Отступление к Севастополю.
"Пишу тебе, милочка, в очень мерзкой обстановке, ведь сражение на Альме мы, по видимости, проиграли, отступаем к Севастополю, я цел и жив, говорю сразу, только люльку свою я где - то оставил, но это не страшно, как только получу деньги, то перешлю 95 рублей вам, как только, так сразу. Уплатишь за квартиру 65 рублей Людмиле, добрая старушенция, не так ли? Ещё отдай долг у сапожника, там не больше 10 - и рублей, только прошу, не забудь, я ему обещал. Что говоря о здоровье, то чувствую себя отлично, пули меня не задели, хотя в окопах тоже не сидел, пришлось таскать своих к госпиталю, теперь, говорят, приставят меня к награде, но это тоже потом. Ладно, свободное время дюже мало, уже пора ко сну, мы уже подходим к Севастополю, кстати говоря, теперь меня переводят под командование Нахимову, ибо Меншиков со своей армией уходит в Бахчисарай, целую и люблю, передаю привет Сашке, пока" Виктор Чернояров, 1854 год, 20 сентября. Отправить по адресу: Ялта, ул.Кирова, дом №84.
Виктор кинул осуждающий взгляд на небрежно написанное письмо, которое было похоже, скорее, на какой - то огрызок, вписанный на клочок грязной бумаги, ежели на полноценное послание семье. Они уже были на самом подходе к Севастополю, ближайшее время ему и придётся остаться там, удерживая ослабленный город, видимо, домой он вернётся не скоро и вернётся ли вообще. Из его людей пуля сложила пятерых на смерть, ещё двух ранила, пришлось тащить их прямо через французские полки, благо, обошлось. Такой страх, все эти сражения, как же унылы лица людей, что друг напротив друга стоят и шомполами чистят ружья, чтобы засыпать порох и выстрелить, у кого получится быстрее - тот выберется живым. А штыковая атака? Виктор попал как раз под неё, строй французов после отстрела всего боезапаса бросился на укрепленные позиции нашей армии, Чернояров дрогнул и упал, несколько лягушатников запнулись через него и полетели прямо на наши штыки, погибли. В этой агонии Виктор тащил паренька, лет двадцать, не больше, даже усы не проросли, пулей ему прошибло колено и он так и остался бы лежать, может, попал бы в плен, но Виктор изо всех усилий полз с ним прямо до своих окопов, перевалился и чуть было не уснул.
