегда всё замечал. Любые изменения в поведении однокурсников, их взаимоотношения, кто кому нравится и кого ненавидит. Проницательный взгляд, внимание и умение анализировать увиденное позволяло ему овладеть огромным количеством знаний об окружающих, которые он всё равно не использовал ни в каких целях. Просто помнил. Для себя. Сейчас Костя заметил, что Алексеев сменил прическу и немного вырос с прошлого года. Не имел ни малейшего понятия, зачем ему эта информация, но не спешил возвращаться взглядом в книгу. Всё равно в этой шумихе невозможно сосредоточиться. В классе уже были почти все, и они как обычно разбились по компаниям. За первыми партами разместились те, кто больше всех тянулись к знаниям и усердно делали вид, что не хотят спать даже на первом уроке. Примерно посередине класса сидела шумная компания девочек из Хаффлпаффа во главе с Неттой. Они и были источником наибольшего шума, на который Костя уже традиционно закатывал глаза. Недалеко сидели слизеринцы Клеменс и Маттиас и ждали Алессандро и Чингиза. И если Мамуд почти всегда приходил на занятия, пусть и не вовремя, то Мустафаев редко мог почтить их своим появлением на первом уроке. В прошлом году первыми стабильно оказывалась травология и астрономия, и по ним за прогулы Чингиз получил оценку Тролль за год. Когда Костя уже выходил из слизеринского корпуса, он ещё сладко спал. Увидел бы кто-то ещё эту картину – ни за что бы не узнал грозного хулигана Мустафаева, который во сне выглядел вполне безобидным и даже милым. Но чудеса случаются, даже если это Хогвартс, в котором уже сложно кого-то удивить. С характерным грохотом дверь в этот раз открылась с ноги, а в следующий момент в тусклое помещение, которой было кабинетом истории магии, вошли Чингиз и Алессандро. Второй удостоил присутствующих лишь безразличным взглядом, а Мустафаев тут же метнулся к последней парте, которую уже успел присвоить за пять лет учебы и которая сейчас была занята Никитой и Лоиком. Наверное, он думал, что одним своим угрожающим взглядом заставить их освободить парту и пересесть, но в этот раз хаффлпафцы удивили его, ведь не сдвинулись с мест и даже не отреагировали, когда Чингиз остановился за метр от них. – Сколько ещё я буду намекать, что вам пора сваливать по-хорошему, пока нам не пришлось вас выгонять? – спросил он. – Это ещё почему? – не побоялся возразить Никита, приводя в удивление остальных. – Потому что последняя парта занята уже последние пять лет. – «терпеливо», как ему казалось, объяснил Чингиз. – Правда? Я не вижу, что она подписана твоим именем. – продолжал спорить Алексеев, не обращая внимания на умоляющий взгляд Лоика, что гласил о том, что не сто́ит нарываться. А Бочаров был готов начать аплодировать ему за смелость, ведь о бесполезности споров с Чингизом знали все, но продолжил наблюдать со стороны. – На ней отобьётся твое лицо, если не встанешь. – пригрозил Мустафаев, теряя терпение. Костя в который раз за сегодня удивился, откуда у Алексеева взялось столько смелости, чтобы показать ему средний палец в ответ на угрозу, но это было последним, что он сделал перед тем, как Чингиз уже типично для себя почти набросился на него, собираясь ударить. – Петрификус Тоталус! – крикнул Костя, хватая свою волшебную палочку и направляя заклятие на слишком агрессивного слизеринца. Незамысловатого заклинания хватило, чтобы Мустафаев под его влиянием упал неподвижно, не успев задеть Алексеева. Где-то с другого конца класса донеслись удивлённые возгласы учеников, которые явно не ожидали такого поворота. – Доброе утро,– поздоровался только что вошедший профессор Бинс. – Это что, парализованный ученик? – спросил он, смотря на лежащего на полу Чингиза. – Мистер Мамуд, продемонстрируйте нам свои умения и расколдуйте своего друга. Мамуд скорчил страдальческую гримасу, подходя ближе и вытягивая волшебную палочку. – Фините Инкантатем. – он смахнул ею над Чингизом, и тот зашевелился. Слизеринцам пришлось занять другие места, но это не помешало им весь урок со звериным оскалом оглядываться на Алексеева и Нотте, а также Бочарова, от которого они точно такого не ожидали. – Нашей первой темой в этом учебном году являются четыре древние ведьмы, более известные как Красные сёстры. – начал рассказ учитель, как только ученики успокоились и были готовы то ли слушать, то ли засыпать под его монотонный голос. – Данных об их происхождении довольно мало. Известно лишь то, что Красные сёстры родом из Польши, а детство провели в замке Тарновских. В 1778 году были пойманы инквизиторами, но убили тех, кто собирались провести обряд их сожжения на главной площади столицы. Самая старшая из них, Тулия, лично использовала непростительное заклинание тридцать один раз и каждый раз попадала в цель. Они оставили после себя кучу трупов в центре города, а нынешнее местонахождение сестёр неизвестно.

