sidebyside

- Ты хотя бы помнишь тот день? - А не должен? - Должен-должен, - кивнул Чонгук и продолжил медленно вливать в двойной эспрессо горячее молоко. Он высунул язык и сосредоточил всё свое внимание на маленькой чашечке, которую Тэхён ждет уже минут двадцать. Чонгук как-то раз сходил на курсы начинающего бариста по подарочным купонам, что достал для него Хосок, и теперь перед Тэхёном всячески выделывается, определяя крепость кофе по цвету зёрен и выкладывая пенку на напиток специальной вытянутой ложкой, что шла в подарок к прохождению практикума. - Ты скоро? - Тэхён кивком указал на наручные часы, что уже во всю торопили его на работу. - Ай, ну не мешай, - шикнул на него младший и прищурился. "Струя молока в один-полтора миллиметра оптимальна для утреннего капучино" - диктовал голос в голове, и Чонгук попытался только его и слушать сейчас. Возможно, зря. Он в конец растерял остатки бдительности и не заметил, как Тэхён подкрался к нему со спины и обнял за талию. - Чёрт, учитель Ким! Тэхён по-доброму рассмеялся, удобно размещая подбородок на чужом плече, и заглянул вниз, на свой многострадальный кофе. Запах, конечно, великолепный, но это всё потому, что Чонгук снова помыл голову тем вкусным шампунем с макадамией. Сладкий аромат чужих волос забивается в лёгкие, и думать о каком-то там напитке кажется сейчас преступлением. - Чонгук-и, я уже вижу, что кофе потрясающий. - Это я еще кори-ицу не добавил, - гордо протянул младший, отставляя кувшинчик с молоком, и потянулся к верхней полке за пряностью. Его футболка задралась, и Тэхён сразу же запустил руки под нее, обнимая парня за талию. Чонгук громко цокнул, но возражать не стал. - Так, что ты там, говоришь, помнишь? Тэхён, вздохнув, коротко поцеловал такую доступную сейчас шею и потерся подбородком о хлопковую ткань. Чонгук не успокоится. Он любит понастальгировать. - Я помню, что Сонми мне сказала жить так, как я хочу, и попросила познакомить её с тобой. - Ну не про Сонми! - воскликнул младший. Всё равно ему эта тема неприятна, поскорее бы забыть. - Давай про то, как ты у меня под окнами стоял. Тэхён цокнул языком. Чонгук - такой Чонгук. - Я пришёл к тебе с огромными сумками, забитыми вещами. Думал, ты меня выгонишь, и долго не решался зайти. - А я ведь хотел сначала выгнать! - часто закивал головой Чонгук, вспоминая, и скосил взгляд на ухмыляющегося парня. - Припёрся ко мне, значит, посреди ночи. В дом просился, а потом, - он сощурил глаза, - в кровать. - Ты бы меня впустил в любом случае. И в дом, и в кровать, и куда угодно, - Тэхён довольно улыбался куда-то в чужое плечо, на ходу вспоминая, что вообще-то было немного страшно стоять под закрытой дверью и ждать, что тебя пошлют куда подальше. - Вы только посмотрите сколько уверенности на один квадратный метр, - воскликнул младший закатывая глаза. - Что-то я не припомню такого энтузиазма в "Чонгук, ну впусти меня, пожалуйста", - Чонгук почти идеально спародировал голос и интонацию старшего, но сразу же переключил всё внимание на кофе. Он аккуратно, насколько это позволяет отсутствие всякого глазомера в его гуманитарной голове, высыпал щепотку корицы на молочную пенку. Парень вообще-то хотел нарисовать коричное сердечко, но и подобие круга тоже сойдёт. Если приглядеться, то неровная линия местами очень даже романтичной получилась. - Готово! Чонгук локтями распихал жмущегося Тэхёна, повернулся и с горящими от предвкушения глазами протянул тому кофе, терпеливо ожидая хотя бы какой-нибудь реакции. Парень испытывающее смотрел за тем, как старший осторожно берет чашку в одну руку, а другой - ловит чужую ладонь и невесомо целует куда-то в испачканные корицей бледные пальцы, выбивая из парня едва уловимый зачарованный вдох. - Тоже мне, джентльмен, - пробормотал Чонгук с розовыми щеками, довольно рассматривая с двух сторон свою руку и безразлично кивая в сторону напитка. - Ну, как? - Вкусно. - Ну вот и пей, раз вкусно, - грубости - хоть отбавляй, но Тэхёну это кажется бесконечно милым и родным. Он бесшумно смеялся, пряча улыбку в чашке. – В «Старбаксе» тоже всем руки целуешь? Чонгук ладонями отодвинул от себя Тэхёна, напоследок звонко чмокнув в побритую щёку, и принялся поправлять ворот чужой рубашки, которую, кстати, он уже давно отметил в своём списке под названием "надо бы стащить". У Тэхёна много рубашек, одной больше - другой