Тайна трусов

⋆ ˚｡⋆☆˚ 🍌 ˚☆⋆｡˚ ⋆⋆ ˚｡⋆☆˚ 🍌 ˚☆⋆｡˚ ⋆

К концу недели Чимин уже хотел заказать себе гроб и притвориться мёртвым, лишь бы его никто не трогал. На такое количество вопросов он, наверное, не отвечал ни на одном тесте. Юнги был всегда рядом, а его рот, казалось, с каждой секундой норовил вновь спросить какую-то хрень. Если сначала Чимину было интересно, и он старался отвечать как-то коварно, чтобы понаблюдать за реакцией старшего, то потом что-то поменялось, Мин воспринимал всё спокойно, а вопросов задавал всё больше, похоже уже не стесняясь. То, что спрятаться не вариант, Пак понял, когда захотел притвориться больным и отсидеться дома парочку дней, надеясь, что Юнги за это время перестанет думать о том злосчастном вечере. Но друг припёрся к нему, как только узнал из-за чего его нет, и сказал, что побудет здесь и поухаживает, пока Чимину не станет лучше. Что вообще начал реагировать на вопросы Юнги, Чимин сильно жалеет, но Мин в любом случае не отстаёт. Придумать что-то, чтобы друг угомонился, не получалось, поэтому, когда Юнги на математике вновь пододвигается ближе, ему не нравится. — Что я говорил во время секса? Брови Чимина переселяются на лоб, когда это слышит, он выдыхает и поджимает губы, перед тем, как ответить. — Кричал, что тебе хорошо и нравится, — сквозь зубы, но тихо произносит младший, чтобы его никто кроме Мина не услышал, продолжая писать задание. Юнги прикусывает губу и сводит брови, вновь забираясь в глубь своих мыслей. Больше удивляет не то, что ему понравилось заниматься сексом со своим другом, а то, что это было так хорошо, что он, мать вашу, аж кричал. Пальцы Мина крепче сжимают ручку, когда он пробует представить всё. Сколько же тайн скрывается в человеке, что спрятаны глубоко под клеймом «табу», которые запрещено признавать даже себе, а алкоголь помогает уничтожить оковы и стать откровенным в мыслях и желаниях. Вновь приблизившись к другу, Юнги говорит в этот раз ещё тише, потому что такое немного смущает, но узнать мнение Чимина всё равно хочется. — Моя попа неплоха? — Блядь, Мин! — злясь, вскрикивает Чимин, резко поворачивая к нему голову, и Юнги сразу же отскакивает, склоняясь над своей тетрадью. Все в аудитории удивлённо уставились на него, даже учитель, что до этого объяснял, как развязывать задачу, замолк и обернулся, и Пак чувствует, что точно не к добру. — Пак Чимин, выходите сюда, — говорит преподаватель, кладя мел возле доски, и направляется к учительскому столу. Чимин шумно выдыхает, бросая яростный взгляд на друга, и поднимается с места, понимая, что сейчас учитель отыграется на нём по полной программе. На перемене Мин Юнги с осторожностью протягивает сидящему в холле Чимину стаканчик кофе и ванильный пончик с глазурью, ведь понимает, что это из-за него Пак получил низкий балл, не сумев полностью справится с заданием на доске. — Откупиться решил? — спрашивает младший, глядя на мило улыбающегося Юнги. — Да, — не отрицает тот, продолжая улыбаться, обнажив верхний ряд зубов. Чимин переводит взгляд с его лица на протянутые руки и обратно, на что старший улыбается шире. Потом всё же забирает у друга принесённую как царю дань. Мин присаживается рядом, когда друг начинает пить кофе и где-то минуту молчит, покусывая губы, перед тем, как вновь осмелиться сказать. — Можно ещё спросить? — Нет, — тут же резко отвечает Чимин, что сейчас увлечённо занят перекусом, заставляя старшего ещё ненадолго замолчать. — Значит моя попа так себе. — Я бы назвал это задницей, — шипит Пак и, поднявшись, откусывает кусок от мучного изделия, направляясь к лестнице, потому что следующая пара в другом корпусе. — Да понял я! — кидает ему в спину Юнги, привлекая внимание других студентов, и тут же спешит следом. — Меня бы тоже выводило, если ты постоянно спрашивал об одном и том же, — он пытается идти с такой же скоростью, но Чимин какой-то быстрый и приходится постоянно догонять. — Просто ты всё знаешь, а мои воспоминания настолько дырявые, что в те дыры арбуз пролезет. Аж бесит. — Я же