Кукла с каплями на щеках

Эстер сидела перед зеркалом и смотрела в пустоту. Мысли путались, похоже, не собираясь становиться чем-то дельным. Почему… он. что это было… Том отключился пару минут назад, оставив принцессу в таком состоянии. Друг из него, конечно, так себе, но сейчас не об этом. Наконец, немного успокоившись, она сделала глубокий вдох и начала размышлять вслух: — Ладно, спокойно. Я разговаривала с мужчиной. На балконе. Одна. Его зовут Тоффи, и это единственное, что я знаю. Он был в маске и его намерения мне неизвестны, потому что он действовал не очень то и логично. Что мы имеем? Она задумалась и уронила голову на руки. — Мы имеем две вещи: тот факт, что я дурочка, которая забыла думать, и то, что я где-то слышала его имя. Хотя это не точно. Что я буду делать? Эстер встряхнула головой. — Ничего, потому что явной опасности нет, да и возможности тоже нет. Значит, буду решать проблемы по мере их поступления. Сейчас я должна успокоиться. Если Тоффи объявится, то я что-то предприму, а пока можно расслабиться. Больше похоже, что я не ищу выход, а успокаиваю сама себя.

***

5 дней спустя — То есть как, в Школу Святой Ольги? У меня завтра день рождения. Шикарный подарок, ничего не скажешь. А главное, оригинальный. Старая служанка грустно склонила голову перед сидящей перед огромным зеркалом принцессой. Казалось, что Эстер нисколько не волновал тот факт, что ее ссылают в исправительную школу. Она была абсолютно спокойна и хладнокровна, будто старая женщина сообщила ей прогноз погоды. Спокойно, спокойно. Думай головой, а то получится как на балу — С моей стороны это будет большой дерзостью, но все же я спрошу: по какой причине? Она сказала тебе? Таким же голосом можно было интересоваться: «а будет ли в четверг дождь?», или сетовать, что цвет платья совершенно не подходит к данной шляпке. Хотя нет, там тон поэмоциональнее будет. Принцесса подняла гребень, лежащий на столике, и провела им по светлым волосам. Служанка покачала головой. — Нет, Ваше Высочество, королева лишь сказала, чтобы вы собрали вещи и были готовы. Отправление завтра. — Ну, ладно. Если матушка так хочет. Начни собирать мои вещи, нам завтра ехать. Эстер даже не шелохнулась, будто бы ничего не случилось, и она просто едет на пикник. Служанка кивнула и, пятясь, вышла, явно радуясь за то, что так быстро отделалась. Обычно принцесса была немного эмоциональнее. Как только дверь закрылась, раздался ужасный грохот. Это Эстер кинула гребень, до этого спокойно лежащий в ее руках, в ближайшую стену. О, теперь она дала волю эмоциям. Девушка злилась, нет, не так, она была в таком бешенстве, что казалось, сейчас вся загорится. В глазах полыхало адское пламя. Не помня себя от ярости, она подхватила с тумбочки дорогую вазу, уже подняла ее и хотела отправить в полет навстречу стенке, как ее остановил мягкий мужской голос: — Эстер, опусти вазу. В дверях стоял, подпирая спиной косяк, спокойный король. Как Эстер не услышала, что он вошёл? Ладно, она потом об этом подумает. В школе Святой Ольги нужно будет чем-то занять мозги. Итак, сейчас можно было наблюдать занятную картину. Комната старшей принцессы. Добродушный король подпирает дверной косяк и смотрит на принцессу, застывшую посреди комнаты в вазой в руках и воинственным выражением, которое медленно сменяется осознанием, что она натворила, на лице. Причём, смотрит как на опасную сумасшедшую, которая каким-то образом убежала из лечебницы. Ну, прекрасно, допрыгалась — Медленно опусти вазу на тумбочку и никто не пострадает. Медленно произнёс Ривер. Кажется, или так говорят, когда задерживают преступников? Хотя такими фильмами Том больше увлекается. Надеюсь, что кажется. Эстер аккуратно опустила вазу на тумбочку и покаянно опустила глаза. — Прости, папа, я просто решила немного переставить эту вазу, на той тумбочке она совсем не смотрелась. Что я несу?! Где мой мозг?! — Так ли переставить? С хитрой улыбкой спросил король — А кинуть её решила, чтобы она быстрее оказалась на месте? И часто у тебя такие перестановки? Эстер вздохнула. Отпираться смысла не было. — Прости, это было глупое оправдание. — Да, ты права, действительно очень глупое. Усмехнулся Ривер и, пройдя в комнату, присел на диванчик. — Как я понимаю, ты уже знаешь, что поедешь завтра к Святой Ольге. Принцесса кивнула. — Да, мне сказали. Матушка мной недовольна? Из-за чего, я, вроде, ничего не сделала? Король усмехнулся и покачал головой. — Она всегда тобой недовольна, однако не это послужило причиной. Это не наказание, Эстер, а, скорее, встреча выпускников. Тебе нужно поехать, улыбнуться, показать, как ты счастлива после выпуска, поболтать с принцессами, показать прекрасные манеры и уехать домой на следующий день. Глаза Эстер удивлённо расширились. Она даже и не думала о таком варианте. В последнее время она всё чаще упускала из виду детали, чего стоит одна встреча с Тоффи. — То есть. как это. значит. — Да, это значит, что ты будешь там почётной гостьей, а не ученицей. — Но почему матушка согласилась на такое. К тому же, завтра мой день рождения, я думала, что будет бал, а теперь… — Она решила, что балов мы можем устроить сколько угодно, да и твой день рождения тоже празднуется каждый год, а такая возможность выпадает редко. Это же будет прекрасная реклама для тебя, ну, она так считает. Эстер немного поникла. Нет, она, конечно, сама не хотела устраивать бал, чтобы опять видеть всех этих родственников и гостей, но было как-то горько осазновать, что свой семнадцатый день рождения она проведёт вдали от семьи в тёмном замке. Ни тебе праздничного ужина, ни тортика, даже со Стар не поболтаешь. Кстати, ее что-то давно не слышно. Ривер, заметив поникшее состояние своей дочери, попытался ее растормошить: — Ну, что ты, Эстер? Все будет хорошо. Не расстраивайся ты так. Я бы рад помочь, но ты же знаешь. О да, Эстер знала, кто в их семье главный. И это явно был не отец. Мьюни правит королева, а не король. Ривер достал что-то из кармана и протянул ей. — Вот, так как праздника не будет, мне кажется честным отдать это тебе сейчас. В его руках лежали маленькие аккуратные, кажется, маникюрные ножнички. Это ножницы измерений. Эстер подняла на него глаза и удивлённо спросила: — Это мне? Подарок на день рождения? Ривер кивнул. — Да, тебе завтра будет семнадцать, решил подарить. Принцесса дрожащей рукой приняла подарок и спрятала в складки платья. — Спасибо. Мне очень нравится. Король как-то сухо кивнул, затем поднялся с дивана и двинулся к выходу из комнаты. Он уже хотел уйти, даже взялся за ручку двери, но почему-то остановился. — Не злись на Мун, Эстер. Тихо произнёс Ривер, не смотря на дочь. Эстер горько усмехнулась: — Я и не злюсь, просто понять не могу, от чего она меня так ненавидит. — Она не ненавидит тебя. Ты не представляешь, как она радовалась, когда узнала, что ты родишься. Ты ее дочь, Эсти, хоть она и иногда пытается сделать вид, что не помнит этого. Она лишь считает тебя. Он замялся, но Эстер и так все поняла. Своим позором, свои наказанием за грехи, своей ошибкой. За те три года она, наверное, тысячу раз слышала шепотки за спиной Ривер мотнул головой и открыл дверь. — В любом случае ты ее дочь, Эстер. С магией или нет. В вас одна кровь, помни это. Он вышел, оставив девушку наедине с собой. В нас одна кровь

