От перемены мест многое меняется

«Покажи мне Стива», – просит Зимний. «А что именно? – спрашивает Баки. – Хочешь тот раз, когда мы с ним и Гейбом заблудились по пути к точке сбора, потому что Стив решил, будто знает короткую дорогу?» – Баки мягко смеется, вспоминая давнее приключение. «Нет. Что-нибудь до войны. Что-нибудь хорошее». Воспоминание разворачивается в голове, наполняя теплом и солнечным светом. Картинка колеблется, то размытая, то четкая. Зимний не знает – это оттого, что отрывок памяти очень старый, или из-за регулярных обнулений. Зимний неподвижно сидит в кресле, техник слева от него проводит диагностику руки. Повинуясь касаниям инструмента, пальцы сжимаются и разжимаются, иногда пластины с тихим шелестом перестраиваются, напоминая своим движением рябь на воде. – Солдат, согни руку в локте, – командует техник, закончив с проверкой мелкой моторики. Зимний молча повинуется. Мысленно он сидит со Стивом на берегу реки. То есть, конечно, не он, а Баки. Ему следует помнить, что это Баки – друг Стива. Иногда Зимнему кажется, что он знает Стива дольше и лучше, чем Баки. И уж конечно, под присмотром Зимнего Стив бы не успевал ввязываться ни в одну из тех драк, даже со своим характером. Этого он Баки не говорит. «А этот новый хендлер вроде нормальный», – врывается в воспоминание голос Баки. Зимний моргает, переводя взгляд. Хендлер стоит напротив. Пока он здесь, Зимний будет беспрекословно выполнять команды техника. «Да… нормальный», – медленно отвечает Зимний. Он не хочет отвлекаться, сейчас они со Стивом собирают камешки и решают, какие лучше подойдут для прыжков по воде. Кажется, это как раз тот год, когда Стив проболел почти всю зиму, пропустив несколько месяцев в школе. Они впервые за лето выбрались настолько далеко от дома. «Как думаешь, он надолго задержится? Хорошо бы», – снова говорит Баки. Зимний чуть хмурится. Стив опустил ступни в воду и пытается пальцами ног достать веточку со дна. Почему Баки не остановит его? Вода холодная, а Стив только недавно выздоровел после очередной простуды. Будь там Зимний… «Предыдущий был полным дерьмом», – продолжает Баки, и Зимний вспоминает того хендлера. Пришлось проломить ему грудь бионическим кулаком, потому что он решил – раз Зимний послушен, то выполнит любой приказ. Совсем любой, в том числе не имеющий отношения к миссии. На памяти Зимнего было несколько кураторов, которые считали, что его послушание не имеет границ и Зимнего можно использовать не по назначению. Все они закончили одинаково. Диагностика завершена, и техник со щелчком ставит крышку панели на место. Новый хендлер (лейтенант Рамлоу – всплывает в голове) делает знак подняться и конвоирует его до медицинского блока. «После этой миссии нас должны были обнулить, – говорит Баки, – и в тот раз, когда ты замешкался, сомневаясь, выполнить ли приказ. Рамлоу не доложил наверх, – немного помолчав, спрашивает негромко: – Думаешь, мы ему нравимся?» Зимний не отвечает. Может, новый хендлер и относится к ним иначе, однако доверять ему все равно нельзя. Доверять нельзя никому. И Баки надо от этого предостеречь, он все еще не потерял надежду, все еще мечтает, что они смогут когда-нибудь вырваться на свободу. Зимнего фиксируют на медицинском столе, подсоединяют капельницу. Подготовка к криостазу займет от часа до полутора. Зимний успеет посмотреть еще пару воспоминаний. Ложась в криокамеру и чувствуя, как сердце стучит все медленнее, Зимний привычно просит: «Покажи то самое». Он стоит со Стивом перед дверью его квартиры, протягивает ключ. У Стива красные глаза и неприступный вид, он отказывается принять помощь, провести время вместе. «Помни, что я с тобой до конца», – говорит Баки. Зимний шепотом повторяет его слова.