говорил не обращать внимания на это, так что просто забудь, — говорит Чимин и продолжает жевать. — У меня так не выходит. Когда они оказываются на улице, где студентов намного меньше, Пак останавливается сразу, как только отходит от двери, и Юнги тоже тормозит. — Мажорчик Джун устраивает сегодня вечеринку у себя. Давай сходим. Может после твоя голова будет меньше думать о том вечере, — Чимин отдаёт ему оставшуюся половину пончика, говоря, что столько сладкого для него много, чем вызывает у старшего довольную улыбку, ведь Юнги сладкое любит. Пак продолжает идти, допивая кофе, Юнги откусывает большой кусок, всё ещё улыбаясь, и вновь догоняет друга, говоря с набитым ртом: — Перестань Джуна называть мажорчиком! — Как хочу, так и называю. Кажется, после этого вечера мысли Юнги действительно займёт другое. Вырвавшееся из тёмной глубины затолкнуть обратно больше не получится. Потому что уже знаешь, что там пряталось. Чимин чертовски красиво танцует, так изящно и плавно двигает телом, но Юнги почему-то замечает только сейчас, на вечеринке у Намджуна, когда младший, услышав знакомую песню, ускакал к беспорядочно дрыгающейся толпе в центре комнаты. Правда на фоне других Пак очень выделялся, практически сливаясь с ритмом музыки и делая свой танец с каждым разом горячее, чем привлекал внимание остальных. Алкоголь сделал его более раскованным, хоть выпил он совсем немного. Мин видит, что Чимину явно нравится, когда на него смотрят, потому что продолжает делать немного развратные движения бедрами и совсем не против, когда его танец начинает поддерживать какая-то девушка, от чего люди вокруг издают громкие возгласы в ожидании большего. Барышня скорее всего не знает о небольшой особенности его друга, что Юнги немного забавляет, потому что ей явно Чимин понравился, иначе б так старательно не двигала перед ним задом. Но Пак исчезает прямо из-под носа, как только песня заканчивается. Девушка явно в негодовании, ведь не успела даже познакомиться. Чимин садится за барную стойку возле Джуна, тяжело дышит и опирается на стену, а через полминуты улыбается, поймав взгляд лучшего друга издалека. Юнги считает, что его улыбка очень красивая, такая яркая и радостная. Иногда кажется странным, как в одном человеке могут быть настолько разные качества, что создают два совершенно противоречивых облика. Чимин с такой легкостью их меняет, вовсе не теряя себя ни в одном. Мысли Юнги действительно займёт другое. Но такое похожее. Впервые видит, что друг для него необычайно притягателен. Впервые признаёт. Он на всё посмотрит по-другому, без шуток, смеха и отрицаний, здраво. — Дай я немного выпью, — просит Чимин, протягивая руку к бутылке Намджуна, но тот отодвигает её в сторону и мотает головой. — Ещё обслюнявишь. — Жадина, — бурчит Пак, немного надувшись, убирает руку и оглядывает людей, в поисках кого-то знакомого. — В этот раз намного больше пришло, — констатирует он. — Хорошо ты, конечно, делаешь, что позволяешь людям напиться за твой счёт и принципе неплохо отдохнуть, но я всё равно думаю, что это растрата родительских денег. — Но ты же каждый раз приходишь. — А я не особенный. Не пропускать же мне такой движ, тем более если его устраиваешь ты. Чимин с хитрой физиономией забавно дёргает бровями, из-за чего на лице Джуна появляется усмешка. Затем Пак улыбается и вновь переводит взгляд на Мина. — Почему вы не встречаетесь до сих пор? — интересуется Ким, заметив куда смотрит друг. — Ты с Юнги действительно похожи на парочку: никогда не отлипаете друг от друга. Поверь мне, со стороны совсем не выглядит как дружба. Он же тебе нравится. — А почему ты с Хосоком не встречаешься? — спрашивая, поворачивается к нему Пак. — Это другое. Ему страшно и непривычно заводить отношения с парнем. Слишком много предрассудков в голове. Нужно подождать. Но я по крайней мере не отрицаю, что он мне нравится. — Я тоже, просто меня никто не спрашивал. Слабо ухмыльнувшись, Чимин встаёт и идёт в сторону Юнги, что, наверное, решил пустить корни в стену, которую