shining star

      Порой чувства захлестывают нас настолько сильно, что мы не замечаем ничего вокруг. Эмоции берут верх над нами и заглушают голос разума, так что мы уже не замечаем, как несёмся по ревущему фьорду собственных ощущений и желаний, не разбирая дороги. Особенно часто такое случается, когда рядом с тобой любимый человек, и он чувствует по отношению к тебе то же самое. Стремление прикасаться ещё и ещё, томительное влечение крышесносной близости, нестерпимая необходимость чувствовать друг друга — всё это окутывало Стар и Марко. Но у всего есть обратная сторона: внезапно внизу скрипнула лестница, послышались чьи-то шаги. Подростки отшатнулись друг от друга, тяжело дыша и второпях пытаясь принять непринуждённый вид. — Дети! — со звучным акцентом воскликнул Рафаэль Диаз. — Не пора ли вашим друзьям расходиться по домам? Уже поздний час. — Оу, да, пап, — неловко переминаясь с ноги на ногу, отозвался Марко, — мы закончим завтра или послезавтра… Минутку, я сейчас им скажу.       Стар натянуто улыбнулась отцу темноволосого, а затем последовала за своим другом. Одноклассники довольно быстро разошлись, разве что Дженне долго не удавалось поймать сбежавшую лягушку — единственную не попавшую сегодня под скальпель девушки. Когда со сборами было покончено, а гости выпровожены, семейство Диазов собралось за столом, чтобы выпить вечернего чая. — Наш папа опять насмотрелся по телевизору каких-то передач про британцев, так что мы теперь будем чаёвничать в восемь вечера, — посмеиваясь, объяснила Энджи. — А я попробовала испечь яблочный пирог по рецепту бабули! — Обожаю пироги! И яблоки! И яблочные пироги! — заворожённо объявила принцесса Баттерфляй.       Почему-то я не удивлён.       Марко и Стар весь вечер переглядывались: подростки украдкой рассматривали друг друга, пытаясь понять, что каждый из них сейчас чувствует. Стар поначалу виновато опускала глаза, хотя по сути ничего плохого и не сделала, а Диаз всё пытался понять её настроение. Затем они подолгу смотрели друг другу в глаза, вглядываясь в тёмные бездны зрачков и угадывая мысли. Однозначно оба прокручивали в голове только что пережитое… столкновение в коридоре. По их спинам временами пробегали мурашки. Би-флай ёрзала на своём стуле, бросая взгляды на руки юноши, которыми тот пытался «по-английски правильно» держать чашку. Загорелые изящные кисти, увитые прожилками синих вен раз за разом навевали девушке мысли о том, что Марко делал и мог бы сделать ими с ней. Диаз же не мог отвести глаз от её мягких алых губ, ведь то, как и где она его целовала, было незабываемым, ни с чем ранее несравнимым и даже рядом не стояло с его собственными попытками снять стресс. Между влюблёнными искрилось электрическое поле, их тянуло друг к другу магнитом, оттого минуты чаепития тянулись томительно долго. — Ну, как пирог? — поинтересовалась миссис Диаз, прерывая мысленные терзания подростков. — О, дорогая, он великолепен, как и всегда, — пробубнил с набитым ртом Рафаэль. — Да-да, он очень вкусный! — заверил Марко, который даже не притронулся к угощению. — Я спать.       Закончив с чаем, Стар и Марко, не сговариваясь, одновременно встали из-за стола и шустро поднялись по лестнице. Едва подростки скрылись за углом коридора, как недавно пережитая страсть вновь накатила с ещё большей силой. Они понимали, что рискуют быть замеченными или услышанными, но адреналин в кипящей крови только усиливал их чувства и необходимость целиком и полностью отдаваться друг другу. Ближайшей опорой для них оказалась коридорная стена — теперь уже Марко упирался лопатками в шершавую отделку, — и оказалась она очень кстати, потому что несдержанный порыв обоюдного желания буквально сбивал с ног. Руки Стар блуждали везде: то скользили под футболкой, то гладили крепкую спину каратиста, то опускались к паху, заставляя юношу напрячься ещё сильней. В ответ он воспользовался любовью принцессы к платьям, рукой залезая под юбку. Их поцелуи были судорожно рваными и какими-то смятыми, с терпким привкусом чая, они никак не могли насытиться долгожданной близостью. Где-то на подкорке почти отключившегося сознания Марко мелькнула мысль, что место для излияния чувств они выбрали не лучшее, но сопротивляться настойчивости возлюбленной он не мог. Би-флай оттянула ворот его футболки; темноволосый почувствовал прикосновение её губ на своей шее и вдруг сжался от щекотки, нервно хихикая — Стар зачем-то подула ему в шею, а Марко, как выяснилось, до смерти боится щекотки в этом чувствительном месте. — Эй! Хватит, — сквозь тихий, едва сдерживаемый смех, взмолился парень, — Давай продолжим, когда все уснут. — Тогда я первая в душ!       Подростки нехотя оторвались друг от друга и скрылись в своих комнатах. Ребята с молниеносной скоростью расправились с вечерним умыванием, потому как более оттягивать момент долгожданного времяпровождения наедине они уже не могли: невозможно сопротивляться невероятно сильному магическому притяжению. Марко невольно провёл параллель с заклинанием, потому что он чувствовал себя околдованным чарами этой милой девушки, но затем отбросил эту мысль. Юноша бросил взгляд на часы, с облегчением отметив, что взрослые, должно быть, сейчас уйдут спать, и он наконец сможет прийти к Стар.       И почему она до сих пор не наколдовала каким-нибудь чудны́м заклинанием магический коридорчик между нашими комнатами? Надо будет предложить ей эту идею.

