Кровь, слезы и золото.

Майкл смотрит на меня так пристально, будто пытается залезть ко мне в душу и узнать всю правду. Но как я могу ответить на этот вопрос, если сама в тупике и не понимаю, что чувствую к тому и другому парню?        Но как же я смею что-то иметь с Майклом, если на нашем пути стоит Белла. А на моем Джозеф, хоть и мы с ним не встречаемся. Почему я должна что-то ответить Майклу, если он сам не святой. Если он целовал другую девушку, когда у него есть Белла.        — Мэй, я все понял. Можешь не продолжать. — я видела разочарования Харриса. Мне стало дурно., но при этом я почувствовала собственную женскую силу, потому что в чем я виновна? Ведь он тоже не святой. — Майкл, я еще не ответила толком на вопрос. Но скажи, имеешь ли ты на то право, чтобы я ответила? Ты встречаешься с Беллой, но при этом преследуешь меня и… — И что, Мэйелла? — его лицо было искажено вспышками ярости. Он был зол, но я не понимала почему. — И то, Харрис, — я давала ему понять, что долго это продолжаться не может. — Мы не можем быть вместе, если есть кто-то еще, понимаешь? — Но как насчет Джозефа, Мэй? Как я могу проявлять настойчивость, если не уверен в том, что это эффективно? — А как я должна быть уверена в твоей верности? В твоей искренности?        В комнате повисла пауза. Мы оба были в тупике собственных чувств. То что произошло между нами. Это была, возможно, вспышка чувств или эмоций. Но никак не что-то серьезное. Хотя мне так приятно находиться с ним в одном обществе. Приятно с ним разговаривать и слушать его голос. Смотреть прямо в его зеленые глаза. Представлять тепло его тела.        — Слушай, Майкл, видимо это было ошибкой. — я провела рукой по волосам. — Мы не должны были это делать. — Это не ошибка, Картер. Ты и я — мы не ошибка, понимаешь?!        Я промолчала. Он был так убедителен, я не осознаю, что эти слова предназначены мне. И не осознаю, что этот человек может меня обманывать посредством связи с Беллой.        Я только сейчас поняла, что это все ошибка. Моя ошибка. Что я не должна здесь вообще сидеть и есть всю эту красивую еду. Я не должна знать потаенные секреты Майкла. И лучше уж я уеду, чем позволю грязной любви влезть в мою голову.        — Я должна ехать, Майкл. — Мэйелла… — Давай не будем, пожалуйста, — я была на грани срыва.        Майкл быстро притянул меня к себе и опять поцеловал. Я брыкалась и пыталась оттолкнуть его, потому что его любовь похожа на отравляющий яд, который он пытался влить в мои вены.        — Просто поверь мне сейчас, Молекула, — он протянул мою руку к своему сердцу. — Я не могу просто так бросить Беллу, понимаешь? Нас кое-что связывает, но это секрет. — Я не хочу быть частью этого, Майкл, — мои губы все еще горели после поцелуя. — Мне не надо этой интриги и секретов. — Пожалуйста, дай нам шанс, — я чувствовала его сердцебиение через свою ладонь. — Я… я не знаю. Я не смогу, пойми меня. Я не могу тебе просто так довериться.        Я быстро выбежала из ресторана, поймала такси и достала свой телефон. Неожиданно получила сообщение от Беллы, отчего в груди начало жечь от чувства вины. Привет. Я надеюсь, что ты не спишь сейчас, а то уже почти два ночи. Я знаю, что между нами произошло много проблем и терок, но я нуждаюсь в твоей помощи. Я в курсе, что ты сейчас в Бостоне. Я тоже туда еду, вот рейс буквально через час. Может мы встретимся в местном кафе каком-нибудь? Ну или ты можешь приехать ко мне в номер ну или я к тебе. Надеюсь, что ты откликнешься и напишешь.        Я сейчас пребывала в полном шоке, попутно смахивая слезы о Майкле. Чтобы Белла сама кому-то написала и просила о помощи в такой вежливой форме. Такой она была только в те времена, когда мы были лучшими подругами. Я в шоке от того, что она знает о Бостоне. Господи, только бы не было никаких претензий по поводы Майкла, иначе мне просто не жить. Я ответила Белле, что буду ждать ее в своем номере завтра. Все же мне интересно, что же произошло.       