подпирает. Как только пришёл сюда, Мин почти сразу нашёл себе это местечко и, похоже, думает простоять здесь всё время, запасшись всего одной бутылкой алкоголя. Позволить этого Чимин не может. Он специально привёл старшего сюда, чтобы отвлечь от всего, а не чтобы тот погрузился в мысли ещё глубже. Подойдя к другу, Пак первым делом берёт из его рук бутылку, потому что в горле всё ещё сухо. Тот совсем не против и только наблюдает, как Чимин пьёт, немного запрокинув голову. Шея напрягается, а движения кадыка видно отчётливей. Когда младший тянет за собою к центру комнаты, где много людей, для Юнги неожиданно, из-за чего Пак смеётся, увидев его комичное выражение на лице. Мин не упирается и, когда Чимин начинает танцевать, тоже пытается двигаться под музыку, чем друг доволен. Смотрящий на них со своего места, Ким Намджун, хмыкает и мотает головой, только сейчас понимая, что Чимин просто выдаёт себя за хорошего друга, поскольку этого хочет Юнги. Такая некая игра, в которой Пак полностью подстраивается под правила старшего, совсем не обращая внимания, чего хочет сам, чтобы находиться как можно ближе. После этой вечеринки проходит день, который показался Чимину затишьем перед чем-то страшным. Потому что Юнги за весь этот день не появился и молчал, даже sms ни одного не написал. Пак не живет с родителями уже второй год, работы у него дома не так много, поэтому предполагал, что старший скорее всего просто занят. Но странное чувство оставалось, из-за чего парень тоже молчал и не решался написать. Но вечером, когда Чимин решил сходить за продуктами и заполнить свой холодильник, чтобы завтра всё воскресенье просто проваляться в кровати, телефон в кармане куртки вибрирует и издаёт приглушённую мелодию. Взглянув на экран, Пак улыбается, так как звонит Мин. В их не объявленной игре Юнги оказался слабее. — Что делаешь? — сразу задаёт вопрос старший, не уделяя внимание приветствию. — Выбираю какие булочки лучше. — В смысле? — В прямом, Юнги. В магазине я, — поясняет Чимин. — А, обычные булочки. Пак смеётся, поняв, о чем подумал друг, кладёт выбранное изделие в корзину и называет Юнги идиотом. — В каком именно ты магазине? — пропустив обзывательство младшего, вновь интересуется Мин. — Что возле дома. Мне лень идти куда-то ещё, просто чтобы купить еду. — Тогда подожди я сейчас подойду. — Ты здесь? — удивляется Чимин, оглядываясь, и пытается высмотреть его между стеллажами. — Только вхожу. — А почему ты здесь? — продолжает удивляться парень. — К тебе пришёл, не логично? Пак кратко мычит, соглашаясь. Он не глупый и понял, почему Юнги тут, но это как-то слишком внезапно и странно. Мин часто делает не очень понятные вещи, может прийти к нему утром перед учебой или в три ночи, но обычно он перед этим пишет прямо или как-то намекает. Но после вчерашнего его друг весь день не давал о себе знать, а сейчас появляется неожиданно. Чимину кажется, что Юнги ведёт себя в последнее время странно, как для обычного своего поведения. — Ты всё ещё в отделе с выпечкой? — разгоняет мысли Чимина голос старшего, что ещё звучал с динамика телефона. — Да, — немного растерянно отвечает он, затем сразу видит Юнги, который тоже его заметил и машет рукой, улыбаясь. Чимин сбрасывает, как только старший подходит близко. Тот приобнимает его за плечи и заглядывает в корзину с покупками. — Ты собираешься прожить следующую неделю на одних булочках и баночке с горчицей? — спрашивает Мин, кивая на продукты. — Я тоже только что пришёл, — закатывает глаза Чимин и направляется в молочный отдел. Юнги по-детски кривится, но плетётся хвостиком, потому что пришёл он сюда точно не чтобы обижаться. — Почему ты здесь? — опять задаёт тот же самый вопрос Пак, думая в этот раз получить нормальный ответ. — На ночёвку, фильм посмотреть, — спокойно отвечает Юнги. — А у тебя были планы? — Да нет, — Чимин делает небольшую паузу, пока кладёт сыр в корзину, а потом резко поворачивается к другу. — Тебя из дома выгнали? — Почему ты так решил? — недоумевает Мин. — Не