***

— Рафаэль, дорогой, ты не думаешь, что с детьми происходит что-то странное? — Да всё же и так понятно. Мальчик живёт с девочкой под одной крышей, ну симпатия у них, вон, чуть не съели друг друга глазами. Вспомни себя. — Ха-ха, и правда. Стар хорошая девочка. — Вот и я так думаю. Ладно, пойдём и мы спать.

***

      Дверь тихонько скрипнула. — Стар, ты спишь? — А ты как думаешь? — Время уже недетское, — прикрывая дверь, шепнул темноволосый. — А я и не ребёнок, — фыркнула в ответ девушка.       Принцесса сидела на подоконнике и смотрела в окно, но стоило Диазу войти в её комнату, она сразу легко соскочила вниз, ведомая нестерпимым желанием обнять любимого. Теперь ничто не могло её помешать. Тихонько ступая мягкими носочками по полу, она напрыгнула на юношу с объятиями и обвила его ногами. Марко поймал лёгкую девушку и, держа ту под бёдрами, донёс до кровати. Затем он аккуратно опустил хрупкую принцессу на пушистую перину королевской кровати. Стар хихикнула, когда он неловко приземлился рядом, непривыкший к такой мягкости спального места. Теперь они лежали, повернувшись лицом друг к другу. Наконец влюблённые остались наедине. Больше не было помех: гости давно ушли, родители уже спали, со сборами к школе было покончено, так что теперь можно было провести вместе некоторое время перед сном. — Ты не злишься из-за Оскара? — шёпотом спросила светловолосая, а затем придвинулась к собеседнику и сползла чуть ниже. — Забудь. — Ну Ма-арко, — протянула принцесса, — я же вижу, что что-то не так. — Да всё нормально, — недовольно отмахнулся парень и одной рукой приобнял её. — Неправда. А Марко ревнует, хи-хи!  — Ой, да помолчи ты, — Диаз привстал на локте и прижал Би-флай к себе, лишая возможности сказать что-либо ещё, — давай лучше о хорошем поговорим.       Стар что-то невнятно пробурчала ему в футболку; Марко чуть ослабил хватку, чтобы девушка освободилась из его объятий. Та села рядом, подогнув под себя ноги. Баттерфляй одёрнула пижамную рубашку, заметив, что у неё расстёгнулась пара пуговиц, но не придала этому значения, ведь в полумраке комнаты всё равно не видно. Парень же остался в положении полулёжа, опираясь уже на оба локтя. — Как ты вообще дружишь с этой Дженной? — внезапно спросил темноволосый. — Она же ведь чокнутая. — Ну, ты тоже не подарок, Марко Диаз, — подмигнула Стар. — Обидно вообще-то. Ты не так уж много земных парней знаешь, чтобы судить, — шутливо надулся парень, — и вообще раньше встречалась с каким-то жутким трёхглазым Люцифером. — Не «жутким Люцифером», а Томом Люсайтором, принцем Ада. Он был весьма галантен, а Марко опять ревнует! — хихикнула девушка. — Да не ревную я! Хватит может уже? — Неа, мой дорогой ревнивый Марко, так легко тебе не отделаться.       В голубых глазах принцессы плясали озорные огоньки. Она хитро улыбнулась, а затем по-кошачьи наклонила голову вбок, ожидая реакции на свою дурашливую провокацию. Внезапно Марко подался вперёд и повалил девушку на спину. Та удивлённо уставилась на юношу, но задать вопрос он ей не дал, заткнув рот поцелуем. Недавно пережитая страсть накатила с новой силой, словно приливная волна. Диаз, нависая сверху, прижимал Стар весом своего тела к кровати и не давал ей возможности действовать. Парень взял всё в свои руки — в прямом смысле. Ловким движением его пальцы прошлись по маленьким пуговкам рубашки. Белья под пижамой не было. Марко, памятуя то, что особенно понравилось его возлюбленной, начал осыпать стройное тело поцелуями с самой нежной части — шеи. Девушка не сопротивлялась, наоборот, она запустила руки в тёмные растрёпанные волосы парня, слегка перебирая пряди. Тем временем сам он спускался ниже, вызывая у девушки трепет от легкого нетерпения: ей хотелось, чтобы он побыстрей приступил к самому желанному, но Диаз не торопился, хотя самому ему уже мешала эрекция. Наоборот, он не оставлял без внимания ни одной части её ключиц и груди, заставляя принцессу ёрзать под ним. Когда он спустился к низу живота, она уже откровенно извивалась от щекотки и вожделения. Марко самодовольно ухмыльнулся, но более мучать её и себя не стал. Парень освободил возлюбленную от лишней одежды. Ласки его были смелее и настойчивее, а Стар было всё сложней и сложней вести себя тихо. — Марко… Поцелуй меня, Марко, — на выдохе попросила она, — и сними футболку.       