***

       Я лежала в горячей ванной и услышала приближающиеся шаги Беллы Ассанте. Она бесцеремонно зашла в тот момент, когда я была абсолютно голой. Слава богу, что в ванной было много пены. — Ой, Мэйелла, сорян. — Подожди секунду, я сейчас выйду.        Наскоро закутавшись в белый махровый халат, я села на стул напротив Беллы, которая разрезала торт и разливала чай. — Взяла по дороге к тебе, — пояснила она причину столь любезного визита. — Это на тебя совсем не похоже, — парировала я, ожидая её реакции. — Я понимаю, что ты в замешательстве и в твоей памяти до сих пор стоит тот момент, когда я предала тебя. Но это в прошлом, и я надеюсь, что твоя доброта сможет спасти меня в тысячный раз.        Я была поражена той искренностью Беллы, которую она прятала в себе столько лет. Видимо, произошло что-то реально серьезное и неисправимое. От жалости и ностальгии я не удержалась и сжала её в своих крепких объятьях. Я дала ей шанс и поверила еще раз.        — Прости меня, Мэй, — она безудержно плакала. — Я была не права, твои слова оказались правдивы в тот момент, когда я была не готова.        Когда Белла рассказала мне о своей бабушке, я пыталась скрыть свой шок. Бабка Беллы всегда была энергичной, дерзкой и самой живой женщиной, которую я когда-либо встречала. Мне не верилось, что такие люди могут угасать со скоростью падения звезд. — Белла, милая, — я взяла её за руку. — Мы никогда не в праве что-то изменить, напрямую повлияв на судьбу. Мои советы и сочувствия никогда не утихомирят твою боль, — она вытерла лицо платком. — Но я постараюсь тебе помочь, просто находясь рядом. Мне ужасно даже представить себе, что твоя бабушка попала в оковы неизлечимой болезни. Не нужно упрекать её в том, что она отказывается бороться. Ты и я не знаем с какой болью она сталкивается каждую секунду своей жизни. Лишь находясь рядом и следуя её советам, ты делаешь её счастливой, потому что следуешь её учениям. Потом эти учения ты передашь и дальше. Я часто думаю о том, что каждому из нас дано жить лишь какое-то время, ведь никто не бессмертен. И что хоть на луну улети, ты не избежишь коллапса или конца света. Почему люди думают, что умирающие близкие — это больно? Почему никто не думает о том, что умирать — вот это больно?        Ассанте улыбнулась мне и попросила меня, чтобы я осталась с ней. Она не хочет находиться одна в своем номере. Разумеется я разрешила ей остаться. Какими бы мы сейчас не были, я все также любила свою подругу Беллу. Надеюсь, что она думает также обо мне.        Когда мы лежали на одной постеле и пили скотч, то болтали о всякой всячине, так будто никогда и не ссорились. Мне было так тепло и уютно, что я улыбалась так широко, будто лицо скоро порвется. И неожиданно разговор зашел о Джозефе. — Он на самом деле милый, Мэй, — призналась мне она, допивая бокал алкоголя. — О да! — воскликнула я, даже не испытывая ревности. Наоборот я пыталась отогнать мысли о Харрисе. — Слушай, вот скажи мне. — Белла развернулась ко мне полным корпусом. — Ты влюблена в него? Об этой тайне знала только Есения, но я так хотела довериться Белле. Как раньше, но что-то мешало мне. Какие-то сомнения, и все же под действием волшебных чар дьявольского напитка, я сказала: — Черт, я даже не знаю. Если честно, у меня есть один человек, который ведет себя так будто я ему нереально нравлюсь. Но кажется, что он просто насмехается надо мной. Но Белла, он так отвлекает меня от Джозефа, который пудрил мне мозги чуть ли не пять лет! — Хм, подруга, — Ассанте подлила мне скотч. — Ты так долго была влюблена в Эванса, что это просто стало привычкой. А теперь, когда появился тот, кто реально интересуется тобой, ты ищешь подвох. Хотя его там реально нет. — Вау, да ты сейчас описала мои чувства, — шокированно я уставилась на Беллу. — Да ты философ. — Хах, еще не такое могу! — мы рассмеялись, а затем умолкли. Кажется, каждая из нас все поняла. — Что у тебя с Джозефом? — прерываю я длинную паузу, но почему-то мой голос звучит крайне угрожающе. — Ничего, — просто отвечает Белла. — Он очень хороший человек. Абсолютно бескорытсный и добряк, но с твердым стержнем внутри. Кажется, что вы созданы друг для друга, — признается мне Белла, отчего мое сердце подскакивает как сумасшедшее. — Может и так, но мы с ним не общаемся более дружеских приветствий. Я не его тип, — возразила я. — Тем более, я убеждена, что ты ему нравишься.        Белла промолчала, и я понимала, что она знала тот факт про Джозефа, потому что это не увидит только слепой. Она не знала, что мне сказать дабы не обидеть. Но была ли она в курсе про меня и Майкла? Про то что мы были близки? И знала ли Ассанте про его скрытый талант к музыке.        — Мэй, скажи мне честно, — я затаила дыхание. — Ты и Майкл встречались в Бостоне? — Да. — Он сильно к тебе приставал? — Я бы назвала это флиртом, — сказала я, не понимая к чему клонит Белла. — Послушай, Мэй. Я не знаю, что между вами было, но поверь, я никак не сержусь ни на тебя, ни на Майкла.  — Но Белла… — Дослушай меня. Я без понятий, что тебе наплел Майкл и какие коронные чары были в твой адрес, но прошу тебя, будь с ним осторожна. Ты сама понимаешь, что он мальчик не стеснительный, девчонок у него было много. Я и сама такая, поэтому тебя предупреждаю. Я просто не хочу, чтобы тебе потом было очень больно. — Белла, я не знаю, как ему верить, если вы с ним встречаетесь. Он говорит, что вы не можете просто так расстаться.  — Это правда, — подтвердила Белла, — Но все в строжайшем секрете, Мэй. Я никак не могу тебе об этом поведать, уж прости. — Да ничего, — я её успокоила. — Но как он смог заставить меня позабыть о Джозефе так быстро. — Белла хитро улыбнулась. — Поверь мне, Майкл Харрис ну уж очень способный малый. И знаешь, Мэйелла, я и Майкл фиктивная пара. Мы не любим друг друга, так что если он тебе нравиться… — Как я могу ему довериться, Белла? Как? — Чтобы начать что-то новое, человек всегда чем-то жертвует. Попробуй также.       