знаю, — произносит тот и отходит выбирать йогурт. — Просто должна же быть причина твоего внезапного появления. — Я просто так пришел, — со смехом выдаёт старший и вновь подходит ближе. — Возьмём чипсы и колу? — Зачем? — отвлекается от йогуртов Чимин. — Потому что просто так смотреть любой фильм скучно. Мне больше нравится жевать и пялиться на экран. Над чем-то задумавшись, Чимин берёт в руки первый попавшийся йогурт и замирает, смотря на этикетку. — Принципе неплохо, я не против просидеть сегодня полночи. — Тогда я за чипсами, — тут же говорит Юнги и убегает, улыбаясь, но сразу возвращается и указывает пальцем на полку с йогуртами. — Бери этот, он лучше, — и вновь исчезает. Чимин переводит взгляд на бутылочку, которую показывал Юнги, потом на ту, что в руке, и меняет. Позже, когда они подходят к кассе, Пак выкладывает все продукты на ленту, но Юнги сгребает чипсы с колой обратно в корзину и говорит, что за это заплатит сам. Чимин совсем не возражает, перечить старшим он не намерен, а потратить меньше денег даже плюс. Какой будут смотреть фильм, Пак Чимину без разницы, благо в этом у них с Юнги вкусы совпадают, потому парень спокойно раскладывает купленную еду на кухне, а когда заканчивает, берёт два высоких стакана и направляется в гостиную, где на диване как король расположился Мин с ноутбуком на коленях, положив ноги на край столика. — Убери, — недовольно произносит Пак, легонько пиная ноги друга пяткой, и тот покорно выполняет просьбу. Открутив бутылку с колой, Чимин наливает её в стаканы и бубнит, что чипсов много для них двоих, на что старший цокает языком. — Четыре больших пачки не так уж много, потому что, когда смотрели фильм в прошлый раз, две нам не хватило. Пак с его слов смеётся и вспоминает, как пытался отогнать голодного Юнги от холодильника, чтобы сохранить хоть что-то на следующий день и не тащиться с раннего утра в магазин. Потом вместе грызли морковку, когда вкусное уже закончилось. Тогда Мин сказал, что больше никогда не будет выбирать фильм, в котором больше одной части, потому что их хочется посмотреть за один раз. — Что сегодня нашел? — Чим садится возле старшего и пытается зубами открыть пачку чипсов, из-за чего Юнги её забирает, чтобы открыть самому, так как знает, что друг точно неаккуратно порвёт обёртку и рассыпет. — «Нерв». Не смотрел? — Я смотрю только с тобой, а то мне самому лень находить и не интересно, — младший берёт со стола стакан и немного отпивает, забирая открытую пачку, что протягивает Юнги. — Так и знал, поэтому тоже ещё не смотрел, — Мин нажимает «воспроизвести» и ставит ноутбук на стол, отодвигая всё в сторону. Идея посмотреть вместе фильм пришла в голову Юнги внезапно и только когда Чимин спросил, почему он здесь. На самом деле парень не знает зачем пришёл, ему вдруг просто захотелось провести время с ним. Весь день пробовал разобраться, почему вчера вечером чувствовал себя возле Чимина странно. Вроде бы друг не делал ничего необычного, но сам Мин воспринимал всё по-другому. Он замечал, что внимание Пака в основном было сосредоточено на нём, и это даже нравилось, чем наоборот. Не было никакого противного ощущения, которое отталкивало от подобного внимания. Конечно парень допускал, что это из-за того, что он последнюю неделю был полностью сосредоточен на Чимине и недавно произошедшем. Даже поймал мысль, что возможно то, что они переспали, как-то повлияло, и теперь его к нему так тянет. Но Юнги посчитал данное предположение глупым, потому что тягу он чувствует уже давно, а сейчас она почему-то увеличилась. Осознание, что испытывает к Чимину что-то кроме дружбы, врывалось в голову слишком громко, заставляло испытывать некий страх и почувствовать себя сумасшедшим. Но похоже Юнги вовсе не против признать, что ему нравится его друг, и это вызывало вопросы, поскольку другие парни никак не интересовали. С Чимином комфортно, их общение не напрягало, никогда не было неловким. Чимин понимает его и никогда не пересекает границы, которые слишком личные и запретные. Сейчас