***

На следующее утро Эстер была спокойна. Милая улыбка, очаровательное личико и высокая причёска, как и подобает наследной принцессе. Ей нужно вести себя нормально, чтобы действительно не угодить в школу Святой Ольги. Опять Выйдя во двор, они склонилась в поклоне перед матерью и отцом. — Отец, матушка. Рада видеть вас. Мун кивнула и, окинув дочь пристальным взглядом, произнесла: — Доброе утро, Эстер. С днём рождения, тебе пора в школу Святой Ольги, ты и так немного опоздала. Немногословна, суха и строга. Ну, хотя, меня поздравили, уже что-то. — Да, конечно, матушка. Прошу простить. Я и не особо сюда спешила — Вот и хорошо. Мун немного натянуто улыбнулась и добавила: — К сожалению, бал по случаю твоего дня рождения не состоится. — Все в порядке, матушка, я понимаю. — Вот и чудесно. Тебе пора Эстер села в карету и через пару минут оказалась в другом измерении.

***

— Мисс Хейнос, доброе утро, рада вас видеть в добром здравии. Ну, понеслась. Карета остановилась перед воротами, за которыми был мрачного вида замок. Эстер вышла из своего транспорта и улыбнулась самой вежливой улыбкой на которую была способна. Перед ней стояла мисс Хейнос — женщина средних лет, а также директриса школы Святой Ольги. Я на месте, столько воспоминаний… не лучших, конечно. Мисс Хейнос улыбнулась своей холодной улыбкой и произнесла: — Доброе утро, принцесса Эстер, как добрались? — Просто чудесно, спасибо за беспокойство, а как идут дела в школе? Все так же мило улыбаясь, ответила Эстер. Она ходила по лезвию ножа, приехав сюда, ведь если Хейнос поймёт, что она не перевоспиталась, то сделает так, чтобы принцесса осталась здесь надолго, а второй раз притвориться паинькой не получится, ей уже не поверят так просто. Поэтому принцесса улыбалась самой вежливой своей улыбкой, действовала в соответствии со всеми правилами приличия и усердно прятала эмоции в глазах. Ей нужно стать стереотипной принцесской, и она ей станет. — О, все как обычно. Все перевоспитываются, сегодня поступили новенькие. На эти слова Эстер никак не отреогировала, что заставило директрису улыбнуться. — Мы сейчас к ним пойдём. Следуйте за мной. Принцесса кивнула и последовала за женщиной. Коридоры, коридоры, несколько поворотов, встреча со странным охранником, и они уже стоят в большой комнате перед выстроившимися в шеренгу принцессами. Такими разными. Эстер было их жаль, правда, ведь никто не пришёл сюда по своей воле. Когда-то я была в таком же положении — Новоприбывшие, рада приветствовать вас в Школе Святой Ольги для капризных принцесс. Сегодня к нам приехала Эстер Баттерфляй — наследная принцесса Мьюни и выпускница нашей школы. Она потом побеседует с вами, а также поприсутствует на некоторых уроках как гостья. А сейчас я расскажу вам о правилах. Дальнейшие слова мисс Хейнос Эстер уже не услышала. Ее взгляд наткнулся милое личико с розовыми сердечками на щеках. Это была Стар. Переодетая со скрытым повязкой глазом, но Стар. Взгляды сестёр встретились, младшая принцесса медленно побледнела. Принцессы были разными, это знал чуть ли не каждый, но сегодня их мысли совпадали. У обеих в голове крутилась лишь одна фраза: «Что она здесь делает?!»