noire destinee

Чонгук не сразу понял, почему Чимин-хён подавился своим двойным эспрессо, когда прокурор Ким сообщил ему о некоторых поправках в предстоящем деле. Благодаря жутко интересному разговору между старшими, некоторым деталям и помощи Тэхёна, Чонгук уяснил для себя две вещи: капитан Пак не любит, когда ему ставят условия; и второе, пить кофе на голодный желудок — не самая лучшая идея. — Да ладно тебе, Чимин, лишняя пара рук нам никогда не помешает, — Хосок хлопает по плечу бурчащего брюнета, пытаясь хоть как-то не превратить утро четверга в настоящий кошмар. — Только если эта пара рук не будет ходить за мной хвостом. — Не путай напарника с собакой. — Да лучше бы мне Ёнтана в пару дали, чем какого-то новенького. — Так, а вот моего малыша сюда пожалуйста не впутывай. Он и так ещё не отошел от прошлой прогулки с тобой, — говорит Тэхён, припоминая Чимину прошлую пятницу и то, как тот пытался напоить собаку виски. — Нам было весело, зануда. — Чимин, не будь задницей. Ты и сам жаловался на весь отдел, что мы не вкладываемся в сроки. — То, что мы валим все дедлайны, не значит, что нам не хватает людей. — Как раз-таки значит. — Нет. — Да. — Тэхён. — Чимин. — Ну всё, я сваливаю. Не хочу видеть, как он снова взорвется, — шепчет Хосок на ухо Чонгуку, который всё ещё пытается сложить в голове то, что он узнал за сегодняшнее утро. И Чонгук уж был готов последовать за старшим, даже накинул куртку на плечи, как в дверном проеме снова появился прокурор Ким. И если в первый раз мужчина был максимально серьёзен с раздражающе невозмутимым выражением на лице и всё его внимание было направлено на Пак Чимина, который нервно сглотнул, снова увидев прокурора перед собой, то сейчас на его лице красовалась приятная улыбка, да и обращался он ко всей команде, что в позитивном ключе бывало не так уж и часто. — Утро началось немного не так, как я ожидал, — Ким взглянул на Чимина, сложившего руки в карманы старой спортивной куртки, — поэтому начну сначала и представлю вам вашего нового члена команды. Знакомьтесь, это Мин Юнги. Он прибыл из Тэгу, чтобы пройти практику у таких отличных специалистов, как мы. — У таких отличных специалистов, — передразнивает Хосок слишком противным голосом, совершенно непохожим на намджуновый. Слышал бы его сам Намджун, давно отхватил бы от него по шее. — Ох, он никогда не упускает шанс сказать это, — с легким смешком тихо говорит Хосок, заставляя Чонгука улыбнуться и впервые за утро отвлечься от мыслей. — Здравствуйте, меня зовут Мин Юнги, и я рад стать частью вашей команды. Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы не разочаровать вас, — представился блондин, которого ранее не было видно из-за высокого роста прокурора, и волосы которого Тэхён поначалу спутал с париком самого ужасного качества. — Привет, Юнги, я Хосок. Добро пожаловать в нашу команду! — весело поприветствовал смущенного блондина Хосок, похлопывая того по плечу. В ответ Юнги лишь кивнул, продолжая стоять в стороне ото всех. — Это будет твой стол. Он, правда, немного грязный, но для этого у нас есть Чонгук. Он поможет тебе убраться. — Хён! — возмущенно вскрикнул Чонгук, что заставило новенького немного расслабиться. Шутку оценили все, кроме обиженного Чонгука, который уже несколько лет не вылезает из формы обычного полицейского, и Чимина, который скептически уставился на все ещё заметно нервничающего Юнги, которому всё-таки стоило выпить успокоительные, купленные вчера вечером в аптеке. — А чье это было место? — До тебя у хёна, — говорит Тэхён, кивая головой в сторону Чимина, которому была неприятна эта тема, — уже был напарник. К сожалению, он больше не работает здесь. — А почему? — Потому что он умер, — в разговор влез старший следователь Пак, заставляя Юнги поежиться от столь неожиданного ответа. Блондин только сейчас заметил капитана Пак Чимина, стоящего в конце комнаты. И ему сразу стало понятно, что его будущий начальник единственный недоволен присутствием Мин Юнги, нового члена команды. — Поэтому постарайся уйти отсюда до того, как тебя завезут в морг. Присутствующие молчали ровно до тех пор, пока Чимин не толкнул прокурора, за что мог получить по шее, сказав при этом в сотый раз, что «этот новенький уже труп». — Ты это, не волнуйся. Он у нас немного грубоват иногда, — успокаивающе говорит Хосок, легонько хлопнув побелевшего от нервов Юнги. — Иногда? Господи, Хосок, не смеши меня. Пак Чимин такой всегда. Так что, привыкай, Юнги, — засмеялся Тэхён, не прекращая чистить пистолет, который прокурор Ким грозился у него забрать, если тот не приведет оружие в порядок. В тот день капитан так и не вернулся в участок, Чонгук так и не нашел ответы на вопросы, которых за утро у него собралось слишком много, а Мин Юнги так и не избавился от чувства того, что он там явно лишний.