Парень удивился, но исполнил просьбу девушки. Вдруг он почувствовал, как её ладонь скользнула по его торсу, а затем ниже — под резинку его штанов и белья, и сквозь поцелуй ощутил, как она расплылась в хитрой улыбке.       А ты полна сюрпризов, Стар Баттерфляй. Но сейчас мы будем делать по-моему.       Диаз нехотя, но всё же твёрдым движением убрал её руку. Затем он устроился между ног девушки и, чередуя то быстрые и краткие движения с медленными, вновь перенял инициативу. Юноше было трудно игнорировать собственное возбуждение, но желание сделать возлюбленной хорошо, довести дело до конца и слегка проучить ту за нахальные фразочки было сильней. Да и как можно оставить без внимания принцессу, что сейчас так беззащитна и полностью открыта только для него? Марко Диаз не мог. И старания его того стоили, потому что девушка была уже почти на пике: крышесносные ощущения заставили её забыть обо всём окружающем и утонуть в сладком удовольствии. Контролировать свои действия она уже не могла, оттого, прогнувшись в спине, нечаянно дернула ногой и несильно, но ощутимо ткнула ей юношу. Парень ойкнул, но особого значения этому не придал. Он заворожённо наблюдал за тем, как его возлюбленная пытается восстановить дыхание и совладать с собой, охваченная взрывной волной оргазма. Её небесного цвета глаза были широко раскрыты, алые губы распахнуты в немом стоне, тело напряжено, волосы разметались по кровати. Когда принцесса отдышалась и пришла в себя, она придвинулась чуть ближе к Марко, желая передать ему хотя бы малую толику того изумительного сладкого ощущения, что она только что испытала. Все ещё обнажённая, Стар села подле него и, дождавшись, пока юноша ляжет поудобней, принялась за дело. Парню показалось, что его сердце пропустило несколько ударов, когда руки принцессы прикоснулись к его напряжённому телу и стянули с него нижнюю часть пижамы. Диаз прикрыл глаза и откинул голову назад, опираясь на локти. Картина его возлюбленной, так старательно и сосредоточенно доставляющей ему удовольствие, завораживала и сводила с ума. Парень итак был на пределе, а сейчас готов был разлететься на атомы от переполняющего желания и все более сильных накатывающих волн удовольствия. Ещё нескольких быстрых фрикций ему хватило, чтобы кончить, а потом обессиленно и удовлетворённо устроиться рядом со Стар. Так они и лежали, счастливо глядя друг на друга. Клонило в сон, но Марко совсем не хотелось вставать и уходить к себе. — Ты будешь моей девушкой? — внезапно спросил он.       Стар на секунду замерла. Ответ был однозначным и очевидным. — Буду. А ты будешь мне завтрак в постель приносить? — Не всегда, — улыбаясь, ответил Марко. — Нам завтра в школу, — напомнила светловолосая и натянула спальную рубашку. — Я бы хотел ещё полежать, — со вздохом шепнул юноша. — Лежи. Твой будильник и отсюда слышно, — пожала плечами хозяйка комнаты. — А почему это ты никогда не встаешь по нему?       Принцесса не ответила, а только забралась под одеяло и отвернулась на бок: не царское это дело, вставать в полседьмого утра. Марко устроился рядом, откинув вездесущие светлые локоны с подушки. Парень нежно обнял свою девушку, все ещё не до конца осознавая, насколько сильно он сейчас счастлив. Беспокойство из-за вопросов родителей, мнение окружающих, учебные тяготы — всё отошло на второй план. Сейчас важна только Стар. — Спокойной ночи, — прошептала принцесса. — Я люблю тебя. — И я тебя, спокойной ночи. — А мы будем ходить, держась за ручку? — вдруг спросила Би-флай. — Нет, не будем. Спи. — Обидно, — буркнула себе под нос девушка, — а ещё ты мне одеяло испачкал. — Наколдуешь новое, — Марко зевнул и прижался ближе, все ещё с трудом веря во все происходящее с ним.