Юнги фильм ни капли не волнует, и он уже где-то полчаса обитает среди своих мыслей, пытаясь понять в какой момент между ним и Чимином всё начало меняться. Это мучает и делает голову чугунной, ведь он даже не может вспомнить вечер, когда его внутренние Я без задней мысли позволило себе интимно сблизиться с другом, оставляя в стороне всё, что удерживает. — Всё. Я так больше не могу. Юнги ставит фильм на паузу и сразу же нависает над Чимином, горячо выдыхая ему прямо в губы. Тот испуганно смотрит на него и прижимается спиной к спинке дивана. — Т-ты это чего? — мямлит Пак, нервно сжимая сильнее пальцами стакан. Мин бегло смачивает слюной губы и накрывает ими губы Чимина, медленно и поочерёдно обхватывая каждую. Он впервые так боится кого-то целовать и впервые ему этого так сильно хочется. Внутри что-то дрожит, а кончики пальцев едва ощутимо покалывают. Чим отвечает осторожно и не сразу, но он это делает и Юнги начинает целовать уверенней, страстней, потому что понимает, его друг совсем не против. Вот только Юнги сомневается, что с данного момента между ними будет дружба. Мин не хочет больше дружить и уверен, что Чимин тоже, иначе бы он так просто не поддался. Они прекращают целоваться, но ещё иногда касаются губами, находясь всё также близко. Дышат неровно и держат глаза закрытыми, потому что так интимней. — Ты почему вдруг себя так ведёшь? — первый тишину нарушает шёпотом Чимин. Старший сглатывает и трётся лбом об его висок. — Я так ничего и не вспомнил. Надоело думать постоянно. До жути захотел повторить хоть что-то и на этот раз не забывать. Чимин приоткрывает глаза и завороженно смотрит на чужие ресницы, что так красиво иногда трепетали. — Ничего не было, Юнги, — несмело произносит он. Тот немного отстраняется и бегает взглядом по его глазам. — В смысле? — интересуется Мин, не веря в то, что слышит. — Ты просто был слишком пьян, требовал, чтобы мы спали в одной кровати, а то тебе будет одиноко, и всё равно припрёшься ко мне. Потом в постели сказал, что в спальне ещё жарче, и начал стягивать трусы. Я пытался уговорить не делать этого, а то выглядит странно, и ты согласился, но затем стянул и с меня тоже, аргументировав тем, что, если спать так вдвоём, то не странно. Потом завалился возле меня, сказав, что так гораздо удобней, а мне было пофиг, потому что уже вырубало. Юнги закусывает губу, продолжая смотреть Чимину в глаза, и понимает какой пиздец. Неужели он поверил в то, чего не было, только потому, что сам хотел? И самой малой мысли не допускал, что между ними могло просто ничего не быть. Почему как только проснулся он так подумал? Ведь даже будь у обоих ориентация гомосексуальная, проснуться вместе — ничего не значит. Из-за своих принципов, не важно в каком состоянии, Чимин никогда не перейдёт черту, Юнги это знает. Как бы не искушали собственные желания, Пак не сможет сделать то, из-за чего лучший друг возможно будет чувствовать себя ужасно. Он человек, который дорожит близкими людьми и их чувствами. А ещё сейчас Юнги задумывается нужно ли оно Чимину вообще. Может он действительно кроме дружбы совсем никак не заинтересован. Мин теперь шикарно знает, как хорошо умеет себя накручивать. Он отстраняется, не совсем желая этого, но оставаться сидеть так уже как-то неудобно. Мин продолжает молчать, вернувшись на своё место, и думает, что теперь делать. Если ничего не было, то он же должен радоваться, но почему-то не хочется. — Почему ты не рассказал раньше? — спокойно спрашивает Юнги. — Сначала было забавно наблюдать, как тебя это терзает, но ты ничего не помнишь. Хотел немного поиграть. А потом как-то не в тему стало. Юнги медленно кивает, он понимает абсурд ситуации и не злится. Чимин продолжает наблюдать за ним и, наверное, жаль, что старший не смотрит в его сторону, ведь взгляд Пака сейчас такой необычный, в нём так много зажжено огней, выдающих его настоящие чувства. — Почему тебя так волнует? — Что именно? — уточняет Мин. — Что если бы мы действительно переспали? — Дело в том... — начинает