***

– Костя! – Алексеев едва успел догнать его, выходящим из кабинета истории, когда урок закончился. Слизеринец не имел желания выслушивать благодарность за совершённый им героический поступок, который уберёг Никиту от побоев, но остановился с надеждой, что это не затянется надолго. – Спасибо за то, что защитил меня. – сказал Алексеев, и Костя невольно улыбнулся уголками губ. – Не за что. – коротко ответил он. Никита ещё какой-то миг молчал, не зная, как продолжить разговор и не показаться навязчивым, но всё-таки решился спросить: – Почему ты это сделал? Ну вот мог же этот разговор закончиться неловким «не за что», и было бы хорошо обоим. Но нет, приставучий Алексеев не мог не задать вопрос, ответа на который у Кости попросту не было. – Не знаю. – честно ответил он, наблюдая за разочарованной реакцией Никиты. – Ладно. Пока, увидимся. – попрощался он, наконец понимая, что слизеринец не настроен на разговор.

***

– Знаете, а в дневную пору Хогсмид выглядит намного приятнее, чем ночью. – сказал Билал, когда издалека уже виднелись знакомые дома. Компания, в которой состояли ученики из разных факультетов, уже не впервые приходила сюда без учительского позволения, ведь у них на руках была карта со всеми тайными выходами из Хогвартса. К сожалению, легендарную карту Мародеров им не удалось заполучить, поэтому пришлось сделать свою ещё будучи на третьем курсе. С того времени они следовали только её указаниям, ведь исследовали каждый уголок школы и нарисовали его на самодельной карте. Спустя три года она уже выглядела довольно потрёпанной, но тоннель, ведущий прямиком в Хогсмид, они уже знали наизусть. – Так куда пойдём сначала? – спросил Дункан, осматриваясь по сторонам. – Предлагаю в «Три метлы». Отпразднуем начало учебного года. – сказала Микела, и все согласились. – Тогда вы идите, а мы с Димой ещё забежим в «Зонко» за навозными бомбами. Прошлогодние запасы закончились, а без них срывать уроки никак не получится. Скоро будем, не скучайте. – сказал Сергей, хватая Диму за руку и направляясь в сторону магазина на соседней улице. Остальные, а именно Билал, Дункан, Кейт, Микела и Лука пошли в «Три метлы», где они традиционно праздновали начало и конец учебного года, а так же большинство дней рождений, сдачу экзаменов, день благодарения и день святого Патрика. Вообще, поводов для вылазки в Хогсмид и выпивания сливочного пива было предостаточно. – Эй, Лука, – Кейт уже давно заметила, что он всё время не в настроении, поэтому решила спросить. – Что-то случилось? – Могу рассказать, если хотите. Но о таком говорить только за бокалом пива. Ребята переглянулись между собой, предвкушая увлекательную историю от Луки, поэтому быстро заняли крайний столик и сделали заказ. Сам же парень не имел особого желания рассказывать о том, что произошло, но понимал, что они – его друзья, поэтому должны понять и посочувствовать. По крайней мере он на это надеялся. – Ну же, не тяни. – попросил Билал, чтобы Хэнни наконец оторвался от разглядывания стены и обратил на них внимание. Лука, глубоко вздохнув, начал: – В чистокровных семьях есть традиция. Она древняя, как пот орков, но некоторые её до сих пор придерживаются. И мои родители, к сожалению, тоже. В общем, я помолвлен. И молчание. Хэнни был готов к чему угодно: к насмешкам, непониманию, но не молчанию. А потом неловкое переспрашивание Дункана: – Ты...