***
До бала оставалось всего несколько дней, и настроение девушки падало всё ниже и ниже, чем можно было предположить, однако отвлечься от этого ей помог сад, в котором она с утра до ночи срезала сорняки и выкапывала их корни. Однако выходило у неё плохо и тяжело, ведь инструменты были старыми и неплохо было бы заиметь новые. Тайный проход девушка смогла открыть, пока родители прогуливались вдоль аллеи у дома, но в тоннеле оказалось ужасно темно и сыро, а также — ужасно грязно. Кастилии даже показалось, что она услышала крысиный писк, что действительно её напугало и заставило крепко закрыть «дверь» в проход. Она решила, что стоит для начала разобраться с садом, пока однажды поздно ночью её не посетила мысль: «А куда ведёт проход?», — из-за чего она не могла нормально спать, поскольку её любопытство не дремало и утомить его было невозможно. Эта неделя показалась адски долгой для Кастилии. Хоть она и делала вид, что балы не любит, и это не для неё, но на самом деле она переживала больше всех. За свои семнадцать лет она встревала во все неловкие ситуации на балу, которые только могли произойти, а также долгое время была объектом насмешек у сверстников, именно из-за этого девушка часто заедала свои переживания и проблемы. Но даже так ей нравились танцы и общение с людьми, с которыми она могла поддерживать различные темы для разговоров. — Переживаешь? — спросила с улыбкой миссис Красс. — Нет, — с серьёзным лицом ответила дочь, поправляя чёрные кудри и периодически одёргивая синюю юбку платья. Бал уже был близок. — Я часто переживала в юности. Не вижу в этом ничего плохого, — решила поддержать дочь Чализ, зная, насколько сильно волновалась Кэтрин, — сегодня должен приехать твой кузен Джо, — сказала наконец женщина. Эта новость развеселила Кэтрин. Она любила своего кузена, ведь они дружили еще с малого возраста. — Надеюсь, что Аманда не приедет, — сказала Кэтрин про сестру матери. Это звучало довольно грубо, но её она и правда не любила. Миссис Красс оставила дочь в комнате сразу же, как помогла с корсетом.***
Вечер настал. Гости собрались в самой большой из комнат, отведённой специально под помещение для балов. Музыка была в самом разгаре, многие уже танцевали, весело смеялись, шумно что-то обсуждали. Коули Андерсон тоже пришла, рассказывая другим гостям, насколько нахальна дочь миссис и мистера Красс и что такую, как она, никто не возьмёт замуж, да к тому же она груба не по своему желанию, а от того, что ужасно глупа. С самого начала недели миссис Андерсон только то и делала, что распускала выдуманные сплетни о Кэтрин. Она решила продолжить заниматься этим и в гостях у самих Красс. Вот только ей не верили, ведь эту даму не любил никто из соседей, поскольку обо всех из них она пускала сплетни, и довольно лживые, но люди из вежливости делали вид, что слушают и соглашаются с миссис Андерсон, ведь она могла рассказать и что-то действительно полезное. К примеру, то, что творится в политике, в моде, кто приехал, кто уехал — темы для обсуждений у неё всегда находились. Сначала Кэтрин жутко раздражало, что про неё, да ещё и в доме её родителей распускали сплетни, но в скором времени она об этом забыла, когда наступила на юбку своего же платья, упав прямо у всех на глазах и разбив правую коленку. Первым на помощь пришёл милый парень низкого роста, но чуть выше Кэтрин. Он помог подняться Кастилии, после чего они удалились из зала. — Думаю, тебе не стоит переживать, — сказал он, заметив грустное выражение лица Кэтрин. — Я опозорилась у всех на глазах, — серьёзно заявила Кэтрин, — снова… — Снова? — удивился парень с тёмно-русыми волосами и зелёными глазами. — Значит, переживать точно не стоит. Ты бы знала, как позорились мои знакомые. — Он оптимистично улыбался, заставляя не думать о плохом и Кастилию, правда, это у неё не выходило. — И как же они потом живут? — шмыгая носом, спросила Кастилия, заставив тем самым парня улыбнуться. — Думаю, что вполне хорошо, — ответил он. — Я Кэтрин, — наконец, решила представиться девушка, продолжая шмыгать носом. — Гавриил Ли Абриэль. — Кэтрин Красс, — представилась она, смутившись, что не назвала своего первого