***

       Я стояла в аэропорту, готовясь на рейс до своего родного городка. Мои ногти барабанили по экрану. Руки чесались написать Майклу, но я все так и не рискнула. Белла мне сообщила, что была в Бостоне по делам, ей нужно на какую-то очередную вечеринку, но я особо в подробности не вдавалась. Мы с ней договорились еще встретиться позже. Я была неимоверно счастлива от встречи с ней, на душе было очень тепло.        Дома в аэропорту меня встречала мама, Есения, Логан и… Джозеф.        Я встала как вкопанная, не понимаю, что он здесь делает. Мы с ним особо никогда не общались. Есения мне мимикой и жестами намекала, чтобы я перестала вести себя как дура. Джозеф пристально меня разглядывал, будто оценивал. Что за хрень, твою мать?!        И только сейчас я поняла. что возможно виновата Белла. Что она что-то сказал, подговорила или ну не знаю. Но с другой стороны Ассанте никакая. Втихоря она ничего никогда не делает.        — Привет, доченька, — мама крепко меня обняла, поздравляя с успешным выступлением.        Есения сгребла меня в объятья, нарочито сильно хлопая по спине, намекая на мои взгляды на Джозефа. Но я реально не понимала, что он тут делает. Ладно Логан, я заметила, что он странно поглядывает на Есению, но вот его дружок.        Эванс галантно забрал мой багаж, сердечко начало опять таять. И все же он пленил меня своим поведением, но никак не отношением ко мне. Была бы на моем месте любая другая девушка, он поступил бы также. Нет смысла отрицать очевидное. Я ему не нравлюсь.        Мы оторвались с Джозефом от моих близких. В основном молчали, хотя он меня спрашивал о Бостоне и как я провела время. Особо я ему ничего не рассказала, потому что основным мои событием был Майкл. — Знаешь, Мэйелл, — начал Джозеф. — Может мы могли бы вместе сходить как-нибудь пообедать? Он серьезно на меня посмотрел, я была в шоке. Если бы Эванс мне предолжил пообедать несколько месяцев назад, я бы визжала как резанная, упала бы в обморок и еще что-нибудь. Но сейчас я просто была в шоке, в замешательстве. Прежде чем я ответила Джозефу ко мне поступило сообщение.        От Майкла.