что? – Да помолвлен я! – Лука повысил голос, из-за чего на них удивлённо посмотрела добрая половина остальных посетителей паба. – Жена у меня есть, и завтра она прибудет в Хогвартс, чтобы, как сказал мой отец, «дети проводили вместе как можно больше времени». – Вот дерьмо, – метко выразился Билал одной фразой. – В такие моменты я радуюсь своей магглорождённости, ведь даже не знал о таком обычае. – Она хоть красивая? – спросила Микела. – Без понятия. Я её в жизни не видел, знаю только, что она очень умная, ведь Макгонагалл долго думала, оправлять её на шестой курс или сразу на седьмой, но решила, что с нами ей будет лучше. – Посмотрим на её способности. – процедила сквозь зубы разозлённая Кейт, так как не рассчитывала на скорое появление конкурентки в учёбе, ведь в этом у неё не было равных. Разве что Бочаров всегда получал «отлично» по зельям и настойкам, но за пять лет Кейт с этим смирилась. Вскоре вернулись Дима и Сергей, и разговоры перешли в более весёлое русло, а перед этим друзья посоветовали Луке не волноваться и пережить этот учебный год, не думая о предстоящей свадьбе, которую родители с ним даже не согласовали. В школу возвращались, когда заходящее солнце уже пряталось за высокими деревьями Запретного леса, освещая стены Хогвартса ярко-жёлтыми лучами. Ученики, которые успели устать всего за один учебный день, сейчас развлекались во дворе, поэтому на компанию, идущую со стороны Хогсмида, никто не обратил внимания. У самого входа их встретил мистер Филч, школьный завхоз, и решил проверить, не несут ли они случайно каких-то принадлежностей для срыва уроков, но «годы практики», как выразился Сергей, запросто позволили им с Димой пронести в школу полные карманы навозных бомб, клыкастых фрисби и волшебных хлопушек.

***

Лука волновался. Волновался, как никогда раньше. Заснул лишь под утро, а потом был безжалостно разбужен Дунканом, который сообщил, что всех срочно собирают в Большом зале. И если большинство учеников не имели ни малейшего понятия о причине, почему их решили так внезапно собрать, то друзья Луки догадались, что персона Х, как её успели окрестить, прибыла в Хогвартс, где её ждала церемония сортирования. – Если она попадет к нам в Гриффиндор, я вскроюсь. – заявила Кейт по пути в зал. – Мы ведь её ещё не знаем. Вдруг она классная? – пожал плечами Сергей. – Не исключено, но... – она собиралась привести достаточно аргументов, почему уже сто́ит недолюбливать эту девушку, но увидела Луку, который уныло плёлся к ним. – А вот и жених! – Заткнитесь и дайте спокойно прожить последние секунды без неё. – пробормотал Хэнни в ответ на её слова. – Я же пошутила. Да и к тому же, у вас же ещё не будет свадьбы. Когда она, кстати? – В начале весны. – Ну вот, у тебя ещё полгода, чтобы расслабиться и сполна насладиться холостяцкой жизнью. Так что не унывай, а веселись! – Кейт ободряюще похлопала его по плечу. Они как раз заходили в Большой зал, где между учениками уже активно шло обсуждение возможной причины, по которой их собрали. Лука решил не портить интригу и больше не посвящать никого в эту тайну, ведь знали уже люди с трёх факультетов, а этого достаточно, чтобы слух быстро разошёлся по всей школе. Он стал искать хотя бы малейшие намёки на свою «будущую жену». Родители сказали её имя и с какого она рода, но Лука тогда был слишком зол, чтобы брать это во внимание, поэтому это и для него оставалось загадкой. Хотя чистокровных родов в Британии осталось не так уж много, поэтому можно было угадать со второй-третьей попытки, но он не стал. Возле учительского стола о чём-то разговаривали профессорка Макгонагалл и мадам Монсье, недалеко от них склонился, что-то записывая, профессор Зелмерлёв. Остальные преподователи не явились, и Лука был даже рад этому. Меньше лишних глаз заметит, как он обречённо закатывает глаза и матерится, прикрывая рот рукой. – Доброе утро, ученики. – обратилась к собравшимся директриса. – Мы собрались здесь, чтобы вновь провести церемонию распределения по факультетам. И хоть первокурсники уже знают, куда они