имени, поскольку не особо его любила. — Да, я знаю, слышал о тебе, — улыбнулся Гавриил. Они остановились в тёмном коридоре, где парень принялся помогать поправлять синее платье девушки. Кастилия смутилась от такого жеста. — Не думаю, что это хорошая идея, Гавриил. Я лучше сама, — сказала она, остановив парня. Он улыбнулся в ответ. — Да, извини, я по привычке, — ответил он и Кастилия подумала о том, что, скорей всего, у него много знакомых девушек. — Можем вернуться, если ты хочешь, — предложил парень. — Ни за что, — резко отрезала Кэтрин, но затем, подумав о госте, добавила: — Но, если ты хочешь, можешь вернуться, не стоит задерживаться тут со мной. Гавриил ничего не ответил, стоя напротив девушки, всматриваясь в её лицо и улыбаясь. — Я знаю кое-кого, кому бы ты ужасно понравилась. — Если ты о замужестве, то это не обо мне, — тут же отрезала Красс. — Нет, я не об этом. Можешь даже не переживать по этому поводу, я хочу познакомить тебя со своими друзьями. Тебе ведь скучно здесь одной, а наши соседи хоть люди и хорошие, но общение с ними не задаётся, я пробовал. Встретимся в третьем часу в Грансе. Как тебе? — предложил парень. Его глаза уже блестели от предвкушения. — Я не знаю, где бы это могло находиться, — немного нервно ответила Кэтрин, поскольку он её пугал. — Это библиотека, — успокоил Гавриил. — Скажешь кучеру место, он знает. Я встречу тебя у входа. — Думаю, мне это не помешает. — Кастилия всегда с осторожностью относилась к людям и, не узнав их поближе, никогда не решалась принимать приглашение в гости, а этот парень хоть и пугал, но имел некое очарование, которое захлестнуло Кэтрин с головой. — Тогда договорились, — галантно ответил Гавриил, — вернёмся на бал? — улыбнулся он, протянув руку девушке. — Идём, — согласился он, положив свою руку на его. Веселье продолжалось. Все танцевали, говорили, смеялись. Кастилии было ещё немного стыдно, но, казалось, люди даже не заметили её «позора». Девушке даже удалось станцевать с Гавриилом, но затем все неожиданно остановились. В зале появился высокий мужчина, а рядом с ним — ещё две женщины. Сквозь толпу Кастилия смогла рассмотреть только мужчину и одну из девушек рядом с ним. К новоприбывшим гостям подошёл мистер Красс. Он немного поклонился гостям, те сделали в ответ то же самое. — Я очень рад, что вы прибыли на наш бал, — сказал мужчина. — И кто же это? — немного неловко поинтересовалась Кастилия. — Это Сэмюэль Уильям Винчестер, — прошептал Гавриил. — А рядом? — спросила Кэтрин. — Справа от него — Люсия Фаллен, — фыркнул Гавриил, — а вот слева — Диана Винчестер. — Сестра? — уточнила девушка. — Да, — согласился он. В полной тишине гости прошли от начала и до конца все помещение, люди молчали, вежливо приветствуя гостей. Кэтрин присела в лёгком реверансе, опустив голову, так что сестру благородного Винчестера она рассмотреть не смогла. Но в скором времени музыка снова раздалась, и гости начали второпях выстраиваться в ровную линию, чтобы продолжить танцы. — Извини, мне нужно отлучиться, — немного нервно сообщил Гавриил. — Хорошо, — спокойно ответила Кастилия. Как только Гавриил исчез в толпе, на плечо девушки упала тяжёлая мужская рука, заставившая её вздрогнуть. — Скучала? — спросил обаятельный мужской голос. Кэтрин сразу узнала его. Недолго думая, она обернулась и обняла обладателя этого голоса. — Видимо, скучала, — продолжил он, обнимая девушку в ответ. Это был Джо, её Джо. Про этот вечер можно позабыть, поскольку они болтали и болтали. Долго не виделись, ведь кузен Джо давным-давно уехал из родового гнезда Крассов, отправившись путешествовать по миру. Ему было, чем поделиться с младшей сестрой, а она и не возражала, слушая его рассказы, затаив дыхание. Конечно, несколько раз они станцевали, но в основном стояли в стороне весь бал, под конец которого и вовсе ушли. Кэтрин совсем забыла про Гавриила, но, похоже, он сделал то же самое и просто веселился. Как бы то ни было, но вместе с Джо приехала и «любимейшая» тётушка Аманда, которая весь остаток вечера, даже ночи, а также часть утра только и делала, что критиковала Кэтрин. «Всё не так, всё не это», — только и слышала юная Красс.