Знамения-подсказки

Какие знамения могут быть нужны еще, когда собственными глазами видишь, а ушными раковинами слышишь? Оскара Уайльда, на скамеечке в Сент-Джеймсском парке, и соловья, исполняющего нежнейший из романтичных гимнов любви. Ладно, Уайльд мог Кроули и примерещиться, ему не до того было, чтобы приглядываться и задумываться, как писатель девятнадцатого столетия очутился в двадцать первом веке. Демон выбирал мороженку для своего любимого. Который век. Все еще друга и только! «Соловей и роза»… Роза… Это тоже знамение, некий знак свыше? Что самое время и другого подходящего не будет, что сейчас или никогда? Вызвавшийся подбросить Азирафаэля из ресторана до его книжной лавочки, Кроули чуть было не перешел к решительным действиям еще не дойдя до машины. Как раз блестящая отмазка на ум пришла – свалить все на эдакий обмен телами. Сочла же «вавилонская блудница» сие действо сексуальным. Но… Как только он к своему ненаглядному ангелу не подкатывал, какие прямо в лоб намеки бы не делал, разве не он же струхнул, такой безбашенно-бесшабашный, подчеркнув как-то, что они просто друзья? Уж лучше сохранить то, что есть, чем потерять все, когда дружить по-прежнему станет невозможным, хоть на что якобы минутный порыв не сваливай. Кроули незаметно вздохнул и полез в карман за ключами. Тогда-то милый пухлый ангелок и чмокнул его прямо в губы, приподнявшись на цыпочки и положив руки к нему на плечи. - Не совсем ведь я наивный дурачок, каким ты меня считаешь. Думаешь, я не понял, почему на самом деле ты вечно прибегаешь меня выручать? – солнечно-светло и смущенно улыбнулся Азирафаэль, щеки которого окрасились нежным румянцем, а потом стремительно побледнели. Ибо Кроули никак и ничего ему не ответил. Да тот почти упал, благо к машине спиной привалился! – Ой… Послушай, я… Это побочный эффект нашего изменения внешности, уверен! Извини, я не… Слушать дальше демон не стал. Сгреб ангела в объятия, и поцеловал так сладко и горячо, что… Что даже не услышал, как в машине вдруг во всю мощь грянула «Love Of My Life»! И если и это не было самое натуральное из всех возможных Знамение, то каким оно вообще могло бы быть?