Юнги и внезапно дыхание на пару секунд запинается. Стоит ли ему говорить? — Та ночь не вылезала из моей головы. У меня не выходило вспомнить. И я постоянно думал, почему так могло получиться. По какой причине начал себя вести подобным образом? Почему мне хотелось? Потом понял, что мне не противно представлять тебя с собой. Нравится думать о тебе, нравится быть рядом. Время с тобой мне важнее чего либо. Понял, что не против, если между нами будет не дружба, а что-то более тесное. Пока говорит, Юнги смотрит только перед собой. Повернуть голову в сторону Чимина боязно. А тот наоборот не отводит глаз с него, а как только Мин заканчивает, улыбается и ставит стакан с колой на стол. Он резко поднимается и садится на ноги Юнги, размещая колени по обе стороны. Тот смотрит большими глазами на его бёдра, совсем не ожидая такого, и спешит скорее убрать взгляд. — Что будешь делать, если я скажу, что ты тоже мне давно нравишься? Пак упирается ладонями возле его плеч и склоняется немного ближе, что заставляет того нервничать больше. Насколько давно? Может всё время, что они знакомы, Чимин испытывает симпатию. А может нет. Возможно она пришла позже. А может с того времени, как он познакомился с ним, симпатия никогда не уходила, а Пак просто не показывал. Может стадия чувств Чимина давно переросла в любовь, которую маскировал под дружбу и не позволял проявится в полной мере, чтобы не быть раскрытым. Ведь он не знал точно, как Мин отреагирует. Юнги волнуют эти догадки, но не может сконцентрироваться на мыслях и сказать что-то вслух из-за того, что перед глазами. — Тебе обязательно было так садиться? — произносит Мин, думая куда положить свои руки, а от услышанного сердце начинает гулко прыгать. — Да, — не колеблясь отвечает тот, наблюдая за чужими действиями. — Встань, — неловко просит старший, пытаясь сдвинуть его, но даже нормально ухватиться боится. — Не хочу. Мне удобно, — уверенно отвечает Пак. — А мне не очень, — с каждой секундой нервничает всё больше. Чимин ехидно ухмыляется и произносит: — Так сильно заводит? — Твою мать, — вырывается у Юнги, и он прикрывает глаза, признаваясь себе, что его действительно заводит. Старший выдыхает и покидает затею спихнуть Чимина, оставляя руки на чужих ногах, но взгляд всё ещё не поднимает. После откровения смотреть прямо в глаза Чимину страшнее, чем видеть так близко в подобном положении его накаченные сильные бёдра, которые своим видом заставляют хотя бы мельком, но представить пару картин, что Пак может делать ими дальше, чтобы смутить. — Так что скажешь? — вновь интересуется Чимин. Он наклоняется ещё ближе, намеренно пытаясь заставить Мина чувствовать себя неловко, и у него похоже выходит отлично, потому что тот уже не знает, стоит ли ему дышать. С каждым вздохом он чувствует лёгкий аромат тела Чимина, на который никогда раньше не обращал внимания. — Ничего не скажу. Просто буду молчать. — Почему? — вновь слетает с губ младшего и Юнги даже чувствует это слово кожей. Чимин склоняет голову, чтобы иметь возможность посмотреть в глаза, и кажется всё ещё продолжает приближаться. Юнги сухо сглатывает, на мгновение прикрыв веки, и всё же решается поднять взгляд. — Мысли путаются. Ты слишком близко, — тихо выговаривает он. Замечает, что внутри вновь что-то трепещет — как же сильно ему всё это нравится. Тот молчит, продолжает смотреть и только медленно качает головой, думая, но потом внезапно впивается в губы Юнги и прижимает его к дивану. Мин не успевает нормально вдохнуть и пытается подстроиться под Чимина, но тот слишком напорист, целует мокро и горячо, почти сразу ловко забираясь своим языком в рот. Юнги плывёт, от того, что его язык так умело ласкает чужой, и очень нравится, что пальцы Чимина скользят в волосах. Он тихо стонет от удовольствия в губы, сжимая руками бёдра, и чувствует себя слишком бессильным, чтобы это остановить или попробовать взять верх. Юнги согласен отдать младшему полный контроль над собой и быть сверху только в позе.

⋆ ˚｡⋆☆˚ 🍌 ˚☆⋆｡˚ ⋆⋆ ˚｡⋆☆˚ 🍌 ˚☆⋆｡˚ ⋆