***

      От влюблённых буквально веяло счастьем и лучезарной радостью. Если к неугомонному позитиву Стар Баттерфляй окружающие привыкли, то от тихони Марко никто такого не ожидал. Парень был в ударе: проигнорировал приветствие Джеки Линн-Томас, дважды подряд смешно пошутил, списал математику (никогда в жизни этого не делал!) и даже умыкнул последнюю слойку с вишней в столовой. Теперь их со Стар учебные будни стали чуть ярче, чем обычно. Они передавали друг другу записочки буквально на каждом уроке, проводили вместе каждую секунду свободного времени, впрочем, как и всегда, договаривали друг за другом фразы и одним взглядом обменивались шутками — влюблённые понимали друг друга без слов. Для остальных подростки всё так же выглядели лучшими друзьями, но в глубине души Марко и Стар грела мысль о том, что теперь они покончили с условностями своих отношений. На людях, конечно же, свою привязанность они так сильно не выражали, но если удавалось украдкой на перемене чмокнуть друг друга в щеку, то каждый ходил весь день с улыбкой до ушей. — Травы что ли какой-то наелись… И как они ещё себе рот не порвали? — порой вслух рассуждала Дженна, наблюдая за этими двумя ходячими довольными лыбами.       Так пролетела ещё одна учебная неделя, последняя в весенней четверти, за время которой в доме Диазов несколько раз собиралась компания друзей, состоящая из Дженны, Альфонсо, Фергюсона и, конечно же, принцессы Баттерфляй и её спутника Марко. Оскара больше никто тактично не приглашал, да и он сам, по правде говоря, этому был рад, потому как уже полгода в школу не ходил и никакими проектами заниматься не хотел. Просто в тот самый вечер, памятный перепалкой Стар и Марко, темноволосая испробовала на музыканте новый способ гипноза, а он и примотался следом за девушкой. Окончание нудного проекта компания отметила вечером просмотра фильмов. Решить, что именно за кино смотреть, при этом угодив вкусу каждого, было нелегко, но Фергюсон мудро рассудил, что хорошую комедию смотреть откажется только душевнобольной, так что ребята сошлись на смешном переводе какой-то части из трилогии о Средиземье. Подростки ели чипсы, начос, пиццу, смеялись, очень-очень много смеялись, пили кока-колу, спорили о том, как лучше было провернуть тот или иной сюжетный ход, сплетничали, общались, одним словом, сполна наслаждались этим времяпровождением. Одна лишь надоедливая мысль время от времени досаждала мыслям Марко. Ему всё казалось, что всё идёт как-то слишком хорошо, и вот-вот случится какой-то подвох. Но кружащее рядом с ним счастье быстро окутывало с головой, прогоняя непрошеные сомнения. Однако они раз за разом возвращались после очередных объятий, внезапных нежностей или поцелуев.       Под занавес четверти, в пятницу, внутри у Диаза проснулся романтик, и он решил позвать возлюбленную на свидание. По своему обыкновению парень подошёл к делу со всей серьёзностью, желая сделать всё как можно лучше. Когда твоя девушка — волшебная принцесса из другого измерения, хочется стараться изо всех сил, чтобы эта звёздочка сияла. Да и последнее провальное свидание с Джеки подстёгивало на лучшую подготовку и продумывание деталей. План Марко заключался в том, что он поведёт ничего не подозревающую Стар на «прогулку по парку», затем доведёт до уединённого тихого местечка в отдалении — парень заранее прошёлся по местным скверам и нетронутым островкам зелёных посадок в поисках подходящего места, и всё-таки он нашёл его — и предложит отдохнуть в тени небольшого раскидистого дерева. С собой он возьмет кое-что для уютного пикника, а также какой-нибудь подарок для Стар. Если с выбором угощений всё было просто, то над последним пунктом юноша размышлял дольше всего остального, чуть ли не каждый вечер ломая голову, что же может стать нужным и приятным подарком для этой необычной девушки. Всё необходимое из полезных безделушек принцесса могла создать с помощью палочки сама, так что презент должен быть просто милым, как она сама, и памятным, чтобы ассоциировался с Диазом. Конечный выбор был между мягкой игрушкой и аксессуаром; Марко, не раздумывая ни секунды, выбрал первую, когда увидел в магазине большого плюшевого единорога.       Она будет в восторге. Надеюсь.