попали, в этом году у нас необычная ситуация. Хочу представить Катерину Дуску, будущую ученицу Хогвартса. Катерина была на домашнем обучении предыдущие пять лет, поэтому отправится на шестой курс. А на каком факультете она будет учится, решит распределяющая шляпа. Прошу. – она указала на стульчик, который казался мизерным для шестикурсников, ведь обычно сортировку проходили одиннадцатилетние дети, которые только поступали на первый курс. Лука наконец решился перевести взгляд с Макгонагалл, которую прожигал всё время, пока она говорила, на Катерину. Она оказалась улыбчивой девушкой высокого роста с чёрными волосами и выразительными глазами. Её движения и походка казались непривычно-грациозными, будто сама она сошла со страниц учебника по истории, где строго соблюдала правила средневекового этикета. Всё в той же манере она надела на голову сортировочную шляпу и закрыла глаза, словно пытаясь на чём-то сконцентрироваться. – Когтевран! И надежды Луки на то, что она попадет на другой факультет, разбились вдребезги. Тем временем Катерина по указаниям Макгонагалл подошла к когтевранскому столу, а Диме, как старосте, было поручено провести ей экскурсию по замку и познакомить с остальными учениками. Он, конечно, взял на помощь Сергея, а с ним напросились Билал и Микела. Заметив, что потихоньку собирается вся их компания, Дункан захотел присоединиться, предлагая Луке сделать так же. И хоть как Хэнни сейчас хотелось вернуться в комнату, уткнуться лицом в подушку и проклинать весь мир, он согласился, поэтому после завтрака все спешили познакомиться с новенькой. Катерина-хватитблинулыбаться-Дуска отвечала каждому своим звонким мелодичным голосом в идеально отточенной манере, и Лука и не заметил, как посочувствовал ей. Она же никогда раньше не была в школе, где так много разных внешне и по характерам людей. Дуска провела своё детство в семейном особняке с огромной библиотекой и учителями, которые регулярно её навещали, пытаясь сделать из девочки идеальную по всем параметрам волшебницу. Катерина заметила на себе проницательный взгляд Луки и незаметно для других подмигнула ему. Может, не такой уж и вышколенной она была. «Экскурсионный маршрут», как его громко окрестил Билан, должен был походить через несколько кабинетов, астрономическую башню, вокруг школы и по коридору, ведущему в гостиную Когтеврана. Катерина быстро познакомилась с Ассани, хоть их диалог начался с вопроса Билала «каким кондиционером для волос ты пользуешься?». Дункан не особо дружелюбно представился и всё время заметно отставал от остальных, иногда задумчиво смотря в одну точку. Микела посчитала Дуску очень даже милой, а Сергей и Дима тем временем говорили короткие описания мест в Хогвартсе, о которых сто́ит помнить. – Это – портрет Эльфриды Клегг, – Лазарев внезапно остановился, указывая на изображение старой женщины, которая посмотрела на него удивлённо, когда услышала свое имя. Ни для кого не секрет, что все люди, изображённые на портретах в Хогвартсе, могли разговаривать и даже передвигаться с одной картины на другую, иногда помогали заблудившимся ученикам найти нужный путь, а иногда наоборот мешали. – Миссис Клегг не нравятся звуки, которые порой издают старшекурсники ночью, поэтому не советую заниматься приятными делами, когда она по близости. – проводил инструктаж Сергей. – Бесстыдники! – эмоционально выразилась женщина на портрете, указывая на него и Диму, а остальные ученики засмеялись. – Так вы, ребята, встречаетесь? – спросила Катерина, обдумывая услышанное. – Серёж, да это новый рекорд! – удивился Билан. – Ей понадобилось всего пятнадцать минут нашего общества, чтобы это понять. – Умница, не зря в Когтевран попала. – похвалил девушку