Мы ещё встретимся

      Сабрина уже несколько дней плохо спит. В ее уютной постели слишком холодно и одиноко, ведь там просто физически не может оказаться самый главный человек в ее жизни.

«Нет, я не должна плакать, не теперь»

      Девушка каждый раз повторяет про себя эту фразу, словно она способна заглушить боль, которую причинил ей жертвенный поступок Ника. Нет, не подумайте, что она зла на него или осуждает за то, что оставил ее одну. Нет. Сабрина гордится. Гордится своим парнем, который, зная о рисках, кинулся в бездну, приняв в своё тело Темного Владыку. Ее отца.       Раздаётся всхлип, и подушка моментально промокает из-за слез.       Размазня…       Каждую ночь Сабрина смотрит на луну, которую видно в окно над кроватью, и представляет, как отправляется искать Ника. Как спасает. Как целует его, настолько близко прижимаясь к восхитительному торсу, чувствуя тепло всех его частей тела…       За окном все та же луна, те же звезды, тот же пейзаж. Сабрина думает о ночи Луперкалий, ведь она так и не успела тогда отдать самое важное, что у неё есть — саму себя. Не успела, хотя хотела этого больше всего на свете.       Ведьма закусывает губу, чтобы снова не разрыдаться.

«Я знаю, что ты вернёшься ко мне…»