***

— Ну и куда ты меня ведёшь? — всю дорогу девушка пребывала в полном недоумении, доставая Диаза вопросами и нелепыми предположениями. — Сейчас ты всё узнаешь, потерпи, осталось чуть-чуть, — в сотый раз пообещал юноша. — Ну скажи-и-и, Маркомаркомаркомарко, скажи! — не унималась светловолосая. — Да всё, пришли, — парень жестом указал на уютную полянку, вдоль кромки которой рядком стояли небольшие деревца, — здесь кое-кто хочет с тобой познакомиться. — Кто? — ещё больше изумилась Би-флай. — Закрой глаза, и он появится.       С подарком Марко не прогадал. Стар была более, чем счастлива, она буквально состояла из эндорфинов, светясь, как солнышко. Свидание было триумфальным, не в пример удачнее случая с Линн-Томас. Влюбленные сидели на мягкой травке, Стар положила голову на плечо Диаза и счастливо светилась своей умилительной солнечной улыбкой, одной рукой жмякая подаренную мягкую игрушку. Марко временами посмеивался над ней.       Надеюсь, мне не придётся воевать с единорогом за право спать в кровати Стар.       Щебет суетливых пташек, тихий шелест деревьев вокруг, спокойствие окружающего пейзажа — всё это делало момент по-особенному уютным и душевным, даже их привычная болтовня ни о чем. — А если б я, когда приехала, создала не лазерных щенят, а суперпушистых котят, что тогда? — совершенно серьёзно спросила Би-флай. — Да хоть летающих морских свинок, Стар, всё равно они бы жили с нами, — умиляясь ей, пожал плечами парень. — А как бы мы их назвали? — Роберт Оппенгеймер, Энрико Ферми, Ричард Фейнман, Эдвард Теллер, Отто Фриш, — парень замолк, подсчитав что-то в уме, — остальных же просто Лапусиками. — Ничего не поняла, что ты сказал, но лапусики меня устраивают, — хихикнула светловолосая.       В памяти подростков этот вечер точно останется навсегда. Когда ты искренне любишь, ты ценишь каждый проведённый вместе момент, но когда счастье так внимательно и рукотворно создаётся для тебя, всё запоминается особенно ярко и трепетно. Однако не всё можно продумать, даже если за дело берётся такой спец, как Марко Диаз. — Марко, — тихо позвала Стар. — Да? — Мне нужно тебе кое-что сказать… — Ну говори, — отозвался парень. — Я возвращаюсь на Мьюни.