Прибытие к реке.
Лошади медленно пробирались по запыленным тропинкам, едва видным средь этих мелких песчинок, забивавшихся в сапоги и камзолы, коль хоть чуть наклёвывал ветер, то песок сметало прямо в глаза, а лицо жутко кололи десятки маленьких камней, причём, пейзажи этих месть хоть и приковывали некое внимание, но это скорее была попытка отвлечься от предстоящих событий любым способом, ежели настоящее любование природой. Мы пробирались к злополучной Альме, чтобы там засесть на левом её берегу и преградить путь англо - французских сил к Севастополю, командует нами, его сиятельство, князь Меншиков Александр Сергеевич. Война, кажется, не следует к завершению, а наоборот, кажется, лишь набирает обороты, в частности эта высадка коалиции у Севастополя, а ведь, к слову, наши видели их экспедиционные корпуса на Кизил - Ярском озере, но пишу я не об этом, скорее, пишу я о безалаберности нашего командования и пребываю в худших ожиданиях от того, что может меня ждать в этих местах, за своё жалкое жалованив в сто сорок пять рублей не хочется мне, милочка, в этих землях сгинуть, пусть они и по своему прекрасны, не осмелюсь спорить, но всё же. Не будем говорить о грустном, скоро мне отходить, потому жду от тебя ответа, как там Сашка и мама, что там с домом, как по хозяйству? Вообщем, пиши всё, что можешь, с любовью, твой Виктор. Виктор Чернояров, 1854 год, 18 сентября. Отправить по адресу: Ялта, ул.Кирова, дом №84.
Виктор отложил отложил ручку, свободное время заканчивалось, собственно, его только и хватало для написание письма, которое он своим аккуратным подчерком растягивал на целую страницу. Он отстегнул мешочек табаку, со стола подхватил бриаровую люльку, уже чуть подбитую в жарких боях и запыхтел, будто паровоз, читая вечернюю газету, которую выхватил на пути через какое - то село. Сводки с фронта не особо лестные, в высших чинах, конкретно сам Меншиков, говорят, что коалиция шанса осадить Севастополь не упустит, собственно, за этим они и пришли к тому злополучному озеру. Проблем были много, в частности, табак в мешочке заканчивался, мундир был не первой свежести, что непременно действовало Виктору на нервы, в такую жару как только можно нацепить мундир, пережимающий талию, будто какой - то корсет? К моменту окончания этих размышлений был отдан отбой, чего уж там, утро вечера мудренее, оно и верно, жаль, что эти сверчки, спрятавшиеся в высоких зарослях травы орут, как подбитые, кстати, откуда так много растительности при такой - то температуре?