      Сабрина сжимает кулаки. Нет, девушка просто не в праве позволить себе страдать. Не сейчас, когда надо придумывать план по высвобождению Ника из ада. Она должна быть сильной. Не должна показывать слабость. Не только ради себя, но и ради близких. Сабрина заставляет себя расслабиться. Успокаивает мимические мышцы лица и разжимает пальцы, позволяя сухожилиям наконец растянуться.       Вдох… Выдох… Вдох…       Дыхание ведьмы постепенно восстанавливается, как и бешено колотящееся сердце постепенно устанавливает привычный ритм.       Она найдёт Ника. Она совершенно точно его найдёт.       Сабрина закрывает глаза, и тут же раздаётся пронзительный вой волка. Настолько громкий, что сердце ведьмы снова набирает скорость. Он проникает через стены, отдаётся вибрацией в полу, на мебели… Девушка чувствует его своим телом, и оно будто хочет ответить на зов. Что-то есть необычное в этом вое… Такое… Такое знакомое.       Недолго думая, Спеллман встаёт с постели и в одной ночнушке устремляется в лес. Лестничный пролёт, открытая дверь и — свежий воздух знакомого кладбища. Бежать… Босые ноги девушки чувствуют холод земли, каждую иголочку, которая вонзается в кожу на ступнях, каждую песчинку, словно пытающуюся помешать, но Сабрина ни на секунду не замедляется. Она бежит так быстро, как только может. Все ее мышцы находятся на пределе. Нет, этот волк не может выть просто так. Что-то происходит!       Кожу моментально обдает свежим ветром, и Сабрина переходит на шаг. Полнолуние. Где-то недовольно ухает сова, явно потревоженная шорохом сухих иголок. Ели стоят неподвижно, нет ни единого ветерка. Ночью этот лес всегда наполняется каким-то волшебством: то хрустнет ветка вдалеке, то послышатся какие-то шаги, а то и вовсе настоящий шёпот. Но ведьму так просто не напугать: она изучила этот лес за 16 лет, как свои пять пальцев. Лесная чаща расступается и открывает глазу ту самую поляну, с которой все началось. Звезды сегодня необычно яркие: они освещают траву и деревья вокруг так, что можно пересчитать по пальцам каждую иголочку на вековых елях и…       И его…       Он стоит спиной и, запрокинув голову, наблюдает за звёздами, будто они могут что-то изменить. Будто могут помочь вернуться… Вернуться к ней…       Сабрина останавливается в паре метров от парня, и тот поворачивает голову. Черт, этот профиль! Эти черты она узнает из тысячи. Даже при свете звёзд он прекрасен: темные волосы, смуглая кожа, этот высокомерный взгляд, такой, будто ему все по плечу. И как же он сексуален… Нет, Сабрина знала это при первой их встрече. Нет, не так. Она захотела его при первой их встрече, но сдерживала это желание сначала из-за Харви… А потом… Потом из-за их странных отношений. Но как же сильно девушка хотела почувствовать, как его руки спускаются ниже ее лица. Как его тело оказывается ещё ближе. Как он срывает с неё одежду и жадно впивается в неё губами. И Сабрина знала, что он тоже этого хочет. Хочет с самого момента их встречи. — Ник… — девушка делает неуверенный шаг вперёд. — Это правда ты? — Спеллман, иногда мне кажется, что ты одновременно самая сильная и самая глупая ведьма из всех, что я знаю, — парень смеётся и наклоняет голову набок. — Разумеется, это я. — Но… — из конъюнктивы невольно вытекает слеза. Но Ник мгновенно оказывается рядом, словно смерч, обхватывает лицо девушки обеими руками и стирает мокрый след. — Не время для слез, Спеллман, — он нежно проводит по щеке большим пальцем, — кажется, у тебя передо мной должок, — большой палец парня переходит на губы, слегка надавливая на красную кайму и заставляя Сабрину вздрогнуть. Девушка мгновенно собирает себя в руки и ухмыляется, убирая руку колдуна со своего лица. — Какой ещё долг?       Сабрина игриво подходит ближе, пытаясь не показывать, как сильно она возбуждена. Каждая клеточка ее тела находится в нетерпении, но ведьма вплотную приближается к Нику и закусывает губу, одновременно расстегивая первую пуговицу на белоснежной ночнушке. — Разве ты не помнишь? — Ник поправляет выбившийся из прически Сабрины локон, но девушка уже чувствует, как у парня встаёт. — Не понимаю, о чем ты, — она улыбается и пальцем проводит по торсу черноволосого, останавливаясь в районе пупка, будто в нерешительности. — Все ты понимаешь, Спеллман, — Ник снимает с себя рубашку одним резким движением, — ты должна мне ночь Луперкалий.       Дальше все происходит слишком быстро. Колдун одним движением разрывает ночнушку, отчего белая ткань падает на траву. Сабрина остаётся абсолютно обнаженной, и Ник сначала неуверенно, а затем с большей силой впивается в ее губы.       Сабрина отвечает взаимностью, и их языки переплетаются, посылая волны жара и нетерпения куда-то ниже.       Ник рывком переворачивает девушку таким образом, что та оказывается спиной прижата к дереву. Парень четко даёт понять, что сейчас она принадлежит только ему, и никто не вправе помешать тому, что он собирается с ней сделать.       Его руки нежно опускаются в самый низ, и начинают ласкать ее половые губы. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, постепенно приближаясь к клитору и заставляя Сабрину испускать сладкий стон.       Сабрина закусывает губу и выхватывает свободную руку парня, укладывая ее на свою грудь и сжимая пальцы. Ник улыбается и начинает одновременно работать двумя руками, поглаживая сосок девушки. Пару раз он наклоняется и кончиком языка облизывает нежную кожу, заставляя Сабрину вздрагивать. — Мм, почему ты ещё одет?       Девушка кидает один только взгляд на пуговицу джинсов Ника, и те, мгновенно подчинившись ее воле, расстегиваются и падают. Ее взору открывается его член: такой большой и, о боже, он уже стоит. Неужели Ник так сильно ее хочет? Она усмехается и притягивает голое тело парня ближе к себе.       Колдун резко поднимает руку, и запястья Сабрины взлетают вверх, оказываясь прижатыми к коре дерева. Девушка усмехается и закрывает глаза, чувствуя как на коже появляются веревки, прочно фиксирующие ее к стволу. — Теперь не уйдёшь, пока не кончишь, Спеллман, — движения Ника становятся все увереннее, пальцы проникают прямо в вагину, а к первой руке присоединяются губы. Девушка сладко стонет, постепенно изгибаясь, отчего кора оставляет небольшие порезы на ее гладкой коже. Боль и наслаждение? Это как раз то, чего не хватило на ночи Луперкалий. — Не двигайся, иначе накажу.       Парень усмехается и принимается обводить языком кожу вокруг груди ведьмы. Сабрина честно старается не двигаться, но это плохо получается, когда каждый сантиметр тела горит нетерпением. Губы Ника очень хорошо знают свою работу: они то нежно целуют соски девушки, то пускают в ход зубы, и каждый укус заставляет Сабрину стонать. — Думаешь, связал мне руки, и я стала беззащитной? — Сабрина поднимает веки, и руки Ника оказываются на стволе дерева, а жгуче-чёрные глаза прямо рядом с ее. — Спеллман, я же сказал не двигаться, — Ник впивается в неё сладким поцелуем и кусает ее губы. Его язык начинает агрессивно переплетаться с языком Сабрины, периодически составляя сложные узлы. Девушка снова прикрывает глаза, но вдруг чувствует, как по нижней губе распространяется боль, а затем во рту появляется привкус крови. — Ты доигрался, — бёдра Сабрины прижимают торс Ника к телу, и девушка мгновенно чувствует его горячий и давно готовый к делу член. Она изгибается, и слегка дотрагивается до него своей попкой, заставляя Ника широко раскрыть глаза. — Кто ещё доигрался? — парень кончиком языка слизывает кровь с губы девушки.       Веревки резко отпускают запястья Сабрины, и девушка падает в объятия Ника, а его член мгновенно находит тот самый нужный вход. Спеллман обнимает парня за шею и начинает двигаться, сначала медленно, но постепенно наращивает темп.       С каждым разом член Ника проникает все глубже в Сабрину, отчего та чувствует, как по телу распространяется жар. Вперёд-назад… Вперёд-назад…       Руки Ника с каждым движением девушки все сильнее сжимают ее ягодицы, периодически помогая ей наращивать темп. Кажется, ее вагина была предназначена именно для Ника: ведь девушке доставляет удовольствие каждое движение в ней.       Сабрина сама не понимает, как они оказываются на полу. Но быстро берет положение в свои руки: она сверху.       Теперь член Ника погружается ещё глубже в неё, и это заставляет девушку испускать стон каждый раз, когда он причиняет ей такую приятную боль. Ведьма чувствует, какой он горячий. Она закрывает глаза и полностью отдаётся ощущениям, а колдун продолжает ласкать ее тело своими руками.       Нарастив темп, Сабрина резко замедляется, задерживая член Ника в своём теле и заставляя его почувствовать нетерпение. Его жгуче-чёрные глаза горят, и он не выдерживает: — Ну же, Спеллман!       И девушка продолжает…       Наконец, происходит что-то странное: Сабрина чувствует, как в ней появляется нечто жидкое, и открывает глаза. На лице Ника удовлетворённое выражение лица, и это заставляет ведьму улыбнуться.