🌙🌙🌙

Намджун надеялся, что сможет прилечь на диванчике и отдохнуть ото всей суматохи, выпить крепкий кофе, благо кофе машина, установленная ещё во времена стажировки Намджуна, всё ещё отлично справляется со своей работой. Чего не скажешь о самом прокуроре, который сделал за день столько всего, чего другие не успевают и за месяц. Именно в такие моменты, когда голова болит не переставая, боли в спине беспокоят всё чаще и чаще, а руки портят буквально всё, стоит лишь прикоснуться, Намджун понимает, что пора бы и в отпуск. Тем более, родители уже который раз зовут к себе, а он, как дурак, отказывается постоянно, даже не будучи занятым. И вот сейчас, сидя на мягком диванчике посреди кабинета, попивая кофе с коньяком (потому что ещё немного и нервы окончательно сдадут), прокурор решает, что отдел справится и без него и ничего такого не случится за то время, пока он будет отсутствовать. Но всё же была одна проблема, которая даже ночью не давала мужчине спокойствия. И именно эта проблема сейчас влетела в кабинет прокурора, забыв постучать перед этим, и пытается снова вывести из себя Намджуна. — Если вам платят за то, что вы потакаете преступникам, то я в Вас ужасно разочарован, — кричит Сокджин, даже забыв прикрыть за собой дверь. — Сокджин, ты всё сказал? — Намджун за день настолько вымотался, что очередные крики Джина воспринимаются, как сладкий холодный чай в летнюю жару. — Да? — младший замялся, не ожидав такого вопроса. — Спасибо, а теперь наконец-то закрой дверь. Желательно с той стороны, — ответил Намджун и махнул головой, прежде чем устало потереть глаза. — Ким Намджун, что ты… — Ким Намджун я для тебя только по выходным, а сейчас четверг, так что, будь добр, обращайся со мной как следует. — Прокурор Ким, что вы себе позволяете?! — ещё немного, и казалось, что Джин просто вспыхнет от возмущения. Однако дверь всё же прикрыл. — В своей деятельности я независим, подчиняюсь лишь закону и никому больше. — Перестань нести чушь, малыш, мы оба знаем, что это не так. В прошлые выходные ты очень даже охотно подчинялся мне, — брюнет встал со своего кожаного диванчика, который нуждается в срочной замене, а то из-за частых нервных срывов, Намджун срывается именно на нём. — Давайте, Прокурор, продолжайте. Может однажды вы скажите что-нибудь умное. Намджун медленно подошел к Джину, с вызовом смотря в темные глаза, владелец которых вот-вот был готов пробить дыру в столе, лишь бы Намджун обратил на него внимание. — Малыш, не испытывай моё терпение. Я же запросто могу запереть кабинет. Но ты же не хочешь, чтоб тебя взяли прямо на работе? Сокджин широко раскрыл глаза. Намджун был весьма проницателен, прекрасно знал это выражение глаз; оно означало одно: человек, только что осознавший свою ошибку, готов смотреть правде в глаза со всеми последствиями. Сокджин, не смотря на страх, от которого аж коленки трясло и ладони потели (или это всё-таки была реакция на Ким Намджуна, вот с этим Джин не был уверен), не хотел молчать и стоять как запуганный кролик, он был готов высказать всё, что думает о прокуроре, но громкий стук и темная макушка с вьющимися волосами, которая появилась в дверном проеме, оставила Сокджина в позиции проигравшего. — Извините, Прокурор, можно? Намджун отстранился от мужчины, который будто затерялся среди своих же эмоций, и громче обычного произнес: — Войдите. Чон Чонгук уверенно перешагнул порог, а после немного опешил, когда увидел своего хёна в кабинете прокурора. — Сокджин-хён? Ой, извините, я не помешал вам? Мне зайти попозже? — затараторил Чонгук. — Всё нормально, Чонгук. Что у тебя там? — спросил Намджун, даже не дав Джину возможности вставить и слово. Уж больно ему было интересно, что такого держал Чонгук в своей папке, что зашел к нему сам, а не передал Хосоком, как обычно. — А, точно. Я тут собрал все отчеты по Йондогунскому делу. Вы просили занести их, как только оно будет закрыто, — объяснил Чонгук и передал синюю папку прямо в руки прокурору. Пока Намджун листал аккуратно рассортированные листы, Чонгук посмотрел на Сокджина и тот показался ему обеспокоенным. Младший пообещал себе обязательно узнать у хёна, почему он был здесь в обеденное время и что же такого интересного обсуждали эти двое. — А где записи с допроса подозреваемых? — Ой, тут такое дело, — Чонгук занервничал, ведь знал, что сейчас, даже если он не виноват, влетит именно ему, а не его коллегам, — они что-то там напутали, пытались распутать, а потом поняли, что потеряли. Вот. Чонгук, будучи уже взрослым парнем, в этот момент выглядел как маленький ребенок, который оправдывается перед родителями. Намджун грустно улыбнулся. Хоть его команда и была лучшей из лучших, но иногда ему кажется, что на него работают маленькие дети, которые ничего нормально не могут без него сделать. Видимо, отпуск Намджуну придется отложить на неопределенный срок. Снова.