Лазарев. Короткий экскурс по школе подходил к концу, ведь нужно было идти на уроки. Старосты отправились решать свои старостинские дела, хоть большинство учеников и преподователей вообще удивлялись, каким образом Дима и Сергей получили это должности, срывая уроки и шутя непристойные шутки чаще, чем дыша. У когтевранцев по расписанию было окно, но подойдя ближе к доске объявлений возле входа в гостиную, они знатно удивились прочитанному. « 9:00 – совместный сбор Когтеврана и Хаффлпаффа на поле для квиддича для определения команд этого сезона». – Но ведь мадам Хуч уволилась. – Дункан вовремя вспомнил о том, что женщина, которая десятки лет проводила матчи по квиддичу в Хогвартсе, ушла из этой должности. – Может, нашли ей замену. – предположил Лука, который всё утро игнорировал факт существования Катерины и был рад любому поводу перекинуться словом с Дунканом, пока она рядом. Когда они втроём оказались на квиддичном поле, там были уже почти все. Внезапно суматоха, которую вызвала новость о наборе команд, прекратилась, заставляя учеников заинтересованно повернуть головы направо. Со стороны трибун к ним приближалась высокая молодая женщина с пышными волосами и в судейской форме для квиддича, которая явно не напоминала ту, которую носила мадам Хуч, ведь позволяла миру увидеть её длинные ноги, на которые сразу засмотрелись старшекурсники. – Доброе утро, – сказала она, бодро осматривая тех, кто собрались на поле. – Меня зовут Элени Фурейра, и я ваш новый тренер по квиддичу. С вами я буду знакомиться уже в процессе, а пока мне было поручено сформировать команды. – Я бы посмотрел, как она летает. – со смехом прошептал Лука Дункану, но очевидно, оказалось довольно громко. – Я всё слышу, мастер Хэнни. Знаю, что вы были капитаном команды в прошлом году. Лука кивнул. – Так продемонстрируйте свои умения. Выйдите в пике и сделайте двойную восьмёрку между кольцами на максимальной скорости. – сказала она, бросая Луке метлу, которую тот тут же поймал. – Но мадам Хуч не позволяла летать на максимальной скорости на тренировках. – напомнил Бенджамин. – А это не тренировка. Вы отстаиваете своё место в команде. Так что вперёд, Хэнни. – выжидающе сказала Фурейра. Ученикам определённо нравился их новый тренер. И Луке в том числе, если наблюдать за тем, как идеально он вывел восьмёрку в воздухе, а затем мягко приземлился на траву. – Неплохо. – сказала Элени, хотя Лука ожидал более восхищённого комментария. – А теперь прошу всех, кто собирается принимать участие в отборе в команды, выстроиться в очередь в зависимости от вашего факультета. У вас только один шанс показать, на что вы способны. Имя, фамилия? – спросила она у того, который оказался первым в очереди Хаффлпаффа. – Лоик Нотте. – ответил парень, хватая метлу. Это был самый жестокой, по мнению учеников, отбор в команды. У всех была одна попытка, провалить которую означало лишиться своего места. А Фурейра как никто умела наводить дисциплину. С горем пополам определились капитаны обоих команд: у Когтеврана остался Лука, а у Хаффлпаффа эту должность занял пятикурсник Мигель Нуньез. Игроков также набрали самых разных. У Дункана, который с третьего курса был ловцом, Фурейра нашла задатки охотника, а Нетта, которая всегда была загонщиком, стала вратарём. Команды изменились кардинально, и это вселяло надежду на то, что появилось больше шансов побеждать на матчах. Но наибольшим удивлением лично для Луки оказалась Катерина, которая шесть раз подряд поймала снитч раньше всех, став безоговорочным ловцом Когтеврана. После обеда должны были состояться пробы в команды Слизерина и Гриффиндора. И Фурейра, конечно, была предупреждена о возможных нарушениях порядка из-за вражды факультетов.