меньше. - Ах, если бы только знали твои однокурсники, какая ты заботливая жёнушка, - мечтательно произнес Тэхён, заставляя Чонгука в очередной раз закатить глаза. Это вошло в привычку с момента рождения Вселенной. - Как, кстати, Сонми поживает? - вдруг вспомнил Чон. Да, он старательно избегал темы "бывшая жена Тэхёна и всё, что с ней связано, кроме её бывшего мужа, который стоял под чонгуковыми окнами в тот самый день, когда ушёл от жены и обрёл своё бесконечное счастье - Чонгука", но ведь интересно всё-таки. К слову, разрушилась ячейка общества совсем недавно, и двух месяцев не прошло, и безболезненно. Родственники до сих пор не до конца понимают, что послужило тому причиной, ведь всё было прекрасно. Однако сама девушка замечала мельчайшие изменения в поведении мужа. В конце концов, все опоздания к ужину и "Сонми, давай не сегодня" пересеклись в одной общей точке "Чонгук" с координатами: институт, третий ряд, самая последняя парта. Вся эта математика поначалу девушку очень злила, а потом она же и показала, что не всё так плохо, если в конечном счёте Тэхён останется счастливым. А счастливым он останется. Должен. Сонми этого хочет, и, видимо, тот хамоватый парень, одетый в подозрительно знакомое чёрное худи, которое, девушка думала, потерялось после переезда, - тоже. Она быстро дала развод, попросив Тэхёна остаться друзьями. Ведь это несложно, они с пелёнок друг друга знают и умеют поддерживать, как родные брат и сестра. Поэтому, наверное, Тэхён и сделал пару лет назад предложение Сонми. Думал, что привязанность равна любви. Глупо, конечно, но с кем не бывает. - Она звонила мне недавно, просила передать кое-какие документы. Сказала, что у нее всё прекрасно, что она тебя не ненавидит и ты зря волнуешься. - И вовсе я не волнуюсь! - вдруг встрепенулся Чонгук. Ни капельки не волнуется, вот честно. - Как скажешь, - старший пожал плечами, прекрасно осознавая, что его парень ещё как переживает из-за всей этой ситуации и, хотя вслух этого и не говорит, считает себя любовницей, которая мужа из семьи увела. - А пусть она приходит к нам на ужин, а? - Ты уверен, что готов к этому? - Тэхён нахмурил брови. Что-то Чонгук темнит. По бегающим из угла в угол глазам заметно. - Эй, я готов ко всему, - младший нервно усмехнулся. - А вот ей скажи, что пусть она готовится к встрече с одним моим хорошим другом. Намджуном его зовут. Он очень умный, высокий и вообще - самый замечательный хён на свете. - Когда-то я был самым замечательным хёном на свете. Чонгук громко рассмеялся. Получилось даже как-то по злому. Впрочем, это Чонгук. - Кто тебе такое сказал, интересно? – шутливо спросил, младший. - Точно не я, уж прости. - Фу, ты у меня такой противный, оказывается. - Главное, что у тебя. А уж противный или не противный - привыкай. Другого уже не найдёшь. Не успеешь, - Чонгук широко улыбнулся и похлопал старшего по плечу, отходя на приличное расстояние, - ты всё-таки уже старик. Тэхён покачал головой и сделал еще один глоток, думая, сказать Чонгуку в отместку, что кофе получился кислым и бездушным, или промолчать. Впрочем, парень знал, какую бурю эмоций его слова повлекут за собой, но он привык. Привык к противному Чонгуку. - Гуки, - довольно жмурясь пропел Тэхён, - кофе, знаешь, кисловат. Может, кофейные зёрна неправильно обжа... - Ах ты сука! - воскликнул Чонгук, возмущённо оборачиваясь, и столкнулся с хитрой ухмылкой старшего. Он всё утро на эту чашку угробил. – Вали в свою кофейню ебучую тогда. Трахайся там с правильными зёрнами и корицей вонючей давись. - Ну почему ты такой, а? – Тэхён в один глоток осушил маленькую чашечку и с улыбкой подошёл к взъерошенному Чонгуку, припечатывая того к стене. Младший положил ладони ему на грудь, но оттолкнуть, конечно, не пытался. - Другого ищи т-тогда, - в голосе не было прежней уверенности и огня, потому что губы напротив выглядели такими вкусными, что им бы, наверное, больше подошли бы поцелуи, а не слова. Тэхён обхватил щёки ладонями и крепко, быстро, и вообще-то - идеально, чтобы Чонгук окончательно успокоился, поцеловал в лоб, нос и, наконец добравшись, губы. Младший выдохнул коротко и, правда, успокоился. Да он и не злился, потому что точно знал, что кофе получилось отменным. А Тэхён – та еще задира, и все его эти костюмы официальные и строгость напускная – всего лишь прикрытие. Чонгуку, определённо, нравится.