***

      Они лежат рядом на траве в лесу абсолютно обнаженные и смотрят на звёзды. Сабрина чувствует тепло, исходящее от Ника, и ей ещё никогда не было так хорошо. — Как ты выбрался? — Спеллман поворачивает лицо в сторону Ника, встречаясь с ним взглядом, и глаза парня мгновенно грустнеют. — Я не выбрался, — девушка садится и в недоумении осматривает парня, задавая немой вопрос. — Сабрина, — ее имя нагоняет на ведьму холод, почему-то она знает, что сейчас будут плохие новости, — тебе пора открыть глаза, — рука Ника прижимаемся к ее щеке и нежно проводит по коже.       Неожиданно Сабрина замечает, что мир вокруг начинает странно расплываться, будто кто-то провёл кистью по воде с краской. И даже лицо Ника становится нечётким и расплывчатым, но девушка все же старается концентрировать взгляд на его глазах. — Мы ещё встретимся, — на мог воцаряется кромешная тьма. А затем… Затем наступает свет, который ослепляет Сабрину.       В окне над кроватью исчезла луна, нет ни намёка на звёзды. Начинается рассвет. Где-то на горизонте уже виднеются проблески нежно-оранжевого солнца. Она найдёт Ника. Обязательно найдёт и спасёт, чего бы ей это не стоило. Девушка смахивает слезу с щеки и прижимает руку к холодному стеклу. — Обязательно встретимся.